Проект планеты Merman

На протяжении всего пути единственным ориентиром в бесконечной водной пелене оставался мигающий огонек навигатора уверенно ведущий Учиху вперед. Одиноко и долго парень плыл под звук мерного гула воды, в который примешивалось беспокойство погоды над поверхностью океана. Иногда до его чуткого слуха доносились раскаты грома, и вибрация волнами пробегала по коже, вынуждая вздрагивать. Саске держал себя в руках, сосредоточенно плыл вперед, иногда сбиваясь с ритма движений, но снова возвращался в русло. Костюм был тяжелым и сковывающим. Искусственные плавники часто сбивали с нужного направления, вынуждая задействовать больше сил. Вес баллонов постепенно давал о себе знать, изматывая. Окружающая мрачная обстановка не воодушевляли. По каменистому дну то и дело мелькали жуткие тени, в расщелинах мерещилось нечто. От непривычно огромного открытого пространства то и дело кружилась голова, хотя причин для этого совершенно не было. Саске уповал на то, что все это игры разума и таким образом мозг пытается заставить его вернуться на базу, в комфорт. В какой-то момент среди всего этого физического и психологического испытания, в голове всплыл образ Наруто: яркий и солнечный, неоспоримо теплый и притягательный. Не редко глупый, но всегда такой оживленный блондин умел не только притягивать к себе окружающих на энергетическом уровне, но так же охотно делился положительной энергией. Саске не понимал, как можно продолжать так ярко улыбаться после всего того, что они пережили. Каждый пациент прошел через свой собственный ад, в котором было море боли, отчаяния, одиночества и ненависти. Легкая нотка безумия, кошмары по ночам, невыразительные, но стабильные галлюцинации, головная боль, фантомная боль и нереальные ощущения прикосновений на коже: все это совершенно нормальные умеренные побочные эффекты для каждого мермена. А Наруто продолжал улыбаться. Откуда бралась эта сила — загадка. В конце длительного пути, когда точка назначения уже была видна сквозь толщу воды, Учиха ощущал себя до предела вымотанным. Его постоянно вело из бока в бок под весом баллонов и костюма, но на чистом упрямстве он тащился вперед, нередко отталкиваясь руками от дна, помогая себе таким образом. Свет фонарей застрявшей подводной лодки был уже совсем близок, когда парень, наконец, остановился и просто лег животом вниз, в такой позе словно собирался делать отжимания, а не отдыхал. Сил почти не осталось. — Не слабо тебя помотало, — незнакомый голос вынудил вздрогнуть. Саске вскинул голову и встретился взглядом со светло-сиреневыми заинтересованными глазами незнакомого мермена. — Давай сюда, ты хорошо поработал, — беловолосый парень оперативно перехватил инициативу и взялся расстегивать на Учихе ремни, чтобы забрать баллоны. — Я Суйгецу. Ну, и тяжеленные штуки. Ваш куратор там совсем отшибленный, чтобы с таким весом новичка в океан отправлять? — мермен не затыкался, по пути закидывая баллоны на свою спину. — Ну, ты приходи в себя и присоединяйся, — он опустился на один уровень с Саске, чтобы встретиться взглядами, а после несколько раз ладонью похлопал брюнета по плечу и улыбнулся, продемонстрировав непривычно острые белоснежные зубы. — Там уровень кислорода почти на нуле, баллоны надо подключить пока акванавт в сознании. Ты молодцом, — хмыкнув, он поспешно уплыл в сторону лодки, махнув на прощание белоснежным хвостом. Саске почувствовал себя вообще жалким, так как помимо прочего, новый знакомый свободно обходился в холодной воде океана без какой-либо одежды. Он плавал абсолютно голым, а выглядело это до странного нормально и комфортно. Особенно Учихе казалась соблазнительной возможность двигаться без ограничений. Костюм его порядком сковывал и очень вымотал. Он даже не почувствовал чужое присутствие из-за того, что боковые линии перекрыты плотным слоем пористого материала. «Соберись», — напомнил себе Саске, оттолкнулся от гладкого камня и плавно доплыл до небольшой подводной лодки, которая застряла нижней своей частью между огромными валунами. Сейчас, без веса кислородных баллонов, он словно открыл второе