Las-Vegas

Стали покорней, и только Верёвочку дернем – не больно Зальем это пойлом На кой нам летать высоко Если можем погибнуть спокойно Pyrokinesis

✘ Мария ✘

Огромная загадка, не имеющая правильного решения, засела в голове уже на достаточно долгое время. Меня терзают сомнения, пугают мысли и напрягает это желание всё знать. Дело, которое лежит передо мной, – очевидное, но слишком много улик было стёрто подчистую. Видно, что убийцу покрывают, не хотят дать возможность поймать, однако я всё ещё не могу приблизиться к сути. Какое отношение к этому имеет Уилсон, уехавший из города, как только мы стали маленькими шажочками к нему приближаться. Запрокинув голову, выдыхаю дым — сейчас лишь это способно успокоить. Полупустая бутылка энергетика помогает не уснуть, сидя за рабочим столом, а тихая музыка, играющая с динамика телефона, не даёт сходить с ума от убивающей гробовой тишины. В квартире раздаётся звонок из домофона, подрывающий меня с места, а ноги уже по привычке ведут к двери. Как сонное приведение подхожу к телефону и прикладываю его к уху. – Вы не могли бы открыть мне, вышла в магазин и взять забыла ключи, – даже не дослушав, нажимаю кнопку для открытия двери, повесив трубку и пройдя в кухню. Ничего не происходит, мои споры с отцом по телефону превращаются в обыденное явление, никак не выделяющееся среди серых дней. Мы кричим, выводим друг друга на эмоции, не умея с ними справляться; я слишком сильно похожа этим именно на него, о чём не могу жалеть, ведь характер матери далеко не ушёл. Мэтт почему-то решил, что ничего не произошло и мы будем общаться, как и раньше, забыв его слова, сказанные тем вечером. Нет, он их не отрицал, не пытался извиниться или хотя бы сделать вид, будто ему жаль. Всё, что я получила, – быстрый поцелуй в щёку и короткое ‘привет’. С каждым днём я всё больше разочаровываюсь в мужчинах и понимаю, что не скоро найду подходящего партнёра. Снова отвлекаясь, но уже на звонок в дверь, оставляю кружку с чаем на столе и иду к ней, выглядывая в подъезд. Вроде никого, но, когда опускаю голову, вижу перед собой большой букет цветов, лежащий в стороне от двери, за которую заглядываю, удостоверившись, что и правда ни одной души. Опустив цветы на стол, вытаскиваю маленькую записку, на которой красивым почерком написано: ‘Ты достойна всех цветов этого мира. И это не пустые слова. Жди завтра, в шесть вечера у подъезда’ Нахмурившись, сверлю взглядом красиво выведенную в уголке букву Т, даже не предполагая, кто может за этим стоять. Чувствуется странное, но приятное покалывание в груди от слов, написанных аккуратным почерком. Кто бы это ни был, его слова вызвали улыбку. Я не маленькая девочка, которая будет прыгать от радости, услышав комплимент в свою сторону, но, когда остаёшься один и ищешь хоть самую малую поддержку, это становится большим событием. Я люблю себя, стараюсь не давать в обиду, не воспринимать на свой счёт грубые высказывания и оскорбления, которыми зачастую бросаются отвергнутые мужчины. Их эго – самое хрупкое, что когда-либо существовало в мире, они становятся так ничтожны, что хочется пожалеть. У меня не было хорошего примера мужчины рядом, я не наблюдала за идеальными отношениями своих родителей, чтобы хвалить своего отца за достойное поведение со своей семьёй. Нет, этого я позволить себе не могу, к огромному сожалению. Я жила с матерью, отчимом и братом, от которых получала не только моральное, но и сексуальное давление. После такого человек не может вырасти обычным, со здоровой психикой, не тронутой безжалостными взрослыми. Я познала всё хорошее рядом с папой, и именно это позволяет мне не разочароваться полностью в том поле, который привыкли называть сильным. Я не предавала, но получала это от других. Не обманывала, но носила розовые очки, не видя того, что происходит под носом. Не любила и не получала этого от кого-то, хотя иногда очень хотелось быть рядом с тем, кто относится к тебе не как к обычному, не как к запасному варианту, а как к тому, в ком нуждается. Мечтаю о чём-то невозможном.

