В отражении

      — Погоди, давай кратко ещё раз. Меня не было в городе буквально два дня, за это время ты успел: украсть сборник заклинаний своего отца, открыть проход в людской мир, познакомится с каким-то парнишкой и влюбиться в него? — А ещё он любит Led zeppelin. Однако рано говорить о влюблённости. — Ты буквально два часа мне рассказывал во всех подробностях о внешности, поведении и уж слишком вызывает у тебя восторг ваши словесные перепалки. — Он необычный и я бы не прочь узнать его поближе. Я говорил, что у него родинка под глазом? — Говорил. Ойкава, я никогда особо не понимал, как тебе удаётся найти проблем на свою задницу, но серьёзно, данная ситуация точно перебор. — Ты знаешь, почему я вообще интересовался миром людей, — Тоору сцепил пальцы в замок и уже серьёзно посмотрел на своего лучшего друга. — для меня тоже стало большой неожиданностью, как всё вышло, но мне абсолютно не жаль. — Думаю, да, но Ойкава, ты вообще помнишь, кого из нашего мира выгоняли туда? — Я надеюсь, что я не стану последним, кто всегда будет помнить об их существовании. Если ты переживаешь, что это может быть Сугавара, то не стоит. Я уже проверил его энергетику, когда мне удалось взять его за руку. Он просто человек. — Видимо, человек с прекрасным внутренним миром, — вздыхает Хаджиме. — а ты вообще уверен, что он согласится на свидание с таким надоедливым тобой? — Ива-чан, во-первых: не пытайся посеять в моей душе ростки сомнений и нервов. Во-вторых: я итак вижу, что он не доверяет мне. Умён, красив и недоверчив с сильной энергетикой. Не падает в обморок от моей неземной красоты, как те ведьмы, с которыми мы с тобой столкнулись месяц назад. Я не знаю, что из этого выйдет, но он мне правда интересен. В-третьих: успокаивай меня лучше, я должен продумать самое лучшее свидание не в своём родном мире. — Дурокава, тебе слишком повезло, что мы знакомы с самого детства. Ладно, в следующий раз я прикрою тебя, может быть помогу, но пока что, давай готовиться к экзаменам.

***

      Прошла неделя, после того, как Пришелец растворился в зеркальной глади, а Сугавара умер от смущения. На похоронах никто не присутствовал, так как никто об этом и не догадывался. Коуши делал вид, что его вообще не волнует, почему Ойкава пропал настолько надолго. Он полностью погрузился в работу для конкурса, создание научного фэнтези. Его задуманная история была о герое, который перемещаться в параллельные миры. Внешность персонажа абсолютно случайно была схожа с внешностью Ойкавы Тоору. Просто типаж очень подходит. Это ничего не значит. Привычная рутина стала отвратительной, потому что Сугавара оборачивался на каждый шорох, отрицал, что глазами в помещениях искал зеркала. Дайчи несколько раз спрашивал насчёт таинственного парня, но Сугавара старался сразу же менять тему. Нельзя зацикливаться на этом пришельце, у него своя жизнь, другой мир, иногда нужно просто принять действительность и двигаться дальше. — Ты можешь вовремя выносить мусор из своей комнаты? — это первое, что Коуши услышал, заходя домой, после школы. — У меня нет мусора и что ты там вообще делала? — забудьте, пожалуйста, слова о принятии действительности. — А вот это что? — мама Сугавары поднимает руку с уже засохшим букетом лаванды. — где ты вообще нашёл такие цветы? Если собрался дарить их девушке, то понятно, почему ты один. Девушкам нужно дарить розы. — Возьми на заметку, что в таком случае, я никогда розы в руках держать не буду. — обманчиво спокойно говорит Коуши, бережно забирая у матери букет. — Не лезь, пожалуйста, в чужие комнаты и жизни. — Выбирай выражения. — Это я, блять, выбираю выражения. — Коуши, — неожиданно, из зала выходит отец. — я крайне разочарован. Ты воспитанный и образованный юноша. Извинись перед матерью. — Извини. — с отцом лучше было не спорить. Сугавара не чувствовал себя виноватым, он просто хотел, чтобы это всё поскорее закончилось. — Ступай в свою комнату, очень надеюсь, что это было последний раз. "Вот и конец родительского долга