птица

***

ВД: йо ВД: йо ВД: могу я попросить кое о чём ВД: как дейв дейва или типа того ВД: не вопрос чел валяй ВД: лан в общем ВД: останови меня если станет слишком странно ВД: бро мне кажется мы перешли горизонт странных событий ещё когда стали сосуществовать в одной вселенной ВД: как кружащие в пустоте частицы странности которым не суждено вернуться ВД: но ладно ВД: заткнись нахрен ВД: поверь мне мы пока что кружим только на дальнем кольце чёрной дыры странности в которую я нас сейчас затащу ВД: о нет дейвспрайт почему ты не предупредил меня это пиздец как странно кричишь ты перед тем как она раздрабливает тебя в тысячи крохотных осколков потрясающей хуйни ВД: я пытался шепчу я ВД: я блять пытался ВД: ага ну и кому теперь пора заткнуться нахрен ВД: камон насколько странной может быть эта просьба мы тут отходим от одного берега меня не так то просто удивить ВД: это ты сейчас так говоришь ВД: но помни ты сам напросился ВД: ага буквально ВД: говори уже а то разогрел мое любопытство ВД: ок ну так типа ВД: боже это пиздец как неловко ВД: ну знаешь чел имеет свои нужды да даже если этот чел наполовину птица ВД: ну да я бы предположил что да ага ВД: не то чтобы я когда либо был наполовину птицей ВД: ты бы предположил правильно ВД: и это не было типа проблемой во время игры все дела потому что у меня буквально не было ни оборудования ни драйверов ВД: нрн игра не хотела чтоб её полезный гид ™ проёбывал время играя соло на флейте вместо того чтобы раздавать читкоды или чё ВД: но типа похрен ВД: мы больше не в игре а у меня тут парочка новых с пылу с жару ножек ВД: ага я заметил ВД: ты написал мне чтобы поделиться повторным открытием прелестей мастурбации или чё потому что чувак ты типа крутой и всё такое но некоторые вещи просто не стоит озвучивать ВД: нет! ВД: вообще-то в этом как раз и проблема ВД: я не могу ВД: они забыли вернуть тебе из пустоты твоего удава или типа ВД: почему ВД: нет у меня типа ВД: есть части ВД: но это не тот ебучий набор я наверное прототипировался с вороной а не с вороном или типа того ВД: я пошёл ссать в первый раз и наткнулся на какую-то стрёмную птицвагину ВД: ёбаный пиздец чувак ВД: ага ВД: и типа я тут пытаюсь упущенное наверстать но не могу типа ВД: мне становится стрёмно каждый раз когда я подбираюсь к эротическому цветку розы даже близко ВД: это самая печальная вещь которую я когда либо слышал ВД: ага ага подавись уверен это просто уморительно ВД: чел не я серьезно ВД: ок мб это выглядит как шутка но это правда звучит пиздец херово ВД: не хочу показаться уёебком клянусь я не такой но ты просто хотел выговориться или ты типа ВД: хочешь чтобы я сделал что-то чтобы помочь ВД: и в таком случае если ты не заметил я тут немного вне своей компетенции ВД: гх хз это так пиздецки тупо ВД: я написал тебе с мыслями типа ВД: да не чесгря без мыслей абсолютно ВД: но я был такой типа “что ж я не могу подрочить сам может сможет кто-то другой и стопроц не так стрёмно будет спросить об этом дейва” ВД: к сожалению это не только стрёмно но и суперэкстрамегаделюксграндстранно с картошечкой фри в качестве закуски ВД: йо картошечку оставь ВД: дай-ка проясню прежде чем мы забьём гол в ворота ВД: ты просишь помочь с твоим дрочеквестом ВД: я хотел но как я только что сказал я понял как это крипово и стрёмно и тебе не обязательно это обсасывать ВД: это не крипово ВД: я не то чтобы эксперт в ебле птиц но я никогда не говорил что не хочу помочь своему бро ВД: ты ВД: что ВД: если тебе