Как назвать эту любовь, ещё раз?

— Раздевайся! — сказала Эмма, входя в комнату и на ходу захватывая аптечку. Она без задней мысли устроилась на кровати рядом с Кеном и стала копаться в содержимом аптечки. Кен молча послушался. Сначала он снял хаори, затем осторожно начал стягивать белую футболку — рана на плече всё ещё напоминала о себе. — Э-э-э?! — Эмма так увлеклась поисками бинтов, что, повернувшись к нему, внезапно покраснела до ушей и резко отвернулась, нервно сжимая вату, пропитанную спиртом. (Автор: аххх, её так легко понять!) Нет, конечно, она и раньше видела обнажённых по пояс парней — своих братьев после душа или когда помогала обрабатывать раны Майки после очередной драки. Но одно дело — братья… И совсем другое — любимый человек, сидящий прямо перед тобой, раздетый до пояса. — Что? — недоумённо спросил Кен. Не понимаю, в чём дело. Она ведь уже видела меня без рубашки… — подумал он, ожидая объяснений. И действительно, в детстве они часто вместе ходили на море или в аквапарк — втроём с Майки, а иногда и с друзьями, включая Шиничиро. Тогда Эмма была хитрой и до ужаса капризной. Она постоянно придумывала способы забраться Кену на спину: то «случайно» поскользнётся, то притворится, что повредила ногу, то заявит, что устала, и плакала, если кто-то другой пытался её поднять. Как маленькая избалованная девчонка, она проводила всю прогулку у Кена на плечах, довольная как кошка. Но с четырнадцати лет всё изменилось. Эмма стала стесняться, перестала вести себя по-детски, и вскоре семейство Рюгудзи переехало в другой город. Кен приезжал в Токио только по праздникам и выходным. Так проходили дни и годы. Когда Эмме исполнилось шестнадцать, их родители погибли. Для неё это был самый страшный год. Она потеряла не просто мать — она потеряла лучшую подругу, человека, с которым делилась абсолютно всем. Мама знала, кого любит Эмма. И часто повторяла: «Верь в свою мечту. Никогда не отворачивайся от неё». Эти слова будто давали Эмме крылья каждый раз, когда её взгляд встречался со взглядом Кена. Тогда именно Кен и Майки не дали ей упасть в пропасть. Да, Майки тоже страдал, но держался благодаря Шиничиро, который взял на себя ответственность и за семью, и за компанию после смерти родителей. Кен понимал Эмму как никто другой — он сам потерял мать, когда ему было всего семь. Его отец так и не женился снова, храня верность своей единственной любви. Прошло полтора года. Эмма уехала на практику в Калифорнию на шесть месяцев — последний год учёбы. А когда вернулась, узнала, что станет женой Кена. Она была безумно счастлива… хоть и немного разбита, узнав, что этот брак — всего на пять месяцев. — Н-нет, ничего… — пробормотала Эмма, стараясь обойти Кена, чтобы не смотреть прямо на него. Так, Эмма! Соберись! Не будь дурой! Ваааай… даже его спина сексуальна! Как же хочется обнять его… Даже рана — и то украшает! Мама была права: шрамы действительно делают мужчин ещё привлекательнее! Так, стоп! Сосредоточься на ране! Только на ране! — мысленно отчитывала она себя, аккуратно вытирая кровь, обрабатывая рану и перевязывая бинтом. — Что тут происходит? — раздался голос с порога. В комнату вошёл высокий парень — чуть старше Майки, с пепельными волосами в стиле каре и фиалковыми глазами. — Майки хоть бы помог чемоданы занести… Ни уважения к стар… — начал он, но осёкся, увидев сцену перед собой: Кен с голым торсом, Эмма с аптечкой в руках. — Братик… ИЗАНА!!! Продолжения следует…