Выбор

— Вы в порядке, Госпожа, что-то случилось? ⠀ — Ах, Кеманкеш, только ты видишь, что у меня на сердце. — Грустно улыбнулась, сворачивая с Пашой за очередной высокий газон сада, где их никто бы не смог увидеть. — Ты же прекрасно знаешь единственную причину моих беспокойств. ⠀ — Ибрагим Паша… — Фыркнул, сдерживая едкий комментарий. ⠀ — Да. Он слишком много работает, постоянно в отъездах, постоянно в документах. Разве это подобает такому Паше? Он в могилу себя сведёт. ⠀ Закатил глаза, чтоб Кёсем не заметила. Ну да, работает он постоянно, скорее с девками в борделях веселится. ⠀ — Простите, Султанша, но я не понимаю, чего вы от мена ждёте? Как я могу вам помочь? ⠀ — Ну что ты, Кеманкеш, я просто хотела выговориться. Ты единственный, кому я могу доверять. ⠀ Вздрогнул от её улыбки. Хотел быть единственным, но не так. Хотел быть единственным в её сердце. ⠀ — Скоро поход, ведь так? Уже начались подготовки. — быстро перевела тему. ⠀ — Верно. Шехзаде Мустафа останется вместо Повелителя во дворце. ⠀ — Это хорошо. Пусть набирается опыта. Хюррем наверное вне себя от ярости. Она только и грезит тем, как бы поскорее выгнать Махидевран из дворца. ⠀ Оба довольно засмеялись, представляя переживания главной Хасеки. ⠀ — Госпожа, если позволите, мне пора идти. — Не хотел от неё отходить, но понимал, что в другом конце сада его уже ожидает та самая Хасеки. ⠀ * ⠀ — Что это за напасть? Мама с сыночком будто корни пустили в этом дворце. — Рычала рыжая. — Мало того, что его назначили в Манису, так ещё и оставили главным во время похода. Ладно, что ты мне расскажешь, Кеманкеш Паша? Какие вести ты принёс? ⠀ — Насколько я знаю, это инициатива Ибрагима Паши, чтобы Шехзаде Мустафа остался в столице. ⠀ — Ну конечно, — недовольно цокнула.— Кто бы ещё это организовал? Змей Ибрагим. Чем сильнее я копаю ему яму, тем сильнее он становится. Но и Кёсем Султан… она ведь скрывает все его прегрешения, не так ли? ⠀ Кеманкеш вздохнул. Разумеется это так. ⠀ — Я виделся с Госпожой, она переживает из-за предстоящего похода. — Хорошо, это очень хорошо, что ты её приближённый, Кеманкеш. Кёсем Султан - сильная Госпожа и очень умная. Нам всегда надо держать ухо востро. ⠀ Поклонился вслед уходящей Хюррем. Давно уже не передавал ей всех нужных сведений, только создавал иллюзию важности новостей, в которую Хасеки Султан любезно верила. ⠀ * ⠀ — Моя Хатидже, не расстраивайся, совсем скоро наша разлука кончится и мы будем вместе: ты, я, наши дети. ⠀ — Не знаю, из-за чего мне переживать больше, за твою жизнь или за то, что ты каждый вечер уходишь в дом к той женщине. — Изящная брюнетка обвила тонкими пальцами его шею. ⠀ — Неужели ты меня ревнуешь? — Засмеялся. ⠀ — Конечно, твоя жена ведь - Кёсем Султан. Не зря её называют прекрасным ангелом. ⠀ — Ты - мой прекрасный ангел. И никто другой мне больше не нужен. — Намотал длинную копну волос на кулак и притянул с поцелуем. ⠀ * Вернулся вечером во дворец. Вошёл в свои покои (давно уже спал отдельно от Кёсем, аргументируя тем, что не хочет её беспокоить) и почувствовал что-то неладное. Будто тут был кто-то ещё. ⠀ Вздрогнул, поняв, что женские руки обвили его со спины. ⠀ — Наконец-то ты вернулся, Ибрагим, я так соскучилась. ⠀ — Почему вы не спите, Госпожа? Час уже поздний. ⠀ — Не смогла заснуть без тебя. ⠀ — Ложитесь, я тоже сейчас лягу. — Сказал с полным равнодушием. ⠀ Обошла его и встала прямо перед лицом. ⠀ — Ибрагим, ты давно уже не смотришь на меня, не прикасаешься, что я сделала не