дыхание. Тело казалось легким, как перышко, хоть и неуклюжим. — Ты оперативно добрался, как для новичка. Хотя еще минут пятнадцать и он бы точно умер, — Суйгецу умудрился одновременно похвалить Саске и уколоть, оставив после своих слов неоднозначное чувство недовольства. Этот мермен с белыми волосами и выразительными сиреневыми глазами постоянно улыбался, действовал быстро и уверенно, а его чистая речь и движения в воде казались настолько отточенными, словно он здесь родился. — Тебе не холодно? — это первое, что Саске произнес вслух в итоге. Ему показалось, что если вода просто немного прохладная, то снять костюм будет неплохой идеей. — Даже не думай раздеваться, — сразу осадил его альбинос и, закончив настройку на внешней панели корабля, закрыл щиток. — Мы, из первого поколения, выращены по другой системе. А вы, из нового поколения, как тепличные цыплята: еще расти, и расти. Поэтому постарайся не помереть у меня на руках. Этот новый змееподобный директор меня до жути пугает, — мермен передернул плечами и плавниками, явно вспомнив что-то неприятное. Саске хотел было возмутиться, что он уже давно не дитя, чтобы так над ним трястись, но вспомнил талант Орочимару к убеждению и сжалился над Суйгецу. Бесспорно, доктор умел оставить о себе незабываемые впечатления. — А ты не из разговорчивых, — подметил альбинос, подплыв к Саске. Поскольку подлодка была заново оснащена кислородом, а акванавт внутри не собирался умирать ближайшие сутки, то оставалось только ждать окончания бури, чтобы к ним спустились спасатели и забрали своего несчастного подводного исследователя. До этого момента мермены должны оставаться рядом с лодкой и следить за состоянием пострадавшего. Иными словами — коротать время. Саске неоднозначно пожал плечами, наблюдая за парнем. Он действительно не разговорчивый и асоциальный. Даже оспаривать сей факт ему было в тягость по причине того, что пришлось бы много говорить. — Я ожидал, что один из отпрысков Учиха будет каким-то…особенным, — задумчиво изрек Суйгецу, чем застал Саске врасплох. Волнение скрыть не удалось, так как сердце брюнета зашлось быстрым стуком. Вибрация волнами разнеслась вокруг него, моментально выдавая все беспокойство. И даже треклятый плотный костюм не помог скрыть сей факт. — Откуда ты меня знаешь? — недовольно спросил Учиха, мрачно смотря на нового знакомого. Пытаться юлить или оправдываться казалось ему бесполезной затеей. Он решил принять ситуацию такой, какая есть и осторожно действовать исходя из результатов. — В новостях видел. Учиха известны всему миру, вас часто обсуждали и показывали по телевизору. По-крайней мере, когда я жил на Земле, — без задней мысли пояснил Суйгецу. — Хотя в то время ты еще совсем малой был, так что не знаю, какая сейчас обстановка на зеленой планете. А что? — мермен не скрывал своего интереса к новостям, а так же своей заинтересованности в Учихе. Казалось даже, что он сдерживает себя, чтобы совсем не заболтать новичка и не засыпать вопросами. Саске же оценивал его хмурым взглядом. Насколько он успел понять, Суйгецу настроен не враждебно, а это уже положительный результат, но расслабляться рано. — Кто еще знает обо мне? — Саске старался взять себя в руки, но ему не удавалось успокоить быстро бьющееся сердце. Он прекрасно понимал, что если знает один, то узнают все. Вопрос только во времени распространения информации. — Все? — почему-то с вопросительной интонацией выдал Суйгецу. Его забавляли метания Учихи, но жалел, что пока не понял, чем они вызваны. «Вот и приплыли», — обреченно подумал Саске. Он, конечно, знал, что рано или поздно все раскроется, но надеялся оттягивать сей неприятный момент по мере возможностей. Разумеется, как действовать в новой ситуации он пока не представлял. Усталость, тягость, раздражение, смутные нотки знакомой депрессии, легкое отчаяние, озадаченность, немного страха и паники, тяжесть: все эти эмоции перемешались в одну сумбурную кучу, вваливаясь в голову негативными мыслями. Саске снял перчатки, чтобы потереть ладонями лицо и глаза, словно это могло помочь ему собраться с мыслями. Он почувствовал