1.4.
23 апреля 2022 г., 07:00
Однако следующий день, а затем ещё один прошел тихо…
Уайт даже начала думать, что ей все это приснилось. Но нет. Судно все также стояло. А в городе начинались волнения, в связи с бездействием дозора… К слову сказать, что Уайт так никому и не рассказала о ночном инциденте. Она все ещё не придумала где это говорить и как, ведь она лишняя и от ее действий может пострадать сэр Повар.
— Так. Сегодня фестиваль фонарей! И я закончу раньше! — сообщил Кондрат, когда Уайт принесла очередной улов.
— А, точно… — кивнула она, припоминая… В прошлом году он работал, несмотря на то, что большинство ресторанов закрываются на этот период.
Фестиваль фонарей — ежегодный праздник Исла Прайда, на котором, увы, ей места нет. Он делится на две части — фестиваль для туристов, которых тут немного в этот период, и фестиваль для местных.
Фестиваль для туристов — это первая часть дня активная жизнь, скидки, сувениры в честь праздника. Что стоит сказать — туристам никто не продаст или отдаст здесь фонарь… Ведь фонари — это уже праздник местных. Ровно в девять вечера, когда солнце только-только скрывается за горизонтом, в небо взмывают сотни специально сделанных воздушных фонарей. Уайт не знает, как их делают… Никто не знает, кроме тех, у кого есть роль в этом городе.
— Мне стоит куда-нибудь уйти, сэр? — спросила девочка, выливая воду с рыбой в раковину.
— Нет, напротив… Думаю, сегодня ты тоже можешь прийти раньше, — Уайт вздрогнула и посмотрела в сторону повара. Он стоял к ней спиной, глядя на восходящее солнце. — Даже не так. Приходи пораньше… Часам к восьми. Тебе ведь тоже не с кем праздновать, верно?
— Хорошо, сэр. Спасибо… — сказав это, Уайт вылетела из кафе.
В ее голове крутилось множество мыслей, а сердце стучало как сумасшедшее… Только когда она добежал до цветочной поляны, на которой собирала цветы для продажи, она выдохнула… Эхом в ее голове отзывалось «Тебе ведь тоже не с кем праздновать».
Неужели… Неужели он приглашает отпраздновать вместе. Как семьёй… Нет. Нет, нет, нет. Ей не стоит надеется и создавать себе иллюзии. Определенно нет. Это грубо по отношению ко всем. Нельзя давать волю надеждам, иначе они ее разобьют.
В ее прошлой жизни было много плохих моментов. Очень. Когда об ее ожидания вытирали ноги. Когда на ее надежды и мечты плевали, а со словами и обещаниями безжалостно играли перед ее носом. Тогда она завела себе кредо — не строить себе ожиданий. Ни на что не надеется. Никогда не мечтать… Ведь если у тебя и нет никаких амбиций на этот счёт, то если все окажется иллюзией — будет не так больно. И прошлая она и правда прожила с ним до самой смерти, но…
Почему же эта «она» так сильно взволнована. И совершенно не может взять под контроль это чувство надежды и счастья? Может потому, что ребенок, кем она является, с самого рождения с болью и местами смотрел на других детей у которых есть этот праздник? Каждый год заглядывая в окна, эта безымянная девочка представляла, как кто-то однажды позовет ее к себе… Хотя б на один день. Ей вполне этого было бы достаточно.
— Недостаточно, глупая… — сглотнула ком в горле Уайт, — Один укус запретного плода и дороги назад нет.