Летний лагерь в разгар жары

***

— Что-то в меня руки замёрзли... — прошептал Ясухиро, потирая свои ладони друг об друга, выдыхая в некий купол из них теплый пар изо рта, чтобы хоть как-то, но согреться. — Нужно было сразу сказать. — Леон остановился, снимая со своей левой руки перчатку, вручая ее Хагакурэ. Последний быстро напялил ее на себя, хоть и немного маленькая для него. — Нужно носить с собой перчатки, а не то обморожение можешь получить! Но как хорошо, что у тебя есть я! Леон Кувата собственной персоной! Кхм... Ну, таким сокровищем не хвастаются, вообще-то, ехе! — А ты как всегда в настроении, я вижу... Что прикажешь делать с правой рукой? — Ну так у тебя для второй есть я — сокровище! — Леон взял Ясухиро за руку и сунул ее вместе со своей в карман куртки. — Вот, и никто не умрет от холода! — Вот это ты умный у меня. — улыбка растекалась на лице рекой и Ясухиро не оставалось нечего, кроме как крепко сжать руку Леона в своей, наслаждаясь долгожданным теплом. Немного постояв на месте, бывший вожатый решил легко укусить Леона за щеку, при этом тихо посмеиваясь с его реакции, начиная вновь свое путешествие. Мило. Настолько мило, что... — Кхм, Ясухиро... А... Я тут хотел тебе такое предложить!! — Ну, и что же? Надеюсь это что-то вроде плана по захвату мира? — Ну, если мы в этот день напьёмся, то думаю, точно захватим. Но не об этом. Ты не против вместе отпраздновать Новый год? — Ни слова больше, я и сам хотел тебе это предложить. — Отличненько! — Кстати, а как дела у Мондо? — А..? Он мне что-то много всего писал недавно, телефон так и разрывался от сообщений: «ОМГ КИОТАКА И Я ТЕПЕРЬ ПАРА!» что-то типа такого. Не знаю где он его надыбал в городе, но я рад за этих двух придурков, что не могли принять свои чувства настолько долго. Вот почему нельзя было как у нас с тобой? Все просто, простейшего не бывает! Вот скажи, правда ведь? — Правда, правда... Двое шли и непринужденно разговаривали обо всем. Со стороны можно было сказать, что те давно знакомые друзья или родственники, что мало вероятно, судя по их внешней схожести. Снег под их ботинками тихо трещал, фонари тускло освещали узкие улочки, но не смотря на все это — на улице было много народу, в основном подростки и взрослые трудоголики, которые отпахали вторую смену сверхурочно. И вот они, с виду все как у всех, а на самом деле дороже друг другу чем все золото во вселенной. — Проведешь меня до дома? — вдруг задал вопрос. — А что на это скажут твои родители? — А их нет дома, они поехали на несколько дней к бабушке, а меня оставили присматривать за котом. Такие вот дела. Так что? — Тогда я могу не только отвести тебя. — Ясухиро усмехнулся, наверняка намекая на что-то ещё. — Даже и не знаю, не знаю... — конечно же он согласен, но хочет пробыть немного избалованным ребенком — А вдруг ты меня сожрёшь? — Целиком и полностью, мой рыжий пёсик. — Ну тогда я согласен! — довольно быстро согласился, вопреки своему желанию выше. Рыжик был готов подпрыгнуть от нахлынувшей радости, но опасался упасть и сломать кости. У кого же был такой опыт? — Только пошли быстрее, а то на улице и вправду холодно! — Бож-ж-ж... Ненасытный ребенок. — П-папочка? Ясухиро зашёлся в кашле. — Кто так еще говорит, я чуть не подавился. — Ну тогда я не ребенок, все честно! — Все, веди уже...

