spring came unexpectedly

Чонгук неспешно курил свою сигарету, вглядываясь в двор под домом Ары. Он так привык рассматривать это здание из своего мерседеса, что теперь смотреть на сверху на свой автомобиль казалось непривычным. С восьмого этажа город казался намного ближе, чем с его родного двадцать третьего.  Гук внимательно разглядывал горизонт, состоявший из десяток сотен многоэтажек, пытаясь успокоить бурлящее внутри него возбуждение. Он пытался попасть в эту квартиру на протяжении двух недель, но сейчас, когда ему все же удалось это сделать с помощью незамысловатых манипуляций с доставщиком еды, которого он встретил совершенно случайно, изначальная цель его прихода все равно казалась упущенной.  Чон бросил взгляд на комнату сквозь стеклянную дверь, упираясь глазами в шатенку. Ара сидела на диване, поджав колени к груди и задумчиво глядя в одну точку. Брюнет не знал, о чем она размышляла в этот момент, единственное, о чем он мог думать — это то, каким податливым было ее тело менее чем полчаса назад.  Гук бегло вдохнул свежий воздух, отворачиваясь назад к улице. Я не могу. Парень никак не мог понять, почему он не ушел сразу после полученного отказа. Ситуация казалась настолько простой, что сложнее не придумаешь. Чонгук хотел секса, Ара не могла на него решиться. Чонгук едва мог думать трезво, когда она объясняла ему причину своего отказа.  Телефон тихо завибрировал в кармане Гука, отвлекая его от глупых раздумий. — Занят? — спросил Чимин, не давая Чонгуку даже возможности поздороваться.  Тот бегло прошелся глазами по Аре за стеклянной дверью.  — Типа того. А что? — У нас новый запрос на заезд.  — Кто?  — Тебе не понравится, — усмехнулся в трубку Пак, чем заставил Чонгука нахмуриться в предвкушении. — Фамилия “Ин” вам о чем-то говорит?  — Блять, только не говори мне, что… — Ин Совон, — Чимин перебил друга, подтверждая его догадки. — Задаток уже внесен.  Чонгук возмущенно фыркнул, делая последнюю тягу со своей сигареты. Услышав фамилию “Ин”, он сразу догадался, что речь пойдет о братце Мины. Сама брюнетка никогда не любила сидеть за рулем и предпочитала нежиться на пассажирском сидении подле Гука. Но вот Совон… Ранее Совон предпринимал несколько попыток присоединиться к “хобби” компании Чонгука, но его сестра обычно препятствовала его интересу. Похоже, малыш наконец-то повзрослел, и теперь даже Мина не могла отговорить его от участия в аматорских гонках.  — Против кого? — недовольно вздохнул Чонгук. С момента расставания с Миной он всеми силами пытался отгородить себя от любой мелочи, связывающей его с ней, но каждый гребанный день толкал парня назад к бывшей и ее семейке.  — Я поэтому и звоню. Ближайшая гонка назначена на завтра, — Чонгук снова удрученно вздохнул. Он знал расписание всех гонок наизусть, будучи одним из составителей графика, и поэтому пару дней назад намеренно отказался от участия в заездах на этих выходных. По одной конкретной причине.  Брюнет повернулся к этой самой причине, бегло пробежался взглядом по ее телу и задумчиво прикрыл глаза. На одной чаше весов стояла мнимая надежда все же сблизиться с Арой так, как ему хотелось изначально; на другой — возможность победить Ин Совона, тем самым избавившись от напоминания о его бывших отношениях хотя бы на территории, которую Чонгук мог контролировать.  — Я могу прокатиться вместо тебя, — послышался голос Чимина из трубки. — Но сам знаешь, с кем он хочет посоревноваться на самом деле.  С бывшим парнем его сестры, который, по мнению Совона, возомнил о себе хер знает что.  — Тэхен не захочет, его даже спрашивать смысла нет, — продолжил Пак, воспринима молчание друга как обычное дело. — Хосок до конца месяца в Франции. Остаемся я и ты.  — Дай мне подумать, — кратко ответил Чонгук, потирая глаза. — Я был у него дома вчера, и он ни слова об этом не сказал.  — Потому что запрос прилетел двадцать минут назад, — хмыкнул Чимин.  — Яблоко от гребанной яблони, — закатил глаза Чонгук. — Дам знать позже.  — У тебя есть время до утра, — проинформировал друга Пак, тем самым закончив их разговор.  