нужно чтобы доктор дейв обеспечил тебя орудием труда и немного помог с лечением сексуального характера ВД: я в деле ВД: но только если я правильно улавливаю намёки которые ты мне бросаешь ВД: нет я конечно ожидал что ты сбежишь истошно вопя но ебануться ВД: было бы круто конечно кончить без опаски расплавить себе мозг в ядерном нервном срыве ок да ВД: заебок ВД: сек ВД: чел ты серьёзно щас да ВД: ты не можешь вот так оставить даму одну у меня же уже плывет перед глазами ВД: серьезно ты где ВД: дейв ВД: господи блять боже ВД: для бога времени ты ужасно им распоряжаешься ВД: расслабься дс я консультировался со своей старой доброй цепью ВД: чел какого блять хуя ВД: ты рассказал каркату о моей проблеме с хуём? ВД: я рассказал каркату что тебе хочется немного со мной уединиться потому что каркат мой парень и у него здесь право вето на то кого я тащу к себе в постель да ВД: у нас тут демократия я не хотел давать тебе ложную надежду а потом выяснять что каркату эта затея не по душе ВД: но ему очень даже по душе только при одном условии ВД: чёрт ВД: если ему нужно приданое я обещаю притартать только самых толстенных коров ВД: сколько там ты стоишь? коровы три? ВД: клянусь я из тебя сделаю честного парня ВД: с этими-то тёлочками ВД: ты предлагаешь мне выебать твоих приданых коров дейвспрайт ВД: ну уж если тебе такое нравится я тебя кинкшеймить не собираюсь ВД: так что за условие ВД: каркат хочет смотреть ВД: ЧТО ВД: я думал он захочет меня метлой погонять а не ВД: это ВД: он просто хочет посмотреть? ВД: ну то есть он не то чтобы против и поучаствовать если ты не против чтобы он поучаствовал но типа ВД: да чувак ему нравится смотреть ВД: чел прямо-таки скрытый маньяк ВД: я ВД: окей ага го ВД: тебя всё устраивает? ВД: я устроился круче чем мясник в роддоме

***

Возможно, мясник в роддоме устроился не очень-то и хорошо, но точно не из-за Дейва. Или из-за Карката. Они-то как раз на высшем уровне проговорили всё словами через рот и выдали тебе предостаточно возможностей отвертеться. Ты просто. Может, немного волнуешься. Что это они захотят отвертеться как только увидят, с каким оборудованием им придётся работать. Ты гуглил немного, пока мог выдержать, чтобы заиметь хотя бы приблизительное представление о том, что там внизу вообще творится. Судя по всему, там клоака. Ты так и не знаешь, была то ворона или ворон, потому что похоже, что они все в этом плане одинаковы, и ты не очень понимаешь, как это узнать, но суть вообще не в этом, а в том, что. Ну вот в этом. У тебя между ног многофункциональная птичья дырка вместо привычного полуметрового баклажана, и это немного пиздец как странно! Но кроме того, ты не кончал ещё и до того, как прототипировался, и уже потихоньку сходишь с ума. Когда ты чувствовал себя особенно жалко и отчаянно, ты тёрся о подушки и всякое такое дерьмо, но этого было недостаточно . А каждый раз, когда руки опускаются вниз, ты просто… просто понятия не имеешь, что делать с этой загадочной новой областью между ног. Это не член, который ты ожидал. А когда ты слишком сильно об этом думаешь, то эти мысли заполняют всё , и это ничуть не помогает тебе хоть как-то расслабиться. Появляется Дейв. Он типа. У него твоё лицо и член, который раньше был у тебя. И ты хотел бы надеяться, что у него достаточно твоего характера, чтобы он сумел провести тебя через панику напрямую к кульминации. К тому же, Дейву ты доверяешь больше, чем кому бы то ни было ещё, особенно с подобным. Так что остаётся