на лице такую же усталость, как когда-то, когда еще был человеком. Это ностальгическое чувство приносило одновременно приятные и негативные ощущения. Вместе с тем, в голове продолжал твориться полнейший хаос. — Что-то ты нервный, — Саске не заметил этого, но Суйгецу был обеспокоен. Он подплыл ближе, аккуратно всматриваясь в черты лица Учихи, изучая его эмоциональный фон и одновременно прислушиваясь ко всей той нервозной вибрации, что исходила от тела мермена в толще воды. — Что не так? — не то, чтобы альбинос был весь из себя такой хороший, добрый и чуткий, просто в этом заключалась его профессия и место в этом обществе. Он хороший психологом, неплохой эмпатом, а еще с него затребуют отчет обо всем, что происходило между мерменами с момента их встречи. Если Саске вернется в колонию в нестабильном эмоциональном состоянии, то придется долго объясняться и доказывать свою непричастность, иначе последует наказание. — Ничего такого, — неопределенно пробормотал Саске, смотря вверх, где в толще воды среди беспроглядной тьмы иногда искрами взрывался холодный свет. Постепенно, отдаваясь течению воды, Учиха сам переходил в горизонтальное состояние по отношению к каменистому дну. — Вот не надо мне зубы заговаривать, — непонятно как, но мермен смог издать скептический фыркающий звук. — Тебе не нравится быть Учихой или что не так? Тебя начало колбасить с того момента, как я твою фамилию назвал, — не в бровь, а метко в глаз попал Суйгецу. Саске лишь отметил — сколь богат язык альбиноса не только на слова, но так же на их расстановку для свободной речи, вплоть до жаргонов, которые, как ни странно, было не сложно расшифровать по общему значению букв и слов. — Слышь, не молчи. Я за тебя буквально шкурой отвечаю сейчас. Ты тут золотой мальчик. И не думай, что раз тебя одного отправили в глубокий океан, то это признак свободы. Обычная уловка, чтобы ты им больше доверял, — не добившись ответа на нормальный вопрос, Суйгецу перешел в раздражающее нападение. Однако в ответ Саске одарил мермена крайне негативным и острым взглядом, но так и не произнес ни слова. Казалось даже, что теперь он вообще не желал что-либо говорить. Так они помолчали примерно полминуты. Не сводя друг с друга взглядов. Первым сдался Суйгецу. Он никогда не был бойцом и легко отступал, если чувствовал давление. Распри его угнетали и утомляли. — Поешь хотя бы, — со вздохом, попросил альбинос, понимая, что ему попался тот еще упрямец. — И не смотри на меня так. Ты первый начал воду мутить, — отплыв от Учихи на комфортное расстояние, Суйгецу выбрал себе место, где песка было больше, чем булыжников и устроился там наполовину на боку. Подложив под голову руки, он намеривался немного отдохнуть, раз уж знакомство не клеилось. Тем временем Саске медленно опустился спиной на каменистое дно, позволив своему телу самостоятельно решать, как удобнее упасть в неполноценной водной невесомости. Не то чтобы он был настроен враждебно к Суйгецу, просто еще не успел собраться с мыслями и чувствами, а новый мермен все наседал со своей болтовней и знатно подбешивал тем, что точно угадал отношение Саске к его фамилии. — Я просто обеспокоен, — спустя примерно минут пять молчания, наконец, ответил Учиха. Не дождавшись продолжения, Суйгецу не выдержал: — Чем? «Если из него постоянно придется вытаскивать информацию, как клещами, то это полный пиз…» — подумал альбинос, уже записав Саске в ряды проблемных детишек, с которыми лучше не иметь дел. — Тем, что со мной сделают остальные за то, что моя семья спонсирует этот проект, — Саске отвечал медленно, старательно подбирая нужные слова, так как искал наиболее краткий и лаконичный ответ, описывающий его беспокойство. Изливать душу и делиться своими беспокойствами он не горел желанием, но мог отвечать на некоторые вопросы, если собственные ответы его устраивали. Сначала белесые брови Суйгецу взмыли вверх в недоумении, но вскоре его лицо приобрело некоторую осознанность. — Ну, не убьют же они тебя? — почему-то спросил альбинос, не очень уверенный в своем предположении. «Но могут» — повисла общая мысль между парнями.