на сегодня, лимит исчерпан. О вашем существовании вспомнят через несколько дней. Или нет. Ожидайте." мысленно кривлялся Суга, по крайней мере, можно наконец закрыться в собственной комнате и продолжить работу над историей, ему лучше собраться, чтобы сдать вовремя. Перед тем, как взяться за ручку двери, Сугавара колебался. Может..? Нет, там никого нет. Сильнее, чем нужно, юноша сжимает дверную ручку и отворят дверь. Она пустая. Подавив в себе чувство разочарования, Коуши обратно кладёт букет на подоконник, садится за свой рабочий стол, достаёт записи, ему многое предстоит сделать. — Коуши... — Голос доносился будто из далека, Сугавара продолжил бы игнорировать, что его зовут, но тут кто-то дотронулся до его плеча. Юноша подскочил на месте, да так, что чуть не свалился со стула. Медленно моргая, он пытался заставить свои мозги работать и понять, почему у него затекло всё тело. — Мне жаль было тебя будить, но будет хуже, если ты продолжишь спать за столом, а карандаш отпечатается у тебя на лице навсегда. Коуши наконец поднимает голову и видит перед собой Ойкаву, что прошёл в его комнату. На парне была чёрная футболка и тёмно-синие джинсы, Сугавара сомневался, что заспанный, в своём сером спортивном костюме он выглядит также хорошо. — Ты не в зеркале. Непривычно. — А ты не в кровати. Очень жаль. — Что? — уже без сонливости спрашивает Сугавара. — Что? — спрашивает Ойкава, строящий невинное лицо. — Чёрт, — Коуши пытается руками размять затёкшую шею. Ойкава находит это действие очень даже гипнотезирующим. — сколько сейчас времени? — Скоро полночь будет. — Ладно, заснул на два часа, ничего страшного. Погоди минутку, Пришелец, зачем ты пришёл сюда так поздно? Ты что, любишь смотреть, как другие люди спят? — Сугавара привычно хмурится. — Пришелец? Тут до Коуши дошло, что он ни разу не говорил вслух придуманное прозвище. — Меня устраивает успокойся. — видя, что Сугавара хочет оправдаться, быстро говорит Тоору. — Я вообще, хотел оставить записку, но увидев, то что ты спишь на столе, решил разбудить. — Ты мог просто крикнуть из зеркала. — Ты не просыпался. Повисло неловкое молчание. Сугавара, наконец, решил встать со стула, теперь они стояли друг от друга на расстоянии вытянутой руки. — Ну, может, отдашь записку? — Я ещё не получил официального ответа. — и снова Ойкаве захотелось поиздеваться. — Ответа? — Ты должен сказать, что принимаешь моё приглашение на свидание. — А если бы я спал, ты бы не требовал от меня этого? — Но сейчас ты не спишь, так что я могу услышать эти слова. — Не можешь, я иду спать. Зеркало стоит там же, где и обычно, спокойной ночи. — Ойкава вскидывает брови, в то время как Сугавара направляется к своей кровати. Он просто не собирался играть по правилам Ойкавы и не хотел, чтобы его снова оставили с ярко красными щеками, так что он просто ложится на бок, лицом к стене и накрывается одеялом, оставляя взору ведьмака только светлую макушку. Тоору, сначала, не понимал, как на это всё реагировать, сжимал и разжимал подготовленную записку. Осознав, что его сердце забилось сильнее, он тихо рассмеялся. Положив записку на стол, он взял карандаш и стал что-то дописывать. Закончив, подошёл к Сугаваре и осторожно потрепал его по волосам. — Спокойной ночи, Снежинка. На этот раз, победа твоя, но не думай, что я оставлю это так просто. — Тоору развернулся и направился к зеркалу, в голове промелькнула мысль, что Сугавара Коуши именно та личность, с которой ему будет интересно всегда. Какое-то время, Коуши продолжал лежать неподвижно, но когда стало понятно, что Ойкава ушёл, он тут же подскочил с кровати и схватил записку. Здравствуй, Снежинка. Надеюсь, ты не забыл, я так понимаю, что ответ "да" на то, что нас у нас с тобой свидание. Зайду за тобой к шести семи часам вечера, если захочешь, помогу тебе подобрать одежду, я совсем не против.) P.S. отдыхай побольше — Как же ты раздражаешь. — Говорит Сугавара, а сам не может не улыбаться, потому что в уголке записки нарисован пришелец и снежинка.