✘ ✘ ✘

Решив всё-таки, что любопытство намного сильнее остального, я стою возле своего подъезда, иногда тыкая пальцем в экран телефона, чтобы посмотреть время, но проходит будто целая вечность, пока передо мной не появляется машина, останавливаясь буквально в полуметре. Парень, больше похожий на робота, открывает мне дверь на заднее сиденье, куда опускаюсь лишь после минутного колебания. Меня встречает полная тишина, мы оказываемся здесь вдвоём, но никто не произносит ни единого слова, мне не хочется показаться глупой, начав разговор первой, поэтому и молчу всю оставшуюся дорогу. Выйдя из машины возле большого здания, я завожу руки за спину, сцепляя пальцы. Моя большая любовь к брючным костюмам всегда спасает в разных ситуациях, не приходится гадать, что будет происходить на свидании или на любом другом мероприятии — они подходят ко всем случаям в жизни. Заправив волосы за уши, чтобы не смахивать с лица каждую секунду, иду за высоким парнем, на чьём лице не дрогнул ни один мускул за всё время, что мы с ним находимся вместе. Всё, что он сказал, — ‘Доброго вечера, мисс’, когда по-джентельменски подавал руку, немного помогая оказаться в машине. В какой-то момент мы останавливаемся, но он долго не ждёт, открывая передо мной дверь и передавая мне маленький листочек, похожий на тот, что был запутан в цветах. Проходя дальше, я чуть ли не спотыкаюсь от удивления, увидев вокруг себя огромное количество цветов, глаза разбегаются в разные стороны, цепляясь за яркие оттенки. Опустив взгляд на записку, быстро читаю: ‘Всё, что ты видишь вокруг себя, – твоё’ Снова окинув взглядом всю красоту, хмурюсь от смешанных ароматов, понимая, что несмотря на моё лёгкое отвращение к такому количеству цветов, в глубине души я рада и благодарна за это и за те слова, что получаю в свою сторону от какого-то тайного поклонника. Но многое настораживает, а внутри зарождается чувство тревоги, усиливающееся с каждым проявлением внимания в мою сторону. Убрав записку в карман, прохожу дальше, рассматривая разные цветы: от алых роз, запах которых можно услышать очень отчётливо, до белоснежных пионов, которые, вероятно, должны поехать со мной. Проводя кончиками пальцев по бархатным лепесткам роз, закрываю глаза, не в силах поверить в то, что меня окружает. Это не просто букетик под дверь; я стою в оранжерее, где каждый цветок принадлежит мне. Водитель, оранжерея, записка и такое тактичное отношение не позволяют плохо думать о человеке, который всё это организовал. Но несмотря на мою нынешнюю профессию, найти его будет непросто. Остаётся только ждать, когда решит сам себя показать.

✘ Кристина ✘

Крутя меж пальцев пакетик с белоснежным порошком, наблюдаю за своими действиями, периодически отвлекаясь на экран ноутбука, где уже на протяжении получаса мне что-то рассказывает Оля. Я не запомнила ни единого слова, полностью погрузившись в свои мысли. Сегодня у меня могла быть вечеринка жалости к себе, присутствие на которой запрещено всем, кроме Кристины Штрэфонд, но не всё так просто, как хотелось бы. На этот вечер я официально стала никудышным психологом, который может лишь выслушать, но не запомнить н и ч е г о. – Спасибо тебе, – наклонившись, она опёрлась подбородком на сложенные на столе ладони, приподняв уголки губ в лёгкой улыбке. – За то, что молчала? – усмехаюсь, тихо отбрасывая пакетик. – Ты в порядке? – в её глазах всё ещё видна влага и грусть, она лишилась своего близнеца, не все могут пережить такое. Она кивает в сторону наполненного виски стакана, вызывая у меня абсолютно искреннюю улыбку. Чокаясь как бы через экран, мы отпиваем немного янтарной жидкости. Чувствую, как она разливается по грудной клетке, направляясь к сердцу и беря его под свой контроль. Мои мысли вновь перемещаются в совершенно другое место, к другому человеку и времени; я печатала ей одно сообщение несколько раз, но так ни разу и не отправила. Но последний наш разговор и встреча не были такими печальными, как я представляла наши взаимоотношения после того вечера в отеле.

