Белая нить, что связывает нас

      В школе было нудно. Рисовать не хотелось, все соцсети уже были просмотрены десятки раз. За окном вовсю лил ливень, из-за чего всё казалось до жути серым и печальным, совсем не так, когда дождь был на их прогулке три недели назад. Эдгар порядком устал пытаться угнаться за быстро диктующей историчкой, потому просто улёгся на стол. В мыслях было одно: где Фэнг? Он стал молчаливым, отвечал сухо и короткими фразами, часто ложился спать сразу после школы, уходил куда-то. Сначала это не особо напрягало, ведь Эд думал, что тому просто нужно время, дабы привыкнуть к совместному проживанию, но когда тот сказал, что придёт в школу чуть позже и теперь вообще не явился — начал переживать. Так ещё и парочка узлов добавились, что стали последней каплей. Шестой урок подходил к концу, впереди была физкультура, которую черноволосый планировал прогулять и пойти на поиски своего парня. — Ты писал ему? — повернулась Колетт, которая совсем недавно пересела с Вороном впереди их парты. — Угу, писал и звонил, — он намеревался удариться лбом о стол, но подруга подложила ладонь в место удара в последний момент. Мягкая и маленькая, совсем не такая, как у Фэнга. — Я не при делах, — угрюмо ответил Ворон и снова развернулся, утыкаясь в телефон. «Да чтоб тебя…» — думал Эдгар непонятно о ком: о себе, соулмейте или противном однокласснике. Он винил себя за всю эту ситуацию, ведь ещё раньше заметил изменения в их отношениях. Может, он просто себя накручивал, а Фэнгу снова стало нехорошо, так как тот болел по-крупному, но вроде говорил, что выздоровел. Нога нервно дёргалась, хотелось выбежать из класса и пулей рвануть домой. Но что если там его не будет? Так оно и вышло: в квартире тишина, даже Хаос мирно спал, что совсем не похоже на него. Эдгар отчаянно искал везде, даже в шкафу, будто он бы смог туда поместиться и разыграть его своим исчезновением. Закусив губу, он вновь набрал контакт с сердечком и гудки наконец превратились не в тишину. — Алло. — Ты где? Всё хорошо? — юноша стал обратно обуваться. — Нормально. — Слушай, я волнуюсь. Снова молчание. — Фэнг, где ты? — он выбежал на улицу, по памяти направляясь к дому парня. — Я сейчас занят, прости, — сбросил.       Эдгар удивлённо посмотрел на законченный звонок. «Что за фигня…» — снова набрал, но абонент был вне зоны доступа. Сердце неприятно кололо, а нить всё пульсировала и слабо светилась красным. Он вообще не понимает, что происходит. Но точно не оставит это всё так, не хотелось бы потом жалеть о своём бездействии. — Здравствуйте, — он мялся на пороге, неуверенно поднял взгляд со своей обуви на глаза незнакомой девушки. — Я одноклассник Фэнга, он дома? — Здравствуй, нет, ушёл только что, — по всей видимости, его сестра открыла дверь шире, впуская в квартиру. Значит, был дома и что-то случилось? Снова поссорился с родителями? Тысяча и один вопрос крутились в его голове. — Ты проходи, может, вернётся скоро, — она мило улыбнулась и ушла на кухню. — Не стесняйся, я тебя чаем напою! — кричала та. Эдгар сжал кулаки, из-за чего ногти неприятно впились в кожу. Не хотелось бы снова встречаться с его матерью. На ватных ногах дошёл и уселся на то же место, как и в прошлый раз. Часы над столом слишком громко тикали, нагнетая. Надо было уйти. К счастью, на кухню глава семьи не пришла, потому можно выдохнуть. Чайник закипел и кипяток разлили по чашкам. — Не ты ли случаем его соулмейт? Он дёрнулся и обжёгся предоставленным напитком. А она вокруг да окола не ходит. — Да, надеюсь, это не проблема… — Это уже брату решать, — она накрутила локон на палец. — Я вообще здесь тоже не часто, всё работаю, а как приехала — так никого. Да и Фэнг почему-то мрачнее