Никому

* * *

Прошло уже несколько недель с того момента, когда путешественница в последний раз виделась с Чжун Ли. Паромщица говорит, что его до сих пор не видели в бюро, и, скорее всего, он находится где-то в Хижине "Бубу", где его и лечат. "Наверное, стоило сразу пойти к Ху Тао, и поинтересоваться у нее, чтобы лишний раз голову не ломать" — размышляла так девушка, сидя на берегу озера Лухуа, в сердце просторов Ли Юэ и касаясь ногами воды. — Ты так скучаешь по нему, ага? — с сочувствием спросила Паймон, наблюдая за уставившейся в одну точку Люмин. — Ты спасла старого Архонта, так что не волнуйся, он придет в себя и вы еще погуляете! "Он сказал, что согласно моим словам, (которые ну никак иначе нельзя было понять, только как контракт!) когда ему будет лучше и обстановка будет не удручающей, мы обязательно займемся с ним половой близостью… Я, конечно, вовсе не против этого, но кто знает, как это будет проходить… Может, он решит сделать это не так просто, а, можно сказать, извращённее? Я боюсь думать, что у него на уме по этому поводу, учитывая, что той ночью, в небольшом лесочке, рядом со своеобразным пляжем, он так крепко меня схватил и так… опытно начал "исследовать". Если бы не проблемы с челюстью, то эта ночь закончилась бы весьма нехорошо. Но он же не будет жесток со мною в постели, верно?.." — сама по себе рассуждала путешественница, чувствуя, как в сердце закрадывается неподдельное чувство страха за предстоящую встречу. — То что спасла это да, но ты, наверное, сама видела, каким он может быть грубым и грязным в своих намерениях, — девушке очень хотелось это с кем-то обсудить. — А ты что хотела? Он, все же, мужчина и будет так себя вести, тем более после того как ты сама его завела укусами в губу, — рассудила компаньон, просветляя мысли Люмин. Путешественница покраснела, как только вспомнила, с какой резвостью она ответила на этот ласковый поцелуй, как сама того не планируя сделала его ещё более страстным и жестким, чем по изначальной задумке, и как игриво старалась "выгнать" язык мужчины из своего рта. Она прикоснулась пальцами к ещё не зажившему укусу на шее, который оставил ей на память о той ночи консультант. "Это было просто прекрасно… Но все же я всерьез забеспокоилась, когда поняла, что Чжун Ли хотел стащить с меня одежду и продолжить заниматься любовью уже намного серьезнее, чем раньше." — было странно, но именно это и пугало девушку: недосказанность и непредсказуемость. Кому известно, когда во время милой беседы про какие-нибудь цветочки ему вздумается поднять ей подолы платья и трогать за бедра и ягодицы? А вдруг он будет засовывать свои пальцы, и, страшно даже думать об этом, свой член ей во влагалище? Разве не это называется сексуальным насилием? "Как же я была вульгарна и глупа в своих мыслях, представляя его без одежды… Теперь это может представиться моим глазам вполне реально, и даже против моей воли…" Люмин расстроенно покачала головой из стороны в сторону, стараясь отмахнуться от неприятных мыслей. — Да, но… — даже нормальных слов не находилось, чтобы высказать все беспокойства словами. — Вдруг он будет слишком жесток со мной и моим телом? Паймон стукнула себя по лбу ладонью и удрученно вздохнула, закатывая глаза. — Он же не совсем больной, чтобы без спроса к тебе приста… — компаньон почти моментально встретилась с укоризненным взглядом путешественницы, стоило ей лишь начать говорить это слово. — А, ну… Есть чуть-чуть. Совсем капельку может пристать. — Чжун Ли запустил свою грязную руку мне под панталоны и шлепал меня, ты это понимаешь!? — вконец отчаявшись в том, что хоть кто-то поймет ее, девушка уже почти перешла на крик. — А еще… Он зажал мне рот рукой, чтобы я не могла звать о помощи! Как ты думаешь, зачем он это делал и что было в его планах!? — Успокойся, пожалуйста, он же так не всегда поступает, тут что-то не так… — прижала локти к талии Паймон и сложила руки в замок. — Он хотел изнасиловать меня в этом поганом лесу! После того, как я спасла ему жизнь, он позволил себе надругаться надо мной!!! — Люмин начала вопить так громко, что из глаз забрызжели слезы, а птицы на ближайшем склоне с громкими хлопками крыльев поспешили удалится из неспокойного места. — Да я видеть его больше не хочу, не то что спать с ним! Пускай идет куда подальше! С этими словами путешественница быстро одела обувь и, попутно отшвыривая ногами все, что попадалось ей на дороге, сильно злилась до красноты на лице. — Я хочу сходить и купить какую-нибудь вкусную вещь, чтобы хоть как-то сгладить все эти события. Пойдем, — продолжая тяжело ступать в сторону гавани, выдвинула для компаньона свое предложение девушка. — Ну ладно… — Паймон печально полетела в сторону своей спутницы, все еще веря, что ее можно образумить.

