Давай не будем влюбляться

      우리 사랑하지 말아요

아직은 잘 모르잖아요

사실 조금은 두려운 거야

그대 미안해요

— Давай пообещаем другу друг не влюбляться? — тогда ещё по мальчишески звонкий голос, ни разу не сломавшийся, окликнул отбежавшего на большое расстояние альфу. Тот тормозит и резко поворачивается, чтобы вылупиться на орущего на весь район парнишку. — Пообещай мне, — продолжает омега, складывая руки рупором, оттого звуча ещё громче, чем до этого. Альфа горестно вздыхает и идёт обратно молча, не говоря ни слова, пока этот шкодливый мелкий лыбится ярче света полярной звезды. Иногда кажется, что его квадратная улыбка либо разорвёт его щеки, либо станет самостоятельным источником света окончательно. — Ну чего ты разорался? — буркает альфа наконец добираясь до ходячего недоразумения с недавнего времени с белой копной кудрявых волос. Омега щурится так по-хитрому и смотрит прямо, совершенно не стесняясь грозного выражения лица напротив. — Я сказал, давай не влюбляться, — щебечет омега, чуть наклоняясь ближе и привстав на цыпочки, чтобы хоть как-то поравняться с парнем, выше почти на целую голову. — В других? — альфа, мягко говоря, не переваривает услышанное и смотрит своими огромными глазами на младшего, совершенно не понимая к чему тот клонит. — Дурак, — омега вытягивает вперёд мизинец, и тыкает им в грудь напротив, — не влюбляться друг в друга. Альфа молча смотрит на парня напротив, а потом его губы сами растягиваются в улыбке и он издаёт забавный смешок. — Почему? Омега непонимающе раскрывает глаза и склоняет голову на бок. — Наша дружба для меня слишком важна, — он отводит взгляд не замечая, что эта фраза, как бульдозер, проезжает по хрупкому, еще подростковому, сердцу альфы. — Ну, как скажешь, — хмыкает альфа, — друзья так друзья, — и соединяет их мизинцы, закрепляя обещание.

