Наш лидер, наш друг

— Ты серьезно?! Вы действительно убедили корпорацию Ривз следовать за нами и беспрекословно нам подчиняться? Хэндж был поражен возвращением Леви и Эрика, у которого на лице была широкая улыбка. Леви направился к их временной недавно созданной базе на ферме. Хэндж уже начал строить планы относительно того, что должно быть построено на этом великолепном фундаменте. Однако она заметила, что с тех пор, как они вернулись, История, которая даже не произнесла ни слова, спокойно держала Эрика за руку. Хэндж молча улыбнулась про себя и приготовилась. В тот вечер на склоне холма лил сильный дождь. В небе сверкала и гремела молния. Две повозки и несколько всадников. Едем по узкой дороге на краю залитого дождем обрыва. — Эй, Ривз! Ты уверен, что это то самое место, ты действительно прятал Эрена и Кристу всю дорогу сюда?! — Крикнул кто-то из фургона. — Да, сэр, мне пришлось спрятать Эрена в пещере, пока он полностью не исчерпал свою титаническую силу. Давайте поторопим бригадных мастеров! — Крикнул Ривз с лошади. Один из его людей подошел к нему. — Сэр, вы в этом уверены? Я знаю, что сказали разведчики, но ты уверен, что они смогут это сделать? Если они потерпят неудачу, обе наши шеи упадут. — Сказал он достаточно громко, чтобы Димо услышал. — Не беспокойся, посмотри туда. Он наклонил голову к другому утесу и увидел пару глаз, наблюдающих за ними. — Веришь в них? Сумасшедший или нет, но я верю, что если кто-то и может это сделать, так это они! От этих блестящих голубых глаз у меня мурашки бегут по коже. Такое чувство, что он читает тебя наизнанку одним взглядом. Плюс его аура кажется холодной и отталкивающей. Ривз разглагольствовал. Мужчина неловко попятился. — Вы действительно присоединились к ним по собственной воле, сэр? — Нервно спросил он. Тем временем на другой скале. — Ладно, они здесь. Давай собираться. — Предостерег Эрик. — Подожди минутку. Хэндж остановил его. В их группе были только они, Леви, Джин и Конни. Остальные остались на базе. — Я думаю, тебе лучше пересидеть это. — Тихо сказал Хэндж. -Чтоаа?! Но почему? — Я могу… — попытался возразить Эрик, но Леви шлепнул его по затылку. — Ой. Что, черт возьми, это было за капитан? — Огрызнулся Эрик, потирая голову. — Идиот. Неужели ты даже не видишь своего собственного состояния? — Сказал Леви довольно спокойно для человека, который только что вбил в него немного здравого смысла. Джин и Конни тоже наконец заметили это. — Да, чувак, тебе действительно стоит успокоиться. Ты везде бегаешь в лохмотьях. — Спросила Конни. Эрик сел на холодную влажную землю и потер лицо. Глаза у него были усталые и налитые кровью. Его кожа была бледной, а возле глаз вздулись небольшие вены. — И кроме того, я не хочу, чтобы принцесса обвинила меня, если ты облажаешься и что-нибудь случится. К тому же капитан обязан следить за своими подчиненными. — Спросил Леви так же бесстрастно, как обычно. — Когда, черт возьми, ты стал таким праведником? — Крикнул в ответ Эрик, кровь прилила к его щекам. — Хорошо, ты командир отделения. Но кто, по-твоему, схватит другого солдата? Эрик сокрушенно вздохнул. Он почувствовал прикосновение к плечу. Появился Хэндж с самоуверенной ухмылкой. — Хэндж? — Растерянно спросил Эрик. Она обернулась и сказала: Я позабочусь об этом. Не стоит меня недооценивать. Я была довольно опытной до того, как встретила твоего отца и поступила в исследовательский отдел. Вдалеке повозка, на которой ехали депутаты, упала с обрыва. Вдалеке послышались крики, и трое мальчишек увидели, как Леви и Хэндж ловко подобрались, вытащили двоих мужчин из падающей повозки и скрылись под покровом ночи и дождя. — Впечатляет. — Спросила Джин. Ривз был единственным, кто заметил, что разведчики ушли со своими захваченными целями. — Похоже, все шло по плану. Я не думал, что они действительно смогут это сделать. Но теперь я уверен, что весь ад вырвется на свободу. Самая безумная часть этой битвы только начинается. Несколько дней спустя. Эрвин и Пиксис решили провести еще одну встречу командиров в штаб-квартире Праймер кэпитал. — Лэнгфорд, Эрен и История. Эти три звена, удерживаемые вместе Леви, — ключ к изменению всего. Но теперь наша последняя информация говорит о том, что правительство начало действовать. И чтобы заполучить в свои руки Эрен и Историю, а также уничтожить наши основные средства нападения, они делают все возможное, и теперь они готовы использовать всю свою власть и власть, чтобы достичь этого, не обращая никакого внимания на своих граждан или стены. Мы ни в коем случае не можем позволить такому бесполезному королю устоять, чтобы дворяне могли использовать его силу для такого буйства. Мы не можем позволить человечеству бессмысленно тратить свое время. Не тогда, когда мир висит на волоске и его падение почти настигло нас. И для того, чтобы человечество выжило, теперь есть только один путь действий, который мы можем предпринять. То есть… использовать нашу собственную власть и свергнуть правительство. И взять власть и контроль в свои руки. Эрвин делился своими мыслями и планами с Пиксисом. Но на самом деле он просто внедрял идею в разум Пиксиса по приказу кого-то другого. Ибо записка, которую он ранее получил, включала в себя часть. — Послушай, Эрвин, передай этот план генералу Пиксису, но не упоминай, как ты его придумал. Зная его характер, он скажет вам, что согласится, но условно. Но это нормально. Гарнизону можно доверять. Пока он стоит на нейтральной территории. Судя по его характеру, он из тех, кто наблюдает. Видит каждую последнюю каплю информации, прежде чем принять меры, так что он будет настороже. Этого достаточно. Желаю удачи, мой друг. Пиксис внимательно слушал Эрвина. — Наконец-то этот страшный момент настал. Однажды даже в этих узких стенах люди прольют кровь друг друга. Я думал, что такой день настанет. Пиксис уныло начал тереть глаза рукой, чтобы сосредоточиться. — Я надеялся, что мне не придется дожить до такого дня. Но прошло 107 долгих лет с того дня, как первый король объявил любой интерес к внешнему миру табу. Настанет, наконец, день расплаты, когда человечество развалится в своем собственном маленьком слове и… Я тоже вынужден направить пистолет на короля. Ты хорошо подумал, Эрвин. Я действительно такой человек. Однако. Я всего лишь старый солдат. Мои права руководить людьми и войсками съежились и исчезли. Несмотря на повышение, я потерял все в тот день, когда передал Лэнгфорду командование в Тросте. — Даже так, сэр. Вы вынесли ему приговор, и расплатой стало рождение надежды и наша первая победа. Таким же образом я хочу, чтобы вы судили обо мне, — ответил Эрвин. — Это и есть причина вашего разговора со мной? Очень хорошо, если вы сумеете убедить меня, я уйду в отставку с поста генерала, буду служить с самого дна и снова начну работать новобранцем в разведывательной корпорации под вашим началом. И я сделаю все, что ты захочешь, грязное или чистое, без вопросов. Но… если то, что ты делаешь, неправильно, я не проявлю никакого милосердия. Как начальник гарнизона я осужу вас и лично доставлю на место казни. Вместе с закрытием вашего драгоценного разведывательного полка, включая двух ваших воинов. — Мрачно сказал Пиксис. — Я готов к этому. И я обещаю вам, что это не будет вашей типичной идеей революции. Мы не будем использовать военную силу, чтобы захватить голову короля или его власть. Это приведет только к пандемониуму, и человечество погибнет. Потому что может быть борьба, но очень немногие осознают истинные действия правительства. И еще меньше противостоящих ему. Восстание сейчас вызовет только больше смертей и кровопролития. Эрвин заговорил: — А ты сам себе не противоречишь, Эрвин? Сначала вы стремитесь к переменам в системе, но отрицаете восстание. Что вы планируете? Как вы предлагаете поддерживать мир после смещения короля? Правление, чья родословная существует уже более 2000 лет, которое считается символом процветания. Что даже в этих напряженных и опасных обстоятельствах насилие не вспыхнуло. А все потому, что горожане все еще почитают трон, полагая, что они, король и чиновники, разделяют ту же судьбу, что и люди. И даже если вы добьетесь успеха, другие фракции восстанут, отвергнув ваше правление. Вооруженные дворяне, бригада королевской военной полиции, роялисты и другие противоборствующие граждане ополчатся против вас. Итак, Эрвин, какое будущее ты планируешь нам предложить? — Твердо сказал Пиксис, скрестив руки на груди. Прежде чем ответить, Эрвин слегка улыбнулся. — Я должен кое в чем признаться. Теперь я превратился в марионетку, действующую только как ретранслятор. И чтобы ответить на этот вопрос, сэр, мы заменим короля системой, которой народ может доверять и на которую он может положиться. Однако нам все еще не хватает деталей для достижения этой цели. И все же я верю. В нашем гениальном планировщике, в наших двух воинах, эксцентричной, но надежной женщине и группе волевых, решительных молодых людей. Я не собираюсь применять военную силу или вызывать смертельные случаи. Но все зависит от этой ключевой детали crutial. Если он потерян, то все мы обречены. Пиксис издал тихий смешок, отмечая его слова. — Так что держись за последние усики. Вы готовы снова поставить все на кон? — Сказал Пиксис, роняя улыбку. — Да. Ничто нас не остановит. Я стал игроком и принимаю это. А теперь, пожалуйста, послушайте историю моего детства. Эрвин начал рассказывать историю о том, как его отец был учителем в его родном городе и когда-то преподавал историю. О том, что вся история человечества была утеряна или заброшена еще до их появления в этих стенах. Любые формы вещей, обладающие какой-либо записью человеческой истории, были оставлены, конфискованы или уничтожены. И сам с детским любопытством задавался вопросом, как знания, которыми обладали в умах людей, не передавались следующему поколению устно. Даже тогда ясно, что восстановить это знание до последнего человека было почти невозможно. Так как же? Наконец отец ответил на этот вопрос и предупредил его, чтобы он не говорил об этом. Но в детстве он не понимал истинного значения этих слов и говорил об этом остальным детям. В тот же день его даже допрашивала военная полиция. Через несколько дней пришло сообщение и тело, в котором говорилось, что его отец погиб в результате несчастного случая. — …Я спрашивал себя. Был ли отец убит центральным правительством?! Может быть, из-за моей маленькой оплошности? Я был зол. Как раз в 12 лет я взял на себя смелость доказать теорию отца. Через три года, как только я достигну минимального возраста, я поступлю в кадетский корпус. Военные. Там я встретил мальчика с ярко блестящими глазами. Его звали Коннор Лэнгфорд. И