31.12 — 22:30

Время близилось к Новому году, очень долгожданному празднику для всех людей, в том числе и Мондо. Под вечер подросток выпроводил своего брата из дома, который был и не против, так как все равно собирался к своей девушке. Тогда началось самое интересное! Мондо заказал некий романтический столик, ведь придёт его душечка, его лапочка, его самое сокровенное сокровище — Киотака Ишимару. Овада подчистую убрал дом, поставил какой-то новогодний фильм на фон, а затем стал ожидать тот самый звонок в дверь. Минута, две три, тридцать и вот он! Овада поправляет прическу, паралельно идя ко входной двери. А за ней стоит красивый молодой мужчина и самое главное, что этот мужчина его. — Привет, а вот и я! — поприветствовал Киотака своего партнёра, проходя внутрь квартиры. — Я тебя ждал еще со вчерашнего дня, вот настолько я соскучился! — Овада подходит со спины и обнимает Ишимару, а тот ластится поближе, совсем не тот колючий ёжик, что был летом. Вообще, этот Ишимару кардинально отличается от того Ишимару, что был в лагере. Может быть из-за того, что тот скинул свою ношу в виде вожатого? — Спасибо за откровение. И да, чуть не забыл, я приготовил для тебя подарок! Давай пройдем внутрь, чтобы я мог тебе его нормально преподнести? — Гостиная вперёд и налево! Я пока повешу твою курточку, вот тебе тапочки для удобства. — Спасибо... — Киотака немного мялся, но все же подошёл и коротко поцеловал Оваду в краешек губ, быстро удаляясь в гостиную. Вскоре туда пришел и сам Мондо. Очень... Очень красиво смотрится диван, когда на нем сидит человек, которого парень любит до дрожи в коленках. Словно девчонка из седьмого, что влюбилась в старшеклассника. Овада подходит ближе и садится возле Киотаки, совсем не зная, что делать дальше. Неловкой паузы не образовалось, так как Ишимару достал небольшую коробочку с праздничного пакета. — Я не знал, что именно тебе подарить, но я решил, что этот подарок тебе понравится. — Мне будет нравиться все, ведь это от тебя! Но перед тем... — Овада наклонился к мужчине вперёд, мягко целуя того в губы, чтобы хоть как-то отблагодарить его за все то, что он делает. Пусть даже такую мелочь. — Ну все... Открывай! Овада бережно обрывает обёртку и открывает крышку, видя очень красивый красный шарф с различными зимними узорами на нем. Большая вязка, качественные нити... Видно же, как Ишимару старался, чтобы связать его. — Я связал его для тебя... Звучит странно, но в тот день на тебе не было шарфа, поэтому я подумал, что тебе он точно пригодится, ведь это тёплая вещь и... Боже, ну что я несу? — Киотака закрыл лицо руками, напрочь отказываясь их убирать. — Ну что ты?? Это ведь чудесно! Ты такой внимательный! — Овада пытался подбодрить Ишимару. Пусть у него и был шарф, где-то там на дальней полке шкафа, но с этой секунды он благополучно забудет о его существовании, ведь теперь у Мондо есть такой замечательный, сделанный своими руками, шарф от Киотаки. — Я впредь буду носить его всегда! О-бе-ща-ю! — Тебе он нравится? — Конечно, стал бы я так говорить о вещи, которая мне не понравилась бы? — мягко произнес Мондо, с такой же лаской касаясь рук мужчины, убирая их от лица. Кто бы знал, что Киотака такой стеснительный? — Веришь мне? — Конечно, я... Верю. — Киотака поддаётся вперёд, к моменту их поцелуя. Короткого, но все же поцелуя. Дальше время тянулось ну очень медленно, что даже радовало, ведь складывалось такое ощущение, что те смогут поговорить в два, а то и в три раза дольше. Они ели, смотря тот самый фильм, что был включен для фона, но оказалось, что Киотаке он сильно нравится. Парни вместе смеялись, дошло даже до того, что те разлили в бокалы спиртное. Киотака сначала немного поворчал из-за того, что Овада несовершеннолетний и вообще пить вредно, но несколько заманчивых манипуляций и Киотака, полностью обмякший, согласился на такую «авантюру». Стрелки пробили двенадцать. — С Новым годом! — радостно сказал Киотака, приподнимая свой бокал. — Хочу, чтобы в новом году ты любил меня больше. С Новым годом! Тост зазвенел и те выпили свои первые бокалы. Время проходило не хуже, те наливали вновь и вновь и в конечном итоге двое оказались в неком пьяном состоянии. — Киотака-а-а~ — Мондо, не липни, и так жарко... — Ну тогда сними одежду, чтобы не было так жарко! Ик... Если бы Киотака был трезв, он бы ни за что не стал снимать с себя одежду, но кто им доктор, что они столько выпили? (Автор конечно, все делается только на пьяную голову, а вы что думали?) Киотака неумело начал расстёгивать на себе пуговицы рубашки, оголяя свое тело с каждым разом все больше и больше. На все это замороженными глазами смотрел Овада. Киотака был магнитом, а подросток этого не замечал, да даже если бы и заметил, он бы не посмел оторвать от такого святого вида своих оченят. Никак. Ведь если отвернется, то никогда больше не увидит. — Помоги... — с жалем просит Киотака, указывая на ремень, который никак не поддавался. — Если я помогу, я не смогу остановится. Киотака даже и не против. «Только остановись и я...» Овада с лёгкостью избавляется от ремня, он