Наши дни

Подавить зевок не получается, особенно когда у тебя вторая пара по философии подряд, а ты вообще не в зуб ногой, ни в жопу пальцем... о чем там вещал товарищ Бертран Рассел в своих многочисленных трудах? Тэхен зевает в полную силу и, накручивая выбившуюся прядь из идеальной укладки на палец, косится на сидящего рядом Чимина. Тот что-то усиленно строчит в своей пухлой тетради и даже не поднимает головы от усердия. Надо было остаться сегодня дома и прогулять скучные пары, а то Тэхену уже кажется, что он начинает тянуть на красный диплом по посещаемости. Серьезно, он не собирался становиться супер-пупер-студентом с идеальными отметками в зачетке. Но похоже его лучший друг задался такой целью и тянет его буквально за уши по студенческой лестнице для отличников прямиком по ступеням вверх. Тэхен вообще про тусовки и отсыпание после, а не про восемь утра и первые пары. Ему сегодня на свидание нужно попасть вообще-то, а он уже убитый. А ведь еще даже не вечер. Омега чувствует себя практически выжатым после звонка и выползает из аудитории под аккомпанемент болтовни Чимина о том, что ему непременно сегодня надо купить второй том «Истории западной философии». Тэхен благополучно все пропускает мимо ушей и гладит себя по начавшему урчать животу. После столовой ему еще надо пережить пару по этике, а там его вообще рубит безбожно. Один раз у него на щеке даже отпечатался параграф учебника. Благо препод на самом деле душка и понимает, что иногда нудит настолько, что не отрубится невозможно. Потому еще на первой паре разрешил своим студентам спать, если совсем становится невмоготу. И почему-то ещё трескать шоколадки, но это не суть. Чимин дергает едва не вписавшегося на повороте в шкафчик Тэхена за рукав, чтобы более удачно ввалиться в переполненную студентами столовую. Витать в облаках тоже про Тэхена, но близкий круг друзей естественно в курсе, и частенько выступает спасательным кругом от его желании самоубиться обо что-нибудь твердое. — Спасибо, — бурчит Тэхен и задумчиво осматривает сегодняшнее скудное меню. Мысли снова уплывают в сторону дома и к тому, что он мог бы пообедать папиным фирменным супом, который тот ему завёз вчера, когда был в Сеуле проездом. Точнее, папа завёз Тэхену себя, а свой кулинарный шедевр приготовил уже на маленькой кухоньке сына. Тэхен сглатывает собравшуюся от воспоминаний о родительской стряпне слюну и выбирает самый нормальный на вид салат с булочкой. Чимин снова тянет залипшего в одну точку Тэхена к столику, за которым их уже заждался Сокджин. И Тэхен бы об этом знал, если бы хоть иногда проверял их общий чат. — Вы что-то долго, — вместо «привет». Джин выдвигает друзьям свободный стул и убирает с него свой рюкзак. — Он сегодня больше похож на сомнамбулу, чем на обычного энергичного Тэ-Тэ, — глубокомысленно изрекает Чимин, попутно кусая сэндвич. Тэхен фыркает на высказывание друга и пытается попасть вилкой в помидор черри. Который, к слову, возомнил себя последним выжившим и никак не хочет поддаваться, выскальзывая из под зубцов. — Видишь, даже не отреагировал. Сокджин хитро сощуривается и после пинает под столом окопавшегося в салате омегу, попадая мыском кроссовка четко в косточку. — Эй, — отмирает Тэхен, и тянется рукой под стол, чтобы растереть ушибленное место, — посмотрел бы я на тебя, хен, после трех часов нудятины про какого-то заумного мужика. — Рассел с его трудами сейчас дружно сделали сальто назад от твоих слов, — возмущается Чимин, спешно проглатывая остатки сэндвича, который он почти доел. — Как так можно-то? Тэхен лишь кривится от этих слов и все же побеждает помидор. С удовольствием засовывает его в рот и снова утыкается носом в салат, мечтая наконец упорхнуть из душащих его университетских стен. — У вас ведет профессор Сон? — спрашивает Сокджин, искоса наблюдая за Тэхеном. — Профессор Ки, — быстро отвечает Чимин. — О-о-о, — многозначительно тянет альфа, — тогда я вам не завидую. Когда он у нас замещал, я думал упаду лицом в стол. Тэхен, — под бурчания Чимина «да нормальный он!», Сокджин снова пытается пихнуть друга за столом, но тот благополучно прячет ноги под стул, — включись, а? — Еще пары по этике, я лучше в энергосберегающем посуществую… Сокджин понимающе кивает и ловит на себе негодующий взгляд Чимина. Альфа лишь разводит руки, давая понять, что совсем не понимает его реакцию. — Мне еще сегодня на свидание… — заканчивает свою речь Тэхен, пока его друзья играют в переглядки. — И кто счастливчик на этот раз? — Сокджин пересаживается на сторону омег и пихает плечом Тэхена. Тот закатывает глаза, потому что едва не выронил вилку от такого тычка. — Ли Сонгю. — Питчер из нашей команды? — Сокджин удивленно округляет глаза и пытается заглянуть в лицо жующего и угукающего Тэхена. — А Чонгук тебе ничего про него не сказал? — Как всегда против. — Ну в отношении Гю он действительно прав. — Даже я поддерживаю, что встречаться с ним идея так себе, — добавляет Чимин, обычно не комментирующий альф, с которыми Тэхен бегает на свидания. — Да ладно вам, — Тэхен приканчивает салат и отщипывает маленький кусочек булочки, — Чонгуку вообще ни один из моих парней не нравится, так что это не новость. — Как знаешь, конечно, но…. — Сокджин внезапно замолкает. — Что но? — Тэхен поворачивается к нему лицом и пытается вычислить траекторию взгляда альфы. — Куда ты смотришь? Сокджин хмыкает и хватает его за голову двумя руками, чтобы повернуть в нужную сторону. — Чонгук явно теперь будет занят другим. Сон в одно мгновение как рукой снимает. Да все утреннее состояние вместе со скучными парами по философии развеивается, превращаясь в тотальную сосредоточенность. Его лучший друг детства, единственный альфа, который видел его жрущим песок и до сих пор принимающим таким какой он есть, Чон Чонгук, сидит за столом не со своими постоянными друзьями, а с каким-то омегой. С каким-то красивым и постоянно трогающим его омегой. Тэхен отнимает руки усмехающегося Сокджина от своего лица и пытается рассмотреть разворачивающуюся перед ним картину получше. Но головы студентов сильно мешают. Омега вертится на одном месте словно уж на сковородке, но попытки рассмотреть, что происходит за столом, где сидит Чонгук, увенчиваются тотальным провалом, когда к их столику подходит Юнги, однокурсник Чона и их общий друг. И загораживает лицо интересующего его омеги собой. Тэхен с досады хлопает раскрытой ладонью по столу, чем заставляет увлекшегося чтением Чимина вздрогнуть. — Сокджин, кто это? — Тэхен поворачивается к альфе, натыкаясь на его насмешливый взгляд. — Ревнуешь? — С ума сошел? — Тогда не скажу. Чимин снова вздрагивает от тихого рычания со стороны Тэхена и захлопывает книгу, проявляя свое молчаливое недовольство тем, что его отвлекают лишними телодвижениями за столом. Не успевая себе объяснить собственные реакции, Тэхен хватается за телефон и строчит сообщение Чонгуку.