в бреду двух 15-летних мальчиков отцовские домыслы становятся истиной в моем сознании. Потому что у него хватило ума обработать всю эту информацию и начать собственное исследование. Мы были теми, кто основал исследовательский отдел в разведывательном корпусе. Но меня заставили подняться по служебной лестнице, и не успел я опомниться, как он исчез. Но то влияние, которое они оказали на меня, заставило меня осознать это. Слово полно безумных чудес. Люди превращаются в титанов. Титаны превращаются в стены. Человек, способный дать отпор титанам! Теперь все они были обычными событиями. Тот факт, который основал отец, а мы с Коннором — я. А я заканчиваю есть. Это было 107 лет назад. Чтобы король правил без разбора. Все воспоминания человечества были изменены, когда они вошли в стены. Пиксис благоговейно поднял брови. — Хо, устранив культурные, религиозные и расовые различия. Человечество могло бы жить как единое целое в стенах без таких барьеров. Полагаю, именно это поддерживало единство общества все эти годы. — Да, и не только теория отца. Я присутствовал при этом, чтобы стать свидетелем чудес, подтверждающих его теорию. И даже Коннор. Его исследования теперь приносят свои плоды в руках его собственного сына. Сила, способная остановить титанов. Власть превосходства над титанами. Эрен, который также был способен управлять титанами одной лишь волей. Фрост отвлек внимание титанов от себя. Даже женщина-титан могла в какой-то степени манипулировать их фокусом. Хотя это могло бы просто привлечь внимание, как Эрен. В целом я хотел бы сказать, что масса, сознательная неопределенным числом титанов, может быть манипулирована этими так называемыми «силами». Но я хочу отметить, что активизация вмешательства королевского правительства началась, когда Эрен и Эрик начали демонстрировать всю меру своих сил. Например, спонтанный контроль Эрена над титанами и способность Эрика к иммунитету над титанами, а также его способность извлекать энергию из их тел и обращать ее против них. Обо всем этом было доложено правительству. Проще говоря, «я» делаю вывод, что Эрен или, точнее, сила Эрена ищут, потому что это щит, который может защитить их. Но что касается Эрика. Это обоюдоострый меч, который они не могут использовать. Это скорее угроза, чем средство нападения, и поэтому они хотят покончить с ней любыми средствами. — Понятно, поэтому они и молчали о том, что случилось с Лэнгфордом. И во время суда над Эреном они хотели, чтобы Военная полиция победила не для того, чтобы убить его как угрозу, а для того, чтобы заполучить в свои руки его силу. Но если это правда, разве мы не можем поверить, что они могут использовать силу Эрена как средство защиты человечества? Если им некуда бежать, то наши цели одинаковы. Так что нет причин воевать. У них может быть ценная информация, которой у нас, возможно, нет. Так что не можем же мы положиться на них и довериться. Эрен в их руках. — Спросил Пиксис, махнув рукой. Эрвин молча кивнул. — Наилучший из возможных вариантов действий. Но эта вера вылетела в окно, когда меня вызвали в Королевское премьер-бюро. И я получил самый большой тревожный звонок в своей жизни. С самого детства я задавался вопросом, по какой причине отец должен был умереть только за то, что приблизился к истине. И все же я доверял системе, полагая, что у них есть свое собственное чувство справедливости. Но то, что я увидел внутри, пахло хуже, чем дыхание титана. Уровень коррупции заставил бы таких людей, как Леви, казаться ангелами. Они были людьми, но в них не было ни капли человечности. Все, что они хотели защитить, — это самих себя. Их никчемные дома, звания, сады, статусы и богатства. Они заботятся только о своей собственной жизни и привилегиях. Они готовы убить все, что угрожает этому, будь то люди или титаны, и даже пальцем не пошевелят, чтобы помочь чему-то еще. В конце концов их праведность была не чем иным, как грязной ложью. Отец умер ни за что. Он был убит человеческой жадностью и бессмысленным сыном. Их точка зрения видит остальную часть человечества как гигантскую массу свежего титанового корма. Если мы, Найл и Закери умрем прямо сейчас, это не будет стоить им и чиха. Я не доверю нашу единственную надежду на спасение кучке таких отвратительных ублюдков, как они. Эквивалент рака, который пожирает нас заживо, чтобы жить. Эрвин чуть не зарычал, кипя от гнева. — Боже мой. Такая ярость. Тогда как же вы соберете свои осколки для этой бескровной революции? Или ваш информатор тоже сказал вам об этом? Пиксис обдумывал возможные сценарии, прежде чем в комнату, задыхаясь, ворвалась женщина-солдат. Она явно бежала всю дорогу сюда. — Коммандер, у вас два письма. Она вытащила из кармана куртки две банкноты и протянула их Эрвину. — Сказал Эрвин, открывая одну из них. — И наши части прибывают. Генерал Пиксис. Я действительно сказал, что в этой революции не будет смертей. Но я не обещал без конфликта. Однако сильная мучительная боль и кровопролитие все равно проложат дорогу». — Сказал Эрвин с самодовольной ухмылкой. (За несколько дней до этого) — АААААААХХХХХХХХХ! Отвратительные крики разрывают барабанные перепонки членов 104-й партии новообразованного сп. Опс. Отряд. Когда начались пытки Джера Санеса от рук Хэнджа и Леви, который ранее был захвачен в плен благодаря сотрудничеству скаутского полка и роты Ривза. Старший член печально известной Центральной депутатской бригады. Кто-то, кто, как полагают, обладает ценной информацией о внутреннем кругу королевской семьи. — Черт побери, надо было добавить немного денег на звукоизоляцию подвала. — Сказал Эрик, обхватив голову руками. Когда он вернулся, у него болела голова, и его состояние не сильно улучшилось. — Ты что, шутишь? Я уверена, что после этого мне будут сниться кошмары, — сказала Конни. — Итак, все наконец началось. Черт побери. Мне потребовался месяц, чтобы привести себя в форму. Я был твердо настроен против титанов, но теперь я не знаю, на кого или на что, черт возьми, я должен обратить свой клинок, — с болью сказала Джин. Все они сидели за маленьким столиком в центре комнаты, за исключением Микасы, которая стояла в углу, погруженная в свои мысли. История сидела во главе стола, Эрен, Эрик и Конни — по одну сторону, а Жан, Армин и Саша — по другую. Единственная масляная лампа горела на столе, освещая их лица. Джин продолжала: — Теперь мы превратились в преступников, похищая военных полицейских и подвергая их пыткам. Эрен возился с ключом, который ему было велено постоянно носить на шее. Затем он сказал: — У нас нет выбора. Если мы облажаемся в этот момент, все будет кончено, и остальная часть человечества окажется в желудке титанов. Я понятия не имею, как командир определил, что коррупция во внутренних делах настолько сильна, что мы должны совершить государственный переворот. Но стратегия уже началась, и это только первый акт «. Саша просто посмотрела вниз и стиснула зубы. — Теперь мы все мятежники. Что будет, если мы потерпим неудачу? — Парирует она. Джин по-прежнему отвечала за нее. — Все просто. Нас всех объявят предателями и повесят в центре столицы по обвинению в государственной измене. Саша испуганно сглотнула. Эрик поднял голову и посмотрел на них. Вокруг глаз виднелись тугие вены, едва доходившие до висков и лба. Затем он открыл рот, чтобы сказать: «На этот раз мы пытаемся заменить систему, которая существует уже сто лет. Там определенно больше тупиц, которые с радостью принимают правительство, чем меняют все. Они используют этот культ стены и страхи людей перед таким количеством инцидентов с титанами, чтобы максимизировать сторонников своей стороны. Рисует нас злыми плохими парнями. По правде говоря, они цепляются за то, что заставляет их чувствовать себя в безопасности. Даже не подозревая, к каким разрушениям это приведет. Наряду с прекращением монархии это критический момент для завоевания веры народа. Если разведчики не станут героями в конце этой реки дерьма, то их ярость сожжет дотла всю надежду. Единственный выход — переложить вину за хаос на правительство за кулисами и разжечь огонь под их задницами. — Если это произойдет, весь ад вырвется на свободу. — Спросил Армин. — Правительство не будет сидеть тихо. Если то, что вы с командиром говорите, правда, то они без колебаний поднимут оружие против населения. И многие невинные жизни будут потеряны ни за что. Но ваш метод сработает. До тех пор, пока мы выполняем его в значимом событии и действуем в узких временных рамках. Правительство или их военная полиция могут взять вину на себя, а мы прыгнем туда как так называемые герои и докажем свою состоятельность. Что мы — ключ к выживанию человечества. Тем не менее, в любом случае кровь прольется повсюду. Полагаю, ничего не поделаешь. Я уверен, что для того, чтобы все человечество выжило, некоторым людям придется умереть и страдать. Лицо Армина исказилось в отвратительной, гротескной улыбке, от которой у других по спине побежали мурашки. Джин с трудом сглотнула, когда он нервно сказал: — Эй, ты в порядке? Надеюсь, этот гомо-насильник не развратил тебя так сильно. Эрен, казалось, не очень возражал. — Армин всегда был ловким, коварным и жутким типом. Этот подлый, хитрый маленький монстр только что проснулся с тех пор, как этот ублюдок заставил его убить титана в тросте. — Сказал Эрен, подталкивая Эрика локтем. — Серьезно? Не помню, чтобы я так воспитывала ребенка. — Микаса присоединилась к разговору, но никто не мог понять, серьезно она говорит или саркастично. Армин снова посмотрел вниз. Эрик начал говорить. — Даже в этом случае потребуется чудо, а не гребаное чудо, чтобы провернуть это дело. Наши враги — люди-пизды, которые не остановятся ни перед чем, чтобы уничтожить свое имущество. Скоро мы сразимся с ними. И как бы тяжело это ни было, настанет день, когда наши пушки прорвут плоть хумама и сломают кости. И наши клинки рассекали человеческие тела. Посмотри правде в глаза. Теперь мы плохие парни. Черт, моя голова просто убивает меня. Я выйду подышать свежим воздухом. — Сказал Эрик, вставая со своего места, чтобы выйти на улицу. Обычная пыльная дорога превратилась из песка в грязь после вчерашнего дождя. Ночной ветер поднимал и трепал его волосы и бил по одежде. По крайней мере, это успокаивало. Грязь брызгала и плескалась под его ногами, когда он шел к заброшенной каменной башне, построенной для сельскохозяйственных целей, но она была давно заброшена. Он поднялся на вершину невысокой башни, закрыл люк и посмотрел на залитый лунным светом горизонт. Холодный ночной воздух освежал. Тепло может быть желанным чувством, но на самом деле тепло перерастает в тепло, которое исходит в виде титанов, монстров и горячего