Special K

Начался новый учебный год. Джина уже два года учится с этими людьми и давно выработала стратегию выживания: занять место на заднем ряду, тихо отсидеть общее собрание и незаметно слинять домой. Нет, Джи не задирают сверстники, у неё просто нет никакого желания проводить своё свободное время в компании людей, «у которых насрано в голове», как говорила Боб. Она классная, несмотря на то, что от неё часто пахло дешёвым пивом и чем-то сладковатым — Джина не могла распознать этот запах. Роберта переехала в Луизиану год назад, но Джи уверена, что там бывшая приятельница также не посещает подобные собрания, потому что «каждый год одно и то же, ну их нахуй», с чем Уэй полностью согласна. Однако девушка обречена исправно сюда ходить, ведь не она решает, как распоряжаться своим временем. Это собрание проводится для детей, которые только перешли в старшую школу, но почему-то на нём должны присутствовать все старшеклассники: дети с четырнадцати до семнадцати лет. Зайдя в аудиторию, Джина удивилась шуму и тесноте: помещение было полностью заполнено учениками. Только пришедшие из средней школы сбились в стайки и что-то негромко обсуждали (Джи предположила, что им некомфортно среди более старших подростков, которые явно чувствуют себя королями и королевами положения, так как не впервые присутствуют на подобных собраниях), остальные вели себя более раскованно, разговаривая во весь голос и активно жестикулируя. Но вещь, которая действительно повергла Уэй в шок, это то, что весь задний ряд был занят неуверенными четырнадцатилетками, а для одной неуверенной шестнадцатилетки места не осталось. Джина не хотела садиться с кем-то, поэтому упорно искала два свободных места, чтобы на одно сесть самой, а на второе положить свой рюкзак — якобы место занято, а человек скоро подойдёт. Места в аудитории были расположены так, что нижние ряды, которые ближе к учительскому столу и доске, находились в самом низу, а, чем выше ряд, тем дальше он от учителя и тем выше. Девушка спускалась, одновременно оглядывая парты. Она нашла то, что искала в первом ряду — два крайних справа места были свободны. Джи не любила этот ряд, но сидеть с индивидами, которые думают мышцами или нарощенными частями своего тела, она вообще не горела желанием. Оставшиеся десять минут Джина провела в наушниках, слушая грустные композиции «Placebo». Джи всегда казалось, что песни этой группы не столько печальные, сколько обречённые, будто у того, кто придумывает тексты обязательно всё будет плохо, будто всё уже предрешено и осталось только дождаться решения судьбы, на которое уже никто повлиять не в силах. Внезапно её телефон пиликнул, получив лаконичное сообщение: «Обернись». Она так и сделала. С последнего ряда, ей махала её сестра Мишель, которой через пару недель исполнялось четырнадцать и для которой этот год был первым в старшей школе. Джина могла представить, как переживает её сестра, однако она замечательно держалась, весело общаясь со своей одноклассницей Камиллой. Они познакомились в средней школе и им повезло попасть в одну и ту же старшую. Джи, например, не могла подобным похвастаться. Но это, наверное, и к лучшему. Старшая Уэй кивнула Мишель в ответ и, убедившись, что её никто не обижает, села прямо, снова погружаясь в мир музыки. Вскоре прозвенел звонок, ученики стали присаживаться на места, но Уэй не услышала его, так как была полностью погружена в песню. Резкие громкие крики вырвали её из транса — девушка вытащила один наушник и посмотрела налево, откуда исходил звук: кто-то спорил насчёт места. Кареглазая шатенка взирала на блондинку с серо-зелёными глазами так, будто ещё секунда и она придушит оппонентку. Вторая же сидела с ехидным лицом и в очень расслабленной позе. Джи лицо светловолосой девушки показалось знакомым — что ж, она уже два года училась в старшей школе, некоторых знала по именам, но большинство — только в лицо. Уэй отвернулась и попыталась поставить на паузу песню, которую всё ещё слушала, но старенький плеер не поддавался. — Привет, тут занято? — носительница этого весёлого голоса явно была очень раздражена, но старалась скрыть это за подчёркнуто вежливой улыбкой. Джина не сразу поняла, что обращаются к ней, потому что с ней заводили разговор только по