Ожидание

Блиц откинулся на спинку дивана и уронил голову на руки. — Я беременный, Столас. Столас остановился как вкопанный и судорожно вздохнул. — Ты что? Блици посмотрел на него. Столас смотрел на него с такой напряженностью, какой он никогда раньше не видел. Сердце Блица грозило вырваться из груди. Блиц вздохнул. —Я беременный, ладно? Вот почему я избегал твоих звонков. Вот почему я болел у себя дома и спал три гребанных дня! Столас глубоко вздохнул, его белые зрачки расширились от шока. Блиц наблюдал, как принц думал, что сказать, казалось, не находя слов. Блици боролся с желанием бежать, которое становилось сильнее с каждой секундой. Если бы Столас был мультипликационным персонажем, Блиц догадался бы, что у него вращаются глаза. — Ты… — выдохнул Столас, — ты беременный. —Да, не отставай, птичий мозг. —Чёрт зарычал, не зная, злится ли он на Столаса или на себя. Столас проигнорировал насмешку и медленно сел рядом с ним на диван. Столас прочистил горло. —О, ух, вау. —Столас потер рукой затылок, пытаясь придумать, что ответить. Из всего, что, как он думал, скажет Блиц, это не было одним из них. Беременность Блица. Как это возможно? Столас посмотрел на маленького чертенка рядом с собой и представил себе его тело несколько месяцев назад, его живот увеличился, как у ребенка, и он почувствовал, как его лицо сильно покраснело. Блиц повернулся к Столасу, который смотрел на него с незнакомым выражением лица, его щеки были почти такими же красными, как и его глаза. Его собственные щеки покраснели в ответ, и он отвернулся. Столас тяжело сглотнул, замолчал на мгновение, а затем спросил: — Итак, когда ты, эм, узнал, что ты… беременный? Блици внутренне сжался. Должен ли он лгать? Сказать Столасу, что он скрывал это от него? Он выбрал правду. —Несколько недель назад.— Он сказал. —Ой! — Столас моргнул. —И как.далеко ты продвинулся? Блиц считал недели на пальцах для драматического эффекта. Один, два три, четыре, пять, шесть, семь, восемь. — Два месяца. К счастью, наша договоренность означает, что я знаю дату зачатия. —Он сухо усмехнулся, подчеркнув слово «зачатие», как будто оно было грязным. Столас некоторое время сидел молча, явно переваривая эту информацию. — Два месяца… — прошептал Столас, погруженный в свои мысли. Два месяца назад они были вместе в полнолуние. И Столас предложил ему возглавить вместо этого… — Так это… это мое? — спросил Столас, расширив глаза. — Кто еще это может быть? — Блиц зарычал, не понимая, к чему клонит принц. — О, нет, я не имел в виду… — Столас отчаянно замахал руками. — Я не хотел намекать… — Он сделал паузу, вздохнул, затем потер переносицу. —Я просто. Ты такой красивый, Блици, и наши… договоренности никогда не были моногамными. Я подумал, что ты можешь заполучить кого угодно. Блиц покраснел, не глядя на него. —С тех пор, как мы начали.— Блици указал на пространство между ними двумя. —Это. Я.не был ни с кем другим. Он посмотрел на принца. — Только ты, Столас. У Столаса перехватило дыхание. Он больше ни с кем не был? Значит ли это, что он чувствует то же самое? Столас посмотрел на своего маленького чертенка, завернутого в одеяло рядом с ним, и впервые понял, что тот выглядит хрупким. Столас почувствовал непреодолимое желание схватить его и крепко прижать к груди, чтобы защитить. Чтобы защитить его и ребенка, которого он носил. Его ребенка. Внезапно ему пришла в голову мысль. — Блиц, ты уже должен выступать, верно? Блици не ответил, но быстро отвел взгляд от Столаса. Столас снова посмотрел на одеяло, а затем его глаза сузились. — Ты собирался скрыть это от меня. Чёрт застонал. —Да, хорошо? Но я собирался сказать тебе, в конце концов. Хотя не сегодня. — Почему ты чувствовал, что должен скрывать это? — ошеломленно спросил Столас. —Потому что! Я знал, что ты придашь этому большое значение. И я не думал, что ты захочешь этого или захочешь меня, и я подумал.