так? Почему ты больше не любишь меня? ⠀ — Не говорите глупостей, Госпожа. Люблю конечно, разве могу не любить? ⠀ — Ты лжёшь. Я больше не вижу себя в твоих глазах. ⠀ — Чего ты хочешь, Кёсем? — Не смог скрыть раздражения. — Ты же знаешь, сейчас идёт подготовка к походу, я целыми днями работаю и когда прихожу домой, хочу немного отдохнуть, а не слушать твои претензии. ⠀ Близко наклонившись, рассматривала его бородатое лицо. ⠀ — Чего смотришь?! ⠀ — Пытаюсь понять, что нашла в тебе. Ты так жесток со мной, но я всё стерплю, лишь бы только заново ощутить твоё тепло. ⠀ Провела пальчиком по границе бороды. Усмехнулся, поняв её желания. Хорошо. Исполнит свой супружеский долг. ⠀ − Раздевайся! ⠀ − Что?! − глаза округлились. ⠀ − Разве не этого добивалась? Получишь, чего хотела. Раздевайся, говорю! Ну же! ⠀ Несмело под его требовательным взглядом стянула шёлковый халат, оставшись в одной полупрозрачной сорочке, белеющей в темноте ночи. Надеялась, что на этом его требования инициативы от нее закончатся. Нерешительно переминалась с ноги на ногу в ожидании. Еще более несмело улыбнулась, пытаясь вызвать у него то ли снисхождение, то ли симпатию. Безуспешно. Застыла в нерешительности, потерла ладонями предплечья, пытаясь согреть себя, хотя понимала, что никакие теплые одеяла не уймут эту дрожь. ⠀ Посмотрел. Во взгляде читалось откровенное презрение к увиденному. Не возбуждала. ⠀ Легла на кровать, закрыла глаза в ожидании его. Дождалась, ощутив на себе тяжесть его тела. Уже от этого ликовала. ⠀ − Расслабься. ⠀ Облапал. Сильно, больно, но ей было наплевать. Важно было лишь то, что это он, что это её Ибрагим и что эту ночь она наконец проводит с ним. ⠀ Не пытался даже прикоснуться к ней губами, да и сам не раздевался. Потянулась к пуговицам на рубашке, хотела ощутить тепло его тела, хотела чувствовать его, но он почему-то сжал её плечи и тряханул. ⠀ − Не дёргайся! − в ухо, громко и четко. Тон не терпел возражений. ⠀ Повиновалась. ⠀ − Ибрагим... ⠀ Уткнулась носиком в шею, вдохнула запах его тела, отчего бросило в жар. Его руки скользнули по плечам, сжали талию. Невольно прогнулась, задышала тяжело, часто. ⠀ − Ноги раздвинь! ⠀ Снова повиновалась. Сама приподняла бедра, ощутила его руку внизу живота. ⠀ − Ибрагим... − ещё раз тихо простонала, когда начал ласкать. ⠀ Сережки в ушах покачивались в такт быстрым и резким движениям его руки. Удивилась сама себе, когда быстро кончила. Обхватила шею руками, судорожно прижалась к нему всем телом. ⠀ − Люблю тебя… − прошептала, задев губами его губы. – Слышишь? ⠀ Слышал, но оставался глух к её словам. ⠀ Потянулась, попыталась поцеловать, отстранился, грубо разжал тонкие руки, крепко оплетающие его плечи, и убрал от себя. ⠀ − На этом все. Второго акта не будет. Не хотела слушать, желала обнимать и целовать. ⠀ − Что? ⠀ − Ты чем-то недовольна? Кажется, понравилось... ⠀ Поняла его подлую задумку. Даже так решил её мучать. Вскочила и направилась к выходу. Резко схватил её за запястье. ⠀ − Куда? Ложись и спи. С тобой лягу, муж, как никак. ⠀ Обернулась, страдальчески закатила глаза, понимая, чем это чревато. ⠀ − Руку отпусти! ⠀ Выдала из своего арсенала самый холодный взгляд. Обычно это действовало, но не с Ибрагимом. Знал все её уловки. ⠀ Резким движением попыталась освободить локоть сама, однако лишь скривилась от боли. Цепкие пальцы держали мёртвой хваткой. Это мужская неспособность осознать собственную силу и то, какую боль она может причинить, раздражала. ⠀ − Ибрагим! Немедленно отпусти! ⠀ − А что сделаешь? Разведёшься со мной? Казнить прикажешь? − Каждый раз одно и то же, одни и те же слова. Засмеялся, увидев, что ничего не может ответить. Тут же разжал руку. − Спокойной ночи, Госпожа. ⠀ Вылетела из покоев, громко хлопнув дверью. ⠀ * Срезала куст своих любимых роз, обдумывая вчерашнюю ночь. Только так отвлекалась от дурных мыслей. Всё равно ни с кем не могла поделиться печалями и переживаниями по поводу своего брака, который с каждым годом становился всё хуже и хуже. ⠀ — Султанша! ⠀ — Кеманкеш, ты тоже здесь? — Приятно удивилась. ⠀ — Да, Госпожа, только что закончился совет дивана. — Завороженно наблюдал за её манипуляциями с цветами. ⠀ — Ибрагим тоже был? ⠀ Закатил глаза. Ибрагим, Ибрагим, постоянно этот Ибрагим. ⠀ — Разумеется. — Спокойно ответил. ⠀ — Хорошо. — Довольно кивнула. Потянулась за ножницами, оголяя кисть, на которой уже красовался багровый след от вчерашних страстей. Тут же заметил, но виду не подал, хоть и стал накаляться с каждой секундой. — Хорошего вам дня, Госпожа. ⠀ — Спасибо, Кеманкеш. — Улыбнулась ему вслед. ⠀ Быстро ушёл, чувствуя, что вот- вот может взорваться от гнева. Хотел схватить Кёсем за плечи, встряхнуть, в лицо прокричать о том, как она может терпеть к себе подобное отношение? Почему-то не сомневался, что браслет из синяков на запястье- дело рук Великого Визиря. Хотел убить его. Сделал бы это прямо сейчас, но всё таки смог отдать власть разуму, а не эмоциям. ⠀ * — Докладывай, Кеманкеш, что ты узнал? ⠀ — Ибрагим Паша… Он много лет изменяет нашей Госпоже. ⠀ Держал эту информацию, как козырь, никогда не рассказывал Хюррем. Но сейчас пришло время ей воспользоваться. ⠀ — Что? Изменяет? — В глазах Хасеки заплясали чёртики. — Откуда ты узнал? Есть какие-то доказательства? ⠀ — Есть. Я вам даже больше скажу. Обстановка в их дворце настолько накалилась, что Паша стал применять силу против Кёсем Султан. Я лично видел следы на её коже. ⠀ Хюррем коварно улыбнулась, предвкушая подробности. Неужели появился хороший шанс наконец избавиться от Ибрагима? ⠀ * ⠀ — Это правда, сестра? То, что я слышал… Ибрагим и вправду так поступает с тобой? ⠀ В покоях Падишаха повисло молчание. Кеманкеш, стоявший всё время за приоткрытой дверью хранителя Султанских покоев, слушал каждое слово. ⠀ Кёсем непонимающе посмотрела на брата, а затем рассмеялась. ⠀ — Что это за глупости? Разве может быть такое? ⠀ — Тогда откуда пошли эти слухи? Я слышал, что он жестоко с тобой обращается! ⠀ Схватил Кёсем за руку и поднял рукав платья, сначала на одной, затем на другой руке. Ничего. Абсолютно ничего не было. ⠀ — Видишь. Это все грязные сплетни, Сулейман. У Ибрагима много врагов, они решили бороться с ним таким способом, клевеща даже на меня. Не верь этим слухам! Кто тебе рассказал? — Прищурила глаза, в надежде, что Султан выдаст имя того, кто донёс на Ибрагима. Почему-то не сомневалась, что тут замешана Хюррем. ⠀ Ещё в саду заметила, что Кеманкеш увидел её синяк. Была благодарна ему, что тактично промолчал, но первым же делом скрыла ненавистный след, чтобы не вызывать никаких подозрений. Не сомневалась в Кеманкеше. Знала, что он будет хранить молчание. Но неужели за ними кто-то следил? — Ничего такого нет, брат. Мы абсолютно счастливы. Я люблю Ибрагима, а он любит меня. И никто не сможет этого изменить! ⠀ Стоявший за дверью Паша недовольно цокнул. Не получилось. Опять не получилось. Опять она говорит о какой-то любви. Как же открыть ей наконец глаза?