✘ Вспоминание ✘

Передумав отправлять сообщение, блокирую телефон и отбрасываю в сторону. Но он тут же начинает вибрировать, чем мгновенно привлекает внимание. Увидев на экране знакомый номер, слишком долго думаю перед тем, как всё же поднять трубку. – Какие люди, – сжимаю губы, чтобы не расплыться в улыбке. Она звонит мне. Сама. Даже после того, что случилось в отеле, где я своим поведением заставила её уехать, ни разу не пожалев о своём поступке. – Рада слышать, котик, – последнее время она была для меня именно детективом, но тем вечером, стоя передо мной в нижнем белье, отчаянно желая получить искренний ответ и убедиться, что не все смотрят на неё, как на сексуальный объект. Признаться, в какой-то степени мне трудно осуждать мужской пол, заглядывающийся на Машу, неудивительно, что есть много желающих получить её, затащить в свою постель, ведь я и сама иногда допускаю такие мысли, однако также быстро их отгоняю, держа в голове кучу предостережений, заставляющих держаться подальше от этого шикарного тела. – Абсолютно взаимно, – буквально слышу её улыбку, но затягивается это ненадолго. – Мне нужна твоя помощь, точнее, твои мозги. Выгнув бровь, загораюсь интересом, отбросив на кровать ноутбук, удобно сажусь. – Говори уже, мне интересно, – не в силах усидеть на месте, нервно трясу ногой. Она работает в органах, много разных случаев бывает, поучаствовать в одном из таких дел – огромная мечта. – Ты в предвкушении, неужели, – смеётся, лишь подпитывая тем самым интерес. Неделю или около того назад мы получили последнюю поставку, а я всё ещё развлекаюсь с детективом, которого отстранили от дела. Мечта, не менее того. – Приезжай, увидишь. И понадеявшись, что всё это не обман и не способ меня заманить, я сажусь за руль и отправляюсь по адресу, который был указан в сообщении. Оперевшись бедром на капот и скрестив лодыжки, жду на улице, не дождавшись уточнения подъезда и номера квартиры. Странные предостережения, но я ведусь на всё, что касается этой девушки, даже если не вижу в этом безопасности. Листая что-то в телефоне, специально не обращаю на неё внимания, когда девушка появляется возле меня, скрестив на груди руки. Но Маша не из тех, кто сдаётся так просто. – Ну ладно, – и ведь знает, что я сама сгораю от любопытства и нетерпения, пожимает плечами и уже планирует уходить, как неожиданно хватаю за локоть, дёрнув к себе. Однако, не рассчитав силу, делаю это слишком сильно, и она оказывается почти вплотную ко мне, врезавшись двумя руками в капот по сторонам от меня. Не в силах отпустить её так скоро, удерживаю за руки, выдыхая в губы, но не действуя. Пальцами заправляю выпавшую из высокого хвоста прядь, задерживая ладонь на холодной щеке; либо моя кожа слишком горяча, что очень мало вероятно. – Привет, подруга, – чуть улыбнувшись и кивнув, испытываю немалое отвращение к слову, которое произнесла чисто случайно и, скорее, с издёвкой, чем всерьёз. Не могу поверить, что она ничего ко мне не чувствует и хочет дружбы. Это, как минимум, странно. Я вижу её взгляд, замечаю учащающееся дыхание и то, как она нервно прикусывает щеку с внутренней стороны, когда мы так близко друг к другу. Невозможно оставаться равнодушным, я и не собиралась до момента, пока она не начала бросать обвинения. – Привет, – выпрямившись, девушка быстро поправляет волосы, серьёзно на меня посмотрев, чтобы тем самым скрыть то, как пылают её щёки от этой мимолётной близости. – Пойдём. Остальное время, что идём до квартиры и садимся за рабочий стол, между нами гробовая тишина, слышно лишь тяжёлое дыхание. Ни одна не пытается нарушить её, пока дело не доходит до работы. – Я не первый день просматриваю камеры, – говорит, открывая ноутбук и вставляя диск с записью камер из клуба. – Из подозреваемых только одна, но меня кое-что смущает… Перематывая запись, Маша останавливает на моменте, когда на экране отчётливо видно девушку с короткой стрижкой, её походка слишком похожа на Касперовскую, но это не она. – Ты подозреваешь Костью? – не то, чтобы удивляюсь, Купер сложный человек и вполне может попасть под подозрение, но не когда дело касается убийства. Она даже животных не способна обидеть. Несмотря на свой устрашающий вид и постоянно серьёзное выражение лица, татуированная добрейшей души человек. – Я не… – закрывает глаза, не зная, как это сказать. Но если бы всё это было из-за подозрений Костьи, меня бы она к этим записям не подпустила однозначно. Все наши ссоры и шуточные драки не отменяют того факта, что она мой брат. – Я поняла, – киваю, поднимаясь со стула и ходя по комнате, перебирая в голове все варианты. Она ведь не просто так меня позвала, надо указать на другого человека, но этот Лас-Вегас огромен, я не могу знать каждого, только если дело не касается клуба. – Не маячь, голова кружится, – закатывает глаза, отворачиваясь и всматриваясь в экран. Неожиданно даже для себя, хватаю пальцами её подбородок и поворачиваю к себе, наклонившись. – Ты не будешь её подозревать, – это не просьба и не вопрос. Это приказ. Указание. Я зла и немного растеряна, что не позволяет спокойно думать и принимать решения. – Ты не будешь мне указывать, – отвечает, приподняв уголки губ вверх. – Мне больно, – она накрывает мою руку, вынуждая ослабить хватку, но не отпустить. – Скажи, что не будешь подозревать её, детектив, – перехожу к манипуляциям, как бы невзначай пользуясь этой близостью и даже не замечая, как провожу большим пальцем по её нижней губе в ожидании положительного ответа. – Тогда помоги мне найти другого подозреваемого, – её дыхание участилось, что я замечаю каждый раз, когда мы находимся друг к другу близко, но сейчас не до этого, надо думать о Костье. Забыв о всех своих желаниях, я погружаюсь в работу, перематывая и возвращая нужный момент, пытаясь рассмотреть её лицо, в надежде не увидеть на нём ни единой татуировки, коими покрыта физиономия Каспер. Мы были против, но, к сожалению, никого это не интересовало, но да ладно. Сейчас это может стать хорошей зацепкой. Резко ударив себя ладонью по лбу, начинаю смеяться, вспоминая, что есть такая штука, как алиби. Кому-то нужны были мои мозги, а я не способна собрать их в кучу. Позорище. – Костья в тот вечер не одна было, – не в состоянии остановиться, смеюсь, закрыв лицо ладонями. Вот до чего доходит, если что-то касается моих друзей. Я всеми силами готова защищать их, даже если они в чём-то виноваты, в этом никогда не будет сомнений. – Кристина, – она успокаивающе кладёт голову мне на плечо, поглаживая по руке. Очевидно, её тоже не устраивал такой подозреваемый. – Хорошо, я продолжу поиски завтра. Рада, что это не твоя подруга, – не представляете, детектив, насколько я сейчас счастлива. Нет, я не подозревала её, даже мыслей таких не возникало. Но переживание о том, что на записи девушка так на неё похожа, было велико. – А я то как рада, – выдыхаю, прикрыв глаза и восстанавливая дыхание.