* * *

В магазинах Люмин удалось раздобыть миндальный тофу по достаточно низкой цене. Дополнительно взяв такую же недорогую рыбу-белку для компаньона, они вместе прогуливались по площади, хорошо перекусив отличной пищей. Попутно Паймон придумывала, куда бы им еще направится: — А Разлом ведь очень красивый! Там есть много разных руд, а еще… Он сам по себе интересный, только Похитители Сокровищ иногда мешаются, но это пустяки, — восхищалась компаньон, вспоминая их последние приключения в этом регионе. — Извини меня, но, мне кажется, нам стоит как можно быстрее покинуть Ли Юэ, — путешественница, которую все еще не покидали давнишние мысли, перепуганно озиралась по сторонам. — Мы не знаем, когда он может выздороветь, и куда направится. — Ты так описываешь Чжун Ли, будто он какой-то ненормальный сталкер-насильник, который за тобой охотится, — развела руками Паймон и посмотрела на девушку. — Чуть-чуть погорячился, ну ничего… — Он ужасен, — прошептала девушка, широко раскрывая глаза и рассматривая каждый закоулок из всех доступных ее взгляду. — Понимаешь, он все знает… Он найдет меня и сделает свое грязное дело, осквернит меня и мое тело… И бросит, ведь я ему буду больше не нужна. Одно кратковременное затворничество среди ночи и он полностью насытиться мною, а я буду опорочена его грязными руками и гениталиями. Я очень хочу верить, что только одно… — Но Чжун Ли же хороший, он и правду любит тебя! — ужасаясь доводам девушки, выдохнула компаньон. — У него есть теперь даже питомец и… Он же не такой изверг! — Может быть, но мне на самом деле страшно! — подавляя слезы, сказала шепотом Люмин. — Все эти недели я живу в страхе, что он поймает меня, разденет, обесчестит, оставит где-нибудь на произвол судьбы и… — Что ты несешь!? — Паймон испуганно отлетела на несколько метров назад, прижимая ручки к лицу. — Чжун Ли никогда не трогал тебя, только если ты сама была не против! Он всегда был нежным и милым с тобой, почему же сейчас ты решила, что всегда хотел только надругаться над тобой?.. — Потому что… — всхлипнула путешественница, прижимая руки к лицу. — Я не знаю, мне просто страшно… — Не беспокойся, все будет хорошо! Компаньон постаралась как-то подбодрить унывающую девушку, похлопав по макушке, как тут послышался приглушенный крик под ее ручкой. Люмин в страхе постаралась убежать, испуганно выпучив глаза и чуть ли не задыхаясь от ужаса. — Он там! Он сейчас заметит меня! — промямлила она, стараясь убежать. Тем временем мужчина, который уже успел достаточно далеко уйти от Хижины "Бубу", перекинулся словами с Ху Тао, которая выглянула из бюро на пару минут, после чего хотел направиться в сторону причала, но не заметить летящую и вопящую через всю площадь путешественницу было очень трудно, тем более когда она по неосторожности врезалась прямо ему в область груди. Паймон от этого резко исчезла. — Люмин, доброе утро, — сказал он, придерживая девушку за талию и терпеливо ожидая, когда она, наглотавшись пыли, откашляется и сможет говорить. — Как ты поживаешь? Вместо ответа путешественница попыталась вырваться из его рук и отвернула голову в сторону, зажмурив глаза. — Только не на виду у всех, только не при людях… — шепотом молила она, утопая в собственных слезах. — Прошу, не делай этого здесь… — Что случилось, о чем это ты? — в настоящем недоумении проговорил консультант, всматриваясь в заплаканное лицо и ища в нем ответы. В ответ послышались лишь всхлипы и бормотания: — Пожалуйста, не слишком больно, не оставляй на мне следов от твоих зубов, пальцев и губ… — не переставала просить Люмин, теперь уже смотря в шокированные глаза и в полной мере чувствуя сильные руки, сжавшие ее талию. — Ты считаешь, что я, на виду у всех, собираюсь надругаться над тобой как последний..? — Чжун Ли не смог договорить, он сам не просто удивился теме мольб путешественницы, а был даже напуган ими. — Почему ты так думаешь обо мне?.. — Той ночью, в лесу, ты хотел изнасиловать меня! — расплакалась девушка. — Я тебе доверяла, полюбила всем сердцем, а ты… Ты просто хотел запятнать мою честь своим членом! — Нет, что ты такое говоришь?.. — в глазах