пара. Хорошая холодная перезарядка гораздо больше успокаивает напряженные нервы. Эрик облокотился на край башни, чтобы посмотреть на пропасть внизу. Ибо башня и фермерский дом были построены на краю обрыва. Что делало его полезным укрытием. Но пока ход его мыслей продолжался, дверь на крышу открылась, и оттуда выскочил крошечный пучок длинных светлых волос. — Что ты здесь делаешь? Опасно стоять так близко. Ты можешь упасть в любой момент. — Небрежно говорит она. — Вероятность того, что я упаду, такая же, как и вероятность того, что этот утес рухнет и все мы разобьемся насмерть. — Возразил Эрик. Она вошла и тоже закрыла дверь. Затем подошел к нему и посмотрел на горизонт. — Небо сегодня довольно затянуто тучами. — Спросила История. — Да, — сказал Эрик. Они оба заставляли себя вести себя как можно более нормально. Но внутри они не находят слов, на которых могли бы поговорить. — Ну и как ты себя чувствуешь? — Спросил ее Эрик. — Немного лучше. Ну, благодаря тебе и старшеклассникам все становится лучше или хуже к лучшему, я не могу думать об этом. Но… Но я хочу, чтобы все это поскорее прошло. Таким образом, мы могли бы покончить с этой бессмысленной внутренней борьбой и сосредоточиться на текущей задаче. Я имею в виду, что здесь титаны дышат нам в затылок, в то время как мы обращаем наше оружие друг против друга. Ничего хорошего из этого не выйдет. Так много людей ранено и убито, и за что? Какой-то старый дворянин, пытающийся защитить свои эгоистичные потребности. Вот почему я всегда ненавидел богатых в глубине страны. Только сидя на их злых деньгах и позволяя другим страдать, — сказала История, наморщив лоб. Эрик мгновение смотрел на нее, потом снова куда-то вдаль. Она была напряжена, сердита и одновременно печальна. Он мог сказать это, потому что тоже это чувствовал. Лунный свет освещал пейзаж. И они вдвоем. На ней была простая длинная консервативная зеленая юбка поверх простой белой рубашки. Он мог видеть выступ на ее правом бедре, к которому был пристегнут пистолет. Его тоже держат сзади за поясом и прячут под длинной рубашкой. Они оба ненавидели его, но все равно сохранили. Он почувствовал легкий укол боли в голове. Он потер ее и сказал: — Да, это дерьмовая ситуация. Человечество просто ненавидит себя. Я уверен, что если кто-то попадет на небеса, он, вероятно, начнет монополизировать и спорить даже там, наверху. Предполагая, что они это сделают. Честно говоря, моя мечта не выглядит так, как будто она становится ближе. Я даже не знаю, за что стоит бороться. Или что со мной происходит? Я просто знаю, что попал сюда, потому что моя сила на самом деле слабеет. Я не хочу, чтобы меня убивала моя Болезнь. Но… Я не знаю, есть ли здесь что-то, за что стоит бороться. — Сказал он с побежденной улыбкой, глядя вверх. — Жадность — могущественная сила. Они могут превратить самые благородные желания в самые темные, — сказала История, стиснув зубы. — Люди просто ненавидят друг друга. Все, что отличается от их точки зрения или идет против них, они атакуют без каких-либо последствий или каких-либо мыслей. Я не знаю, сколько еще смогу это выносить. Я только один раз, только один раз хочу отправиться туда и увидеть горы, океан или заснеженные долины. Но если это тот мир, в котором мы живем. Смерть уже не кажется такой страшной. Зрение Эрика начало тускнеть. Но вдруг он смотрит на Историю. Она действительно смотрела на него. Ее глаза определенно были сердитыми. Она сжала левый кулак и ударила его в лоб. Чмок! Глухой удар! Он пошатнулся, но не упал. Однако он был ошеломлен. Почему? Почему она ударила меня? Это был легкий удар. Ее рука будет болеть, а его лицо покалывало, но они оба будут в порядке. Ее лицо снова стало печальным. Из ее глаз потекли слезы. — ВОЗЬМИ СЕБЯ В РУКИ! Она хрипло кричит ему. Слабый удар заставил его мозг включиться. — А?! Эрик мог только сказать. Но, глядя на нее, он почувствовал, как внутри у него все сжалось, а сердце защемило. — Пожалуйста. Ты — наша единственная надежда. Нам нужно, чтобы ты спас нас. Чтобы спасти меня. Она шмыгнула носом. — Ту ночь помню. Ты сказал, что не умрешь, пока не увидишь их. Что, черт возьми, случилось с этой решимостью?! Она чуть не закричала от гнева и горя. — На тебе лежит ответственность, которую ты должен выполнить. Что с тобой такое?! Ты всегда был таким крутым. Готов принять любой вызов с улыбкой и криком. Это. это то, что я любил в тебе больше всего. Парень источал уверенность в себе. Чье нутро все ненавидят, но оно также может вызвать мужество. Мужчина, которого я люблю, — это воин, который идет в бой с улыбкой и возвращается с еще большей улыбкой и победой. Ты сказал, что станешь человеком, который изменит мир! Она неистовствовала, глядя ему в лицо, но успокоилась. Легкий румянец появился на ее щеках при этом последнем признании. Она отвела взгляд. Эрик выпрямился. Впитывая все, что она разглагольствовала. — Есть люди, которым ты нужен. Не только твоя сила, но и ты сам. Эрен, Армин, Микаса… Они. … они… Прежде чем она смогла продолжить, она протянула руку, чтобы схватить его. Положила обе руки ему на грудь и положила голову ему под подбородок. Их разница в росте идеально вписывалась в объятия. — О, кого я обманываю. Ты мне нужен. Чтобы придать мне решимости идти дальше. Чтобы дать мне мужество продолжать борьбу. Черт возьми, ты помогаешь мне спокойно спать по ночам. Это твой дух поддерживает меня. Я хочу сказать вам кое-что интересное. Каждый раз, когда я вижу тебя в действии, твоя сила охлаждает меня. Как будто я вижу серебряное пламя, танцующее в синем. Ты, ты. . — Ее голос смягчается. Эрик, чувствуя, как ее тепло просачивается сквозь их одежду и проникает в его тело, наконец, казалось, заставил его кровь биться в нужных местах. Он уже давно нервничал и поднял руки, чтобы удержать ее. Положил руки ей на спину. Чувствуя исходящий от нее жар. Его ладони могли проследить форму ее лопаток в неженских мышцах спины. Которые были вынуждены сильно развиваться ради этой войны. — Благодарю вас. Я действительно нуждался в этом. — Эрик начал говорить. — Этот удар действительно сделал свое дело. Серьезно, что, черт возьми, со мной случилось? Хандрю здесь только потому, что небольшая болезнь берет надо мной верх. Я всегда побеждал невозможные шансы. Теперь я понял, что нуждаюсь в тебе не меньше. Мне нужны все. У всех нас есть своя роль. Мне все равно, кто идет впереди. Командир, капитан или я. Мы все — чудо-солдаты. И эта метафора о серебре звучит потрясающе. И мне есть что сказать. В твоих волосах есть что-то похожее на золотой свет. Это согревает меня до глубины души. Я не буду говорить дрянные реплики вроде того, что я почувствовал в тот момент, когда встретил тебя, или какую-то другую чушь. Я только скажу. Чем ближе я подхожу к тебе, тем ярче ты сияешь. Будешь ли ты стоять рядом с героем, который меняет мир?» Эрик мысленно пнул себя, чтобы привести в чувство. — Совершенно верно. Ты — герой, который изменит мир. Я всегда с тобой, обещаю, — сказала История с легкой улыбкой. — Нет. Мы все герои. Ты, я, остальные. Всех нас. Historia I. . I .» Они слегка разняли головы и посмотрели друг на друга. Но их животы все еще соприкасались, что вызывало дрожь в обоих телах. История действительно почувствовала, как его холодное тело согрелось. Ее щеки покраснели, а улыбка исчезла. Ее руки в кои-то веки попытались обратить внимание на его грудь. Он был невысокого роста, но она чувствовала затвердевшие мышцы поперек. Его сердцебиение слегка участилось. Выступающие ключицы, ведущие к шее, давали ему твердую опору. Она положила руки ему на плечи, потом на шею. Своим животом она могла сосчитать участки его естественно сформированного и подтянутого пресса. Сильные и тугие сухожилия на его шее ритмично двигались, когда он сглотнул, и комок в горле совершенно не дрожал. Ее руки наконец остановились на его щеках. Ее мягкие кончики пальцев скользнули мимо его ушей, а затем прошлись по его хорошо очерченным скулам. Они смотрят друг другу в глаза. У обоих были темные круги под голубыми глазами от нескольких дней беспокойства и стресса. Лунное небо сияло в их голубых шарах. Его лицо медленно приобретало розовый оттенок. Его хватка на ее спине слегка усилилась. Она встала на цыпочки, чтобы соответствовать его росту. Пока он прижимался к ней. Эрик чувствовал, как колотится ее сердце. Последний глоток воздуха, и они закрывают глаза, и дрожащими губами придвигаются ближе. Разрыв между ними уменьшался. Их сердцебиение достигло пика. И… . **CREEEAAAAAAKKKKKK** Звук скрипнувшей ржавой дверной петли заставил их вздрогнуть, оторвав от интимного момента. Толчок в сторону, поворачивая их спиной друг к другу. Оба покраснели. Вошел Эрен. — Тупица! — Бесчувственный придурок. Оба прошептали проклятия так, чтобы он не мог их услышать. Но Эрик услышал вульгарный тон Истории. Они смотрят друг на друга. Эрик сначала смутился, но взял себя в руки. Он пропустил это мимо ушей и с широкой краснолицей улыбкой сказал: «Думаю, еще слишком рано. Я подожду этого. Но это будет момент, который я буду лелеять вечно. История тоже улыбнулась милым раскрасневшимся личиком и тихо произнесла: — Да, я тоже буду. Затем к ним подошел Эрен. — Эй, ребята, о чем вы говорите? — Сказал он. Эрик посмотрел на него с раздраженной гримасой. — Не вижу, чтобы это тебя касалось. — Раздраженно сказал Эрик, скрестив руки на груди. Эрен был ошеломлен его аурой. — Какого черта ты вообще здесь делаешь? — Ничего страшного, я просто не могу выносить эти крики. Мне тоже нужно было подышать свежим воздухом. — Ответил Эрен. — И это оказалось единственным местом, которое ты смог найти, слик. — Саркастически заметил Эрик. — Это и плюс ко всему я хотел проверить, как ты. В последнее время ты был совсем не в себе. И выглядишь ты не слишком хорошо. Эрен говорил с намеком на беспокойство. Эрик начал чувствовать себя немного виноватым за то, что немного помочился на него. — Расслабься. Я в порядке. Я выпрямился. Ну, по большей части. — Спросил Эрик. Эрен смущенно посмотрел на него и сказал: — Ты уверен? По-моему, ты немного покраснела. Одна бровь Эрика дернулась, а половина рта скривилась. — Заткнись. Я в порядке. В любом случае теперь, когда мы втроем здесь, мне нужно обсудить кое-что важное. Видел ли кто-нибудь из вас во сне или во сне определенного человека? Она похожа на тебя, История, и у нее длинные черные волосы. Он скрестил руки на груди и заговорил более серьезным тоном: Оба на мгновение задумались. — На самом деле да. Она мне действительно снилась. Я помню, как она разговаривала со мной, вытирала мне нос и все такое, как старшая сестра, но я не могу сказать, что она сказала или где мы были. — Сказала