В отражении

      Сугавара перестал быть человеком, который не любил весну. Непонятно, правда, влюблённость вскружила ему голову или кулон, который, как чувствовал Суга, будто поглощал негатив. Однако изменилось не только душевное состояние Коуши: — Удачи тебе сегодня. — говорит мама, когда он уже собирался выходить из дома. Сугавара удивлённо поворачивает голову в её сторону. Они даже доброго утра друг другу последние пару месяцев не говорили, с чего вдруг такое поведение? — Спасибо. — Скомкано отвечает юноша, так как не понимает, как на это реагировать. Если бы ему сказали, что он в приподнятом настроении пойдёт на занятия, когда в расписании будет стоять физика, он бы не поверил, но сегодня даже нелюбимый предмет ничего не портил. Судьба не была к нему полностью благосклонна, так что на физике его к доске всё же вызвали, учитель не забыл его успеха на прошлом занятии: — Что же, этот ответ был гораздо менее подробным, чем предыдущий, но видно, что вы делаете успехи. — Сугавара был доволен, что всё-таки уделил время разбору темы, даже после того, как ему помог Тоору. Отлично, ему, конечно, в этот раз не поставили, но оценка была хорошей. Напрягло Сугавару только то, что во время его объяснения задачи, Мистер Комацу пристально разглядывал его кулон, а когда Коуши закончил, выразительно выгнул бровь, будто задавал немой вопрос. Хотя, может просто показалось? Всё же этот преподаватель отличался от всех своим поведением, кто знает, что у него на уме. — Сугавара Коуши, задержитесь на пару минут, будьте так добры. — Произнёс преподаватель после звонка. Видимо не показалось. — Да? — После того, пока все ученики радостно вышли из кабинета и направились по домам, Сугавара топтался у преподавательского стола. — Скажите пожалуйста, откуда у вас этот кулон? — прямоте этого человека позавидуют многие. — Почему вас это интересует? — Сугавара невольно вспомнил о Глартах, существах, что питались ведьмовской магией и сделал маленький шаг в сторону двери. Мистер Комацу, вроде как, не обратил на это внимание. — Видите ли, просто люблю интересные вещи, но это лишь моё любопытство. Я просто хотел вам напомнить, что администрация школы очень строго относится к слишком заметным украшениям. Так что для вашего же блага, если не хотите, чтобы ваш кулон конфисковали, прячьте его под рубашку во время занятий. Коуши очень хотелось стукнуть себя по лбу. Как он мог забыть про строгость школьных планах и мысленно подозревать своего преподавателя? — Вы правы, я был неосторожен, спасибо вам. Могу идти? — Конечно. — преподаватель сразу же, казалось, потерял к нему интерес и направился в лаборантскую. Сугавара же думал, выходя из кабинета, что его попросит купить Савамура Дайчи за опоздание на работу?

***

— Ты опоздал на целых сорок минут. С тебя вишнёвая содовая и объяснение, что за записку я нашёл на прилавке: "Купил пластинку Дэвида Боуи, деньги положил в кассу". У тебя же дома есть его пластинка, значит, ты кому-то её купил, следовательно, я требую истории, кому. — Потише, Дайчи, ты разошёлся, конечно. Обойдёшься клубничной содовой, которую я захватил по дороге сюда. Это будет долгий рассказ, поверь, как только мы поможем тому бедняге из третьего ряда, то я всё тебе объясню. Сугавара не собирался говорить всё. Рассказывать, про то, что существует мир ведьмаков и ведьм, что познакомился он с Ойкавой благодаря собственному зеркалу, что вчера на их первом свидании он видел магическое явление Антитра, он не стал. Может когда-нибудь потом, но сейчас он держался такой версии: Ранее обсуждаемый ими парень, что не давал проходу, всё же убедил его сходить с ним на свидание. Они поели лапши, отлично пообщались. Тот подарил Сугаваре