не был сильно туго затянут, или это был коварный план Киотаки? Овада с таким же успехом расстёгивает ширинку, стягивая с мужчины брюки. Боже, его тело... Идеально. Он был идеальным в первый день их знакомства и остаётся таким же. — Можно я..? — Делай со мной все, что хочешь. Овада сглатывает, слова мужчины заставили парня на секунду отрезветь. «Хм, как хочешь» ухмыляется. Рукой парень легко проводит по причинному месту, он чувствует как он содрогается, грубеет, это видно и по телу Киотаки — все в движении, а сам испускает томные вздохи. Да, да... Да! Все должно быть именно так. Когда-то Овада только мечтал о том, чтобы Киотака таял в его руках. Таял, словно мороженое, сладкий лёд, стекая по рукам, чтобы потом смачно слизать его смак со своих пальцев. Парень спускает нижнее белье, все ниже до колен, а потом и вовсе на пол, языком очерчивая красную головку. Боже, этот стон стоило записать на диктофон и вообще запечатлеть его такого на сотнях картин. Мондо глотает глубже, заставляя Ишимару выгнуться в спине. С уст слышится только то, чтобы тот продолжал. Овада и не собирался останавливаться. Раньше он никогда не сосал, не умел до этого, но как будто научился за одну секунду. И как только Киотака был уже готов испустить все, Овада прекратил все эти ласки. — Почему ты остановился!? — был совсем как ребенок, у которого отобрали шарик. — Есть вещи куда приятнее. — парень куда-то убежал совсем на немножко, буквально на пол минуты. Овада бегал в комнату к брату, позаимствовав у него немного презервативов и смазки. Нет, ну а что, нужно делиться, даже если старший об это и не узнает. Сегодня ночью точно будет очень жарко. И даже без одежды. — Я думал ты меня уже бросил... — Ни в коем случае! Овада удобно устраивается между ног Киотаки, немного придодвигая его к себе. Что-то холодное стекало по телу Киотаки, но ему было уже все равно, если это делал Овада. Контраст температур разжигал еще больший огонь. Искру между двух костров. Одну маленькую спичку в пожаре страсти, любви и алкоголя. — Мгх! — Киотака выгибается в спине, зарывая свое лицо в обивку дивана, ощущая, как пальцы возлюбленного без стыда блуждали в нём. Слишком хорошо, чтобы назвать это ужасом. Ох, а сколько раз Овада мечтал сделать это с мужчиной? И даже в лагере, но тогда он был недоступен. Сейчас же весь на ладони, весь его и только его. Овада поцелуями укрывает все тело, кусает грудь, красивый, оформленный прессом живот, бедра, все это непрерывно с ласками внизу. Киотака томно вздыхал, полуприкрытыми веками наблюдая за действиями красивых рук, он видел все сокрытое и сокровенное, то, насколько широко может улыбаться возлюбленный, насколько длинные у него пальцы, настолько теплые, огненные руки, громкое сердцебиение. Оно гулом, под метроном в голове отстукивало ритм. Бездействие давило, руки не знали, куда себя деть, то сжимали обивку, то от безделья сдирали с себя кожу. — Хочу к тебе прикоснуться... — тихо шепчет свое желание, переплетая пальцы Мондо со своими, роняя последнего на спину. Ишимару сам насаживается на член парня, совершая несколько медленный движений. Чтобы Киотака и сам... Им двигал не здравый смысл. Что-то чернее, чернее самой страсти. — Я люблю тебя. Овада, охает от толчков, съедающего темпа, этой близости. Киотака ничего не говорит, только тяжело дышит и смотрит пожирающе в ответ. Мондо и сам все понимает. На утро в комнате остался витать лёгкий запах спиртного, терпкий запах красного вина. На столе стояло бутылок три, или даже четыре, не говоря уже сколько было под столом... Киотака проснулся первым, находясь в крепких объятиях школьника. Они были обнаженные. Киотака мог бы сослать это на детскую глупость, но ломка во всем теле и зуд говорили об обратном: они провели ночь вместе. И не как абы як, а переспали. Мужчина не думал, что все произойдет настолько быстро, ведь это недели как они встречаются... Брюнет попытался восстановить воспоминания, но все обрывалось на предложении выпить. И как все до этого дошло, ведь это он должен был быть тем самый взрослым, что запрещает пить и сам не позволяет себе такого. — Мондо... — М..? — Вставай. — Не, не хочу, сам вставай... — Мондо! — Киотака немного потормошил школьника, но это не помогло. Овада только сильнее зарылся в плед. — Нет, я не хочу встать. — Понимаю, но нужно принять душ после вчерашнего... — А что вчера было? — Мы переспали. — ...ЧТО!? — Овада резко вскочил и у него разболелась голова. — Почему ты... И я... Я? — Голые? Ну я же сказал, то мы переспали, обычными словами потрахались. Напились и вот последствия. Вывод, никто из нас не умеет пить. Так что давай поднимайся и вместе пошли в душ, уже нет чего стесняться. — Не помню как все пошло, но мне точно нравится результат. — лицо Овады расплылось в довольной улыбке, пусть он и не помнит все подробностей, но факт в том, что это чтото уже случилось. — А кто кого, ну, это..? — Да мне, блин, откуда знать!? — щеки Киотаки вмиг стали красными. — Ну раз у меня ничо не болит, значит... — Да, все верно, ты все правильно думаешь, а теперь марш в душ!