***

      В любой другой день, Сугавара просто бы выбрал любой опрятный образ, но осознавая, что уже слишком долго стоит у раскрытого шкафа, юноше пришлось принять, что он слишком на нервах из-за встречи. В конечном итоге, парень надел белые рваные джинсы и бежевую футболку, надеясь, что любимые вещи придадут уверенности и комфорта. — Коуши, спустись пожалуйста. — позвал отец. Оставалось не так много времени до семи, вздохнув, Сугавара просто надеялся, что разговор с родителями не слишком затянется и не испортит ему настроение перед встречей. Юноша, закрыв дверь в свою комнату, направился вниз по лестнице. — Что случилось? — Мы послезавтра уедем из города к твоей тёте, — начал отец — тебя с собой не берём из-за того, что у тебя в школе занятия. Вернёмся через два дня, ближе к вечеру. — Ладно. С тётей всё хорошо? — Да, но у неё всё ещё болит колено, после того случая, ничего серьёзного. — Ты куда-то собираешься? — мама окинула Сугавару оценивающим взглядом и прищурилась. — Да. — Свидание? — Коуши просто кивнул. Выдержав взгляд матери, по которому никак нельзя было понять, что у неё на уме, юноша подумал, что может нужно было и соврать. На удивление, она ничего не сказала, а только поджала губы и тоже кивнула. — Иди, больше не задерживаем. — разрушил тишину отец. Сугу два раза уговаривать не пришлось, он тут же развернулся и начал подниматься по лестнице. Остановившись у своей комнаты, юноша испытал дежавю. Он снова стоит возле двери и надеется, что когда он откроет дверь, помещение не будет пустым...Глупо как-то. Дверь открывается, но в отличии от прошлого раза, Ойкава всё же находился в помещении. Ведьмак был одет в чёрную майку и джинсы, сверху ведьмак накинул тёмно-зелёную рубашку. "Пришелец же, как ему удаётся так хорошо выглядеть в обычной одежде?" подумал Сугавара, но его сердце сделало глухой стук, когда он увидел, что Тоору читает его записи на столе, тот самый рассказ для конкурса. — Рано читаешь, — выдаёт своё присутствие Коуши, Ойкава тут же поворачивается в его сторону, но записи из рук не выпускает — они ещё недоделаны. — На самом деле, у тебя очень хорошо получается. — Положи на место, пожалуйста. — говорит Сугавара, подходя к Тоору, уже протягивая руку, чтобы забрать свои записи. — А что насчёт главного героя? — когда Коуши близко останавливается возле него, ведьмак не отодвигается, но руку с листками поднимает над головой. — А что насчёт него? — со всей невозмутимостью, на которую способен, спрашивает Суга вскидывая голову. Близко. Опасно близко. — Признай, что вдохновлялся написанием именно с моего образа. — Тоору усмехается. — Так и есть. Доволен? Возвращай. — с обманчивым спокойствием отвечает Сугавара. — А там будет сцена, где я буду целовать своего напарника с серебряными волосами? — Нет. Там будет сцена, где они пьют чай на собственной веранде и играют в шахматы. Доволен? — закатывает глаза Коуши. — Они будут вместе, так что да, вполне, — записи тут же оказываются в чужих руках — прекрасно выглядишь, Снежинка, готов? — Смотря к чему. — Закидывая на плечо рюкзак, говорит Коуши. — Для начала, к переходу между зеркалами. — Но как? это вообще безопасно в моём случае? — Сугавара сильнее чем нужно, сжимает лямку рюкзака. Ойкава про себя чертыхнулся, вспоминая о хрупком доверии между ними. — Сугавара Коуши, я бы не дал ничему плохому случится с тобой. Доверяй мне и держись за меня. Коуши колебался, но всё же взялся за протянутую руку. — Голова может закружиться, так что закрой глаза. Не волнуйся, пройдёт всего пару секунд. — Ойкава сжал ладонь в успокаивающем жесте. Ведьмак зашёл в зеркало, а юноша следом за ним.       