Монстр под кроватью

      Джек приходит домой после учёбы замёрзшим и промокшим до нитки. Как обычно не взяв с собой зонт, Фрост попал под ливень. Обычно он пережидал где-то под навесом, но сегодня натянув сильнее капюшон альбинос бежал домой, подстёгиваемый хорошей новостью. В соседнем квартале открывается школа искусств и он смерть как хотел туда попасть.       Скинув кроссовки, в которых хлюпала вода, Джек стягивает мокрую толстовку и идёт вглубь квартиры, на поиски матери. Проходя по коридору до него начинают доходить странные звуки. Глухие удары, позвякивание стекла и непонятные вскрики. Звуки напоминали, те что он иногда слышал глубокими ночами, но Джек тогда не сильно задумывался об их природе, у него была цель — сообщить о школе и всеми силами уговорить туда его отправить. По дороге он прикинул куда может пойти на подработку после учёбы и заготовил несколько аргументов в свою пользу. Джек подходил к руководителю, узнавал стоимость и режим работы, даже показал несколько своих работ, которые очень понравились художнику, тот уверил, что у Джека талант и его надо обязательно развивать.       Радостный Джек залетает на кухню и застывает с разинутым ртом. Отец стоит к нему спиной со спущенными штанами до лодыжек, а мама раскрасневшаяся обнимает его руками и ногами. Одной рукой она держится за плечо мужчины, другой за обеденный стол, на котором полу-лежала. Худые ноги обхватывают за талию мужчину, притягивая к себе, не давая слишком далеко отстраняться. Джека не замечают, они слишком заняты процессом. Отец набирает скорость, заставляя мать срываться на крик удовольствия, прикрывать глаза и откидывать голову назад, открывая шею для жарких поцелуев, оставляющих яркие следы на светлой коже. Джек не знал как реагировать, на такое проявление животной страсти, он не хотел видеть ничего подобного в живую. Он уже не ребёнок, знает, что такое секс, но видеть, как этим занимаются его родители, было противно. Он делает шаг назад, желая развидеть сцену совокупляющихся предков, но ноги предательски теряют опору, подскальзываясь на луже воды, натёкшей с него. Джек падает на линолеум, чем привлекает внимание к себе. Отец оборачивается на звук, при виде сына лицо мужчины с красного и потного становится пунцовым, на лбу появляются характерные гневные морщины. Мама вскрикивает и пытается прикрыться расстёгнутыми частями домашнего халата. Джек замечает, как выделяются твёрдые соски на пирамидках женской груди. Подросток думает, что после увиденного у него долго не встанет ни на кого, что каждый раз при виде обнажённой девушки, он будет вспоминать пыхтящего как боров отца над своей матерью.       Джек пытается отползти назад, но взгляд отца пригвождает его к полу. Тот вышел из лона матери и теперь полностью развернулся к Джеку, закрывая место откуда появился альбинос собой, за что Джек ему безмерно благодарен, такого его психика не выдержала бы. У отца всё ещё стоял член, с красной головкой и крупными венами на стволе. Джек в панике не знал куда деть глаза, лучше бы он так не спешил домой — кричит его подсознание.       — Ты паршивец чего смотришь, глаза выколоть? Или захотел присоединиться? — тошнота подступила к горлу быстрее чем Джек осознал сказанное отцом.       — Хочешь занять её место? Могу обеспечить — отец шатался от выпитого, язык начал заплетаться — За одно и проверим, мой ли ты сын. С кем надо было трахаться, что бы родить такого белобрысого урода? А твои рисуночки, какой нормальный парень будет тратить время на малевание на бумаге? Только пидарас. Многим ты дал в жопу в свои шестнадцать? Говори паскуда! — он стучит кулаком по столу в сантиметре от сведённых ног матери. Она только испуганно переводит взгляд с отца на сына. Громкий стук вывел Джека из ступора, в мгновение от поднимается и летит к входной двери, кое-как одевая непросохшие кроссовки и бежит прочь из своего жилища.       На улице всё ещё идёт дождь, но это не смущает подростка, он только сильнее натягивает капюшон только одетой синей толстовки и бежит куда глаза глядят.