Чонгук бросил телефон в задний карман джинсов, чувствуя, как раздражение от услышанных новостей расползалось по его все еще возбужденному телу. Парень уперся руками о перила балкона, склоняя голову вниз. Однотонное покрытие ничем не привлекало внимание, ровно до того момента, пока Гук не заметил круглую бледно-розовую емкость в самом углу. Брови брюнета самовольно поднялись вверх, удивление вернуло его мысли в предыдущий порядок.  Ара вздрогнула от неожиданности, услышав, как открылась балконная дверь. Она почти забыла о присутствии Гука в ее квартире. Почувствовав прохладный порыв ветра на собственных оголенных ногах, она прижала их ближе к груди.  Чонгук молча прошел к дивану и прилег на него возле шатенки, уставившись на нее снизу вверх.  — Ты не говорила, что куришь. — Ара вопросительно нахмурилась, и парень кивнул на балкон. — Там пепельница.  — Я не курю, — девушка вздохнула. — Уже. — Давно бросила? — Я никогда особо не курила. Иногда, бывает, хочется. — Покури со мной, — попросил Чон, не сумев справиться с желанием прикоснуться к шатенке. Его ладонь скользнула вверх по девичьей лодыжке, он почувствовал, как ее кожа быстро покрылась мурашками.  — Ты же только что курил.  — Я хочу с тобой. Одну на двоих. Ара глядела на Чонгука до того момента, пока не осознала, что пялится. Он лежал на ее диване, с обнаженным торсом и щенячьими глазами, с растрепанными волосами и такой простой просьбой. Она не курила уже несколько месяцев, не собиралась возвращаться к этой привычке, но это не помешало ей подняться с дивана и выйти на балкон.  Чонгук пошел следом и, закрыв за собой дверь, полез в карман за уже полупустой пачкой сигарет. Ара наблюдала за тем, как он поджег сигарету и затянулся. Ветер неприятно пробежался по ее оголенным ногам, и девушка остановила порыв обнять свои плечи.  Гук молча протянул ей сигарету, и Ара сделала длинную затяжку. Непривычная горесть заставила ее скривиться, но хотя бы кашлять не хотелось.  — Я и забыла, какие они противные, — хрипло сказала та, отчего брюнет усмехнулся и забрал сигарету обратно.  Свободной рукой Чонгук потянулся к талии шатенки, параллельно делая крепкую затяжку, и притянул ее тело ближе к своему. Прежде чем она успела отреагировать, парень уже наклонился к ее губам. Ара быстро сообразила, что к чему, и податливо втянула дым из его губ, позволяя ему затем поцеловать себя.  Гук изо всех сил пытался не превратить этот поцелуй в прелюдию, но получалось так себе. Его пальцы быстро пробрались под свободную ткань девичьей футболки и крепко вцепились в теплую кожу ее талии. Забытая сигарета в другой руке медленно тлела, ожидая пока про нее вспомнят.  — Так лучше? — оторвавшись от губ Ары, спросил брюнет.  Шатенка едва вспомнила, что кроме вкуса губ Чонгука в ее рту была еще горькость дыма.  — Терпимо, — она качнула головой, сдерживая улыбку. Чонгук, в свою очередь, не сдерживался. Он довольно ухмыльнулся и снова затянулся. Девушка вдруг поймала себя на мысли, что после его первого перерыва на перекур парень стал тише, чем обычно. — О чем ты думаешь?  — О том, что я не знаю, что мне с тобой делать.  Девушка нахмурилась от такой откровенности. Чонгук тем временем не прекращал легко поглаживать ее талию. Нежные, неторопливые движения казались почти автоматическими. Ара рассматривала его равнодушное лицо и не могла понять, хочется ли ей сейчас вообще что-то обсуждать. Вместо ответа она потянулась к сигарете в руке брюнета, бегло затянулась и приблизилась к его губам. Чон послушно втянул дым из ее губ, целуя ее снова.  Целоваться было намного приятнее, чем говорить о глупой разбежности в их взглядах. Целоваться и не переходить в горизонтальное положение — сложнее. Особенно для Чонгука, у которого секс последний раз был черт знает когда.  — Как же ты все усложняешь.  Ара громко вздохнула в губы брюнету, она не могла разобрать, было ли недовольство в его голосе наигранным или настоящим.  — Мне нужно вре… — Мне нужно, чтобы ты была сейчас подо мной, — перебил шатенку Гук.   