кулон, а Коуши решил подарить ему пластинку и привёл сюда. Про танец и поцелуй он тоже рассказал. — Итак, вы теперь встречаетесь? — Ага. — После первого свидания? — Пока что это кажется хорошим решением. — кивает Сугавара. — Если это так, Суга, то я действительно рад этому. Ну, ему ещё предстоит пройти проверку у твоего лучшего друга, то есть меня. Вроде как, люди, у которых такой хороший музыкальный вкус не должны быть идиотами, но всё же как-нибудь познакомь нас. — Как скажешь. Сегодня твоя очередь, что поставить? — Давай пока The Beatles, ту сторону, где первая "Come together". Я пока разберусь с очередными детками-блогерами, что как всегда заходят ради фотографий. Сугавара улыбнулся и расслабился, если Дайчи просит поставить The Beatles, значит, у него хорошее настроение. Коуши пришёл домой, но странности не закончились: — Попьём чай? — Мама стояла в коридоре и крутила в руках обручальное кольцо, что выдавало её нервозность. Поскольку у них не было стычек целых два дня, Сугавара решил принять предложение и направился вместе с ней на кухню. Несколько минут они молча сидели со своими кружками, никто не решался начинать разговор, слишком много времени прошло с того дня, как они могли без стеснения разговаривать. — Как прошло вчерашнее свидание? — Коуши тут же напрягся, ему не особо хотелось с ней обсуждать эту тему. — Отлично. — если она не нападает на него с обвинениями или придирками, то он тоже не будет, но больше, чем односложный ответ он дать не мог. — Это он подарил? Кулон? — Да. — Он хотя бы не бездумный богач? — Не думаю. — Сугавара уже хотел спросить, почему, вдруг, такой интерес, но женщина уже сменила тему: — Завтра утром мы с отцом уезжаем, помнишь? Не забывай, пожалуйста, об ответственности. — с этими словами женщина покинула кухню, а Коуши, поначалу, продолжал неподвижно сидеть. Его даже не упрекнули. Допив свой чай, юноша решил обдумать поведение матери позже, пока ему следует сосредоточиться на работе для литературного конкурса, которую он должен показать Мисс Иккенс уже завтра. Несколько часов интенсивной работы не прошли даром. Сугаваре удалось расписать историю до открытого финала. Он уже совсем прикипел к выдуманным персонажам, что решил, что даже если его задумка не выиграет, он напишет продолжение для себя сам. Он уже рассматривал текст полностью и вносил финальные правки, когда услышал справа от себя стук. — Решил не пугать тебя резкими возгласами, ты выглядел очаровательно сосредоточенным. Можно зайти? — Конечно. Ойкава, подходит к Коуши и без стеснения быстро целует его в губы, после чего садится на кровать в позу лотоса: — Ну, Снежинка, рассказывай, как успехи. Ты описал моё великолепие в своём рассказе во всех подробностях? — По правде сказать, в конце моего рассказа, все будут думать, что ты погиб. — Улыбается Сугавара. Как же приятно быть писателем. Ойкава на такое поперхнулся и театрально схватился за сердце: — Я думал, что я, как твой парень, от такой участи буду спасён. Мы встречаемся один день, а ты уже разбиваешь мне сердце. — Прости, Пришелец, но ты всего лишь прототип для персонажа, — Коуши слегка ударяет его рукой по колену и садится на кровать рядом, прижимаясь спиной к стене. — Как прошёл твой день? — На самом деле неплохо, даже успел дополнительно позаниматься с подачами и приёмами в зале. Устал правда, слышать возмущение Ивы-чана, но это уже привычное дело. В последнее время он нервничает из-за предстоящих экзаменов, больше, чем нужно. Кстати, жаждет с тобой познакомиться. Оскорбил меня тем, что раз ты такой замечательный, как я тебя описываю, то он не понимает, почему ты терпишь моё общество. — А ты, значит, описываешь меня, как замечательного? — Сугавара