Ощущения были странные, Сугавару будто охватил озноб, он чувствовал, как пространство кружилось вокруг него, из-за чего он сильнее зажмурился и схватил другой рукой Ойкаву за плечо. В какой-то момент, ему показалось, что его будто пихнули. — Мы на месте, можешь открыть глаза, — Тоору разворачивается и склоняется ближе к Сугаваре. — как ты себя чувствуешь? — Нормально, спасибо. — Коуши открывает глаза и опускает руки, не отходит. — Мы... в парке цветущей сакуры? — Именно. Пойдём, нам нужно дойти до определённого дерева. Им пришлось пройти в самую середину парка, до самой высокой сакуры, которую Коуши когда-либо видел. Под деревом уже лежал большой тёмно-синий плед и сумка через плечо. — Странно, что твои вещи не украли. — Всё очень просто я наложил маскирующие и заглушающие чары, чтобы нас никто не видел и не услышал. — пожимает Ойкава плечами. — То есть, если кто-то на меня сядет, то он даже не услышит мой предсмертный крик? — Коуши усаживается слева от Тоору, скидывая свой рюкзак. — Просто каждый, кто захочет сюда отправится, тут же будет забывать об этом. Хотя животных нужно остерегаться, на них чары не работают. Лучше теперь ответь, какая твоя любимая еда? — Какой своевременный вопрос. — хмыкает Суга. — Ты встречаешься с ведьмаком, так что очень даже своевременный. — Кто сказал, что мы встречаемся? Это же не так. — Коуши вскидывает брови и складывает пальцы в замок. — Это пока, нет. Так что? — Ойкава выглядит уверенным и спокойным. Сугавара несколько секунд обдумывает, а потом решает пустить всё на самотёк: — Ну, год назад закрыли мою любимую лапшичную, называлась "Фирменное от Ло". — Ясненько, давай попробуем. — говорит ведьмак, после чего он рисует в воздухе прямоугольник. Контур фигуры начинает светиться, Ойкава складывает руки в какие-то определённые пассы. Прямоугольник начинает светится белым, Тоору протягивает туда руки, после чего достаёт две коробки той самой лапши и ещё одну, с шоколадными пирожными. — Милости прошу. — Вау, это просто невероятно, — Сугавара принимает коробку с едой, которая оказывается тёплой. — А как ты узнал про мои любимые пирожные оттуда? — Вчера, когда я будил тебя, заметил обёртку от шоколада на столе. Предположил, что тебе понравится. Теперь давай есть и я жду историю про самый безбашенный поступок в твоей жизни. — Прям один? — Ты кажешься достаточно спокойным человеком. — Пока это не касается тебя. — говорит Сугавара, открывая упаковку палочек. — Ну, было два случая. Первый, когда сбежал из дома; второй, когда устроил с подругой протест против школьной формы. — Неужели ваша школьная форма была настолько ужасной? Вы одержали победу? — У неё были шрамы на ногах из-за спорта, так что мы просили разрешить девочкам тоже носить брюки. Наш протест поддержала половина учеников, парни пришли в юбках, а девушки в штанах. Полной победы мы не добились, но девушкам разрешили одевать тёмные колготки и нас с Киёко, из-за поддержки людей, даже от занятий не отстранили. — Неплохо, оторва, интересно было бы посмотреть на тебя в юбке. — на это заявление Коуши пихнул его рукой в плечо. — Серьезно, я запомню эту идею на будущее. А что за ситуация с побегом из дома? — осторожно спрашивает Ойкава. Сугавара немного сник, пряча взгляд, усердно рассматривая еду в собственной коробке, когда ведьмак уже хотел сменить тему, Коуши всё же ответил: — Ничего такого. Просто очередное семейное недопонимание из-за взглядов на жизнь, бывает. Моя очередь спрашивать: есть какая-то особая причина, почему ты заинтересовался миром людей? — Взгляд Тоору сразу как-то потускнел и стал более задумчивым, после вопроса, Сугавара уже напрягся, что спросил что-то слишком личное. — На самом деле, да. — начал ведьмак. — Видишь ли, моя мама была человеком. Отец часто путешествовал между мирами. Один раз он пошёл в один из ваших театров. Моя мама играла главную роль в спектакле и поразила отца, он сразу влюбился в неё. Позже он рассказал ей правду о своём происхождении, они поженились и стали жить в мире ведьмаков и ведьм. Мне было два года, когда одно проклятье достигло нашего города. Кто заражался им, тот становился Глартом. Так мы прозвали ведьмаков и ведьм, которые стали как вампиры, только питались они не кровью, а магией других. Наша магия — жизненная сила, без неё мы не можем существовать. Один такой Гларт хотел напасть на моего отца, но мама заметила это и попыталась помешать. Та тварь убила