мужчины не было ни капли злобы, лишь сострадание и разочарование. — У нас даже уговор был, что мы не будем в тот момент… Как же ты можешь говорить так, будто я только и живу своими половыми органами, а чувств у меня нет совсем?.. Люмин закрыла глаза, расслабившись под сжимающим пальцами, и продолжила лить слезы, уже от безысходности. "Теперь он точно не оставит меня в покое…" — Почему же ты схватил меня и… — она приложила указательный палец к красноватому следу от его зубов на своей шее. — хотел раздеть?.. — Я… — консультант сжал губы в тонкую линию и отвел взгляд. — Не смог удержать себя. Голова была как в тумане, и я ничего не видел кроме твоих плавно покачивающихся бедер под платьем и остальных прелестей юного тела. Приношу тебе мои извинения за это недоразумение. Он было хотел накрыть палец на шее путешественницы своей ладонью и провести пальцем по укусу, но получил быстрый удар по запястью. — Я не позволю тебе касаться моего тела, — с окрепшей решимостью прошипела сквозь зубы Люмин, отрывая от себя руки в перчатках. — Ты извинился, да, но это не отменяет твоих действий пару недель назад. — У нас есть контракт, согласно которому ты обязана заняться со мной половой близостью, когда я буду здоров и ситуация не будет такая плачевная, — скрестив руки за спиной, Чжун Ли пристально наблюдал за ней с холодом в глазах. "Как только дело заходит о его любимых контрактах, так сразу раздувается от серьезности!" — Плевать я хотела на твой контракт, — резко ответила ему девушка. — Я не обязана отдаваться тебе! — Обязана, — огоньки доброты и сострадания потухли в глазах мужчины, брови надвинулись на переносицу. — Иначе тебя постигнет Гнев Камня. — Отвали, зануда, — путешественница уже собиралась уйти, но тут услышала тихий заговорческий шепот, перемешанный с каким-то скрежетом, позади себя. — Ты поплатишься за это, я сделаю с тобой и твоим телом то, о чем ты даже подумать сейчас не можешь. Я оставлю на тебе и внутри тебя бессмертную память о нашей скорой встрече. Ты навсегда запомнишь меня и наш контракт, Люмин… Она обернулась, но консультанта и след простыл. "Как испарился, не иначе… И что там пообещал со мной сделать?.." — с долей испуга подумала она, тщетно пытаясь найти рядом знакомую фигуру, речи которой мгновение назад так отчетливо слышала. "Завтра я немедленно покидаю гавань, пока "любовничек" не прикончил или не изнасиловал меня, а то и все вместе взятое…"

* * *

Утро в чайнике, которое, в принципе, было как и всегда безоблачным и ярким, с самого начала не задалось. Первым делом, когда девушка очень сильно торопилась покинуть обитель и как можно быстрее отправиться куда подальше и переждать там достаточное количество времени, чтобы, наверное, уже поехавший на старости лет Архонт не поимел ее где-нибудь в пещере, со стола успешно полетела вниз кружка с чаем, выскользнув из дрожащих рук. Потом, если бы не компаньон, вовремя подлетевшая в комнату, путешественница упала бы прямо в открытый шкаф, что могло бы произойти из-за внезапного игривого мяуканья кота, поймавшего свою игрушку. Даже ночь не была спокойной: все время Люмин мучали кошмары о Чжун Ли, который с каким-то ненормальным смехом и драконьей внешностью мучал ее уже бездыханное тело всякими разными способами, в конце концов сжигая труп на каком-то ритуале под горой с кучей красных свечей и человеческих останков, читая некую молитву и параллельно выполняя земной поклон. "Сумасшествие какое-то… Это уже ни в какие рамки не идет!" — в холодном поту проснулась девушка на том моменте, когда остатки ее плоти во сне, на которую она "любовалась" как бы "со стороны", уже стекали в шипящие пламя перед безумным мужчиной, обнажая белые и обгоревшие кости. Одним словом – все было не просто плохо, а ужасно! "Ни руки меня не слушаются, ни ноги… Будто цепи сковали…" — помимо этого в голову сами по себе закрадывалась мысли по типу "а если это уже начинает действовать Гнев Камня?" и тому подобные, хотя трезвомыслящий рассудок напрочь отказывался воспринимать плохое состояние как козни консультанта. К середине дня состояние не улучшилось: Паймон несколько раз спасала