необходимости. Её считали нелюдимой. Джи подняла голову и увидела ту самую низкую шатенку, которая пыталась героически отвоевать место у Бриттани (Уэй вспомнила, откуда она знает блондинку: в прошлом году они вместе ходили на уроки рисования). Уэй оглядела аудиторию и поняла, что свободных мест вообще не осталось, или она не могла их увидеть. — Нет, присаживайся, — Джина проявила сочувствие к девушке напротив, убрав рюкзак с соседнего места. — Спасибо! — шатенка просияла, она видимо действительно была рада найти свободное место. Девушка приземлилась рядом с Джи и бесцеремонно опустила взгляд на экран бушующего плеера Уэй. — Оу, «Special K»! Ты слушаешь «Placebo»? Джи хотела возмутиться этому, но тут она поняла, что эта подглядывальщица в чужие плееры знает, кто такие «Placebo»... Девушка была уверена, что такая крутая группа не может быть малоизвестной, но она ещё никогда не встречала кого-то, кто увлекался бы ею. — Да, — Джина сдержанно кивнула, не выдавая своего удивления, — я нахожу эту группу достаточно мрачной, некоторые песни. — Ага, есть такое! — шатенка подпёрла рукой щёку и установила с Джи зрительный контакт. — А есть такие песни, что хочется прыгать под них на кровати, допрыгнуть до потолка. — Я и не отказываю себе в этом, — Уэй чуть-чуть ухмыльнулась. — Да я, собственно, тоже. Шатенка широко улыбнулась, а Джина чуть вздёрнула уголки губ. — Меня зовут Фрэнсис Айеро — обладательница светло-карих глаз, которые светились тёплым интересом, протянула руку, которой ранее подпирала щеку, — Фрэнки. — Джина Уэй, — девушка обхватила протянутую руку и слабо её сжала. Только девушки успели расцепить руки, как в аудиторию вошёл мистер Джаспер Кру́кедтиз, пятидесятилетний учитель истории и английского, известный в школе своей огромной лысиной, не менее большим носом и неподкупностью. Сильно сгорбившись, он спустился к первому ряду, подошёл ближе к доске, чтобы все на него обратили внимание, и начал свою ежегодную речь о том, что у четырнадцатилеток наступает новый период в жизни, который называется старшая школа, что с этого года они обязаны составлять своё расписание самостоятельно, что им через четыре года предстоит сдать экзамены, и, в зависимости от результата, поступить («или не поступить» — тихо сказала Фрэнсис, прикрыв рот рукой, чтобы фразу смогла расслышать только Джина) в колледж. После десяти минут увещеваний о сплочённом коллективе («Он говорит так каждый раз, понимая, что единственное, что сплочает старшеклассников, — желание самоутвердиться за счёт слабых» — еле слышно проговаривает Джина, на что Фрэнсис понимающе кивнула, сморщив нос) и о том, что ланч — неотъемлемый приём пищи и пропускать его нельзя, подростков отпустили домой. Джина не спешила выйти из аудитории, так как около входа уже образовалась давка. На её взгляд, лучше дождаться пока самые нетерпеливые покинут помещение, и толпа около двери уменьшится. Её новая знакомая, видимо, была того же мнения, поэтому просто сидела и увлечённо рассматривала этот огромный кабинет. — Для чего эта аудитория сделана? — спросила Фрэнсис, впечатлённо хлопая ресницами, — не только же для того, чтобы раз в год пудрить старшеклассникам мозги о том, что они и так знают. — Да, и правда не только для этого, — Джи ухмыльнулась и указала на доску. — Тут иногда проходят вечера кино — Крукедтиз приносит старый прожектор, и мы... — У этого старикашки такая фамилия? — Фрэнсис негромко засмеялась, проверяя, не подслушивает ли их преподаватель, который перекладывал бумаги на учительском столе и что-то на них писал. — Да, на первый взгляд кажется, что она «говорящая», но он, на самом деле, не так уж и плох. Фрэнсис быстро встала со своего места, надевая рюкзак с большим количеством нашивок и значков: — У входа уже можно протолкнуться, — она, помедлив, неуверенно взглянула на Джи. — Если, конечно, тебя не ждут твои друзья. — Об этом не переживай, идём, — Джина ни секунды не сомневалась в самостоятельности Мишель. К тому же, она сидела ближе всех к большим двустворчатым дверям, поэтому вполне возможно, что успела покинуть аудиторию до столпотворения, а сейчас уже сидит в школьном автобусе. Они вышли из аудитории, которая располагалась на первом этаже школы и направились к выходу из здания.