Девушка удивилась столь внезапному ответу. Чонгук не смотрел на нее, разглядывая что-то за ее спиной. Что бы не происходило в его голове сейчас, Ара не была уверена, хочет ли она это узнать. Потому что скорее всего, ей не понравится слушать о том, как он хочет с ней переспать и остается в ее квартире, полагаясь на одну лишь надежду, что ему удастся это сделать. Возможно, она была не права и преждевременно делала выводы, но проверять уровень своей правоты ей все равно не хотелось. — И? — Что “и”? — вопрос Ары заставил Чонгука вернуть свой взгляд к ее лицу.  — Ты хочешь переспать, и что дальше? — Дальше? — Гук громко усмехнулся, выбрасывая недокуренную сигарету прямо в бледно-розовую пепельницу на полу. Девушка вздрогнула от неожиданности, когда его рука обхватила ее подбородок. — Дальше я буду хотеть переспать с тобой еще раз. И еще. До тех пор, пока ты не перестанешь задавать глупые вопросы.  — То, что ты не хочешь отвечать на мои вопросы, не значит, что они “глупые”, — огрызнулась шатенка.    — Нет, — согласился Гук, держа лицо Ары на расстоянии считанных сантиметров от своих губ. — Это значит, что у меня нет гребанных ответов.  — Это не мои проблемы.  — Я знаю, — парень усмехнулся, уставившись на полураскрытые губы девушки. — Знаю.  Он поцеловал ее, зная, что Ара ответит. Гук никак не мог понять, нравится ли ему эта дурацкая игра, где смешанных сигналов было больше, чем правил. Ответом на этот вопрос были мурашки по его телу, когда ногти шатенки бегло прошлись по его оголенной талии.  Вибрация телефона отвлекла Чонгука от нарастающего в который раз возбуждения. Он отпрянул от Ары, мысленно матерясь. Последний телефонный разговор ему не понравился, и Гук уже не хотел проверять, кому он понадобился на этот раз. К счастью, отправителем был незнакомый парню человек.  — Пошли, — обратился Чон к Аре, усмехаясь тому, как она пыталась убрать растрепанные ветром волосы от своего лица. — Еда приехала.  Шатенка кивнула, напрочь забыв о том, что Чонгук заказывал доставку после того, как съел половину ее кимпаба. Она вышла с балкона и прошла на кухню, пока Гук пошел к входной двери встречать доставщика. Ара уже не думала о том, что он ведет себя словно у себя дома, разгуливая по ее квартире в одних лишь джинсах, целуя ее на ее же балконе, чтобы отвлечь от неудобных разговоров, неся три пакета с едой , как будто ему лень готовить их обычный ужин.  — Ты с ума сошел? — спросила Ара, глядя на Чонгука, пока тот раскладывал еду из пакетов на стол ее кухни. — Кто всё это съест?  — Мы с тобой, — как ни в чем не бывало ответил тот и пожал плечами. — Я голодный. Помогай.  Девушка хоть и закатила глаза в ответ на командный тон Гука, но все же принялась разбирать набитые одноразовыми контейнерами пакеты. В них было много мяса, овощей и соусов. Заказанный Чонгуком ужин был равен чуть ли не недельному запасу еды Ары. Она не была заядлой хозяйкой — большинство времени ее холодильник пустовал, поэтому в какой-то степени она была даже рада, что Гук не требовал никакой домашней еды.  — Ты разве не за рулем? — спросила шатенка, доставая из пакета вторую бутылку соджу.  — За рулем, — кивнул Чонгук, на ходу открывая контейнер с жаренной говядиной.  — Как ты поедешь домой, если будешь пить? — Ара уставилась на беззаботное лицо брюнета, ожидая, пока он прожует кусочек мяса.  — Кто сказал, что я поеду домой? — Это все еще моя квартира, — шатенка недовольно вздохнула, упирая руки в свою талию. Невинный взгляд брюнета никак не скрывал его пробивающейся наружу ухмылки. — И что-то я не припомню, чтобы ты спрашивал разрешения остаться на ночь.  — Я могу попросить сейчас, — Гук обошел кухонных стол и остановился напротив Ары, глядя на нее сверху вниз. Он зацепил большой кусочек говядины одноразовыми палочками и протянул его девушке. Он остался доволен, когда девушка послушно забрала мясо зубами. Чонгук не спускал с нее своего взгляда, облизнув палочки следом. — Языком.  Ара чуть не подавилась этим дурацким куском мяса, уставившись на брюнета намеренно суровым взглядом. Он был таким паршивцем, бросаясь подобного рода фразочками сразу после того, как показал ей, каким ловким может быть его язык. И это только во рту.  Шатенке пришлось отвернуться, чтобы не дать Чонгуку повода прокомментировать ее порозовевшие щеки. Похоже, решение Гука остаться на ночь было принято единогласно. — Тебя не прокормить, — пробурчала Ара, рассматривая количество еды на столе. — Ты сам себе готовишь? — Угу, — кивнул парень, глядя на свой обычный прием пищи. — Я люблю готовить.  — Это хорошо, — задумчиво ответила Ара, выбирая лоток с жареным рисом с овощами. Пока она распечатывала палочки, Чонгук уже стоял у ее кухонного шкафа.  — Где у тебя стаканы?  — В правом верхнем углу, — ответила та, позволяя парню похозяйничать на ее кухне. Он слишком хорошо смотрелся у нее в квартире. Слишком. Ара отпустила эту мысль, останавливаясь на следующей. — У тебя что, даже нет никаких планов на сегодня? Кроме, конечно, притворяться, что ты сожалеешь о вчерашнем? Гук громко усмехнулся, бросая быстрый взгляд на девушку, и достал два стаканчика из шкафа.  — Я не притворялся.  — Мг, — Ара закатила глаза, попутно открывая еще один лоток со свининой. — Дети врут лучше.  — Ты ведь понимаешь, что если бы я не сожалел, меня бы здесь не было? Ара подняла глаза на Чона в тот момент, когда он открывал персиковый соджу и разливал его по стаканам. Конечно же, она это понимала, но упустить возможность поддеть парня его же поступком она не могла. В ответ девушка лишь пожала плечами, пряча взгляд в жаренном рисе.  — Ты не самый закономерный человек, так-то.  — А это еще что значит? — Чонгук подавил смешок, садясь напротив Ары и протягивая ей налитый соджу.  Вместо ответа шатенка лишь чокнулась своим стаканом со стаканом в руке Гука и молча опрокинула его. Она пыталась не обращать внимания на то, как пристально брюнет наблюдал за ней, не сползающая усмешка казалась неотъемлемой частью его лица.  — Ты не ответил на мой вопрос.  — На какой из?  — Никаких больше планов? — Ара продолжала разглядывать рис у себя под носом. Она уже не слишком заботилась о том, насколько подозрительно осведомленными будут звучать ее вопросы.  — На сегодня — нет, — честно ответил Чонгук. — Я хотел провести весь день с тобой.  Ночь, скорее.  Ара снова пожала плечами, не зная, что ответить. Вчерашнее разочарование быстро улетучилось, появление Чонгука на пороге ее дома быстро заставило ее забыть о том, что причиной ее плохого настроения с утра был он сам. Девушка отвлеклась от собственных мыслей, когда перед глазами появился кусочек мяса в чужих палочках. Она взглянула на Гука, который, похоже, считал, что ей нужно есть больше, и укусила предложенную говядину.  — Что это за ресторан? — спросила она, наслаждаясь хорошо прожаренным мясом. — Так вкусно.  — Не скажу, — довольно хмыкнул Чон, и увидев нахмуренное лицо Ары, усмехнулся. — Если хочешь есть оттуда, придется проводить со мной больше времени. — Это манипуляция.  — Это стратегически выгодное решение. — Ара в который раз закатила глаза и подсунула Гуку пустой стакан с откровенным намеком, который тот быстро понял. — Что? Надо же мне как-то удерживать твой интерес.  К сожалению, особо стараться ему для этого не надо — мысль быстро пробежала в голове шатенки, заставляя ее снова опустить свой взгляд. — Тебя итак слишком много в моей жизни, — хмыкнула та, потянувшись палочками за очередным кусочком говядины в лотке в руках Чонгука. — Я уже не помню какого это не видеть тебя каждый день. — Сочту это за комплимент, — ухмыльнулся брюнет, поднимая свой стакан в воздух.  В момент, когда Ара потянулась чокнуться с Гуком, свободной рукой он взялся за низ ее стула и подтянул его ближе к себе, вместе с сидящей на нем шатенкой. Девушка не знала почему она позволила ему поднять свои ноги и поставить их к нему на колени, но возражать не стала.  Слишком много касаний, подумала девушка в очередной раз, но препятствовать ни одному из них ей не хотелось. Как и препятствовать постоянному присутствию этого брюнета в ее жизни. Она знала, чего он хочет (по крайней мере, на данный момент), знала, как относится к ее решениям, знала, что не прекратит пытаться затащить ее в постель. Совокупность всех этих фактов не мешала Аре наслаждаться компанией Чонгука. Особенно сейчас, держа свои ноги на его коленях и принимая очередной кусочек говядины с его палочек. Этот парень точно не был мастером отношений, но то, как он заставлял шатенку себя чувствовать было достаточным, чтобы она закрыла глаза на любые красные флажки, летающие по ее квартире.