обычного. — И мне бы знать почему он такой, — он вымученно выдохнул. Начал скрести чашку пальцем, из того самого сервиза, который однажды был разбит. — Почему ваша мать так ненавидит его? Её глаза округлились и казалось, что он наговорил лишнего. Конечно, кто станет задавать едва знакомому человеку такие щекотливые вопросы о семейных делах? — Простите, можете не рассказывать. — Слушай, — она перебила, — во-первых, давай передём на «ты», я не такая уж и старая. А во-вторых, я бы не стала трепаться об этом тебе. Но ты ведь не просто так пришёл сюда, да? — Я ищу его потому что он ведёт себя странно, думал, снова ссора. Он пока у меня живёт, поэтому надеялся найти Фэнга здесь. — Так уж и быть, — она почесала затылок. — Во всём виноват наш отчим, думаю, ты и так всё знаешь. А мать.. она помешана на деньгах, а когда его посадили и дохода стало мало — начала во всём винить брата. Думаю, я тоже причастна к его состоянию, так как не помогла, когда он так нуждался в этом. До сих пор ненавижу себя за это. Осознание очевидного наконец пришло, но этого было недостаточно, ведь он не знает, говорил ли Фэнг с матерью в последнее время. А если бы даже был скандал, то почему он всё замалчивает? Проблема в нём? Эдгар стал прокручивать все свои действия и слова по отношению к парню, но ничего ужасного не заметил за собой. Что ж в голове соулмейта творится? — Почему она относится к Ворону лучше, чем к Фэнгу? Ты же знаешь его? — Знаю, конечно. До конца не уверена в причине, но, в отличие от брата, Ворон любил подлизываться ко всем и выдавать себя за пай-мальчика, коим не являлся. Он делал всё, чтобы мать отчитывала Фэнга и всегда в пример ставила Ворона, который дома не бывал из-за того, что его родителям было плевать на него. А наша мать взяла на себя ответственность за него, хотя своих детей воспитать толком не смогла без травм. Тоже мне, мать-героиня. — Спасибо за ответ, — Эдгар печально посмотрел на часы и что-то подсказывало, что он не вернётся сюда. Покрутил ложкой уже в пустой чашке и подпёр ладонью подбородок. Пазл с причинами поведения Ворона постепенно складывался, тем не менее это не давало ему права похищать Колетт. Он до сих пор хочет врезать ему в лицо, но подруга всё отговаривает и постоянно рассказывает, что с ней он ведёт себя осторожно и даже лишнее слово сказать не решается. Но почему-то Эд не может так просто забыть всё, что тот натворил, потому всегда ожидает очередной мести. Через полчаса разговоров и более-менее нормального знакомства хоть с кем-нибудь из семьи Фэнга, черноволосый поблагодарил за гостеприимство и побрёл домой в ужасном настроении. Хотелось встретиться с ним и расспросить что такого он сделал, что теперь его избегают и говорить не хотят.       Тишина в комнате била по ушам. Обычно они вместе делали домашку, слушали музыку, смотрели фильмы. На душе было так больно и неприятно. Он лёг на кровать и обнял подушку, представляя на её месте свою пропажу. Она даже пахнет им. Захотелось разрыдаться. Когда-то он целыми днями проводил в одиночестве и это не так сильно давило на Эдгара, а теперь его трусило от переживаний. Вдруг накатила паника, что с Фэнгом что-то случилось или он попал в плохую компанию, вдруг его сбила машина или он захотел сделать что-то с собой? Последние два вопроса сразу отпали, ведь нить бы подала какие-то знаки. Однако мозг всё не переставал рисовать ужасающие картины мёртвого тела важного для него человека. Эдгар с пеленой в глазах взглянул на пульсирующую нить и провёл дрожащими пальцами по узелкам. Может, хотя бы так он ответит? Но нет, не ответил ни через минуту, ни десять. Все попытки достучаться были безуспешны. Так он и уснул: в слезах с подушкой у груди.