— Его голос захлебнулся всхлипом. —Я думал, что все было бы лучше, если бы ты просто никогда не знал. —Блиц не мог остановить слезы. Проклятые гормоны беременности. — Я думал, ты возненавидишь меня за это. Блици крепко обнял себя, обхватив руками живот. —Я думал, что ты. Я думал, ты захочешь, чтобы я избавился от него, и я не мог. Тело чертёнка сотрясали рыдания. — О, Блици. — выдохнул Столас. Он быстро обхватил Блица руками и притянул к своей груди. Он прижал его к себе, пока тот рыдал, и нежно погладил его по спине. — Все в порядке. Я здесь. — Черт возьми, Столас, почему ты не можешь просто разозлиться на меня, чтобы я мог оттолкнуть тебя? — подумал Блиц, глубоко зарывшись лицом в перья на груди Столаса. Разве это не было бы проще, чем это? Часть Блица хотела оттолкнуть Столаса, вернуться к его старому способу отчуждения людей, но большая его часть желала, чтобы Столас крепко держал его вечно. Словно услышав его мысли, Столас сильнее сжал его и тихо прошептал ему на ухо. —Я здесь, Блици. И я люблю тебя. Я никуда не уйду. Блицё плакал, пока не почувствовал себя опустошенным, а затем медленно отклонился от Столаса. Ему было неловко из-за того, что он вот так потерял контроль, но то, как Столас смотрел на него, заставляло его чувствовать себя… в безопасности. Через мгновение Блиц прочистил горло. — А, эм, спасибо, Столс. —Он всхлипнул. —За то, что ты здесь. —Конечно, любовь моя— он улыбнулся. Столас притянул его к себе для глубокого поцелуя, и Блиц не колебался. Он вдохнул, его знакомый запах пыли и сирени, и они задержались там, сплетя рты. Столас первым прервал поцелуй, а затем усадил Блица обратно на диван. Столас улыбнулся, и его глаза возбужденно блеснули. —Блици… Ты сказал, что ты на втором месяце. Покажешь мне? — Показать тебе что? Столас многозначительно посмотрел на его середину, все еще скрытую под одеялом. —Ах. Э-э, конечно.— Блиц почувствовал, как его щеки покраснели, а сердце забилось быстрее. Блици мгновение колебался, прежде чем сбросить одеяло, и повернулся к Столасу, сидящему на кушетке. Он не мог не положить руки на живот, защищаясь. Блиц сжался, думая, что Столас будет смотреть на него с отвращением, но он почувствовал, как его сердце подпрыгнуло, когда он увидел, как глаза Столаса расширились от удивления, когда он увидел шишку Блица. —О, вау, Блици. —У Столаса перехватило дыхание. Столас быстро встал на колени на пол и положил руки на живот Блица. —Я… я до сих пор не могу поверить, что это действительно возможно. —Длинные пальцы Столаса легко обхватили всю шишку Блица. Блиц чувствовал себя очень некомфортно, когда кто-то другой трогал его живот. Он хотел оттолкнуть руки Столаса, но ему это тоже нравилось. — Это просто потрясающе, Блици. —Даже стоя на коленях на полу, Столас был выше, чем Блиц на диване. Но не намного. Сова убрала руку с живота Блица и поднесла ее к его лицу, обводя скулу. Щеки Столаса покраснели. —Блици, ты прекрасен. Рот Блицо приоткрылся. Красивый? Он, конечно, не чувствовал себя красивым, но не сомневался, что Столас так считает. Никто никогда не смотрел на Блица так, как сейчас смотрел на него Столас. Блиц смотрел на принца, отца своего ребенка, с благоговением. Он действительно любит его. Столас сделал