История, беря себя в руки и поднося палец к губам. — Да, я тоже. Но то, что я видел, было с ее точки зрения: она смотрела в зеркало и расчесывала волосы. Комната явно предназначалась для богатых людей. — Спросил Эрен. — Да, я тоже это видел. Я предполагаю, что у нее определенно есть какая-то связь с координационной силой, которой обладает Эрен, и, возможно, с Историей. Но скажите, вы знаете эту женщину? — Спросил Эрик у Истории. — Нет, извини, но я не могу. Теперь, когда ты упоминаешь об этом каждый раз, когда я вспоминаю свое прошлое, я вспоминаю такие вещи, как обучение чтению и получение откуда-то книг. Но теперь я понимаю, что в нем так много пробелов. Кажется, я ничего о ней не помню. — Спросила она. — Значит, эта женщина может привести нас к более ценной информации. Но единственное, что у нас есть, — это лицо. Но, судя по внешнему сходству, я предполагаю, что она связана с семьей Рейсс. Мы можем найти ее, если первые бригадиры заговорят. Если только… — Эрик осекся. — Если только что? — Обеспокоенно спросила История. — Если только она уже не умерла. Эти двое сглатывают от такой возможности. — Если оставить это в стороне, я думаю, что мы должны поделиться этим с Хэнджем и капитаном. — Предположил Эрик. — Да, давайте верить в это. Вера. Вера? Это слово врезалось ему в голову. — Ну конечно! Эрик подпрыгнул от возбуждения. Напугав этих двоих. — Я люблю тебя, История. Спасибо, дружище Эрен. Эрик прыгнул, поцеловал Историю в щеки и обнял Эрена, прежде чем броситься вниз по башне. Даже не заметив Микасу на своем пути и пронесшись мимо нее размытым пятном. Новая троица застыла в немом удивлении. Они перегруппировываются и бегут вниз по башне к коттеджу. Они видят, как вбегает Эрик, скидывая грязные ботинки, прежде чем без всякого оглядки ворваться в личные покои Хэнджа. Порывшись в своих вещах без всякой задней мысли, она достала лист бумаги, гусиное перо и бутылочку чернил. Взяв их все, он начал писать со своей старой самоуверенной ухмылкой. Видя его волнение, остальные трое улыбнулись и промолчали. История все еще держалась за щеку, и ее лицо порозовело. Тем временем сеанс пыток был уже на полпути. Успешно вырвав все десять ногтей Джера Санеса, Леви безжалостно ударил его по лицу. Но использовал свои кулаки только как воссоздание того, как был убит пастор Ник. После того, как Леви почувствовал, что потерял достаточно кожи на костяшках пальцев, он остановился. Помощник Хэнджа быстро принес Леви тряпку, чтобы вытереть руки и перевязать их. — Значит, меню для Ника было примерно таким? — Спросил Леви, пока ассистент заклеивал скотчем костяшки пальцев. Затем Хэндж показал ему тарелку с десятью окровавленными ногтями, аккуратно расположенными в два ряда по пять штук. — Увидимся с Санесом. Я их всех вытащил. Поначалу это было очень сложно, но на самом деле я очень быстро освоился. Извини, что так небрежно. Я не так хорош, как ты. Видите ли, это первый раз, когда я пытаю человека. Скажи мне, скольких людей ты замучил? Сколько гвоздей ты вытащил, чтобы быть таким искусным? — Спокойно сказала Хэндж, но ее голос был полон злобы. Санес был замучен до невероятности. Его лицо было полностью красным от синяков. Переносица у него была сломана и искривлена влево. Кровь сочилась из ноздрей. — Бесчисленное множество. У людей действительно много ногтей. Честный ответ, но очень грешный. Он продолжал своим прерывающимся голосом: — Одному богу известно, сколько ногтей я вырвал и сколько кожи содрал. Не имело значения, кто они такие. Был ли это мужчина или женщина. Если бы у них была жена или новорожденный ребенок. Мы будем уничтожать их без разбора. Все это делается для того, чтобы защитить мир в этих стенах. Как вы думаете, как последние 100 лет в этих крошечных стенах сохранялся мир? Как вы думаете, кто поддерживает мир, который вы, люди, принимаете как должное?! Это мы. Мы из подразделения 1 королевской бригады военной полиции сохранили его. Этими нашими окровавленными руками. Всякий раз, когда вспыхивало пламя, мы немедленно тушили его. Один за другим, без вопросов. Будь то пронзить пылающим копьем учителя, который позволил своему языку соскользнуть, или задушить старика, который делал оружие, угрожающее королю. Или сбить глупую пару, которая пыталась использовать воздушный шар и улететь. Или перерезать горло шлюхе на ферме аристократа. Или даже испортил снаряжение разведчика, который подобрался слишком близко к королевским секретам. Леви и Хэндж удивленно подняли брови. — Это все благодаря нам, что вы, несчастные люди, продержались так долго. Его. прежде чем он смог продолжить, Леви засунул ему в рот грязную тряпку. — Я устал от твоей бессмысленной ерунды. Что вы защищали до сих пор? Все, что я вижу, — это то, что люди страдают, а титаны подходят все ближе и ближе. Единственные счастливые люди здесь — это эти толстые члены в своих больших домах? Так что я не хочу этого слышать. — Снова спрашиваю я. Отвечайте правдиво, иначе вас ждет гораздо большее несчастье. Что такое семья Рейсс? — Нет! — сказал Леви твердо и сердито, затем вынул тряпку изо рта и бросил ее на пол. Он сжал уже сломанную носовую кость, чтобы согнуть ее еще больше и послать тысячев вольтовый импульс боли в Санеса. Несмотря на еще большее кровотечение, он оставался спокойным. — Хе — хе. такие, как ты. . Каах. На этот раз он нащупал в зубах ржавые плоскогубцы. — Упс. Время вышло. Ты был слишком медлителен. Хэндж насмехался со скрытой жаждой крови. Тотчас же плоскогубцы сжались вокруг его верхнего левого премолярного зуба и неприятно вырвали его. Повсюду проливалась кровь. — Эй, будь осторожен. Если вы перегнете палку, он может потерять сознание и больше не сможет говорить. Не тяни слишком много, — стоически предупредил Леви. — Не волнуйся, я буду осторожен. Их еще так много осталось, — лукаво сказал Хэндж. — Я… я никогда не видел людей, которые получают такое удовольствие, причиняя боль другим. Голос Санеса сорвался, потому что его зубы были испорчены. — Почему ты остановился?! НУ ЖЕ! МУЧАЙ МЕНЯ ЕЩЕ БОЛЬШЕ! ТЕБЕ ЭТО НРАВИТСЯ, НЕ ТАК ЛИ?! ДА ЛАДНО ТЕБЕ, Я УБИЛ ТВОЕГО БЛЕСТЯЩЕГО ИССЛЕДОВАТЕЛЯ. ОТОМСТИ ЗА НЕГО. ПРОДОЛЖАЙ ПЫТАТЬ МЕНЯ ДО СМЕРТИ. ЭТО ИДЕАЛЬНЫЙ КОНЕЦ МОЕЙ ЖАЛКОЙ ЖИЗНИ. Сердитый скрежет гвоздей по другую сторону двери остановил их. В комнату была передана небольшая записка. Ассистент подошел, чтобы поднять его. Затем он жестом пригласил Леви и Хэнджа подойти поближе. Все трое соединяют головы, чтобы прочесть красивый почерк — ПРОСТО ПЛЫВИ ПО ТЕЧЕНИЮ И, ЧТО БЫ ТЫ НИ УСЛЫШАЛ, НЕ ПОКИДАЙ ЭТУ КОМНАТУ! — Серьезно. Почему из всех людей именно я? В комнату ворвался голос Эрика: — Почему нет? Вы — Лэнгфорд. У твоей родословной есть кое-какие права знать. Раздался новый голос: — Ральф? — Пробормотал Санес, в то время как Леви и Хэндж стояли в комнате и слышали разговор. — Но это опасная и чрезвычайно ценная информация. Почему ты не спрятал его, как твой друг Санес? Я имею в виду, я уверен, что его избили до кровавого месива и ободрали все ногти на пальцах. И все же он ничего не говорит. Эрик. — Как будто мне есть до этого дело! Я слишком вовлечен в это дело. Так что теперь мне приходится слушать, чтобы спокойно спать по ночам. Ральф. — Мирно спит на горе трупов. Довольно крутые стандарты у вас, ребята. Грубо сказал Эрик — Это наш образ жизни, малыш. Но сейчас я просто хочу выбраться отсюда целым и невредимым. Верность ни хрена не сделает, чтобы спасти меня. Хэндж и Леви слушали потрясенные — Парень, ты очень проницателен. В отличие от твоего невыносимого друга, который всю дорогу до второго этажа твердит о короле и его долге. Я имею в виду, что у тебя даже нет такого большого сердца. Эрик. Хэндж выступил вперед в тайной попытке подавить ухмылку, — Нет, не знаю. Санес может взять все свое дерьмо о короле и засунуть его в лошадиную задницу. Черт возьми, пожалуйста, убей его. Он, как вы говорите, невыносим и невыносимо раздражает. Некоторые из нас были бы благодарны, если бы вы навсегда захлопнули его ловушку. А теперь, пожалуйста, отпустите меня. Я не хочу, чтобы меня пытали эти маньяки. Ральф яростно рванулся вперед — И ты называешь нас злом. Ебаные двойные стандарты. Но я боюсь, пока не подтвержду то, что вы сказали. Я не могу тебя отпустить. Ты действительно извращенный ублюдок. — Ответил Эрик. — Ага. Я знаю. Честно говоря, для нас нет лучшей смерти, чем эта. Быть искалеченным — идеальный конец для таких грешников, как я. Ну, по крайней мере, позвольте мне спросить. В моей камере есть кровать? Ральф — Хммм. Да, абсолютно, и мы уже установили для вас двухразовое питание, ребята. Мы, скауты, действительно хорошие люди, ты же знаешь. Черт возьми, если капитан одобрит, то вы, ребята, можете жить в одной комнате, — сказал Эрик. На мгновение Санес выглядел опустошенным. Доверенный коммрейд, с которым он сражался все это время, оказался всего лишь фасадом. Ральф раскрыл свое истинное лицо. И это было похоже на удар по яйцам и ледяное копье в сердце. Леви поджал губы и поднял брови. — Впечатляет. Интересно, что сделал гладко говорящий Фрост, чтобы засосать этого мудака? — спросил Леви. — Ну, здравомыслящие, похоже, на сегодня ваше наказание закончилось. Хэндж мрачно улыбнулся. Затем все трое молча покидают комнату, оставляя Санеса страдать в аду собственного разума. Через несколько минут. Леви кипел от гнева, а Хэндж пытался задушить Эрика. — Командир отделения, пожалуйста, успокойтесь. Ее ассистентка попыталась разнять их. — Пожалуйста, успокойся! Отпустите его, сэр, пожалуйста. — Умоляла История, раздвигая их с другой стороны, дергая Эрика. — КАК ТЫ СМЕЕШЬ ТАК МЕНЯ ОБМАНЫВАТЬ? И Я ДЕЙСТВИТЕЛЬНО В ЭТО ВЕРИЛ. ТЫ ЗНАЕШЬ, КАК СИЛЬНО ЭТО БЫЛО ДЛЯ МЕНЯ… — Крича, она наконец отпустила его воротник. Но у Эрика была эта улыбка на лице, когда он кашлянул несколько раз, чтобы восстановить самообладание. — Успокойся. Все под контролем. — Произнес Эрик. Когда они вышли из комнаты пыток, то увидели Эрика, стоящего над бессознательным телом Ральфа с бумагой и лезвием. Эрик извинился и объяснил, что РАЛЬФ ВООБЩЕ НИЧЕГО НЕ СКАЗАЛ НО НА САМОМ ДЕЛЕ ПРОСТО ЧИТАЛ СЦЕНАРИЙ ПОДГОТОВЛЕННЫЙ ЭРИКОМ ЧТОБЫ ОБМАНУТЬ ИХ ДУМАЯ ЧТО ОН СКАЗАЛ ИМ — Не волнуйся, это все часть плана. Позвольте мне объяснить. Психология пыток. Когда я был маленьким, я читал книгу по психологии, и сейчас меня просто осенило. Сумма, которую говорит жертва, обратно пропорциональна его вере. Боль или метод пыток не имеют значения. Если его вера сильна, то он не будет говорить, сколько бы ногтей или зубов вы ни вырвали. Но если его вера сломается, он просто не перестанет давать информацию. Дайте ему ночь наедине с собой, и к следующему утру ад, который я создал в его