Я, 12.08 :

Это кто рядом с тобой?

Тэхен трясет от ожидания ногой и вытягивает шею, в попытках что-либо рассмотреть. Обзор с его места просто отвратительный, ведь спина Юнги постоянно перемещается, перекрывая обзор на Чонгука. И этого. Сокджин, сидящий слева, хихикает, когда омега тыкает снова уткнувшегося в книгу Чимина, чтобы тот поменялся с ним местами. Вот так-то лучше. С этого места как раз удается разглядеть, как Чонгук лезет в карман джинс за телефоном и просматривает их чат. Потом осматривается по сторонам и что-то пишет. Телефон пиликает входящим сообщением. Гу, 12.10 : Ты в столовой?

Я, 12.11 :

Большой перерыв.

Где мне быть?

Я, 12.11 :

Кто это?

Тэхен поднимает взгляд от телефона и сталкивается с нашедшем его в этой толпе студентов Чонгуком. Тот приподнимает пирсингованную бровь, потом быстро пишет ответ, но омега замечает, как тот неизвестный омега прикасается к его предплечью, возвращая внимание на себя. Гу, 12.14 : Дома, прогульщик. А с Юнги ты вроде знаком. Тэхен громко фыркает, за что ему прилетает книжкой от Чимина. Тот окончательно сдается и откладывает ее подальше. — Мы в столовой, тут и так шумно, что ты меня бьешь? — возмущается взбешённый ответом Чонгука Тэхен. А если быть точнее то его отсутствием. — А мешаешь мне именно ты, — отвечает Чимин и брови свои поднимает. Он так делает, когда лучше ему не отвечать, а то огребешь. Тэхен знает, что Чимина и учебу лучше не разлучать и старается этого не делать, но сейчас ему откровенно становиться плевать. Особенно когда под носом у него происходит такое. Сокджин молчаливо наблюдает за разворачивающейся за их столом сценой, но его вовлекает в разговор о философах Чимин. И все же краем глаза он улавливает реакцию Тэхена. Безумно интересное зрелище.

Я, 12.18 :

Ты прекрасно понял о ком я

Чонгук снова сталкивается с мечущим молнии взглядом лучшего друга и убирает телефон в карман. А потом вообще салютует ему и поднимается со своего места, что-то говоря Юнги, который отвечает ему коротким кивком. Тэхен весь подбирается, потому что полностью уверен, что Чонгук сейчас к нему подойдет и они смогут нормально поговорить. Даже привстает со своего места. Но... Чонгук берет за руку того омегу и они вместе уходят из столовой. Увиденное заставляет Тэхена плюхнутся обратно и замереть в попытке переварить информацию. Его лучший друг. За руку с незнакомым омегой. Куда-то ушел. Какого хрена?! — Это Ча Ыну, — ехидный голос Сокджина возвращает опешившего Тэхена с небес на землю. Ни вопроса ни ответа не поступает. А вот четко направленный взгляда исподлобья глаза в глаза заставляет альфу продолжить: — Омега с архитектурного. — И? — не выдерживает затравки Тэхен. — И они с Чонгуком встречаются. Как ушат воды вылили на голову одного Ким Тэхена. Как Чонгук мог ему не рассказать? Ему! — Алло, Сонгю, — Тэхен, прижавший телефон ухом к плечу, поднимается с насиженного места и подхватывает рюкзак, кивая Чимину, чтобы тот последовал за ним, — у меня появились дела на вечер, так что сегодня не получится. И не дослушав ответ сбрасывает звонок. Сегодня у него действительно есть одно дело. Убийство своего лучшего, но крайне скрытного друга. Главное не прикопать его остывающий труп на его же заднем дворе за деревом сакуры, которое они посадили вместе в первый год обучения Чона.