***

Лёгкий ветерок гонял по дорожкам уже опавшие листья, которые напоминали о скором приходе осени. Две девушки шли по направлению к остановке, рядом с которой уже стояли несколько жёлтых автобусов, готовых развести всех старшеклассников по домам. Они выяснили, что выходить им надо в одном и том же месте, а потом идти в разные стороны. — Почему у тебя нет друзей? — Фрэнсис уселась на место около окна, а Джина опустилась на соседнее сидение. — Ну-у-у... — этот вопрос немного обескуражил Джи — не каждый день слышишь подобное от человека, с которым познакомился час назад. — Как-то не получилось ни с кем сойтись. Хотя, была одна девушка, но она переехала в другой штат. На самом деле, в нашей школе много хороших ребят. — Как-то особо не заметила этих хороших ребят... — Фрэнсис почесала нос, вспоминая людей, которых она встретила сегодня. — Это потому, что они теряются в подавляющем большинстве другого типа людей. Думаю, ты понимаешь, о чём я. Они пару минут ехали молча, наблюдая через окно за проносящимися рядом машинами. — А ты, получается, новенькая? Я тебя раньше не видела, — Джина решила задать вопрос, долгое время интересовавший её. — Да-да, мы с родителями переехали из Бельвиля в Ньюарк месяц назад. — И почему я тебя утром не видела в автобусе, если нам в одну сторону? — Джи задала другой вопрос. — Я вообще не знала, во сколько прибудет автобус, и проспала, — Фрэнсис неловко усмехнулась и запустила руку себе в волосы. — Пришлось добираться зайцем на другом общественном транспорте. — Оу... Повисло молчание. — У тебя в Бельвиле, наверное, была своя компания... — Да-а... — впервые, пока Уэй и Фрэнсис знакомы, плечи Айеро опустились, а голос понизился; на лице отразилась меланхолия и ностальгия. Джине сразу стало понятно, что у Фрэнсис была дружная компания, но, по каким-то причинам, пришлось её оставить в прошлом. — Мне жаль... — медленно проговорила Уэй. — Ничего, — Фрэнсис будто выпустила всю горечь через один выдох, после чего снова улыбнулась и засверкала глазами. Оставшуюся часть поездки они говорили ни о чём. Джина больше слушала, чем говорила — она всегда пользовалась этой проверенной временем тактикой при знакомстве. Учитывая, что в последний раз она с кем-то знакомилась в четырнадцать (да, это была Роберта), когда только перешла в старшую школу (знакомства в период лечения Джи не берёт в счёт), схема и правда надёжна. Уэй узнала о Фрэнсис, что её любимое время года — это осень, так как тридцать первого октября празднуют Хеллоуин, который по совместительству является днём рождения Айеро, что у той нет ни сестёр, ни братьев, зато есть собака и других родственников хоть отбавляй (Джина подумала, что, скорее всего, это из-за её итальянских корней). И когда дошло до того, что Фрэнсис начала называть всех своих членов семьи поимённо, Джина поняла, что Айеро очень разговорчивая. Девушка была не против слушать про всех дядь по троюродному брату, однако Уэй отвлекала тревожность: в каникулы и выходные (да и будние дни не слишком отличались) десять предложений в день — максимум для неё. Джина опасалась, что за годы молчания и одиночества разучилась поддерживать диалог и это скоро всплывёт наружу... Она поняла, что Фрэнсис молчит уже как пять минут и подавленно смотрит в окно, и поняла, что надо брать дело в свои руки. — Эй, гм... Фрэнсис? — нерешительно позвала Джина. — Да? — она мгновенно повернулась к Джи и посмотрела ей в глаза, всем своим поведением показывая, что ей очень интересно, что же эта загадочная девушка собирается сказать. — Может... Может, мы обменяемся номерами?.. Просто ты новенькая... — Да, конечно! — Фрэнсис просто расцвела и быстро достала из кармана потёртых джинс кнопочный телефон, который перешёл к девушке от матери (Джина внимательно слушала десятиминутный монолог Айеро, в котором мобильнику тоже было уделено пару слов). Они обменялись номерами, а через пару минут уже надо было покидать автобус. — Встретимся десятого числа! — Фрэнсис махала рукой Джине, идя задом наперёд. — Ага, давай, — Джи наблюдала, как маленький силуэт скрывается за большим зданием слева, а после отправилась домой. Не пройдя и десятка шагов, Уэй вспомнила о стареньком плеере, который сегодня категорически отказывался выключаться, достала его и вставила наушники в уши, нажимая на среднюю кнопку. No hesitation, no delay, You come on just like special K, Just like I swallowed half my stash, And never, ever wanna crash...