прищуривается. — Просто правду говорю. — Дайчи, кстати, тоже хочет поговорить с тобой, — Коуши сразу захотелось переменить тему. — точнее предупредить тебя, что у меня есть такой замечательный друг, который поможет мне спрятать твоё тело, если будет необходимо. — Знаешь, — серьёзным тоном говорит Ойкава. — ведьмак в нашей паре я, но ужас вселяешь определённо ты. Иди сюда, мне необходимо тебя обнять. — парень раскрыл руки в приглашающем жесте. Сугавара сопротивляться не стал, лёг в объятья Тоору и положил ему голову на плечо. В уютной тишине они просидели несколько минут, пока Ойкава не спросил у Коуши, как прошёл его день: — На самом деле день выдался странным. Мама ведёт себя со мной по-другому. Ещё сегодня преподаватель интересовался кулоном, что ты подарил. — Так, вот с этого места, пожалуйста, очень подробно. — обеспокоенно попросил ведьмак. — что за преподаватель? — Мистер Комацу, преподаватель физики. Я сначала тоже решил, что он знает, что кулон непростой, но он всего лишь напомнил мне, что я болван, который забыл об определённых школьных правилах. Он посоветовал спрятать его под рубашку. — Давай так, кулон ты снимать не будешь, но прячь, — Тоору стал успокаивающе гладить его по плечам. — учителя этого тоже обходи стороной, он какой-то подозрительный. Как-нибудь проверю его. Коуши, ты что, спишь? — Прости, глаза сами слипаются. Ты, к тому же, такой тёплый. С тобой уютно. — Ясно, кто-то сегодня и правда устал, — Ойкава аккуратно встаёт, укладывая своего парня на бок, пока в груди расползается приятное чувство от сказанных слов. — я уже пойду тогда, а ты отдыхай. — Мы завтра увидимcя? — Конечно, заберу тебя после занятий и пойдём есть мороженое, ладно? — Хорошо, Тоору, спасибо. — уже на грани сознания говорит Сугавара, зарываясь носом в подушку. — Отдыхай, Снежинка. — юноша целует его в лоб, а после снова исчезает в зеркале.

***

Следующий учебный день был более волнительным, чем предыдущий. Коуши наконец закончил работу для конкурса и должен был показать её Мисс Иккенс. Мнение этого человека было очень важно для него, так что даже колени подкашивались, когда он поднимался на третий этаж после занятий. Ойкава уже ждал его в этом коридоре, на вопрос Сугавары, через какое зеркало он прошёл сюда, тот ответил, что ему пришлось прыгать из не такого уж и большого зеркала в туалете для мальчиков: — Приземлился как супергерой, в конце ещё кувырок сделал. — Гордо произносит ведьмак. — Ты иди и не волнуйся, ты отлично справился с написанием этой работы. — Я думал ты скажешь " твоя работа будет успешной, потому что там есть я! " — попытался скопировать интонацию парня, сказал Коуши. — Не надо тут из меня самовлюблённого делать, иди уже, жду тебя здесь. — Ойкава развернул Сугавару за плечи и стал подталкивать по направлению к кабинету. Когда Коуши постучал и приоткрыл дверь, он увидел странную картину: Мисс Иккенс вцепилась руками в письменный стол да так, что костяшки на её руках побелели. Глаза её были закрыты, а лицо скривилось в болезненной гримасе. — Мисс Иккенс, вам плохо? — Сугавара тут же подбежал к преподавательнице и осторожно коснулся её плеча. — Мне вызвать скорую? Учительница резко открыла глаза и повернула голову в его сторону. Белки её глаз были красными, а сам взгляд был без осознанным. Она поднялась на ноги и схватила юношу за предплечья, сильно сжав. Коуши из-за испуга, никак не успел отреагировать. — Неужели всё это время ты был...