надеяться, что он сможет вытащить тебя из клубка твоих же мыслей настолько, что всё реально сработает, и, возможно, даже направит так, что ты сможешь дальше и сам. Отставляя шутки о том, что селфцест — это, по сути, мастурбация. Каркат же… своеобразный кот в мешке, но он не станет вмешиваться, если только ты сам этого не захочешь. А ты отрицать не станешь, он так-то охуенно привлекательный. У Дейва хороший вкус, что естественно. Каркат привлекательный, и он считает тебя достаточно привлекательным, чтобы захотеть взглянуть на то, как ты (пытаешься) заняться сексом. По крайней мере, ты на это надеешься. И он ведь наверняка привык ко всяким странностям, да? Он ведь инопланетянин? А может, Дейвовы части млекопитающих были его пиком странности, и подобная дичь отпугнёт его с первого взгляда. Может, и сам Дейв не сможет справиться со всем этим дерьмом, особенно учитывая, что у тебя его лицо. Боже. И вот из-за этого ты всё топчешься у них под дверью, тянешь время. Они сказали , что заинтересованы, но они ведь даже не знают ещё, в чём конкретно. Как ты можешь быть уверен, что они не станут… Дейв открывает дверь раньше, чем ты набираешься смелости постучать. — О, блин, — он оглядывает тебя с порога. — Здаров, чувак. Я как раз гадал, где ты запропастился. Уже хотел звонить, но потом такой, а может я проверю, вдруг он где-то снаружи, и вот он ты. И вот, эм, мы тут. — Оу. Прив, — Твои перья ну совершенно точно не распушились от неожиданности. Он и сам выглядит нервным, что… на удивление успокаивает. Ты заново складываешь крылья на спине и проходишь вслед за Дейвом, когда он машет рукой, приглашая внутрь. Их дом… обычный, и это в нём самое странное. Здесь не убрано, но не грязно. Обжито. Это явно заслуга Карката, если только Дейв не разучился вдруг оставлять за собой след из обёрток и фантиков (а если и разучился, то тебе необходимо будет узнать его секрет). Ты садишься на диван и осматриваешься, пока Дейв уходит на кухню, бормоча что-то о перекусе. Ты — естественно, блять — уже бывал здесь, но всё равно каждый раз странно осознавать, что вот такой могла бы быть твоя жизнь, если б только не обстоятельства. Прям королевство кривых зеркал. Перед телеком лежит стопка DVD, а рядом стоит полка с ещё кучей фильмов. На диване кастомные подушки с Клёвым Бро и Типа Джеффом, прям с уёбищными артефактами, всё как надо. Они выглядят чудовищно, и ты их даже обожаешь? В углу вянет маленькое грустное растеньице, и ты молча хвалишь его за стойкость в условиях криворукости Дейва. Наверняка Джейд скоро пронюхает об этом и заберёт его к себе. На кофейном столике лежит какой-то манускрипт, на скорую руку подписанный большими красными буквами. Ты усиленно подавляешь желание заглянуть внутрь. На втором этаже хлопает дверь, и ты слышишь Карката раньше, чем видишь. Это, должно быть, никогда тебе не надоест. — Дейв, грёбаный ты ублюдок! — орёт Каркат ещё до того, как на лестнице раздаются быстрые гулкие шаги. — Хули ты не сказал мне, что Дейвспрайт уже пришёл! Дейв выглядывает из кухни, чуть ли не жонглируя двумя стаканами яблочного сока и кружкой чего-то напоминающего какао. — Попридержи свои подковы, детка, я тут изображал из себя порядочную хозяюшку. Я бы написал тебе буквально через пару секунд. — Вот же ж блять пиздец, как я мог забыть, что Страйдеры тут у нас самые изысканные и разборчивые в своих утончённых вкусах, и то, чем ты там занимался, было просто критично, — голос Каркат опускается до его обычной