сознании, съест его живьем. Он не сможет жить с самим собой, если не расскажет нам. Поверь мне. Черт возьми, если он не заговорит, ты можешь пытать меня. — Эрик поднял руку. Остальные не знали, как реагировать на его действия. — Ладно, у тебя есть склонность выбрасывать команду в окно и делать все, что захочешь. — Сказала Хэндж, протирая глаза. Ханнес действительно сказал, что я мог бы стать следователем и поступить в армию еще до падения. Хочу поужинать. Сегодня вечером дежурила Джин. Ты же знаешь, что его яичный омлет очень хорош. — Предложил Эрик. — Сумасшедший. — Сказал Леви, прежде чем уйти. (На следующее утро) Дверь в комнату пыток медленно открылась. Там, в ярком солнечном свете, стояли Леви и Хэндж, готовясь к очередному сеансу пыток. — Доброе утро, Сэйнс. Я знаю, это тяжело, но я сделаю все возможное, чтобы облегчить твои страдания. Я подумал об этом и исполню твое желание, замучив тебя до смерти. Конечно, это будет очень хлопотно, если ты действительно умрешь. Ну что, начнем? — Спросил Хэндж с хитрой улыбкой. — Семья Рейсс — настоящая королевская семья. А родословная Лэнгфордов… — тихо отвечает Санес. Два инспектора корпмена смотрят друг на друга, прежде чем принять его полное признание. Вернувшись в спальню после двух нелепых снов, оба глаза Эрена распахиваются, когда он просыпается. — КООРДИНИРОВАТЬ! Он рефлекторно чуть не закричал. — Пока я не забыл. Он вскочил с кровати и бросился в столовую. Только для того, чтобы обнаружить, что Эрик уже пишет. — Безумные сны? — Спросил Эрик, не глядя. Вместо этого жестом подозвал его к себе. — Да, ты тоже это видел? — Поспешно сказал Эрен. — Ага. Давай, садись. Это может быть какая-то серьезная информация. Затем они садятся и обсуждают все вместе. Elseware после того, как все было сказано и записано, они залатали Сантехнику и предложили ему чистый душ. Затем перевели его в тюремную камеру, которую они недавно построили. Ральф озабоченно посмотрел на него. — Что они с тобой сделали… ты… Ты ведь не сказал им, правда? Наша верность королю не должна уступать таким простолюдинам. — Спросил Ральф. Санес сердито стиснул зубы. Его глаза налились кровью, когда он яростно ударил его по лицу. Ральф упал на кровать. Затем Санес начал садиться на него верхом и пытался задушить. — Я НЕ ХОЧУ СЛЫШАТЬ ЭТО ОТ ТЕБЯ! УМРИ, ВЕРОЛОМНЫЙ ДВУЛИЧНЫЙ УБЛЮДОК! Я доверял тебе! Как ты мог продать меня и… — Он никого не продавал. Спокойные слова Хэнджа немедленно остановили крик Санеса. — Он не слил ни капли информации. Но, точнее говоря, мы не задавали ему никаких вопросов. Вот, взгляни. Хэндж бросил в камеру через решетку клочок бумаги. — Все это было спланировано Эриком. Он разработал сценарий и приставил нож к своей шее, чтобы заставить его прочитать его в идеальном месте в идеальное время. Говоря это, он убедился, что Ральфа поблизости нет. Все это было сделано, чтобы сломить твою веру и заставить тебя говорить.» Хэндж сказал все это, когда Сэйнс просмотрел бумагу, чтобы увидеть точные строки, которые Ральф и Эрик говорили с памятью, которую он зарегистрировал прошлой ночью. Одинокая слеза скатилась по его разбитому лицу. — Значит, это был я. Его голос дрожал. — Я предал короля. Будь ты проклят. БУДЬ ПРОКЛЯТ ТЫ, ЛЭНГФОРД, И ТВОЯ ПРОКЛЯТАЯ РОДОСЛОВНАЯ. БУДЬ ПРОКЛЯТО ЭТО ПРОКЛЯТОЕ ОТРОДЬЕ!» — снова закричал Санес, разорвав бумагу, а затем разрыдался. — Вы демоны. — Спросил Ральф, потирая больное горло. Хэндж отвернулась и сдвинула с глаз свои обычные очки, чтобы показать усталые глаза. Она, как и любой другой солдат, работала не покладая рук. — Полагаю, я не могу этого отрицать. Но я уверен, что Ник и остальные твои жертвы думали о тебе то же самое. Этот мальчик был милосерден, вы должны поблагодарить его. Я планировал пытать тебя до последнего дюйма твоей жизни, пока ты не заговоришь, но он мгновенно разработал план, как заставить тебя говорить безболезненно. Я должен отдать ему должное. У меня совсем заржавели мозги. Наверное, потому, что меня окружает слишком много таких идиотов, как ты. — Она ворвалась, ударившись головой о стальные прутья. — Ты только посмотри на себя. Пара паршивых стариков, хандрящих и плачущих на полу. Вот как вы испорчены, ублюдки, я имею в виду просто. просто ГРЕБАНЫЕ МУДАКИ. Я пока не могу позволить тебе умереть. Ты заслуживаешь того, чтобы жить с этим. Просто посмотри, найдешь ли ты какой-нибудь смысл в том, что осталось от твоей никчемной шкуры. — Крикнул Хэндж, прежде чем развернуться и уйти. — Значит, так оно и есть. Эта роль никогда не может измениться в этом мире, потому что ничто не меняется. Если кто-то умрет, то другой просто восстанет, чтобы заменить его. Если ты думаешь, что сможешь это изменить, то желаю тебе удачи. Передай мой привет этому Лэнгфорду. Хэндж. У Санеса были последние напутствия. Хэндж сердито посмотрела на него, прежде чем вернуть очки на место. Но прежде чем она успела сделать еще один шаг, мощное землетрясение сотрясло все здание. Хэндж упал на нее. — Что это еще за чертовщина? — Крикнула она, прежде чем броситься к окну, но ни молнии, ни облака пара не было видно на фоне пейзажа. Но она могла догадаться о происхождении звука. — Это должно быть… Но почему нет никаких признаков дыма? — Все вы говорите здесь. Я собираюсь проверить это лично. — Приказал Хэндж, когда она и ее помощник надели куртки и сели на двух лошадей. Они спешат на место, чтобы увидеть полностью преображенного Эрена, сражающегося против Эрика. От их тел тоже не поднимался пар. И все, что выходило наружу, замерзало на месте и падало прежде, чем поднималось. Здесь было очень холодно. Достаточно, чтобы Хэндж вздрогнул. На земле был большой кратер, точно такой же, как на их предыдущей тренировочной площадке. Но этот был потрепанным и гораздо более мелким. — Что здесь происходит? — Спросила она, совершенно сбитая с толку и слегка расстроенная. Но когда она подошла, Микаса встала прямо перед ней. — Микаса, что происходит? Почему они дерутся? — Спросил Хэндж, глядя ей прямо в глаза. Микаса попыталась встать, но потом ее охватила утренняя сонливость. Ее плечи поникли. — Тренировка. — Скучно сказала она. — А?! Хэндж не знал, что сказать. Но через плечо Микасы она увидела Историю, сидящую на краю кратера у небольшого костра. Самым ошеломляющим было то, что она сидела, скрестив ноги, на маленькой циновке и жевала кусок хлеба, наблюдая за дракой. Совсем как ребенок, смотрящий волшебное шоу. — Завтрак? — Спросил Хэндж. Эрен не стонал, но он пытался сделать маневры, чтобы избежать порезов Эрика, несмотря на двенадцать глубоких ран на его теле. Один — в лоб. Три в левой руке. Двое справа от него. Пять ярко выделялись на его туловище, а остальные — на ногах. Пар просачивается наружу, но падает вниз, а не вверх. Эрик тоже пыхтел и сильно потел, чтобы избежать ударов Эрена. Несколько капель упало с его головы и лица, блестевшего на солнце. Выражение их лиц было таким, словно они разговаривали без слов. — А?! Хэндж посмотрел на Микасу. Она начала объяснять (Флэшбэк) -… У меня был пустой сон, но потом эти видения этих воспоминаний начинают поражать меня. Я больше не мог спать. Я проснулся и увидел, как ты ворочаешься в постели. Видения продолжались, и я решил начать их записывать. А потом я нашел бумагу, которую ты спрятал на полке. А потом решил развить это, — сказал Эрик, продолжая писать. — Серьезно. Неужели это место действительно так очевидно? — Ответил Эрен. Эрик улыбнулся, прежде чем сказать: «Нет, но я твой самый старый друг. Я знаю тебя вдоль и поперек. Ты бы всегда прятал такие вещи за банками на кухне, чтобы они были на виду.» — Ладно, я даю. Но надо же думать, что наши силы так хорошо соединяются, чтобы поделиться этим. Мы действительно добились хорошего прогресса «. — Спросил Эрен. Они вдвоем пересматривали свои собственные воспоминания и новые, часто ударяясь головой, а теперь работая вместе, чтобы сделать солидную заметку. — Не совсем так. Мы не делимся ими, это больше похоже на то, что я беру эти фотографии у тебя. Именно так работает моя сила. Эрик рассказал ему. — Чувак, ты можешь сделать с этим так много, пока я застрял здесь, просто извлекая информацию из картинок и слов. Эрен обесценил себя. — Ты ошибаешься. Все из-за этих мысленных проекций мы написали две страницы золотых данных. Я просто перевариваю это. Вы — тот, кто собирает и собирает их. А кроме того, у меня свои проблемы. Эрик — Что, например? Eren. — Эрен, я хочу убить тебя. — Кровь застыла в жилах Эрена при этих словах. Он знает, что Эрик никогда не шутит на тему убийства людей. — Что вы имеете в виду? Скажи мне, что это шутка. Эрен запнулся. — Нет, я совершенно серьезно. Я хочу взять сверхтвердый стальной меч и проткнуть тебя насквозь. — Спросил Эрик без тени эмоций. Эрен сглотнул, чувствуя желание убить. — Не надо. К разговору присоединился новый голос: К их разговору присоединилась довольно высокая, мускулистая черноволосая девушка. — Ах, Микаса, рад, что вы смогли вмешаться. — Улыбаясь, сказал Эрик. — Я лично был свидетелем твоей склонности нападать на Эрена. Я знаю, что это не твоя вина. Это вызвано теми инстинктами, вызванными теми силами, но все же будьте осторожны, чтобы не убить его.» Она категорически заявила. — Разве ты не для этого? Вы ведь поклялись себе и миссис Йигер защищать этого неудачника. Ответил Эрик, аккуратно складывая бумагу и засовывая ее в карман. — Гм, ребята, я существую в этой комнате, вы же знаете. Эрен что-то пробормотал, глядя, как они беседуют. Микаса только подняла шарф до носа, чтобы скрыть нижнюю часть лица. — Да-да. . — сказала она нервно. — Ладно, у меня есть идея. Вы оба переодеваетесь во что-нибудь уличное. Иначе я схвачу вас за ошейники и потащу за собой. Он вышел из-за стола и направился в спальню. Там он сменил свою нынешнюю черную футболку с v-образным вырезом на накрахмаленную белую рубашку. Коричневые брюки и новый пиджак. Заканчиваю тем, что надеваю свежую подаренную пару коричневых туфель. Внизу он увидел, как Микаса сменила юбку на брюки, а Эрен надел куртку. Он хитро улыбнулся, прежде чем нырнуть внутрь, все равно таща его за воротник. — Да пошел ты! — Эй! — закричал Эрен, вытаскивая его из дома, и Микаса последовала за ним. Они подошли к большому складу рядом с башней, и Эрик надел свое ОДМ-снаряжение. — Эм, Эрик, что ты задумал? — Нервно спросил Эрен. — Только не говори мне, что ты на самом деле собираешься… Ты и я один на один. Но не какая-нибудь драка на кулаках. Я хочу короля титанов против битва истребителей титанов. Эрен был потрясен его заявлением. — Но. Но это невозможно. Где мы это сделаем, не привлекая внимания? Разве нам не нужно разрешение? От. … Эрен запнулся. — К черту