✘ Наши дни ✘

Завершив разговор с плачущей Олей, я продолжаю пить. Опустошаю бутылку, следом открывая другую. Появляется желание натворить глупостей. Чёрт. Сегодня день рождения самого ужасного человека, которого я только знала за все свои двадцать шесть лет. Я ненавижу его, ненавидела весь мир, когда понимала, что не способна защитить себя от него. Я и врагу не пожелаю такое пережить. Делая вдох через нос и выдыхая через рот, ощущаю себя грёбанной дурой, вспоминая, как праздновала его день рождения в прошлом году, устроив себе романтик с наркотиками и сигаретами. Как очухалась в углу комнаты только благодаря Ксюше. Как почти билась головой о стену, пытаясь избавиться от детских воспоминаний. Но сегодня всё намного проще, я решила отвлечь себя чужими проблемами, с самого утра начав заливать в себя спиртное, но не притрагиваясь к порошку, который мы, к счастью, дома не храним. По огромной глупости я понимаю, что делаю, когда уже нахожусь возле подъезда Лебедевой, поднимаясь по знакомой лестнице и тарабаня в дверь. Мне она нужна. Все забыли об этом прекрасном дне, но не я. В этот день я стала ненавидеть очень многих и шарахаться от людей, которые выглядели как-то не так. В этот самый день меня лишили возможности прикоснуться своими губами к чужим, мой первый поцелуй с девушкой стал последним в жизни. Как после всего, я могу чувствовать себя полноценной? Передо мной появляется сонная Маша, с растрёпанными волосами и ни единым граммом косметики на красивом лице. В глазах от алкоголя немного расплывается, но её я вижу отчётливо. Видя моё состояние, девушка отодвигается, жестом приглашая в квартиру, молча проходя за мной, когда, сбросив обувь и куртку, иду в сторону кухни. Открываю шкаф за шкафом, проверяя наличие алкоголя в них, но каждый пуст. Поворачиваюсь к ней, сложившей руки на груди и наблюдающей за этой картиной. – Ты же редко пьёшь. – Сегодня как раз то самое редко, – стараюсь говорить внятно, чтобы не показаться идиоткой, и это неплохо получается. Наверное. Она молча подходит и заключает меня в крепкие объятия, никак это не объясняя. Я обвиваю её талию обеими руками, прижимая к себе сильнее.