как я не почувствовала раньше? — женщина практически прошипела эти слова, она стала идти на Коуши, ему ничего не оставалось кроме как пятится и пытаться вырвать руки. — Мисс Иккенс, отпустите, вы не хотите мне навредить, вы хороший человек. — Сугавара попытался вразумить её, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Нет, милый, во мне давно погибло всё человеческое, — учительница противно улыбнулась — но ты сможешь мне помочь, когда я заберу всю твою магию. Это будет быстро, не сопротивляйся. — Вон пошла, мразь. — Сугавара не совсем осознал, что произошло. Вот его руки сжимает преподавательница, которая явно не в себе, он моргает и вот уже лежит на полу. перед ним стоит Ойкава, а Мисс Иккенс ударяется головой об свой письменный стол. Казалось, что она вообще не почувствовала боли, так как просто засмеялась и поднялась на ноги. — Интересно. — женщина облизнула собственные губы. — Значит, ведьмак ты. От Сугавары идёт магия, но она гораздо слабее твоей. Если так хочется, незнакомец, хорошо, ты будешь первым. — На глазах её кожа стала более серого оттенка, а ногти вытянулись, что стали схожими с когтями животных. Она уже совсем не походила на ту добрую старушку, что обожали ученики. Она превратилась в настоящего монстра. Женщина будто подлетела к Тоору и стала пытаться схватить его за руку, ведьмак держался неплохо, отбиваясь от неё, то просто руками, то заклинаниями, что давало ему возможность хоть ненадолго оттолкнуть её от себя. Коуши вскочил на ноги и стал осматриваться, в поисках хоть какого-то оружия, его взгляд зацепился за палку от сломанной швабры, что стояла в углу рядом с ним, он тут же взял её в руки. В это время женщине всё же удалось поцарапать левое плечо ведьмака, на что Ойкава взвыл от боли и не успел отреагировать, когда она пихнула его руками в грудь так, что он повалился на пол. Коуши сразу же вышел вперёд и ударил её палкой в живот, а после по лицу, не давая ей приблизиться к Ойкаве. — Назад, Сугавара. — Тёмный силуэт промелькнул мимо Коуши и чья-то рука подтолкнула его в сторону Тоору. Суга отступил и попытался осознать, кто пришёл им на выручку. Из-за стрессовой ситуации, мысли в голове путались, но Коуши всё же понял, что силуэт принадлежит никому иному как Мистеру Комацу. Тот же чёрный хвост на голове, пиджак... отличалось от его обычного вида только то, что в руках он держал клинок, вооружённым которым он пошёл на Мисс Иккенс. Она даже не успела ничего предпринять. Взмах клинка и вот уже преподавательница превратилась в чёрный дым, который рассеялся так же быстро. Коуши продолжил бы стоять на месте, если бы со стороны Тоору не послышалось бы болезненное кряхтение. — Она успела ранить только плечо? — Мистер Комацу, подкинув клинок в воздух, который тут же растворился, поспешил к Ойкаве и присел рядом с ним на колени. Сугавара поспешил к ним. Когда Комацу потянулся рукой к порезу, Коуши откинул его руку в сторону: — Живо говорите, кто вы такой. — В голосе Сугавары не было нервозности, сейчас в нём закипала только злость из-за переживаний за Ойкаву, о мёртвой преподавательнице и говорить не стоит. — Я только что спас вас от неё, тебе лучше мне доверится. — Раздражённо сказал учитель. — Как раз-таки после неё никому до объяснений доверять нельзя, так что ещё раз: кто вы такой? Комацу всмотрелся в глаза Коуши, отметив что-то для себя, кивнул, после ответил: — Я ведьмак, охотник. Нас отправляют в мир людей чтобы мы убивали неуправляемых Глартов. Она была одной из них. — Сугавара кивнул, после снова перевёл взгляд на порез Тоору: — Насколько опасен этот порез? — Рана приходилась на половину плеча, мало того, что вытекало достаточное количество крови, так ещё во все стороны от пореза расходились странные чёрные полосы, которые определённо не были хорошим показателем. — Я уже замедлил кровотечение заклинанием. — Подал голос Ойкава. — Дай мне минуту. — Мистер Комацу одной рукой стал делать определённые пассы руками, периодически