***

      Через пол часа беспрерывного бега подросток оказывается на окраине города, за которым виден начинающийся лес. Джек вспомнил, как когда-то в начальных класса приезжал сюда на экскурсию, как это было здорово побродить среди деревьев, вдыхать свежий воздух, так отличающийся от городских джунглей. Дождь всё ещё лил и Джек не придумал ничего лучше, чем зайти в лес и спрятаться под кроной деревьев.       В лесу было не так мокро, как в городе, ведь любое дерево может стать зонтом, а листья высоких крон не даёт дождю идти стеной на безвинную землю. Джек ушёл в глубь леса, ведомый затухающими эмоциями. Во время забега он отключился от увиденной сцены, гоня ненужные мысли прочь. Наступая на выступающие на поверхность корни, Джек не заметил, как ушёл в глубь леса. Идя не запоминая дорогу, он думал о своём детстве, каким оно было и что ждёт его дальше, на ум приходили слова Питча, что ему нужно думать своей головой и не жалеть себя, а двигать дальше.       — Ты был прав Блек. Хватит, ждать, пора действовать — придя к примерному плану на будущее, Джек осознал, что в своих мыслях зашёл слишком далеко в чащу и не знает как выбираться. Сидеть и ждать помощи бесполезно, его в ближайшее время точно не будут искать, да и никто не знает, где вести поиски. В такой ливень, вряд ли кто-то видел одинокую фигуру, идущую в сторону леса. Джек как всегда один и никто ему не поможет. Решая в какую сторону идти Фрост вспоминал, что он знает о лесе и как не заблудиться ещё сильнее. Ориентируясь по мху с северной стороны Джек выбрал, как ему казалось правильное направление и двинулся наоборот вглубь чащи.       Единственным плюсом его похода, стала улучшающаяся погода. Дождь прекратился и в дали выглянуло солнце. Джек всё шёл, постепенно выбиваясь из сил, промокший и дрожащий от холода, парень жалел, что убегая не взял свой рюкзак, там остался телефон: по которому можно было бы найти обратную дорогу или позвонить в службу спасения.       По подсчётам юноши, он в лесу уже давно и раз он всё ещё не вышел на опушку, значит он забредает всё глубже в чащу. А ещё Джека посещает ощущение, что за ним наблюдают. Он надеялся, что это Питч, но он не дурак, что бы надеяться на это, Джек помнил, что Блек рассказывал о других монстрах, далеко не добрых. Проходя сквозь листву Джек пару раз замечал очертания какого-то невысокого силуэта. Джек помнил предостережение Блека, о духе Потерянных, видимо как раз на него он и нарвался. Но Фрост упрямый, перепроверив ориентиры он продолжил свой путь.       На улице темнело, теперь у Джека зуб на зуб не попадал от холода, но он упорно шёл, игнорируя силуэт, который мелькал всё чаще и ближе. Это продолжалось, пока у Джека наконец не сдали нервы.       — Прекрати меня преследовать, я не сбился с пути, ты слышишь меня, дух Потерянных! — Фрост был в гневе, но при этом растерян и подавлен. Он боялся, что не найдёт дорогу назад, что он так и умрёт в лесу один. Одиночество, страшившее его больше всего теперь, правило балом. Он один в лесу, и никто его не спасёт, его тело даже не найдут в этой глуши, разве что наткнётся на его останки такой же несчастный как и он.       Послышался треск веток, к нему подбирался вышеупомянутый дух. Каждая клеточка его тела кричала беги, что он и сделал, когда увидел молочно-белую кожу с длинными когтями. Джек бежал не разбирая дороги, цепляясь за ветки, пробираясь через паутину, подросток слышал своего преследователя, Фрост боялся обернуться и увидеть в своём последнем мгновении чудовище, занёсшее лапу над ним, с целью убить самым жестоким образом. Джек пару раз чуть не упал, зацепившись за выступающий корень, чудом избежав падения. От бега лёгкие начало разрывать на части, в боку болело, так что парень еле переставлял ноги в перёд, а злой дух всё не отставал, Джек слышал как тот дышит ему в спину, развлекаясь игрой в догонялки. Подросток увидел впереди просвет и ринулся к нему, надеясь на выход к городу, но на его несчастье, это была только поляна со старой кроватью. Джек не думал откуда в лесу кровать, он просто выбежал на свет и в паре метров от кровати упал без сил. Держась за бок Джек пытался отдышаться, давясь смехом вспоминая фразу, что перед смертью не надышишься. Шли минуты, а никто не стремился его убивать. Он обернулся и увидел перекошенное ненавистью лицо монстра.       — Ты ещё пожалеешь что не достался мне, я бы тебя быстро убил — не дав разъяснений страшное существо удалилось обратно в лес. Джек огляделся. Он был посередине поляны с одной кроватью, которую стоит тронуть и она рассыплется на части. Джек приблизился к кровати и увидел под ней бездну, уходящий вглубь земли тоннель. Питч что-то говорил про эту кровать тоже, но Джек слишком устал что бы вспоминать. Приблизившись он бросил внутрь камень, проверяя глубину, но характерного стука не последовало. Мрак внутри бездны затягивал, словно гипнотизировал и манил пойти внутрь. Манимый тьмой, подросток прыгнул вниз. Закрутившись в водовороте непроглядной черноты, Джек оказался в зале, полном лестниц и античных колонн. Множество проходов вели в различные тоннели, то вверх, то вниз, резко меняя направления, разветвляясь, уходили в даль или возвращались в главный зал, как окрестил его Джек, за открытое пространство, от которого как от центра расходились пути в разные стороны. Джек понял, что попал в логово потустороннего существа и то, что этот некто опасен, раз дух Потерянных так легко его оставил, хотя охота за Джеком только началась.       В подземелье было сухо и это единственное что радовало Джека, который не переставая ругал себя за импульсивный порыв шагнуть в бездну и пропасть. Подросток бродил по коридорам тёмного лабиринта, не понимая откуда в этом месте берётся свет. Джек в этом месте не ощущал времени, только не проходящую усталость и горечь обиды на семью. Он хотел было забиться в какой-то угол и прилечь отдохнуть, но зал, в который он забрёл отбил это желание напрочь. Это была тёмная комната, практически не освещённая, по стенам которой были развешены детские рисунки. Рисунки Джека! Начиная с детских времён, когда его рисунки соответствовали возрасту в виде каракуль, похожих на высокого чёрного человека, постепенно сменяясь явным сходством с Королём Кошмаров и различных ночных тварей, а всё заканчиваясь портретом, в который Джек вложил кучу сил и времени. Этот рисунок никто не видел, Джек оставил его в альбоме и никому не показывал, даже самому Кромешнику, хранил словно тайну от всех. Парень прикоснулся к своему творению хотел было забрать назад, но сильная серая рука перехватывает его и болезненно скрутив руку за спиной, второй хватает за шею, почти полностью перекрывая доступ кислорода.       — Знал бы, что проникновения под кровать в результате приведут, к тому, что ты припрёшься в мой дом, то придушил бы ещё в детстве — такое знакомое шипения помогло расслабиться и откинуться назад, ближе к тёплой груди, Джек всё ещё был мокрым и холодным.       — Питч — еле смог выдавить подросток. Хватка не ослабла, а только усилилась, перекрывая полностью доступ воздуха, а в вывернутую руку добавляя новую порцию боли, поворачивая запястье ещё сильнее, заставляя прогибаться в спине, что бы сбросить напряжение. На глазах выступают непрошенные слёзы, которые слизывает горячий язык.       — Вот так, плачь для меня, это последнее что ты сделаешь перед смертью — Джек давно не было так страшно, от недостатка кислорода голова начинает плохо соображать и кружиться, грудная клетка словно горит. Он дёргается, пытается ослабить хватку цепляясь и царапаясь за руку, которая сдавила его горло. За момент, когда сознание готово было исчезнуть во тьме, его отпускают. Джек больше не чувствует опору под ногами, то ли ноги стали слишком ватными, то ли он больше не касается земли и его куда то несут. Джек не слышал как с хрипом глотал воздух, громко кашляя, делая частые короткие вдохи, в ушах стучал бешено пульс, разгоняя наконец получаемый кислород по организму.       