паузу, думая о вопросе. Он колебался. — Могу я спросить… — Он вздохнул. — Что заставило тебя оставить его? Чёрт покраснел. — Я… я, честно говоря, не знаю. Сначала я не хотел эту чертову штуку, но и представить себе не мог, как от нее избавиться. Столас улыбнулся. — Что ж, я рад, что ты решил оставить его себе. —Действительно? — недоверчиво спросил Блиц. — Как ты можешь действительно спрашивать меня об этом? —Столас выглядел обиженным. —Ну, еще несколько минут назад я думал, что это просто транзакционный секс, а ребенок все усложняет. Столас усмехнулся. — Моя жизнь всегда будет сложной, и я так предпочитаю. Блици улыбнулся, радуясь смеху Столаса. Он и не осознавал, как сильно по нему скучал. — Ой! — Столас вздрогнул. — Могу ли я попробовать кое-что? — Э, хорошо? Столас закрыл глаза и положил руку на живот Блица. Его рука начала светиться той же светло-голубой энергией, которая окружала его гримуар, а затем начал светиться и живот Блица. — Эй, какого хрена? Столас проигнорировал его, сдвинув брови в замешательстве. — Ха, это не то, что я ожидал. —Ты не будешь говорить? — саркастически сказал Блиц. —Я действительно думал, что это будет яйцо. —Столас убрал руку. — Это не?.. — Нет, на данный момент я не могу точно сказать, что это такое, и я не могу сказать пол, но я могу сказать, что это не яйцо. — Ну что ж, по крайней мере, я знаю, что через четыре месяца не буду высовывать гигантское яйцо из своей норы. — Да. Довольно интересно, что у бесов период беременности составляет шесть месяцев. Знаешь, у демонов-сов это совсем другой процесс. Интересно, сколько на самом деле будет длиться наша беременность. —Столас задумался. Блиц посмотрел на свой живот, все еще достаточно маленький, чтобы его можно было спрятать, но ненадолго. Мысль о том, что он будет беременный шесть месяцев, а может быть, и дольше, приводила его в ужас. Столас, должно быть, увидел выражение его лица, потому что сложил руки в свои и тепло улыбнулся. —Не беспокойся, мой дорогой. У нас самые лучшие врачи во всем аду, и все будет хорошо. —Мы? — спросил Блиц. Столас улыбнулся от уха до уха. —Да, ты и я, вместе. —Итак…— Блиц нервно сглотнул. — Ты действительно хочешь сделать это? — Он указал на свой живот. —Правда, Блици. —Столас осторожно положил руку на живот, все еще пораженный тем, что Блиц носит его ребенка. —Я уже люблю его, как люблю тебя. — И вот опять,— подумал чёрт, когда слезы полились. Каким бы он ни представлял себе этот разговор, он никогда не был таким. Столас обхватил Блица своими длинными руками и осторожно притянул к своей груди, и впервые за несколько недель Блиц почувствовал себя в безопасности. Всего этого было так много, он не испытывал столько эмоций уже много лет, и теперь, когда шлюзы были открыты, он не думал, что они когда-нибудь остановятся. Он знал, что намочил перья Столаса, но принца это, похоже, не волновало. Он шептал милые глупости на ухо Блица и нежно целовал его в лоб. В конце концов слезы утихли, и Блиц посмотрел на Столаса затуманенными глазами. — Все в порядке, дорогой. Я здесь для тебя. —Столас с нежной улыбкой вытер щеку. —У меня есть идея. Не хочешь вернуться в особняк и посмотреть фильм? Немного расслабиться? Блиц мягко рассмеялся. Это звучало хорошо, но последние несколько недель он думал о чем-то, что звучало еще лучше. Блиц вытер влагу с лица. —Как насчет того, чтобы вместо этого мы вернулись к тебе домой, и я трахнул тебя так сильно, что ты все еще будешь чувствовать это в следующее полнолуние? Столас сильно покраснел. —Мне бы очень этого хотелось, Блици.