проводя другой рукой над раной. Чёрные линии полностью пропали, но сам порез едва затянулся. — Теперь для твоей магии нет угрозы. Я удивлён, что молодой ведьмак продержался так долго, после встречи с таким Глартом. Вы, вероятно, очень много трудились, молодой человек. — Ойкава Тоору. — представился юноша, — Ну, как хорошо, что у моего парня была палка от швабры в руках. — подметил Ойкава, вставая на ноги. Комацу перевёл взгляд с одного на другого парня: — Ясно. — преподаватель хмыкнул — Погодите, получается, вы сын Кэтсуми? — на это Тоору вздрогнул и нахмурился. — Вы...Знали мою мать? — Более того, я был другом твоего отца. Наши семьи дружили, но после нападения Глартов, когда те убили моего сына и Кэтсуми, с твоим отцом у нас разошлись пути. Он сконцентрировался на воспитании тебя в том мире, а я на тренировках и подготовке к жизни охотников на этих монстров. — Но у некоторых всё же есть шанс излечится. — Возразил Коуши. — Такое случается редко, но если такие есть, мы их не трогаем. В академии нас учили, как распознавать Глартов, что уже скоро совсем выходят из под контроля. Насчёт Мисс Иккенс я до конца не был уверен, ей как-то удавалось скрывать свою ауру, так что я просто держал её под наблюдением весь этот учебный год. Сугавара сдерживался, чтобы не стошнить. Ситуация была слишком. Мистер Комацу, ещё раз оглядев парней, сказал: — Эту мазь — Преподаватель, казалось из воздуха достал стеклянную баночку. Коуши, кажется, уже начал привыкать к подобным фокусам. — нужно будет размазывать вокруг пореза каждые восемь часов, после обязательно перебинтовать. Делать так будешь на протяжении четырёх дней — учитель указывал пальцем на Ойкаву. — Так же сегодня лучше не используй магию вообще, то что ты ей остановил кровотечение, уже было достаточно рискованно. — теперь он перевёл своё внимание на Сугавару. — его скоро начнёт лихорадить, может начать нести всякий бред, но не волнуйся, будь спокоен и не дай ему использовать магию. — Коуши нахмурился, но кивнул. — Теперь сваливайте отсюда, мне придётся здесь ещё поработать. Сугавара, взвалив руку Ойкавы на плечо, двинулся в сторону выхода из кабинета.

***

Коуши раньше думал, что если родители наконец уедут из дома, он проведёт день в тишине и будет радоваться спокойствию. Сейчас он просто был благодарен, что он и его парень были живы и они всё-таки смогли подняться по лестнице в комнату. Тоору, по непонятным причинам, сразу подошёл к окну и закрыл жалюзи, предметы в комнате стали едва различимы. — Ойкава, ты зачем это сделал? — осторожно спросил Сугавара. — Я не знаю... свет как будто раздражает. — было видно, как ведьмак пытается быть спокойным, но все его движения были резкими, что выдавало нервозность. — Хочешь я заварю тебе чай? — Я не смогу вернуться сегодня домой. — проигнорировав вопрос, сказал Ойкава, растирая себе плечи. — Нужно предупредить Ивадзуми, пошлю ему астральную проекцию. — Ведьмак уже поднимает левую руку вверх, Коуши подбегает и перехватывает её. — Извини, Тоору, но сегодня ты магию использовать не будешь. — чётко проговаривает Сугавара, смотря Ойкаве в глаза, надеясь, что у него получится надолго зафиксировать в его разум эти слова, — Ты свяжешься с ним завтра, сегодня ты переночуешь у меня, понял? — когда он дождался утвердительного кивка, продолжил. — А теперь ответь, какой чай ты любишь? — Зелёный без сахара. — тихо отвечает Тоору. Коуши понял, что оставлять Ойкаву одного было категорически нельзя, так что на кухню они спустились вместе. После того, как они заварили чай, сделали себе пару бутербродов с сыром, они поднялись обратно. Ели они молча, Коуши пару раз пытался завязать разговор, но Тоору не отвечал, будто полностью ушёл