***

— Так, — классная руководительница, что проводила перекличку, задумчиво смотрела в журнал, — Фэнга снова нет? — Да, по семейным обстоятельствам, — Эдгар отвлёкся от очередного бессмысленного рисунка, чтобы ответить. Конечно, настоящей причины он до сих пор не знал. Выводил линии гелевой ручкой, психовал и зарисовывал всё десятками других. Получались чёрные круги и крестики. Яростно заполнял другую часть скетчбука знаками вопросов, затем рисовал себя и сильно давил на лист, протыкая концом стержня своё тело. — Хватит чёркать, бесишь, — Ворон даже не взглянул на него. — Фэнг так и не звонил? — Нет, — сухо ответил. — Ты уверен, что не знаешь где он? На этот раз одноклассник усмехнулся и обратил свой взор на Эда. Несколько секунд просто прожигал его своими тёмными глазами, а потом выдал: — Я же сказал, что не замешан в этом. Иди и ищи его по нитке, придурок. — Сам ты.. — он остановился и понял, что совсем забыл о том, что теперь так делать можно. — Отвали, — буркнул и уставился в окно, где опять собирались тучи. Шёл он недолго. Нить привела его к детской площадке во дворах, неподалёку от собственного подъезда. Детей не было, да и в принципе качели пустовали. Все, кроме одной. Фэнг сидел на карусели и не двигался, смотря куда-то вдаль. Эдгар вздохнул и осторожно присел рядом, отчего качеля медленно закрутилась. — Это я виноват? — он с какой-то хрипотой в голосе выдавил это из себя. — Прости, если сделал что-то не так, — его рука аккуратно легла на чужую и синеволосый наконец дёрнулся, в страхе взглянул в его глаза. Красные, заплаканные и такие печальные. В районе сердца опять неприятно заныло, Эдгар встал и обнял его. Фэнг молчал, но не сопротивлялся. Неуверенно поднял руки для ответных объятий, но опустил их. Волна тревожности уже затопила юношу и тот отстранился, снова сел напротив. Уже тряс чужую ладонь, дабы тот хотя бы слово сказал. — Пожалуйста, не молчи, я волновался за тебя. — Извини. — Расскажи, прошу, — Эдгар взял его подбородок двумя пальцами, заставляя отвлечься от такой интересной слезающей краски с карусели. — Без тебя холодно спать, — он слабо улыбнулся. — В этом и проблема… — Фэнг всё равно опустил взгляд и замолчал. Черноволосый тоже померк, обдумывая его слова. Ему не нравится жить с ним и он хочет больше личного пространства? Ему надоело делить одну кровать? Его мама что-то сказала ему? — Что? — отпустил холодную руку Фэнга и начал нервно хрустеть своими пальцами. — Я просто сижу у тебя и твоей мамы на шее, мешаюсь и объедаю вас. Мне самому противно от этого, я должен сделать хоть что-то, а не могу, потому что с модельного агентства меня давно вышвырнули. Я ничем не могу отплатить, ненавижу себя за это, — он поднялся с сиденья и ступил на влажный песок кроссовками. — Мне стыдно за свою беспомощность. И теперь я жалею, что только потрепал тебе нервы своими тараканами в голове. Я вернусь к себе, извини, мне некомфортно находиться рядом с тобой сейчас, — ушёл. Взял и ушёл, даже не обернулся и не дал что-то ответить.       Эдгар вздохнул холодный, уже почти ноябрьский, воздух, горько усмехнулся и уткнулся носом в шарф. Внутри всё словно заледенело, а утренняя буря злости на самого себя исчезла. Его опустошили. Выпарили всю влагу или же просто вмиг иссушили, как океан и оставили жалкие неровные рельефы, на которых вымерла вся живность. Так больно и неимоверно странно всё это ощущалось, будто вся его жизнь — сон. Нет, даже кошмар, из которого ему не выбраться. Он встал, покачнувшись, и медленно пошёл куда глаза глядели. Просто гулял по улице, а в ушах неимоверно звенело, запястье жгло от нити, а в лёгких было так мало кислорода. Но старался дышать, в который раз вспоминал, что ингалятора у него нет. Люди странно оборачивались на него, наверное думали, что школьник под чем-то. Через час вернулся в квартиру, теперь по-настоящему пустую. Вещей Фэнга в шкафу не было, его зубной щётки также не наблюдалось, а последнее ещё сильнее ударило по Эдгару — ловца снов тоже не было. Самая незначительная вещь стала такой ценной. Он так привык к этой висящей над постелью побрякушке, так ещё это была вещь его парня, наверное уже бывшего. Ответа дать он не мог, да и в голове всё перемешалось. Он устал. Как физически, так и морально. Юноша залез с головой под одеяло, даже не переоделся в пижаму. Слёз уже не было, он просто смотрел в черноту и не думал ни о чём.