детали. Конечно, нас проглотят. Но стресс, который он снимет, разнесет твой крошечный разум вдребезги. — Ответил Эрик. Микаса прошла мимо него и пристегнулась. — Я тоже еду на случай, если ты перегнешь палку. Кроме того, мы обещали держаться вместе. Произнося эти слова, Микаса едва заметно улыбнулась. Едва выйдя на улицу, они столкнулись с крошечной, миниатюрной фигуркой Истории. Съежившийся Эрик объяснил ей все, и она позволила ему пройти только при условии, что будет смотреть. И вот группа из четырех человек добирается до места назначения. Через несколько минут. — Вы абсолютно уверены в этом? — В последний раз спросил Эрен. — В сотый раз — да. А теперь пойдем, но в одно и то же время. — Спросил Эрик. Он хотел поэкспериментировать с Имиром, как тогда, в лесу. То есть подавлять вспышки трансформации. И подавляет пар и молнии. Он воткнул правый меч в землю и обхватил пальцами левый клинок. Эрен поднес руку ко рту, все еще в тоске и сомнении. — Ладно, на счет три… 3… 2… 1… вперед! И в этот момент у обоих проливается кровь. Вспыхнули два огромных шара света. Желтый и белый. Микаса и История почувствовали, как земля сильно задрожала. Взрыв жара шел лишь слабыми волнами, прежде чем девушки были ошеломлены чем-то еще. Они чувствовали сильный озноб, змеящийся по их телам. Заставляя их дрожать от холода. Пар быстро начинает конденсироваться и обтекать их. Но он не поднялся. Свет также никогда не стрелял вверх, будучи подавленным. Свет медленно рассеялся, и появились Эрен в своей титановой форме и Эрик с парой замороженных мечей в руке и его глаза ярко сияли, прежде чем потемнеть. — Поехали отсюда. Эрик и Эрен бросаются друг на друга. Эрен раскинул руки в стороны. Однако Эрик прижал трос к груди и легко перепрыгнул через руки. Эрен быстро убрал руку, чтобы отсоединить кабель, но когда он подошел, ему отрубили один палец. -Ого, ты сегодня довольно агрессивен. — Эрен вмешался в их телепатический разговор. Затем увернулся от следующего взмаха мечей. -Больно? — спрашивает Эрик в ответ. — Нет, я ничего не чувствую. Я думаю, что в теле титана гораздо меньше болевых рецепторов, чем в моем человеческом. Не так уж и больно, — ответил Эрен. — Хорошо. — Сказал Эрик, прежде чем замахнуться ему за спину и чисто рубануть даума по спине. Титан зарычал. -Это было больно. Эй, ты делаешь это, чтобы выместить на мне свое разочарование? Но брось, Эрен, отнесись к этому серьезно. Думай обо мне как о Бертольде или Райнере. Я использую тебя как тренировку против зверя титана. Если я когда-нибудь столкнусь с этим ублюдком… — Ответил Эрик. В то же время История держала ее за плечи, дрожащие от холода. — Привет. Микаса окликнула ее. Она ломала ветки и разводила огонь. Она взяла два твердых кремневых камня, которые раздобыла, и ударила ими друг о друга. А девочки работают быстро, потому что атмосфера, которую создавал Эрик, была ужасающе холодной. Все они изучили стандартные методы выживания в кадетском корпусе и некоторые начальные в разведывательном корпусе на случай, если они окажутся на мели без припасов. История выдохнула и горячий пар белого сгущенного воздуха вырвался у нее изо рта -Райнер не обладает и половиной тех навыков, которые есть у тебя в области ОДМ-оборудования. И кроме того, это первый раз, когда я иду против человека. Я понимаю, что ты долговечен, но почему ты так себя толкаешь? Это потому, что ты не смог полностью почувствовать Историю, дорогая? — Слова Эрена отвлекли его, и он получил пощечину от Эрена, отправив его в полет к стене кратера. Эрен, История и Микаса запаниковали. Эрик вскочил на ноги в сердитом и возбужденном виде. — Какого хрена ты только что сказал! Эрен чувствовал головную боль, гнев и смущение. Но он воспользовался случаем. — Я так и знал. Ты неравнодушен к нашему ангелочку, — лукаво заметил Эрен. Эрик бросил на него смущенный взгляд. — Ты подонок. Ты знал?! С каких это пор? — парировал Эрик. — Ха-ха-ха. С тех пор как она напала на тебя после того, как мы вернулись после моего похищения, все это знали. Я даже немного поговорил с ней. Я имею в виду, черт возьми, она выглядит так мило, когда вся красная. Эрен смеялся про себя. Эрик нахмурился еще сильнее. Он действительно мог видеть, как Эрен внутри смеется, а титан каким-то образом улыбается. Внезапно стало еще холоднее. Девушки рефлекторно начали подбрасывать еще дров, Эрик подпрыгнул на 7 метров в воздух и выстрелил кабелем. Мгновенно придя в себя, он начинает резать и рубить титановое тело Эрена: «Пошел ты, маньяк-самоубийца». — Я не понимаю. Почему Эрик злится все больше? — Спросила История. Микаса почувствовала слабую искру и укол боли. И какие-то низкие, сильно размытые неразборчивые звуки. — Мне кажется, они разговаривают. Эрен, должно быть, сказал что-то, чтобы вывести его из себя. Не могу сказать, что именно, но чувствую, — говорит Микаса. — Теперь я понимаю. Ты пытался поцеловать ее прошлой ночью в башне. Только не говори мне, что ты делаешь это со мной, потому что я испортил твой момент. Ты как ребенок, который находит свою первую… — Ладно, ладно, извини. — Эрик использовал свою силу, чтобы вытянуть больше энергии титана из своего тела, и это было больно. — Да. Настоящий зрелый мужчина, настоящий зрелый. Ты помочился на меня, идиот, — уже спокойнее ответил Эрик. Потом появляется Хэндж (Конец воспоминаний.) Микаса закончила свои объяснения. Хэндж кивнул. — Понимаю. Эти молодые сопляки. Если они так сильно хотели все испортить, то почему не сказали мне? Она вздохнула. — Но надо отдать им должное. Как, черт возьми, они остановили дым? Она удивилась, осознав, что тоже дрожит. — Эрик сказал, что отдаст все силы на подавление пара. И я думаю, что он пытался забрать всю остаточную энергию из своего тела, чтобы она не терялась в виде пара. Если вы видите это, то ответ ясен, командир секции. Это работает. Пар конденсируется. — Спросила Микаса. Хэндж согласился, но увидел, что эти двое продолжают сражаться. И в последний раз Эрик попытался зарядить кулаком. Однако Эрен сопротивлялся. Он сделал последнюю отчаянную попытку бороться, и они столкнулись кулак с кулаком. Они приближаются друг к другу. Свет поглотил руку Эрика, когда сверкнула молния. Кожа Эрена заметно истончилась. А потом они столкнулись. Свет был ослепительным. Дул свирепый ветер. Бьется об их лица. Столб света начал медленно рассеиваться. Из него вышел Эрик, который ошеломленно сидел на земле. Титан Эрена наполовину разрушен. Появляется настоящее тело Эрена. Он вылез и руками содрал с себя лишнюю плоть. Он переходит к сцене и видит то же самое, что удивляет остальных. Земля между ними была разрушена, но осталась прилично большая груда разрушенных камней и льда. Камни? Это были камни, созданные из Эрена. — Затвердевает? — Спросила Микаса. Эрен, который успешно смог встать после полной битвы, посмотрел на кучу. Эрик тоже встал, держась за руку. Хэндж сияющими золотисто-карими глазами уставился на кучу, мерцающую в лучах утреннего солнца. Голубой лед делал груду еще более прозрачной. Она подошла к нему и опустилась перед ним на колени. Взяла камень и вытащила свой собственный образец, который всегда носила с собой. Сравнивая их, она видела поразительное сходство. — Ты сделал это, Эрен. Тебе удалось закалить свое тело. — Тихо произнес Хэндж. Эрен казался недовольным. — Да, я сделал это. Но это был всего лишь крошечный кусочек на кончике моих пальцев, и он тоже мгновенно сломался. — Это только начало. — Сказал Хэндж, и все шестеро мирно вернулись. Но по дороге Эрик кое-что вспомнил. — Хэндж, послушай. Он окликнул ее верхом на лошади. — Да? Она ответила: Протягиваю ей листок бумаги. Они двигались медленно, так как некоторые из них были совершенно опустошены после этого тренировочного боя. — В последнее время мне снятся сны и видения о прошлом и воспоминаниях. Большинство из них — просто случайные события и люди, но. … — начал Эрен. — Но некоторые были людьми, которых мы знали, и некоторые разговоры. Видения Эрена резонировали со мной. И вот мы обсудили и составили полный список того, что узнали от них. Отмечая полные разговоры. Новые слова и термины для определенных навыков и умений. И добавим к этому наши собственные личные знания и мнения. Проверьте это. Это может быть очень полезно. И, если возможно, поделись им с командиром. Хэндж взглянул на бесценные данные на двух страницах. Она улыбнулась. — Благодарю вас. Я не позволю вашим усилиям пропасть даром. — Сказала она, надежно пряча газету в карман. (В тот вечер.) Все члены отряда специальных операций собрались в подвале своего убежища. Вместе с несколькими членами отряда 4 и, что удивительно, Димо Ривзом и толстяком с ним. Женщина-солдат входит в комнату усталая и испытывающая жажду. Леви протягивает ей кружку с водой. Она с благодарностью пьет. — Нифа. Вы проделали отличную работу, передавая сообщения туда и обратно в течение ночи. Молодец. — Спросил Леви. — Благодарю вас, сэр. Она ответила: — Так что, черт возьми, случилось с этим четырехглазым? — Спросил Леви. — Хэндж? Она сказала, что ей нужно срочно обсудить кое-что с командиром, и поспешила в штаб Троста. Она сказала, что я здесь главный, пока ты не вернешься. Эрик ответил ему: — Тогда нет смысла ждать ее. Перейдем к делу и расскажем всем, что сказал Эрвин. Леви проинструктировал информатора. — Да, сэр… Но как насчет них? — Тихо сказала она Леви, бросив взгляд на аутсайдеров из компании Ривза. — Их? Они из «Ривз корпорейшн». Его прекрасно говорят». Леви резко отвечал. — Да, сэр. — Спросила она. — У меня нет проблем покинуть свое место, капитан. — Сказал Димо, пытаясь встать. — Нет, пожалуйста, останься. Наше соглашение действительно предусматривало абсолютно открытый обмен доверием. Так что это я тебе доверяю. — Спокойно говорит Леви. Однако Димо был удивлен. — Для меня большая честь, что мне оказали такое доверие. Ты вообще собираешься доверять моему отродью, которого я только сегодня представил? — Да, если он входит в компанию Ривза, то он также наш союзник. Это был Флегель? Я приветствую тебя. Леви посмотрел толстяку прямо в глаза. — Ты ведь Леви, верно? Если ты действительно хочешь поприветствовать меня, может, заваришь чаю? — Сказал Флегель грубо, но нервно, ко всеобщему шоку. Даймон мгновенно схватил его за шею и с поклоном опустил голову. — Извините, сэр, я водил его на встречи и приемы, чтобы научить его когда-нибудь взять на себя ответственность за меня. Но я думаю, что жизнь на мои деньги испортила его. ему 21 год, а он все еще ведет себя как ребенок. Пожалуйста, прости это отродье. Мы уйдем. Закончите свои обсуждения и скажите нам, что делать потом. Димо грубо извинился и снова попытался встать. Но был остановлен еще