её, отец заметил происходящее слишком поздно. После множества таких случаев, всех заражённых отправили жить в людской мир. Человечеству они не грозят. Гларты либо выздоравливают от полного отсутствия магии, либо погибают. Выздоровевшие могут спустя какое-то время вернуться в колдовской мир. Когда Ойкава закончил свой рассказ, Сугавара был поражён от того, что Тоору пережил и как простой, казалось бы, вопрос вывел их на такие откровения. Он положил свою руку ему на плечо: — Если захочешь, я могу помочь найти тот театр, в котором выступала твоя мама. — ведьмак сначала посмотрел на Коуши удивлённо, но потом улыбнулся, в глазах потихоньку начала пропадать грусть по прошлому. — Раз я теперь заручился твоей поддержкой, Снежинка, это будет легко. Что ж, мой вопрос: до какой близости ты дошёл со своим прошлым парнем? — Ты охренел? — Быстрее, чем подумал, сказал Сугавара. Тут такие темы обсуждались и Пришелец реально задаёт такой следующий вопрос? — Если не совсем понятно, я объясню. — Как ни в чём не бывало, продолжает Ойкава. — Сначала идёт взаимная симпатия, потом постоянные прикосновения — после этой фразы он взял руку Коуши, которая всё ещё лежала на чужом плече и переплёл их пальцы. — Потом поцелуи, поцелуи в шею, потом... — лицо Ойкавы медленно приближалось. — Ойкава, прекращай, серьёзно. — Без проблем, если на вопрос ответишь. — До поцелуев, а теперь — Сугавара ткнул его в лоб указательным пальцем свободной руки. — верни моё личное пространство, я сейчас спрашиваю. — Ладно. — соглашается Тоору, но он как-то ухитряется поцеловать Коуши в кончик носа, после отодвигается, с удовольствием наблюдая за замешательством и смущением Сугавары. — Какой твой вопрос, Снежинка? Эта игра с вопросами продолжалась довольно долго. Сугавара узнал о существовании Ивадзуми, что Ойкава занимался ведьмовским волейболом, что у него были длительные отношения с одной девушкой, потом с одним парнем. Ойкава же выяснил о частой тревожности, что Коуши всё-таки привлекают спортивные телосложения (Сугавара как мог пытался отвертеться от этого вопроса), что он был в отношениях с парнем, которые плохо закончились. — О, скоро начнётся. — посмотрев время на телефоне Сугавары, сказал Ойкава и потянулся к своей сумке. — На самом деле, я не просто устроил нам свидание под открытым небом и не просто в этот день. — Он достал очки, на вид обыкновенные солнечные. — Мне нужно их сейчас одеть? Они необычные, да? — Правильно, Снежинка. Чтобы избежать столкновения наших миров, с самого начала существования моего мира происходит магическое явление, которое не видно человеческому глазу, поэтому, тебе нужно их одеть. — Хорошо, — Сугавара принимает очки. — мне хотя бы идёт? — Тебе всё пойдёт, а теперь смотри на небо. Сначала ничего не происходило, но в какой-то момент Коуши начал замечать в небе фиолетовые линии. Постепенно их становилось больше и вот уже кажется, что все созвездия мира начали переплетаться между собой. — И часто у вас такое? И как это называется? — приглушённо спрашивает Сугавара, не отрывая взгляда от неба. — Весной и осенью. Это Антитра, магия, которая не даёт нашим мирам разрушить друг друга. — Тоору поворачивает голову и смотрит уже не на магическое явление, которое видел с самого детства, а на Коуши. — Это невероятно красиво... — Ага... Когда Антитра закончилась, Сугавара осторожно снял очки и передал их обратно. — Кстати, у меня кое-что есть для тебя. — Снова удивляет Ойкава, доставая что-то из сумки и протягивает Коуши. В руках у Сугавары оказался серебристый кулон на длинной серебряной цепочке. Это был шар с переплетающимися нитями, а внутри сияла фиолетовая искорка. — Это что-то вроде оберега, — начал пояснять ведьмак. — если он почувствует, что тебе плохо, он поможет, а ещё с его помощью ты сможешь уловить запах лаванды когда пожелаешь. Коуши в этот момент не понимал, как ему следует реагировать: — Для меня никогда такого замечательного подарка не делал. Это слишком, правда, мне достаточно было поесть с тобой лапшу и поболтать, а ты... — Сугавара неопределённо замотал руками. — Сугавара Коуши, поверь, ты достоин гораздо большего, — Ойкава успокаивающе кладёт ему руки на плечи. — хотя соглашусь, начало неплохое. — Но я ничего не принёс и...