в свои мысли. Какое-то время Ойкава просто лежал на полу, рассматривая потолок, а Сугавара сидел напротив и наблюдал за ним. Тишину нарушил вопрос со стороны ведьмака: — Ты вообще знаешь, почему я называю тебя Снежинка? — Ойкава приподнялся и сел лицом к Сугаваре. — Ну, из-за моего цвета кожи и волос? — предположил он. Ойкава на это закатил глаза и ухмыльнулся. — Потому что ты особенный. Уникальный, как каждая снежинка. — На такое заявление, в грудной клетке будто распространилось тепло, Сугаваре теперь нравилось это прозвище гораздо больше. — Ойкава, почему же так слащаво? — Шутливо упрекнул Коуши. — Более мягкое от меня, чем Пришелец, ты не дождёшься. — парень театрально вздымает подбородок. — Меня вполне устраивает. Ты как вообще? На глазах твоя учительница... — Распалась на черные частицы? Превратилась в чудовище? Чуть не убила нас обоих? Сама умерла? Знаешь, слишком много вопросов. Я не скоро ещё смогу переварить эту ситуацию. — Ты должен помнить, что она давно не была человеком. — Я понимаю, но это все равно слишком сложно. — Да уж, сумбурности нам хватает. Может, послушаем музыку? — Конечно. Что-нибудь слышал про Битлз? — Ойкава отрицательно покачал головой, а Сугавара обрадовался, что Дайчи подарил ему пластинки на прошлый день рожденья. Установив проигрыватель, комнату сразу заполнил весёлый ритм песни "Eight Days a Week". Понимая, что сегодня ему нужно взять на себя ответственность за настроение своего парня, Коуши протянул Тоору руку. — Танцевать будем? Ойкава вначале окинул его вопросительным взглядом, но после взял его руку и притянул вплотную к себе: — Я смотрю, ты учишься у лучших да? Ooh I need your love babe Guess you know it's true Hope you need my love babe Just like I need you О, мне нужна твоя любовь, детка, Думаю, ты и сам знаешь, что это правда. Надеюсь, тебе нужна моя любовь, Так же, как и ты нужен мне. На самом деле это мало походило на танец. Они просто раскачивались из стороны в стороны, стараясь не упасть. Ойкава постепенно сместил свои руки Коуши на бёдра, а тот сделал вид, будто не заметил этого. Hold me, love me, hold me, love me Ain't got nothin' but love babe Eight days a week Обними меня, люби меня, обними меня, люби меня, У меня нет ничего, кроме любви, детка, Восемь дней в неделю. Всё шло просто прекрасно. Сугавара переместил свою руку на затылок Тоору, уже хотел поцеловать его, но тот резко отскочил от него. Ведьмак стал водить руками от плеч до кистей, будто хотел стряхнуть что-то с себя. Всё дошло до того, что он просто стянул с себя майку и швырнул её на пол, а сам продолжил смахивать что-то с тела. Коуши понадобилось несколько секунд, чтобы собраться и отвести взгляд от голого спортивного торса. День мог стать ещё более странным, только если в нём будет подобие стриптиза, да? — Тоору, что такое? — По мне ползают огненные пауки. Я ненавижу их с детства, с ними связаны отвратительные воспоминания. — Ойкава стал уже с беспокойством отряхивать ещё и ноги. Не то чтобы Сугаваре не хотелось увидеть его в одних трусах, но он осторожно подошёл к своему парню и стал успокаивающе гладить его по рукам. — Тоору, ты знаешь, что огненных пауков тут нет, в мире людей их вообще не существует. Ты должен помнить, что это всё последствия раны, которую тебе нанесла Гларт. Сделай глубокий вдох, — Сугавара дождался, пока тот стал следовать указаниям, — теперь выдох. Сейчас мне нужно, чтобы ты закрыл глаза. — Я не могу. — Ойкава хотел попятиться, но Коуши не дал ему это сделать, обхватив щёки того руками. — Пожалуйста, доверяй мне. Ты знаешь, что я не хочу тебе навредить, мне нужно, чтобы ты закрыл глаза. — Сугавара видел, насколько неуверенным был взгляд Тоору, когда он уже