✘ Мария ✘

Прижавшись друг другу, мы стоим молча, не проявляя инициативу для начала разговора. Однако мне бы очень хотелось узнать причину сегодняшнего ‘редко’. Моё пьянство раньше было чем-то обыденным, нам не нужен был повод, чтобы поехать в один из клубов и накидаться до состояния нестояния. Теперь нет. Я стала серьёзнее, получила должность, которую нельзя профукать из-за алкоголя, но иногда я могу себе позволить выпить бокал вина за ужином в одиночестве. – Не расскажешь? – нарушаю тишину, спрашивая шёпотом, боюсь лезть в её личное пространство, особенно сейчас, когда Кристина, уже два раза подряд при мне показывает свои эмоции. Я не жалуюсь, нет. Мне наоборот хочется видеть её разной в моём присутствии, но не тогда, когда она сама этого не хочет. – А ты хочешь это дерьмо услышать? – её грубые выражения не могут стать для меня привычными, однако надо учитывать немного выпившее состояние. – Представляешь, мне хотелось бы знать причину такого твоего вида, – усмехается, слабо качая головой. – О твои губы когда-нибудь тушили сигарету? – спрашивает настолько спокойно, будто это обычная ерунда. Но мои глаза после этого вопроса расширяются до невероятных размеров, неспособность говорить становится невыносимой. – А мои вот и пепельницей были какое-то время, – пожимает плечами. Она не плачет. Её голос не надломлен. Он как сталь, с нотками алкогольных запинаний, но абсолютно спокоен. Не могу передать словами, насколько сильно мне хочется сказать слова поддержки и сделать всё, чтобы дать почувствовать себя рядом. Но не могу заговорить, лишь сильнее прижимая девушку к своему телу. – Мне жаль… – всё, что могу выдавить из себя, зажмуривая глаза. – Ничего, с каждым бывает, – она пытается оттолкнуть меня и выбраться из объятий, чего в этот раз я точно позволить не могу. – Не отталкивай, – прижавшись щекой к её щеке, только крепче держу, надеясь хотя бы таким способом дать поддержку, которую словесно оказывать пока не научилась. – Я не знаю, какие слова подобрать, чтобы выразить то, насколько мне жаль. Но просто не отталкивай, я хочу быть рядом. Крис не отвечает, но перестаёт бороться с тем, чтобы выбраться из объятий, которые нам обеим сейчас необходимы.

✘ Автор ✘ Воспоминание. Подростковые годы Кристины.

Две девочки стоя друг напротив друга, неловко улыбаются, держась за руки, но не придавая этому много внимания, чтобы щёки не пылали с ещё большей силой. Они подростки, считающие себя взрослыми, несмотря на цифры. Отношения этих милых особ стали поводом для насмешек со стороны ограниченных и глупых сверстников, начавших позволять себе слишком много, в том числе частые, будто случайные, издевательства в физической форме. Но их это мало волновало, никто не знал, насколько они важны друг для друга. Однако резко негативное отношение родителей к этому пугало и лишало возможности видеться в людных местах, если не считать школу, где они не могли и близко подойти. Всё же осмелившись и подавшись вперёд, Кристина накрывает губами такие манящие, пухлые губы девочки, чьи щеки пылали алым цветом. Она накрывает её горячие щёки ладонями, закрыв глаза. Они обе наслаждаются моментом, даже на секунду не задумавшись о том, чтобы прервать давно желанный поцелуй. Но в какой-то момент Крис кто-то тянет назад, резко оторвав от происходящего. Она не видит, но уже предполагает, кто стоит за её спиной. – Я убью тебя. Это всё, что он говорит, перед тем, как начать волочь девушку за собой…