Скоро рассвет

«Простите, леди Элиза…» Уайт уже понимала к чему все идёт. Она понимала, чем все закончится… И от того становилось так тоскливо на душе. Так одиноко. — Тебя больше некому защищать, Элиза. Или ты снова возьмёшь ребенка в заложники? — спросил он, делая шаг вперёд. — Некому… — она отчаянно рассеялась. — Некому… — истерический смех резко прекратился. — Ты монстр, Михок… Чего тебе стоило всего лишь отпустить ситуацию? Почему ты просто не можешь забыть? — Забыть, как по моей гордости потоптались… Как ты обманула меня, использовала как вещь и в конце предала? — оскалился он. — Ты мог уйти! Мог гордо развернуться… — истерично быстро закричала она. — А ты могла принять будущее поражение… Или просто не трогать меня, верно? — она испуганно вскрикнула, когда он начал делать быстрые шаги к ним. — Но ты не того унизила, Элиза… И теперь ты одна, без своей шайки… Она испуганно взвизгнула и неожиданно расплакалась. — Я… Я всего лишь хотела исполнение свой мечты… Я всего лишь… — она больно сжала плечи Уайт. — Прости меня, Уайт…- А затем, откуда-то достав трость-хлыст и вручив ее девочки, прокричала из последних сил, сверкая желтыми глазами. — САНО-САНО НО МИ! УАЙТ, ЗАЩИТИ МЕНЯ! Михок замер, Элиза в рыдании опустилась на колени. А тело Уайт крепко сжало трость, одним движением расплавляя ее в хлыст. — Уайт, приди в себя! — закричал Михок, хмурясь. Тело сделало шаг. Затем еще один. Тяжелые шаги, искусственные. — Уайт! Девочка мысленно вздохнула. Глядя на самого дорогого человека в ее жизни, на той стороне пути… Она чувствовала себя последней тварью. Она ненавидела себя. Слыша за спиной рыдания… Рыдания той, что стала не чужой. Картинка, желанная ребенком, окончательно рассыпалась в прах. Было бы так замечательно, если бы взрослые могли, как дети, забывать о некоторых вещах… Обиды, унижения, ссоры… Дети могут из просто отпускать, просто закрывать глаза на них. Но взрослые нет. Это все становится глубже, сложнее. Сердце взрослого человека намного ранимее, чем ребенка. «Интересно… Почему?» — улыбнулась Уайт. — Уайт? — посмотрел в ее глаза Михок. Или она посмотрела в его… Как посмотреть, в общем. На этих весах было три грани. Уайт с Марианной, Михок и Элиза. Михок жаждет мести. Его действительно унизили, действительно предали. Ему было больно и страшно. Ему словно вырезали сердце. А как существовать человеку без сердца? Элиза. Она, ведь, просто напуганная молодая девушка, которая совершила ошибку. И сама прекрасно это понимает. Но есть такие ошибки, которые нельзя исправить… Которые слишком страшно исправлять. Уайт и Марианна, что желают той самой семьи с картинки… Одна из них пытается разорваться и помочь обоим, боясь последствий. Вторая ребенок, что просто хотел семьи и мира. Одной из этих граней пора уничтожить эти весы, сделать что-то за гранью того, что можно тут придумать… Ведь, только так все может закончиться нормально. Михок убьет Элизу. Даже сам он не будет удовлетворён этой жертвой. Кровь сестры отправит его больше, чем он думает. Элиза убьет Михока. Она не сможет забыть этого. Она не вынесет этой потери. Страх станет лишь сильнее. Они не смогут жить дружно и конфликт этот всю жизнь будет их терзать. Тут нет мирного решения. «Простите, леди Элиза…» Земля окрашивается в алый. Девушка с ужасом смотрит на кровь на своих руках. И чувствует боль. Невыносимую боль. Крик Элизы разносится по острову. Душераздирающий крик боли. Уайт резким движением вытаскивает металлическую ленту трости-хлыста из тела девушки и пустым взглядом смотрит на Михока, что замер в нескольких метрах. — Пусть жертва будет тут всего одна, Михок… И это моя невинность… — ветер унес ее слова вдаль.