хотел попробовать как-то по-другому достучаться до него, тот закрыл глаза. — Они ползают по мне. — Коуши чувствовал, что Ойкаву начинает трясти, но постарался говорить уверенно, не показывая собственного волнения: — Это не так, — Сугавара переместил руки на его грудную клетку, — Ты чувствуешь мои руки? — Ойкава кивнул. — Сконцентрируйся на моих прикосновениях. — Это не... — Ойкава, дыши. После Коуши снова провёл руками по плечам, по затылку, затем перенёс руки на живот, после на бёдра, на что Тоору резче набрал втянул в себя воздух, а Коуши мысленно сделал пометку у себя в мыслях. Руки он не убрал, но потянулся и поцеловал Ойкаву, на что тот охотно ответил, его руки наконец перестали сжиматься в кулаки и переместились на талию Коуши, когда они оторвались друг от друга, Сугавара, всё ещё неровно дыша, сказал: — Видишь, я настоящий. Мы настоящие. Видимо, метод всё же действенный, потому что цвет глаз Тоору снова стал обыкновенным, а вид действительно стал походить на виноватый. Сугавара отпустил его и отступил на пару шагов назад. — Знаешь, ты становишься все более убедительным. Инициативу всегда теперь будешь забирать? — Заткнись уже. — Коуши, мне так жаль...я... — Всё хорошо, успокойся. Я дам тебе сменную одежду и ты пойдешь в душ. — Найдя в шкафу оранжевые футболку и шорты, Сугавра протянул их Тоору. — Ненавижу оранжевый. — Никто не спрашивал. — Может я лучше голым буду? — Заманчиво, но нет. Вали давай в душ. Я пока проигрыватель выключу. — Не смотря на пауков и всего, с Битлз я буду ассоциировать только хорошее. — Подмигнув Сугаваре, Тоору скрылся за дверью. Когда Ойкава вернулся в комнату, Сугавара уже переоделся в белую майку и тёмно-синие шорты. Видеть его таким домашним было для Ойкавы только подтверждением, что Снежинке идёт всё. Мысленно он чертыхнулся, поскольку думал, что оранжевый — совсем не его цвет. Сейчас он явно уступает очаровашке Коуши. — Ты чего застыл? — Всё хорошо. Я буду спать здесь? — Да, я посплю в другой комнате. — Серьёзно? — Ну, а если я своим присутствием начну тебя нервировать? Или ты спросонья не поймёшь, что происходит и о испуга швырнёшь в меня шаровой молнией? Я оставлю дверь открытой, так что услышу, если ты меня позовёшь. — C тобой мне будет гораздо безопаснее. И спокойнее. Пожалуйста, останься. Честно, та ситуация больше не повторится — Они долго всматривались друг в друга, из-за чувства ответственности и того, что нужно было опасаться, что из-за чувства вины Ойкава использует магию, Коуши кивнул: — Но спать у стены буду я и ты будешь держать дистанцию. — Ладно, приставать не буду. — поднял руки вверх Ойкава. Легли на кровать они лицом друг к другу, но места оставалось между ними столько, что мог поместиться ещё один человек. После пожеланий доброй ночи, каждый закрыл глаза и постарался уснуть. Несмотря на то, что день был слишком насыщенным, мгновенно заснуть не получилось. Сугавара уже проваливался в дремоту, когда почувствовал, что Ойкава пододвигается к нему ближе: — Ты что делаешь? — Коуши раскрыл глаза и увидел, что Тоору закрытыми глазами пытается прижаться к нему: — Холодно. — только ответил ведьмак, было даже слышно, что у него стучат зубы. Коуши вздохнул. Ну, что ему с ним делать? Он несколько раз беспомощно поднимал и опускал руку, но после плюнул на всё, просто сгрёб Ойкаву в объятья, давая тому нужное тепло. — Проснись и будь в порядке. — Последнее, что он сказал, проваливаясь в сон. Уже второй раз было доказано, что Тоору дарит ему тот самый недостающий уют и впервые выяснилось, что Коуши даёт необходимое тепло. Hold me, love me, hold me, love me Ain't got nothin' but love Обними меня, люби меня, обними меня, люби меня, У меня нет ничего, кроме любви