крикливости. — Привет, Дейвспрайт. Надеюсь, он не прятался слишком долго в пищевом отсеке. — Не, — ты расправляешь крылья по спинке дивана и надеешься, что это выглядит обыденно. — Я ток пришёл, всё норм. — Ну и хорошо, — Каркат усаживается в кресло, набитое до такой степени, что ты невольно удивляешься, как оно до сих пор не взорвалось ошмётками ткани и поролона. — Это мне? — Тролль глазами указывает на горячий какао в руке Дейва. — Ну, знаешь ли, было тебе, пока ты не пришёл обсирать мои превосходные навыки гостеприимства, — Дейв всё равно передаёт какао Каркату с такой нежностью на лице, что тебе кажется, будто ты вмешиваешься во что-то личное. Ты собираешься было сказать, что это всё было ошибкой, и уйти, но он поворачивается к тебе, — яблочный сок норм? — Бро, — ты берёшь у него из рук яблочный сок и кидаешь взгляд над очками. — Яблочный сок — это всегда норм. — А то, — Дейв ударяет своим стаканом о твой и садится на другой конец дивана. У вас разные голоса, подмечаешь ты уже в который раз. И в который раз это кажется странным. Твой голос более хриплый и огрубевший, возможно, благодаря тому, что вороны не то чтобы самые вокально одарённые твари на земле. — Так как конкретно мы хотели это провернуть? — глядит на тебя Каркат, поднимая в ожидании брови. Эм. — Эм, — отвечаешь ты. — Мы находим кнопку кончи и долбим её типа хуиллиард раз. — Миссия “Найти клитор”, — подытоживает Дейв. — Окей. Ты фыркаешь. Ты… вполне небезосновательно уверен, что у тебя клитора нет, но похерам. Сейчас и узнаем. Дейвспрайт и Охота на Птичий Клитор. Птитор. Бля, не, это было ужасно, вычёркиваем это к хуям. — А ты хотел, типа, посмотреть, да? — поворачиваешься ты к Каркату. Тот заливается пепельно-кирпично-красной краской и издаёт странный клацающий звук. — Да, хочу. Но, слушай, если тебе не хочется, чтобы я дышал вам тут в углу, пока вы развлекаетесь, я не буду выёбываться. Ну, или, типа, выёбываться больше обычного. Я не обязан смотреть, если тебе от этого некомфортно, и я не обязан быть вовлечён. Я проживу и не вставляя своё щупло в качестве затычки в каждый перепих своего парня. Главное, чтобы тебе было комфортно, вот и всё. Теперь краснеть приходится уже тебе, чёрт. Ты надеешься, что они не видят или не замечают. — Можно поинтересоваться, почему ты вообще хочешь настроиться на этот конкретный канал? — Ты не то чтобы суперский улов, особенно на фоне Дейва, который уже здесь, и уже делает свои Дейвовские штуки намного лучше, чем ты когда-либо мог. Но ты не будешь углубляться в эти мысли. Не сегодня, Сатана. Каркат кривится так, будто ему плохо, и поворачивается к Дейву. Они переговариваются исключительно на языке бровей, а затем Дейв ставит свой стакан на кофейный столик и поворачивается к тебе. Ну вот и оно, ты задал Запрещённый Вопрос, и они поняли, что трахать тебя не стоит хотя бы только из-за банального отсутствия у тебя такта. — Каркату нравится, эм, — Дейв потирает ладонью затылок. — Дуальность? Не то, чтобы я полностью понимал, так что и утверждать не берусь, но ему нравится, эм, знаешь. Типа селфцест. Подобная дичь. Ты… замираешь. Взвешиваешь услышанное. Ты настолько в ёбанной норме, что лава бы замёрзла в камень рядом с тобой, ты. В. Норме. Ты не собираешься сделать сальто с дверной ручки. — Так, ахах, вам норм только потому, что я могу помочь удовлетворить столь нишевый кинк Карката? Типа, я поэтому здесь? Дейв не даёт ни одной эмоции показаться на его лице, а вот Каркат выглядит так, будто ты его