раз. — Нет, стой и слушай. Это касается не только нас, но и судьбы всего мира. Ваш союз и власть жизненно важны для наших операций. Леви. — Я понимаю. Мы послушаем. И тебе лучше держать рот на замке. — Димо почти зарычал на сына, который съежился. — Ну, тогда относительно связей Лэнгфорда со знатью и восшествия на трон в качестве королевы. Она начала, но, увидев шок и удивление на лицах остальных, остановилась. — Капитан? — Спросила она одним словом. — Да. Боюсь, я забыл сообщить об этом своему отделению. Дело в том, что в последнее время Эрвин получает информацию, тактические приказы о передвижениях и секретные стратегии от таинственного информатора. Мы не знаем, кто он или она, и никто не знает об их существовании, кроме Эрвина и людей в этой комнате. Но, по словам Эрвина, это призрак Коннора Лэнгфорда. Эта информация тесно связана с благородными домами и с тем, как на них ориентироваться. А значит, у тебя должна быть связь с дворянами. Все стояли, ошеломленные этим. — Отец… жив… но… но это невозможно. Мы нашли его мертвое тело. Мама подтвердила. — Этого не может быть. — Эрик несколько раз заикался. — И вторая часть. Правда в том, что королевский дом Фрицев — это марионетка. Настоящая королевская семья — это семья Рейсс. Что делает вон ту девушку следующей истинной наследницей трона. — Сказал Леви, указывая на Историю, которая стояла безмолвно. — Таков был план с самого начала. Чтобы сделать Историю королевой и склонить общественность в нашу пользу. Армин быстро поднимает руку в знак вопроса. — Да, совершенно верно. Так что История может это сделать. — Леви встал прямо перед ней. Эрик и остальные вопросительно посмотрели на него. — Я. Я не могу… Это невозможно… Я не могу сделать что-то подобное… — она начала дрожать, запинаясь. — Я знаю, что это нелегко. Говорят, что он самая авторитетная фигура во всем мире. Я знаю, что никто не может принять все это и сразу же ответить «да». Так в чем же дело? — Я не могу этого сделать. Я никак не мог этого сделать. Я не могу. Я все еще. Она продолжала бормотать. Внезапно Леви резко схватил ее за ворот рубашки и оторвал от земли. Все пошатнулись. Напуганы до полусмерти. — А ты не хочешь? ТОГДА ОТВЕРГНИ МЕНЯ! БЕГИ, ПОСМОТРИ, СМОЖЕШЬ ЛИ ТЫ УБЕЖАТЬ ИЛИ ПОБЕДИТЬ… мммппхх. Как только он хватает Историю, маленькая, но сильная рука хватает его голову спереди и изо рта и толкает обратно на пол. Леви падает на бок. От этого зрелища у всех по спине побежали мурашки. Эта ужасающе непокорная рука принадлежала Эрику, который стоял перед Историей, кашляя на полу. У всех остальных отвисла челюсть при виде того, как Леви оттолкнули назад. Эрик посмотрел на Леви, а тот на него. Интенсивность их взглядов сжигала души окружающих их людей. Их лица были спокойны, но одни эти брови вызывали бурю, назревавшую между ними. Леви медленно поднялся на ноги. Все остальные стояли с открытыми ртами, не в силах отреагировать. Тишина была ошеломляющей. — Что случилось? Ты злишься, Эрик? Это потому, что я наложил лапу на твою принцессу? Вы сердитесь на мои методы? Или ваша мораль говорит за агрессию к девушке? Ты сказал, что мои навыки убеждения — отстой. Да, они это делают. Так что, по-твоему, я должен сделать тебе, непокорный ублюдок? Леви задавал каждый вопрос очень медленно. Каждый удар с рычанием. Никто еще не видел Леви таким сердитым. Он стоял с таким мрачным выражением лица, что другим пришлось отступить на шаг от его удушающей ауры. Многим пришлось добровольно приказать себе дышать в безмолвном апокалипсисе, происходившем между ними. — Да, сэр. . Я в бешенстве. Но дело не только в этом. . Я злюсь, потому что капитан, которого я знаю, мог бы в одиночку противостоять орде титанов, не вспотев, и теперь теряет самообладание, убеждая девушку надеть какую-нибудь модную одежду, золотую корону и сесть в кресло. Вместо того чтобы сказать что-то полезное, например, что тебе ничего не нужно делать, просто сядь на трон и позволь скаутам справиться с остальным, или что с тобой есть люди. Или ваше начальство будет направлять вас. Вместо этого вы угрожаете ей сбежать и обвиняете в этом судьбу. Я злюсь, потому что вижу, как лучшее из возможных действий принимает наихудший оборот прямо у меня на глазах «. — Ядовито сказал Эрик, опустив голову. История достаточно пришла в себя, чтобы понять их ледяной горячий обмен словами. — Знаешь, мне все это надоело. Я просто устал. Ты думаешь, что можешь просто выбросить субординацию в окно и делать все, что захочешь. Ты забываешь свое место, сопляк. Леви уставился на него. — Может быть, и так, но и вы тоже, капитан. Я приму последствия своих действий, но ваши действия решают судьбу мира. Я знаю, что это тяжело. Уверенности больше нет. Я не могу сказать, будет ли человек, стоящий рядом со мной, там завтра. Что завтра я смогу нормально поесть под крышей. Или даже спать на чем-нибудь мягком завтра вечером. Я знаю, что бремя этих вопросов лежит не только на ваших плечах, но и на наших. Мы можем бушевать там сколько угодно, но здесь, пожалуйста, сохраняйте спокойствие."Ситуация становилась все более и более едкой с каждой секундой. Эрен, Микаса, Армин, Жан, История и все остальные слушали их разговор в напряженной тишине. — И это все? Это все, что ты можешь сказать своим серебряным змеиным языком. Как вы думаете, ваше благородное, оптимистичное мышление может проложить чистый путь? Тогда покажи мне Эрика, ПОКАЖИ МНЕ, НА ЧТО ТЫ СПОСОБЕН! — закричал Леви, прежде чем успокоиться, его яд медленно отступал. — Эти вопросы не являются моим бременем. И это не для нормальных людей. Но даже в этом случае я не могу назвать себя нормальным. Я ненормальный человек, аномалия, Потому что я прожил ненормальную жизнь и видел слишком много ненормальных вещей. Один из них стоит прямо передо мной. Но из-за этого, если завтра стена роза падет и титаны вторгнутся, я смогу реагировать на обстоятельства быстрее, чем кто-либо, и сражаться! Этот ад может начаться в любое время. Вы сами это видели. Сражался сам и даже вышел победителем. Но крошечный камень не задержит их надолго, когда появятся эти ребята. И поэтому нам нужно запечатать стену и убить этих ублюдков. Но вы видите, что есть люди, которые хотят противостоять этому движению. Ты думаешь, они будут слушать переговоры? Эрик поднял голову и посмотрел капитану в глаза. — Если ты просишь меня выбрать между применением силы, чтобы получить то, что я хочу, и разговорами. Я выберу силу… потому что я не буду говорить с животными, это бессмысленно. Я вижу, что если мы останемся здесь, то вторжение убьет всех нас до единого. Но альтернатива состоит в том, чтобы сразиться с этими парнями и положить конец конфликту с помощью чистой силы. Выбор очевиден. Если вы сомневаетесь в моей решимости, я готов. Если вы хотите, чтобы я направил свой клинок на людей, я это сделаю. Если хочешь, я могу выбивать дерьмо из людей до тех пор, пока они не станут неузнаваемыми. Я уже делал это раньше. Если хочешь, я могу пройти лишнюю милю. Отнимая жизнь, так тому и быть. Я буду убивать людей. Если видел, чтобы это происходило раньше. Не просто людей, пожираемых титанами, а настоящее убийство людей, убивающих людей. Эрик перевел взгляд на Эрена и Микасу, которые оба смотрели в сторону. — Это не должно быть так уж трудно. — Резко сказал он. — Капитан. Я готов к этому. Вы можете использовать с ними всю силу, какую захотите. Но здесь, где может быть принято совершенно логичное устное решение, я без колебаний буду действовать. Используй эту силу против моего народа, мне все равно, что со мной случится, я повернусь против тебя. «Эрен дрожал от тупой смелости, которую он демонстрировал. Но в то же время он был заворожен исходящей от него силой. — Хммм, значит, ты все решил. Ты действительно готов убивать? Чтобы взять кровь, которая не испаряется? — Спрашивает Леви. Эрик твердо стоит на ногах. — Да, сэр. Я принял решение. Мне больше все равно, кто мои враги. Ничто не встанет на пути моей мечты. Человека или титана я просто раздавлю, — закончил Эрик. — Ладно, ты еще не показал всем, на что способен. — Леви скрестил руки на груди. — Покажи мне, как ты пытаешься получить абсолютную власть. Эрик кивнул. — История. Пожалуйста, встань. — мягко, почти ласково просит Эрик. История вышла из транса и начала подниматься. Саша и Микаса попытались встать, но она подняла руку, чтобы остановить их. Ей удается встать, дрожа всем телом. — Все зависит от тебя. Ты нужен нам сейчас. Нам нужна твоя сила. Тебе не нужно ничего делать. Я вижу там успешное будущее. Все, что вам нужно сделать, это сыграть свою роль. Обо всем остальном позаботятся командиры. Эрик изо всех сил старался, чтобы его голос звучал монотонно, а также упрямо отказывался оторвать взгляд от Леви. — Тебе не о чем беспокоиться. Все, что вам нужно, — это быть лицом королевской семьи. Они. нет, я позабочусь об этом. Но у нас не осталось времени. Все зависит от… — Я сделаю это. — Ее голос не выходил за рамки шепота, но сообщение было громче мегафона в этой крошечной грязной комнате, где находились одни из самых могущественных людей в мире. — Я сделаю это! Она говорит еще громче, сжимая руки в кулаки. Леви взглянул на нее. Но оглянулась на Эрика и увидела неохотное удовлетворение на его лице. Леви понял, что он отвел взгляд и потерял этот яркий свет. — Ты хотел, чтобы я стала королевой. Прекрасно, я буду твоей следующей королевой. Я дал обещание. Я отплачу за это, изменив мир. Она твердо стояла за спиной Эрика. Провела пальцами по руке Эрика и кинжально посмотрела на Леви. — Хорошо. — Сказал Леви, прежде чем шагнуть ближе к Эрику и протянуть ему руку. Эрик, чувствуя себя расслабленным, ответил на этот жест. Когда он протянул руку, Леви внезапно сжал ее. Рука быстро поднялась и ударила Эрика в лицо. И снова толпа в комнате зашумела. Эрик упал навзничь на землю, повернулся и сел на спину. Леви навис над ним, крутя запястье и потирая его. — Но тебе все равно нужно узнать свое место. — Спросил Леви. История опустилась на колени рядом с ним, а Эрен встал позади него. Потирая обожженную щеку, Эрик поднял голову и высокомерно улыбнулся. — Да, сэр. Леви усмехнулся, но отпустил его. — Нифа, продолжай. Леви отступил к стене и позволил информатору продолжать. Она начала рассказывать о встрече Эрвина с Пиксисом. И информация, полученная как от военной полиции, так и от внутреннего информатора. И окончательный план разоблачить коррупцию дворянства и выставить в истории короны короля истинной королевой перед всем населением. Затем с помощью силы королевы устраните все непредвиденные обстоятельства и врагов, чтобы раз и навсегда объединить людей в стене. Затем, наконец, сосредоточьтесь на цели за