***

Открыл глаза уже ближе к вечеру, спать всё ещё хотелось, хотя он проспал чуть ли не сутки. Голова кружилась, его мутило, но Эдгару пришлось найти силы хотя бы взять телефон в руки. Пропущенные звонки от Колетт, сообщение от Фэнга. Стоп, сообщение от него? На него комом навалились воспоминания вчерашнего и он зашёл в их диалог. Кроме истеричных текстов о переживаниях Эда было что-то новое. Он проморгался, фокусируя зрение на экране. Фэнг: — «Спасибо, что не остановил».       Смартфон потух. Он отложил его и уставился в потолок, на который падал свет от окна из-за паркующейся машины. В горле пересохло, а в глазах защипало. Эдгар хотел, он бы побежал за ним, отговорил бы и переубедил, только вот его тело в тот момент просто парализовало. Фэнг так быстро убежал, каким образом он успел бы что-то сделать? А сейчас… У него просто не было сил. Постоянное чувство обиды убивало изнутри, ведь что такого сказал соулмейт, что его выворачивало от себя? Разве что то, что ему неприятно рядом с ним находиться. Конечно, это было неприятно и он принял это всё на свой счёт. Ему нравится Фэнг, так почему же чувство, от которого раньше в животе летали бабочки, теперь словно пожирает его внутренности, ломает кости? Он должен пойти к нему и поговорить, просто обязан. Так считал он, так подсказывал ему мозг и думала голова, но сердце захотело погрязнуть в ужасном эмоциональном состоянии. — Какой же я никчёмный, — шёпотом произнёс и написал:

Эдгар: — «И что дальше? Мы расстаёмся? Я не понимаю, что в твоей голове. Почему ты заставляешь нас двоих страдать?» — закусил губу и стёр последний вопрос. Выглядит так, будто он давит на Фэнга.

Ответ пришёл слишком быстро: Фэнг: — «Я во всём виноват. Мне тяжело понять, что я вообще из себя представляю. Знаю, что мои поступки глупые и иррациональные. Это рано или поздно должно было сказаться на нашем общении. И… Не подумай ничего такого, но ты был прав, когда сказал, что мы спешим со всем этим. Я был слишком уверен в своих силах, но оказался слабаком».

Эдгар: — «Нет, ты не виноват. Что я могу сделать для тебя?».

Фэнг: — «Ты и так слишком много делал, прости».

Эдгар: — «Я ведь говорил, что постараюсь сделать тебя счастливым».

Фэнг: — «А смогу ли я отплатить тебе потом?».

Эдгар: — «Почему ты так зациклен на этом? Ты боишься принимать чужую помощь только потому, что боишься не отдать что-то равноценное? Послушай, я твой соулмейт, твой вроде как друг и парень, меня делает счастливым то, что счастлив ты. Нет никакого закона, что люди должны что-то другим. Пожалуйста, давай не будем бегать друг от друга. Мне больно из-за того, что ты отдаляешься».

Фэнг вышел из сети, отставляя диалог незавершённым. Эдгар долго ждал продолжения разговора и уже надумал всякого. Например, как постарается решить его проблему и помочь. Он потёр глаза руками и перечитал написанное. «Ну и какой из меня психолог?» — встал и направился на кухню за ночным перекусом. Фэнг в какой-то степени был прав, кто бы помог ему самому? Быть в жизни «спасателем» — одновременно приятно для своего эго, когда тебя благодарят, а в то же время неимоверно больно, когда после всех твоих стараний в трудную минуту будет некому даже высказаться. Третья попытка суицида казалось уже не такой бредовой, но черноволосый яростно откидывал глупые мысли из головы. Разве есть что-то, что люди не могут решить? Теперь этот вопрос он считал достаточно правдивым, ибо огромного желания всё исправить от Фэнга не наблюдалось. Чувствовал себя таким изгоем жизни: только всё налаживается, — опять пропасть из проблем. Сколько ещё ему нужно страдать, чтобы наконец быть счастливым? Телефон завибрировал и Эдгару пришлось ждать будто бы целую вечность, пока его барахло откроет мессенджер. Фэнг: — «Прости, я не хочу, чтобы ты мучился».

Эдгар: — «Давай встретимся и поговорим, пожалуйста».

Фэнг: — «Может, просто забудем? Не хочу поднимать эту тему. Просто сделай вид, что ничего не было».

Эдгар: — «И спасти наши отношения тоже не хочешь?».

Фэнг: — «…». Юноша вздохнул, стараясь успокоиться. Как он может позволить себе забить на то, что сейчас происходит с его парнем? На смартфон вдруг упали слёзы, Эдгар сам удивился и постарался как можно скорее их убрать, так как собеседник всё ещё печатал. Фэнг: — «Не делай ничего с собой, ладно?». Пальцы сжали экран до побеления костяшек. Из всех вариантов ответов это был самый худший. Фэнг постоянно ставит себя на последнее место, не просит помощи, когда ему плохо и теперь просто убегает от проблемы, написав данное сообщение. Не делать ничего с собой, да? Сейчас назло пойдёт и сделает.