ударил. Блять… сука, нет, ты им здесь нужен только потому, что ты достаточно сильно похож на Дейва, чтобы у Карката встал, и ты не собираешься чувствовать вину за то, что сказал это вслух. — Мы не это имели в виду, — наконец говорит Каркат, жуя внутреннюю сторону нижней губы и помешивая свой какао кончиком когтя. — Серьёзно, чел, это не то… блять, мы вообще не то имели в виду, окей? — шумно вздыхает Дейв и проводит рукой по волосам, прибирая каждую прядь. И ещё через секунду выпаливает: — Я просто… бляздец, я, получается, нарцисс и фурри, если нахожу тебя милым? Оу. Ты моргаешь и чувствуешь, как брови ползут вверх. — Да. Каркат кидает быстрый взгляд на них обоих. — Как я и сказал, мне участвовать совсем не обязательно, если ты не хочешь. Чёрт, вот уж за что за что, а за это я бы тебя точно не винил. Но ты интересен мне не только как ебучий потенциальный кинк, Дейвспрайт. Ты слишком низкого обо мне мнения. Если б я настолько отчаялся, Дейв мог бы поебаться и с временным клоном. Ты интересен нам, потому что ты красивый, смешной, и с тобой приятно находиться, потому что мы надеемся, что тебе тоже нравится проводить с нами время, и потому что в идеале мы могли бы помочь тебе кончить. Если ты всё ещё этого хочешь. Ты сглатываешь. Ты просто размышляешь над тем, что сказать, вот и всё. Ты совершенно точно не захлёбываешься в эмоциях. Фу, эмоции. Мерзость. — Оу, — ты подбираешь крылья ближе к себе. — Да, я всё ещё за весь этот тусняк. Сорян, что веду себя, как мудак, блять, я просто… Чёрт, вы серьёзно? Каркат кивает. — Чума как серьёзно, чувак, — подтверждает Дейв. — Что ж, в таком случае. Ты пиздец какой нарцисс, — говоришь ему ты. — И фурри. Отвратительно. В это мгновение он двигается через весь диван к тебе, и ваши колени неловко стукаются. Он берёт твою челюсть одной рукой, расправляя пальцами выбившиеся пёрышки в твоих бакенбардах, а другой рукой откидывает свои очки наверх. Твоё сердце странно трепещет в груди. — Йифф-йифф, — протягивает так, как делал это раньше ты при попытках звучать соблазнительно. И потом он тебя целует. Дейв на вкус как яблочный сок, и как ты сам, почти, и ты возможно немного совсем чуть-чуть понимаешь Каркатов интерес к селфцесту, потому что это всё заставляет тебя хрипло простонать. А ещё Дейв охуенно целуется, замечаешь ты, когда он засасывает твою нижнюю губу. Те подростковые попытки в отношения с Джейд и сравниться не могут с его явным опытом, ебучий пиздец. Они оба в этом так хороши? А сможешь ли ты узнать? Где-то в стороне Каркат издаёт очень увлечённый стрекот, настолько близкий к знакомому тебе, что из тебя едва не вырывается уже твой постыдный звук в ответ. Какую-то секунду ты беспомощно хлопаешь крыльями, прежде чем уложить их на плечи Дейву. Слишком скоро он отрывается от тебя и отстраняется. Он смотрит на тебя; его губы опухли, а дыхание сбилось. О да, детка. Это ты с ним сделал. Ты его возбуждаешь, а не только наоборот, вот это вот всё тут происходит взаимно. Как они и сказали. — Так нормально? — спрашивает Дейв, постукивая пальцами одной руки по своему колену. — Единственное, что не нормально, — отвечаешь ты, мысленно хваля себя за сдерживание нелепых каркающих звуков подальше от своего голоса, — это то, что ты остановился. — О, да, — Дейв ухмыляется и придвигается обратно. — Охота на кнопку счастья объявляется открытой. Ты тоже поднимаешь свои очки и сокращаешь оставшееся между вами пространство. Вы стукаетесь зубами, но Дейву, похоже, на это наплевать, и