Джек начал приходить в себя в другом помещении, отдышавшись он понял, что лежит на жёсткой кровати из прошлого столетия, а его душитель спокойно наблюдает за ним. Подросток был на грани потери сознания и не понимал, для чего его надо было до этого доводить, если довершать начатое Питч не собирался.       — Зачем? — Джек не узнал свой скрипучий голос.       — Что зачем? Напал или не убил?       — Всё — Джеку было не приятно говорить. Он провёл по шее и поморщился, ему не надо было её видеть, что бы понять, что ему придётся какое-то время прятать оставленные монстром следы.       — Я так захотел.       — И всё? Это весь ответ? — Блек разводит руками.       — Я не обязан тебе что — то объяснять. Достаточно, что ты жив из-за моей прихоти. Ты вообще как это место нашёл?       — Набрёл в лесу.       — Свалился же ты мне на голову — Питч потирает виски — Как ты забрался в чащу леса и ещё не сдох? И в моём подземелье прогуляться успел — Блек запускает пальцы в волосы.       — Так я ещё от духа Потерянных убежал, он как увидел твою кровать, так сразу перестал меня преследовать. Не скажешь почему?       — Потому что я его тогда по стенке размазал бы — гневно шипит Кромешник — Фрост, ты сказочный идиот. Где твой инстинкт самосохранения? Я что зря тебя пугаю каждую ночь? Или твоё серое вещество отказывается воспринимать информацию? Так ты скажи, что твой мозг остался на уровне развития пещерного человека.       — Ты говоришь как будто нагоняешь страху не из собственной прихоти, а ради Высокой цели — Фрост намеренно выделяет слово высокой — Ты питаешься страхом, я и все остальные дети для тебя вкусный ужин.       — Оу, Джек, как ты ошибаешься. Страх жизненно необходим, особенно в детстве, когда в подсознание закладываются основные понятия и принципы отношения к жизни. Страх охраняет людей от необдуманных поступков, от опасностей, он заставляет думать о последствиях. Опасаясь темноты человек не наткнётся на гопников в тёмной подворотне, человек, придя впервые в лес не зайдёт далеко и не заблудится.       — А это камень в мой огород.       — Разумеется Фрост, ты собрал все смертельные опасности на сегодня. Так чего тебя сюда понесло? — Джек скривился.       — Можно я сегодня останусь здесь? — и так вытянутое лицо Кромешника, от слов мальчишки удлинилось ещё больше.       — Что?       — Я не хочу сегодня идти домой, если откажешь, то скажи как отсюда выбраться, не буду тебя обременять.       — И куда ты пойдёшь?       — Не знаю, поброжу по улицам, потом на утро в школу, только рюкзак из дома заберу, заскочу на минуту, меня и не заметят.       — Фрост, ты идиот, кому я только что втирал про инстинкт самосохранения?       — Между прочим, он у меня работает, если я появлюсь сегодня дома, то… — Джек замолчал, пытаясь представить, что может случиться, если он попадётся сегодня нетрезвому отцу.       — Что сегодня произошло?       — Я не хочу об этом говорить, это слишком…       — Слишком что? — не унимался Питч.       — Это было отвратительно — подросток запускает пальцы в белоснежные волосы — как люди могут быть такими ужасными?       — Джек, ты ещё не видел, что творилось в тёмные времена, в период инквизиций или войн.       — Да мне плевать, на то что было, меня волнует здесь и сейчас — очередное импульсивное высказывание сотрясло хрупкое тело — Мой отец мерзкое животное, не хочу жить с ним под одной крышей, не хочу дышать одним воздухом — кулаки подростка то сжимались, то разжимались. Джек низко опустил голову, а когда поднял, его взгляд стал твёрдым и решительным.       — Помнишь, ты говорил, что может сделать из меня такую же нежить как ты? Прошу, измени меня, я не могу больше так жить — Джек обхватил себя и сжимал пальцы до побелевших костяшек.       — Ты не знаешь о чём просишь.       — Мне всё равно, я и так живу в аду. Я выдержу любую боль, с детства получаю.       — Что бы стать духом, надо умереть мучительной смертью, ты потом пожалеешь о своём решении, когда тебя будут разрывать на части, проникая в каждую клетку твоего тела, видоизменять её, ты захлебнёшься в собственном крике, смешанным с кровью, но менять уже будет что-то поздно — тёмный дух возвышался над подростком, глаза горели огнём и в них читалась ярость. Словно своим приглашением, Джек открыл дверь в прошлое, которое так хотелось закрыть.       — Я не хочу больше быть обычным слабым человеком, я хочу как ты, чем то большим.       — Какой же ты ещё ребёнок… — в голосе Кромешника слышится сожаление.       — Я уже не ребёнок, пойми ты это наконец! Я могу принимать решение!       — Ладно. Пожалуй я могу помоч, показать то, что ждёт тебя за чертой… — в тихом голосе чувствовалось безумие и опасность, Джек разбудил зло которое дремало в бездне — Ты хотел боли, так ты её получишь, не остановишься в своём желании, после ночи со мной, то поговорим о твоей смерти и перерождении монстром.       — Питч, ты чего? — Фрост почувствовал, что грядёт что-то страшное. Мужчина тёмной тенью нависает над мальчишкой, хватая и удерживая его руки над головой.— Что происходит?       — То что ты хотел Фрост. Боль и страдания. — Питч сдавливает челюсть парня. Джек пытается отвернуться, но сильные пальцы, сдавившие подбородок, не дают двинуться в сторону. Он не понимает что происходит. Джек ведомый властными действиями Блека перестал пытаться высвободиться. Почувствовав изменения Питч ослабил давление.       — Будет больно, но раз твоя жизнь так плоха, то несколько часов страданий достойная цена избавлению от земной жизни и открытия возможности стать духом, впрочем, а ничего не обещаю, ты можешь и умереть у меня на руках забыв о перерождении — ядовито прошептал дух тьмы на ухо напряженного подростка, отпуская бледное лицо.       Бледные руки начали свой путь по вздрагивающему телу мальчишки, он так и не успел отогреться. Длинные пальцы забрались под толстовку, поглаживая плоский живот, немного выступающие рёбра, впиваясь короткими ногтями в нежную плоть. Джек вновь начинает дёргаться, пытаясь освободиться. На что его руки только сильнее сжимают в запястьях над головой, а остальное тело придавливает нависшая над ним тень.       — Сопротивляйся, если хочешь, но в происходящем виноват только ты и твой длинный язык, который не дружит с мозгом. — Джек мог поклясться, что слышал в словах монстра сожаление.       — Нет, з…зачем? — в последних словах мальчишки был слышен страх.       — Потому что я буду рвать и ломать тебя, что бы показать, насколько плоха идея добровольно становиться духом. — Проговорил Питч впиваясь в кожу зубами, борясь с желанием причинить действительно невыносимую боль. Страх… Он обволакивал Фроста словно кокон, принося монстру восхитительное удовольствие, омрачаемое виной за то, что он творит со ставшим дорогим человеком.       — Да, теперь ты жалеешь. — Питч дёргает на себя подростка, стягивая с него мокрую толстовку, не на долго освобождая руки из железной хватки. Мальчишка пытается нанести удар кулаком, но Джека с лёгкостью ловят за запястья и вновь кладут на лопатки, вдавливая в жёсткую кровать. Фрост почувствовав свободу в ногах, пытается ударить монстра, но Блек не реагирует. Питч замечает, что мальчик вырос и его удары перестали вызывать смех у тёмной сущности. Юноша с ужасающей ясностью понимает, что убежав от насилия в семье, сам пришёл к не меньшему злу. Из глаз брызнули слёзы.       — Ты сам этого хотел, так наслаждайся — из ниоткуда берётся тёмный песок и оплитает его полностью. Питч крепко держит Джека, пока тот не покрыл полностью его тело, заключив в кокон. Крик превратился в вой раненного зверя, он давился горькими слезами, сжимая кулаки с такой силой, что ногти впились в ладони до крови. Красные капли вытекали из полумесяцев свежих ранок, подросток громко втягивал воздух, пытаясь справиться с эмоциями. Питч начинает неспешно двигать подвластную ему тьмы. Джек стискивает зубы, пытаясь сдержать рвущийся на волю крик. Его словно варили заживо, тьма была обжигающе горячей, она сдавливала тело, казалось, что ещё чуть чуть и кости сломаются.       — Питч, пожалуйста, не поступай так со мной — закричал Джек, когда тёмный песок прошёл тонкой лентой через глотку к внутрь тела.       — Ты хотел боли, ты её получил, хочешь ещё? — Блек касается тьмой бешено стучащего сердца, сдавливая его, заставляя Джека вытянуться в струну, пытаясь хоть так избавиться от сжигающего изнутри огня боли и чужой силы.       — А становиться духом ещё больнее… ты должен умереть в муках, но не сломаться, а продолжить желать жить, своим желанием преодолеть муки и боль, вернуться перерождённым, новым существом.       Джек мечтал, что бы этот ад скорее закончился, но время словно остановилось в царстве мрака и тьмы повинуясь своему хозяину. Юноша не мог смотреть в эти наполненные огнём глаза, превращающие одним взглядом в пепел. Существо, которое казалось Джеку ближе всех выворачивало его наизнанку своим поступком. Питч оказался прав, душевная боль куда сильнее чем физическая, травма заживёт, а шрам на сердце останется навсегда.       Язык вновь прикасается к лицу юноши, слизывая слезинки, текущее не переставая из глаз, Джек не чувствует, как плачет, он больше ничего не чувствует, кроме непрекращающейся боли в каждой клеточке тела. Царапины, сломанные ногтевые пластины, каждая частичка тела горела. Своё дыхание Джек практически не чувствовал, только боль в грудной клетке, животе, везде, куда смогла проникнуть тьма Кромешника. Она вышла из подростка, так же как и вошла.       Питч смотрел на результат своей работы. Мальчишка больше не допустит мысли о перерождении духом, он не увидет больше в этом шаге избавления от своих проблем. В Джеке не осталось никаких сил, глаза смотрели в никуда, а тело била мелкая дрожь. Блек прикоснулся к кончикам пальцев Джека, они были тёплыми. Тьма сделала свою работу, смогла отогреть замёрзшего подростка и есть шанс, что он отделается максимум простудой и ничем более серьёзным. Глотка не была повреждена, при проникновении тьмы, но в пересохшем горле не было ни капли слюны и Джек явно мучился от жажды. Питч подносит к его губам плошку с водой и тот жадно пьёт.       Питч страдал вместе с подростком, ведь словно несколько острых кинжалов вонзились в то, что у людей принято называть сердцем. Это что-то обвили гибкие прутья с острыми шипами, заставив пролиться потоки крови. И глядя на юношу перед собой, чувствуя, как кровоточит и тяжелеет собственное «сердце», Кромешник, с тоской и гнетущей обречённостью, присущей только тому, кто прожил в одиночестве не одну тысячу лет, заключил:       — Пора возвращаться домой, малыш, ты должен жить дальше, без моей сущности— Питч взял не выказывающего сопротивления Фроста на руки, Питч переносит его в его комнату тем же способом, что и появлялся в комнате подростка. Воспользовавшись тенями Бугимен со своей ношей за считанные секунды оказался в спальне Джека. Он аккуратно положил его на кровать и прикрыл одеялом.       — Прости малыш, сегодняшнюю ночь ты переживёшь, она будет тебе уроком, что у всего есть своя цена, твоя боль капля в море по сравнению с тем, что пережил я. Перерождение требует гораздо большего, смерть в мучениях сделала меня монстром жаждущим причинять в ответ страдания и питаться страхом. Я не хочу тебе подобной судьбы, живи превозмогая боль и забудь о своей просьбе — темная сущность ушла в тень, напоследок оглянувшись. Джек смотрел ему вслед и от этого становилось больнее.       Питч хмурится, напоследок внимательно оглядев комнату подростка, тёмный постарался запомнить каждую деталь, что бы навсегда отпечатать её в своей памяти, ведь Блек больше никогда не появится в комнате Джека. Настал тот самый момент, Питч больше не придёт в спальню в выросшему ребёнку, пара лет и подросток сам сбежит из квартиры навсегда оборвав их связь.       — Я буду помнить тебя всегда. Мы больше не встретимся. Надеюсь ты воспользуешься шансом на нормальную жизнь, забудешь про меня и пойдёшь дальше, забудешь про семью и то что было сегодня. Тебе не нужно становиться монстром, живи малыш. — Кромешник вернулся в свой чертог.