стенами. Для достижения этой цели на их пути стоит одна-единственная фракция. Блок 1 МПс. Все под контролем человека по имени Род Рейсс. Истинный король стен и отец Истории. Хранитель всех тайн этого мира. А также найти таинственную связь, которую он имеет с семьей Лэнгфорд. В зависимости от причин, которые он может привести. Разведчики уничтожат его или все склонятся перед их казнью. Авантюра была крутой, но это единственный вариант. Эрвину также была направлена информация о том, что военная полиция преследует Эрена и Историю с целью вернуть их Роду Рейссу. И оставили управление компании Ривза. Поэтому, воспользовавшись этим, разведчики решают передать им Эрена и Историю. И выследить их до отдаленного убежища Рода где-нибудь к северу от стен. (На следующее утро.) — Милая, если эти разведчики справятся, я смогу вести дела вплоть до Уолл-Стрит. Ради этого шанса я готов на все. Даже согласиться с этим дерьмом, как дурак. Димо взволнованно завизжал. Он опустился на колени перед Эреном, привязанным к стене, и размазал грязь по его лицу и одежде. — Эй, что ты ммффф. Эрен попытался возразить. — Успокойся. Ты сидишь здесь взаперти уже два дня подряд. Будет очень подозрительно, если ты появишься сытым и без душа. — Сказал он, бросая песок себе на рубашку. Он проделал то же самое с Историей, но более мягко. — Ого, у вас хорошие контакты, мистер Ривз. Этот костюм мне идеально подходит. Эрик Сэй вошел в черный костюм, чтобы выдать себя за одного из сотрудников корпорации и внимательно следить за ними. Люди в комнате молча смотрели на него. — Как я выгляжу? — Сказал он, надевая шляпу. — Страшно. — Ответил Эрен, выходя из ступора. — Как раз то, к чему я и стремился. Эрик смотрит на Историю. И вдруг перед ним стоит Флегель. — Скажите, Эрик Лэнгфорд. Почему ты следуешь за этим карликом? Он мусор, который ведет себя так, будто он хозяин этого места, поднимает руки на женщин и даже бьет тебя. Я слышал, ты какой-то герой, и ты выглядел довольно круто, стоя перед ним и все такое, но почему ты не отправил его в полет? — Сказал Флегель, потрясая перед собой кулаком. Эрик положил две руки ему на плечо, мгновенно заморозив его. «Listen, Flegel. Ты прав. Леви — дерьмовый парень. У него короткий запал, и пусть говорят его кулаки. Но постарайся понять его, если сможешь. У него есть сердце. Он заботится о своих людях и подчиненных. Просто у него есть свой способ показать это. — Эрик сказал ему. — Сынок, послушай этого человека. — Посоветовал ему Ривз. «То, как вы смотрите на людей и читаете их, является ключом к тому, чтобы быть успешным бизнесменом. Тебе лучше принять это близко к сердцу. Этот человек жил в куче дерьма в заднице этих стен. Но он царапал и царапал свой путь через все это вплоть до того, кто он есть сейчас. Если ты хочешь заменить меня, то будь мужествен. Итак, мисс. — Я имею в виду, ваше величество, что у вашего капитана может быть неприятный характер, но он хороший человек. Когда ты станешь королевой, врежь ему прямо в лицо за нас. И втирай его, когда посмеешь ударить в ответ. Димо улыбнулся одной из своих самых ярких улыбок. — Вот это было бы богато. — Что? — в унисон говорят Эрен и Эрик. Они неловко смотрят друг на друга, но потом улыбаются. Флегель медленно начал выходить из шахты, в которой они все находились. — Как бы там ни было, я пойду отлить. — Скучно говорит Флегель, уходя. — Господин президент. Депутаты уже здесь. В комнату вбегает один из сотрудников Ривза. Остальные были поражены. — Уже?! Ривз запаниковал. Он сунул руки в карманы и вытащил большую связку крошечных лезвий. Он быстро кладет их в руки Эрена, между пальцами ног и под язык. — Крошечные лезвия. Леви сказал использовать это как экстренную тактику. Если что-то пойдет не так, мы должны ранить Эрена любым необходимым способом. Сделает ли он это сам, я, мисс или ты, Фрост. Он поспешно отдал несколько штук Эрику и Истории. А потом заткни рот Эрену и Истории кляпом. Затем послышались легкие шаги. Сильный тяжелый ботинок зарывается в песок в шахте, когда из света снаружи входит высокий и изможденный мужчина. На нем был темно-черный плащ и короткий цилиндр. У него была светлая борода, и он выглядел как мужчина лет сорока-пятидесяти. Эрик сдвинул шляпу на затылок, чтобы лучше видеть свое лицо. — Молодец, Ривз. Он говорит отрывистым, ворчливым тоном. — Ирландско-немецкий диалект? У него тот же акцент, что и у Леви. Никто, кроме него, не говорит с таким акцентом. Я знаю, потому что папа рассказывал мне о разных типах людей, говорящих на разных языках в прошлом. Поэтому, когда официальный язык был упорядочен, а все остальные забыты, остались только их акценты. И там остались некоторые редкие люди, такие как я. Кто он?» — думал Эрик, стоя в углу. Он встал рядом с Историей и погладил ее по волосам. — Эй, ты меня помнишь? Криста Ленц. Я был там, когда ты взял себе новое имя. Неужели прошло уже пять лет? Боже мой, ты стал выше, не так ли? Похоже, в разведывательном корпусе с тобой хорошо обращались. — Говорит он, поглаживая ее спину. История съежилась и попыталась избежать его. — Гребаный придурок. Значит, это он убил ее мать. Или просто наблюдал, как это происходит. Мне плевать. Он уже выводит меня из себя. Эрик стиснул зубы и постарался сохранить спокойствие. Как и Эрен. Мужчина встал и посмотрел на Эрика. Ему пришлось поднять голову, чтобы избежать подозрений. — А кто бы вы могли быть? — Спрашивает он. Эрик тихо выругался. — Майкл Джексон, сэр. Эрик лгал и старался, чтобы его голос звучал монотонно. Однако он поднял брови и слегка ухмыльнулся. — Английский акцент? Теперь это редкость. Почему ты здесь? — Спрашивает высокий мужчина. Эрик изо всех сил старался сохранить равновесие в голосе. — Я личный помощник мистера Ривза. Он прекрасно справляется с этим. Однако мужчина улыбается и шепчет что-то своим людям. Двое кивают и уходят. — Теперь Ривз. У меня есть кое-что для тебя. Пожалуйста, следуйте за этими двумя мужчинами. Однако ты останешься здесь. Последнюю часть он говорит Эрику, когда Димо удаляется из комнаты. Остались только Эрен, История, Эрик, этот человек и его коммрейд. Эрик почувствовал исходящую от него тревожную вибрацию. Как будто вот-вот произойдет что-то плохое. — Для рабочего ты выглядишь довольно молодо. Сколько тебе лет? Эрику ничего не оставалось, как подчиниться. — Мне 18 лет, сэр. Это правда, что я выгляжу моложе своих лет. — Откуда вы родом? — Снова спрашивает он. — Черт побери, почему он так мной интересуется? Я всего лишь помощник, ублюдок», — подумал Эрик. — Я живу в районе троста. Он ответил: — Тогда вы должны знать Эрика Лэнгфорда. Высокий парень — Черт, значит, он мной интересуется. — Не знаю, сэр. Они эвакуировали нас до начала боя, так что я ничего не видел. Эрик поразился своей способности говорить ровным голосом. Он начал приближаться к Эрику. Шагая рядом с ним. Глаза Эрика следили за каждым его движением. — Ты что-то знаешь. Из той семьи, из которой он родом. … ты… знаешь, что… это так. …единственные… — он вдруг встал у него за спиной. И тогда подчиненный побежал вперед. Эрик отвлекся. -… они были единственными, кто говорил на вашем диалекте! Его голос внезапно стал диким. Нервирует Эрика. *Ка-цзин* Звук втягивающегося клинка. Острый крошечный кинжал ваа вытащил и устремился к его горлу. Но когда он коснулся подбородка, ларгр оттолкнул его искрами. — Черт, он знает, кто я? Слава богу за эту молнию. — Он вырывается из его рук и бежит вперед. — Как говорят слухи. Вы быстры. Эта маскировка была хороша, но. ЭТИ ГЛАЗА БЫЛИ ПОЛНОЙ ВЫДАЧЕЙ! Он бросился на него. — Высокий худощавый парень с металлическими глазами. Кинжал с перекладиной. Я знаю, кто ты. Ты Кенни Потрошитель. Резак для горла. — Говорит Эрик. — Черт, ты уже все понял. И Эрен, и История пытаются кричать сквозь кляпы. Действие было настолько быстрым, что никто не мог его увидеть. Мужчины достают пистолеты и стреляют в него. Эрик использовал свои нечеловеческие рефлексы, чтобы увернуться от них. Но он тяжело дышал. Уже мало энергии. — Черт. Почему он работает в Военной полиции? У него есть послужной список за расправу над депутатами парламента. Эрик попытался направиться ко входу, но тут у него зашумело сердце. — Черт, нет. Не в такое время, как сейчас. Он пошатнулся. Прекрасная возможность. Бах. В ногу ему выстрелили. Кенни быстро вошел. Эрик увидел алые брызги на грязи, и острая боль пронзила нижнюю часть его тела, обездвиживая его. Глаза Истории были дикими и безумными. Кенни потащил его обратно в дом. Держа его перед собой. — Черт бы вас побрал, Лэнгфорды, какие вы скользкие. И жизнерадостный. Столько побоев, а ты все еще стоишь на ногах, как будто твоя бесполезная гордость требует этого. Жалко. Он поднимает его и поднимает его лицо. История, чувствуя дежавю, яростно мотала головой влево и вправо. Мысленно крича «нет, нет, нет». Пожалуйста, не надо больше. — Итак, последние слова Эрика Лэнгфорда? Он поднес лезвие к шее. Эрик попытался поднять руку. — Невероятно, я потерял так много сил только потому, что моя сила меня трахнула. Я не могу, я не могу умереть здесь. История Я должен получить это от нее. Мне нужно сказать, что я чувствую… Я… я… — слабо подумал Эрик. Кровь окрашивала его правую ногу от бедра вниз. — Давай регенерируйся. Регенерируй свое глупое тело. Пожалуйста. Не здесь. — Его сердце разрывается. Приглушенное всхлипывание Истории и слезы, непрерывно катящиеся по ее лицу. — Пожалуйста, не плачь. — Лэнгфорд? Кенни улыбнулся в последний раз. — Гори в аду, ублюдок! История не плачь. Я ло. — Вот что вырвалось у Эрика, когда лезвие вошло в мягкую плоть Эрика. Его шея, кожа рассечена. Сталь вошла в кожу, затем в сонную артерию, разрезав ее, а затем в яремную вену и нервы. И клинок ускользнул. Все произошло в мгновение ока, но для Эрена и Истории это была вечность страданий и боли, чтобы увидеть, как их самый драгоценный человек в мире будет убит прямо у них на глазах. Кенни быстро отпустил его, чтобы кровь не попала на одежду. Голова Эрика упала к ногам Истории. Ее глаза оставались открытыми, но голова перестала двигаться. Он висел у нее на плече, пока она смотрела на кровь, стекающую на подошвы ее ног. Ее сердце было раздавлено грудой холодных камней. Слезы скатились с ее лица в лужу крови, в которой он теперь лежал. Разбавляя там ярко-красную жидкость. Шляпа упала во время стрельбы. Его седые волосы окрашивались во влажной, грязной, пахнущей вермиллионом луже. Эрену солдат уже дал успокоительное. Кенни подошел к Истории и внезапно ввел иглу ей в шею. Была безумно омерзительная боль, потом вот чувство стало притупляться. Она медленно теряла сознание. — Спи спокойно, Криста. У тебя впереди долгий путь.