потерявшую сознание путешественницу от падения в воду, когда последняя собиралась отправиться в Инадзуму. "За пределами своих бывших владений он меня не должен поймать, тем более с границей в виде моря." — рассуждала Люмин, стараясь придумать наилучший план спасения. На пристани почти никого нет, ветер лишь одиноко посвистывает и треплет волосы. Как будто нарочно, все суда в Страну Вечности либо уплыли раньше времени (что, кстати, уже очень странно!), либо пустовали без рабочих, поэтому глазам открывался пустующий причал — Нет, сегодня мы никуда не плывем, извиняй, — с ноткой разочарования ответила на просьбу девушки Бэй Доу. — Во всем Ли Юэ решили провести какой-то новый праздник, в честь какого-то союза, или чего… Да кто разберет вообще! Сказано – праздновать, вот и празднуем. Сегодня, салага, наш "Алькор" отдыхает. — Поняла, все равно спасибо большое, — невнятно прошептала путешественница, шагая в сторону гавани. — А к чему такая спешка? Дела ждут неотложные или что стряслось? — поинтересовалась капитан, замечая печаль и каплю испуга в глазах Люмин. — Да так, долгая история, сейчас уже и не совсем важно, почему и для чего. — А-а-а, ясно дело стало, опять чего-то придумали люди у власти, ага? — протянула женщина. — Чую, этот типок в кимоно тоже где-то там затесался. Ты только это, не грусти, заходи на стакан рому или сока, как родную встретим! — Спасибо еще раз, обязательно учту! — постаралась улыбнуться девушка, скрывая, что сердце морально упало, потеряв последнюю надежду. Компаньон старалась подбодрить чуть ли не рыдающую от безысходности путешественницу, похлопывая по плечу, в то время как они уже успели достаточно отойти от кораблей и остановились подле жилых домов на окраине гавани. — Я обречена, — прошептала Люмин, сглатывая и утирая слезы с лица. — Он надругается надо мной. Ожидая услышать тонкий голосок, девушка закрыла глаза, но ответа ни через минуту, ни через две не последовало. — П-паймон?.. — срывающимся от страха голосом сказала в пустоту путешественница, тщетно осматриваясь по сторонам. — Сейчас не время для шуток, пожалуйста, появись… В ответ тишина, только ветви на деревьях покачиваются из стороны в сторону. Тут Люмин поняла, что в ближайших пятидесяти метрах от нее нет ни одной живой души, кроме голубей, конечно. — П-пожалуйста… — еще раз прошептала девушка. В душе она чуть ли не молила маленького компаньона вернуться к ней назад, чтобы хоть как-то успокоить бедную скиталицу. "Почему она исчезла именно тогда, когда мне может угрожать смертельная опасность!?" В панике она оглядывалась по сторонам, ища уже громоздкий мужской силуэт с горящими, как пламя печи в крематории и по цвету схожими с желтым свинцом глазами, дабы сразу успеть убежать или хотя бы позвать о помощи, а там уже как повезет на случайного прохожего. Спустя мгновение в сознании все начало расплываться, перемешивались в глазах и дома, и трава, и дороги, слеплялись в один странным ком, не дающий возможности идти и даже стоять. Ноги путешественницы стали подкашиваться, а спустя секунду она полностью упала на каменную кладку, чудом не ударившись и не сломав себе что-нибудь. "Мне нужно идти, давай же, поднимайся!" — сама себе приказывала Люмин, но все было напрасно. Послышались шаги. Глухие, но тяжелые. "Нет, нет, нет!" — девушка готова была ударится в истерику, но пока что держалась, стараясь понять, точно ли он стоит за ее спиной. Все смолкло, только сердце теряющей сознание путешественницы перепуганно билось в груди. Кажется, неизвестная личность присела позади нее, юное тело вздрогнуло от быстрого сжимания пряди светлых волос. Раньше такой сладкий и манящий, а ныне заставляющий кричать от ужаса аромат одеколона с травами и цветами ударил в нос. Протяжного вопля не последовало, все тело будто онемело, голова жутко кружилась. "Это конец, моя честь будет отдана этому грязному подлецу." — короткая мысль пронеслась в голове так же быстро, словно резкий взмах ножом по горлу. Последнее, что почувствовала Люмин перед тем, как окончательно потерять сознание – это крепкие руки в перчатках, лежащие у нее на талии и сжимающие платье.