— одевая кулон, растроенно говорит Коуши. — Ты и не обязан был, удивлён, что ты вообще согласился прийти. — Издеваешься? — Совсем нет. — Внимательно посмотрев на лицо Ойкавы, Суга понял, что то не шутит. Неожиданно для Тоору, Коуши целует его в щёку, после чего решительно поднимается на ноги: — Вставай, Пришелец, без твоей помощи мы туда так быстро не доберёмся. — и протягивает руку, чтобы помочь подняться. Ойкава, естественно, сразу сжимает его руку и поднимается: — И что же ты задумал? — Нам нужно попасть в магазин виниловых пластинок.       После второго зеркального перемещения, Сугавара чувствовал себя лучше. Не отвечая на вопросы Тоору он сразу же направился на склад. — Нашёл, — спустя время Коуши возвращается с какой-то упаковкой для пластинки, незнакомой для Ойкавы. — Тебе, вроде как, было интересно про Дэвида Боуи, так что... вот. Надеюсь, у тебя дома есть проигрыватель. Ойкава осторожно принимает подарок, понимая, насколько для парня, увлекающегося музыкой и работающего в музыкальном магазине, важно, чтобы это оценили. — Коуши...Это чудесно. Знаешь, у меня дома есть проигрыватель, но не против, если мы послушаем её здесь? — Ну, хорошо, сейчас принесу. Установив пластинку, помещение заполнила музыка In the event that this fantastic voyage Should turn to erosion and we never get old В случае, если этому фантастическому путешествию Суждено распасться, и мы никогда не повзрослеем, — Потанцуем? — Ойкава берёт Сугавару за руку и ведёт на середину магазина. Remember it's true: dignity is valuable But our lives are valuable too. Помни истину: достоинство — ценная вещь, Но наши жизни не менее ценны. "Медляк под Дэвида Боуи, это точно сейчас происходит?" единственная посторонняя мысль в голове Коуши, остальные были про текст песни и человека напротив. —We're learning to live with somebody's depression And I don't want to live with somebody's depression We'll get by, I suppose Мы учимся жить с чьей-то депрессией, А я не хочу жить с чьей-то депрессией, Но полагаю, мы справимся. Ойкава не ожидал, что Сугавара начнёт подпевать. Этот парень продолжает удивлять его. — Сугавара Коуши, я тебя сейчас поцелую. — Сугавара сразу смолкает, но музыка не останавливалась. Видимо, Коуши всё же кивнул, потому что Ойкава, положив одну руку ему на щёку, притянул его к себе и их губы столкнулись. Сугавара, решив тоже принимать инициативу, переместил руки на шею ведьмака и углубил поцелуй. Ойкава за это слегка укусил его за нижнюю губу. Когда они друг от друга отстранились, песня уже подходила к концу, а парни тяжело дышали. — Как называется песня? — "Fantastic voyage" — Мне понравилось. — Да? — Да. Давай собирать всё, мне ещё тебя домой доставить нужно.       Оказавшись в своей комнате, Сугавара только тогда понял, насколько он устал, день был очень насыщенным. — Спасибо тебе за сегодня. Можно вопрос? Но отвечай серьёзно. — Не нужно благодарить и конечно, спрашивай. — Тоору уже понимал, какой вопрос хочет задать Коуши, но хотел услышать это лично. — После всего, что было, мы встречаемся? — Если ты скажешь, что хочешь быть моим парнем, то да. Потому что я хочу быть твоим парнем. — Ну, я тоже этого хочу. Это всё так странно, но... почему-то я тебе доверяю. Вот оно. Слова, которые Ойкава хотел услышать. Понимая, насколько непросто Сугаваре, с его проблемами с доверием было сказать такое, он поспешил сказать: — Тогда я сделаю всё возможное, чтобы не потерять его. В щёку на прощанье поцелуешь? Коуши кивнул и подошёл к Ойкаве, но вместо щеки, он поцеловал его в губы и быстро отошёл. — Ладно, теперь иди. Ойкава улыбается и театрально кланяется, после чего, растворяется в зеркале. Сугавара сжал подаренный кулон в ладони, он тут же почувствовал запах лаванды. Тогда Коуши понял, что будет носить этот кулон постоянно очень долгое время.