Сияние луны

      Внутри сыро, как бывает в старых подвалах, как бывает на болоте, куда они иногда ходили с отцом. Внутри пахнет затхлостью и какой-то едкой сладостью, как пахли начавшие гнить трупы. Их толкают вперед. Рэйзор мечется, пытается понять, что им делать. - Давай, - огонь на свече озаряет комнату с трупами людей и животных, - меняй свой облик, оборотень. Беннет смотрит умоляюще, пытается улыбнуться, но выходит лишь кривая гримаса. За ними заходят черные фигуры, в чьих руках, парень очень сомневался, что это так, спали дети. Их привязывают к прутьям крепко. Рэйзора сажают клетку и закрывают на ключ. Беннет сипло, нервно смеется и смотрит, как малышей уложили в одну из таких же клеток, где рядом лежали едва дышащие тушки волчат. - А теперь, пока у нас еще время, - человек в маске проходится вдоль пленников, - пора начинать подготовку! – он хлопает, и люди, как по команде, встают с мест и идут в соседнюю комнату. Рэйзор смотрит на паникующего человека с отрешенностью, пытается понять смысл, поймать хоть какой-то запах, кроме гниющих тел его сородичей. В пока живых волчатах еще теплится тепло. Может быть, он сможет их спасти? - Беннет, - внезапно раздается голос, разрезающий всю кислую атмосферу, - где мы? Кто-то из малышей проснулся и заметил парня. - Тебе стоит поспать еще. Знаешь, так будет лучше. На глазах мальчика слезы, но он давится ими, отворачиваясь от юноши. Вошедший вновь хлопает, привлекая внимание. - Так не пойдет! – и в плечо втыкается точным выстрелом дротик, мальчик даже дернуться не успевает, как тут же проваливается в сон. – Знаешь ли ты что-то про обращение, мой дорогой эксперимент? – он тянет руку в перчатке к лицу парня, поднимает его голову за подбородок и смотрит, ищет ответ в глазах так сейчас похожих на два блюдца сочной травы, даже жаль терять эту яркость. – Вижу, что нет. Человек двигает личико в стороны, осматривая его двумя черными глазами, видимыми сквозь прорези маски сокола. - Тогда позволь рассказать, мой эксперимент, что с тобой станет. – он смеется, хрипло ненастояще, как бы говоря, это весело, но не для тебя. – Сегодня удивительная ночь. И в моей маленькой семье появится еще несколько удачных экспериментов. – он поворачивает лицо Беннета в сторону оборотня, и противно тянет. – Он будет хорошим волколаком, не находишь, мальчишка? Может быть, даже впервые сохранит подобие разума. Он отходит, теряется за дверьми. Беннет дышит тяжело, переживает. От рук того человека пахнет кровью и грязью. В нос ударяет гниющий запах тела. - Мы выберемся, Рэйзор, - блондин улыбается солнечно, - и спасем всех малышей. - Тик-так, - маска вновь появляется в поле зрения, - где-то через часик продолжим, ребятки. Время тянулось медленно, поджигая внутренности. Беннет осматривал все, что может попасть ему под руку. Спасутся, и протянут время. Но за мыслями он не заметил, как в комнату вновь ворвался человек. Он поднял одного из волчат и любовно ткнулся ему в раскрытый живот. - Запах маленького зверя так успокаивает. Знаешь, такие детишки обычно хорошо успокаивают. – исчезнув в проходе, он выпустил своих кукол. Кажется, час настал. Беннет зацепился взглядом за ключи одного человека. И пока его отвязывали, подцепил их и бросил оборотню. - Негодный мальчишка! – прошипел главный. – Несите его скорее. Беннет вырывался, уходил от цепких рук монстров и старался извернуться всем телом, в последний момент заваливаясь назад, запутавшись в ногах, ощущая тепло тела рядом с собой: тот самый волчонок, что раньше тыкался носом в его щеку. Тело сковывает веревками и человек начинает что-то шептать, попутно вкалывая содержимое склянки. Муть перед глазами, сильная боль по всему телу. Слезы льются сами. И это не прекращается, даже когда этого безумца прерывают, разрывая тому глотку. Рэйзор впивается со всей яростью. Но его отталкивают перевоплотившиеся. Дверь дома раскрывается. Кэйа рычит, отбрасывает одного из черных волков, вгрызается в тело, ломает кости, подавляет своей кровью. Альбедо осматривает помещение, видит на алтаре в печатях Беннета и волчонка. Ненависть разгорается внутри. Не успели. Глаза в последний момент замечают недописанный символ. И тело расслабляется. Еще есть шанс. Монстр накидывается внезапно, однако белый волк уклоняется, также вгрызаясь в глотку противника, разрывая ее. Рэйзор мечется между парнем и детьми, старается защитить проход, а натыкаясь на Дилюка, расслабляется. Он может уйти в бой. Мужчина мчится в сторону звуков боли и боя. Смерть – единственное что вертелось в его сознании. Хоть бы все остались живы. Он тянется за мечом, втыкает его в неудачно подставленный бок одного из черных зверей. Схватка в непредназначенном для этого помещении выливается в пожар, охвативший здание. Неосторожно опрокинутая свеча зажигает тело мертвого зверя. Дилюк отрубает голову взбешенному волку, смотрит, как тело одного загорается и кричит выходить наружу.       Альбедо перехватывает Беннета с волчонком, старается не нарушить никаких знаков на теле парня. Хотя бы краска, хотя бы еще можно что-то изменить. Рэйзор берет волчат в зубы и выбегает из здания. Дилюк и Кэйа забирают детей. Пожар охватывает все помещение, но не вырывается за каменную кладку. - Что с ним? – Дилюк смотрит на сына, мягко обнимающего мертвого волчонка. - Темное обращение. – шепчет Кэйа. – Твари. Кто откопал эти записи?! – мужчина был полон ненависти к себе, к своему народу. Сталь в глазах все сильнее наливалась холодом. – То, как умер твой отец, Дилюк. - Наш отец. – чуть поправляет его то. Кэйа замолкает, смотрит не читаемо, тоскливо. - Еще не все потеряно. Они выбрали нужное время. – Альбедо смотрит на переживающего Рэйзора. – Беннету нужна будет поддержка в первое время. - Сейчас не полнолуние, Альбедо! – Кэйа не понимает, о чем может быть речь. – Это не то же самое! - Но есть шансы. – шепчет уже волчонок. – Он говорил, что может остаться разум. - Только его подобие, - Кэйа дергается на фразе алхимика. – Мне нужна любая краска.       Юный оборотень вгрызается в свою руку, и Альбедо кивает. Клоком вырванной у одного из оборотней шерсти ведет по телу юноши собственные знаки. Безлунная ночь опасна для всех. Путники не могут найти дорогу домой, волки теряют часть своих сил, а лес замирает в тишине.