слава, блять, богу. Он облизывает твой рот, одной рукой пробираясь к твоему затылку, и посасывает твой язык. Из твоего горла вырывается непрошенный треск, но прежде чем ты можешь отстраниться и извиниться за такие неебически странные звуки, Дейв одобрительно мычит и устраивается у тебя на коленях. Он тяжеловат, по крайней мере в сравнении с твоими тонюсенькими птичьими конечностями-палочками, но это только разжигает тёплую боль у тебя между ног. Это ощущается… не так, как раньше, но ты думаешь, что так только лучше. Вдохновлённый чужим энтузиазмом, ты опускаешь собственные руки по его спине и обхватываешь его задницу. Дейв матерится шёпотом и двигается твоим рукам навстречу. О, да. Ты просто король секса, вот кто ты. Это уже считается за секс? Да в принципе похуй. Каркат прочищает горло. Дейв отстраняется и ты неохотно его отпускаешь. Вы оба поворачиваетесь к троллю; его лицо горит так, будто это его всё это время целовали. Пару секунд он просто смотрит на вас, прежде чем вспомнить, что собирался что-то сказать. Это сто процентов влияет на твою самооценку. — Если вы не хотите трахаться на диване, — говорит Каркат, — я предлагаю перенести действие в отсек отдыха до того, как зайдете дальше. — Что, если я хочу трахаться на диване? — говоришь ты. Потому что у тебя отсутствует фильтр слов и тебе не очень-то хочется двигаться. Каркат приподнимает бровь. — В отсеке отдыха есть смазка. А. Это… наверняка бы помогло им продвинуться, не правда ли. Ты чувствуешь, как к щекам приливает кровь. Дейв тихо хихикает. — …Я вижу достоинства твоего предложения. — Каркат хорош в убедительных предложениях, — двигает бровями вверх-вниз Дейв. Хм, так вот как ты выглядишь, когда так делаешь. — и в сексуальных предложениях тоже. Хотя, наверное, смазка не считается сексуальной сама по себе, но сопутствующие ей намёки вполне заманчивы, это считается? Каркат, это считается? — Вот вам убедительный аргумент, — Каркат кивнул головой в сторону лестницы. — Дейв, прекращай давить жопой Дейвспрайта. И помчали наверх. Дейв прекращает давить тебя своей жопой и поднимается, протягивая тебе руку. Тебе кажется , что ты различаешь выпуклость в его штанах. Заебись. Подъём по ступенькам трудно сделать одновременно сексуальным и не до нелепого опасным, но они оба берут тебя за руки, и это. Приятно. Странно, потому что ты всё ещё ожидаешь, что они забудут про тебя или вспомнят, что любят друг друга сильнее, но это приятно. Дейв открывает дверь в спальню и широким драматичным жестом приглашает вас войти. Постель заправлена — точно дело рук Карката, — а стены залеплены разного рода плакатами. Несколько полок заставлены ископаемыми и трупами в банках. Это что, жук-носорог? Ты одобряешь. Дейв плюхается на кровать в абсолютно комичной, якобы завлекающей позе и делает губы уточкой. Ты фыркаешь и присоединяешься, легко хлопая крыльями и садясь на матрас. Ты бы и рад вернуться прям к тому моменту, где вы остановились, зная теперь, что смазка в зоне досягаемости, вот только остаётся вопрос третьего присутствующего в комнате — тролля, чьего парня ты сейчас обжимаешь. Ты поворачиваешься и смотришь из-за плеча на Карката. — Хочешь присоединиться? — Я пока в норме, — он садится в кресло в углу комнаты лицом к кровати. — Всё равно сейчас в пищевом отсеке наверняка полно еданнибалов. Серьёзно, просто продолжайте. Я буду в порядке. Тебе требуется время, чтобы прогнать эту идиому через призму того минимального альтернианского, что ты знаешь и превратить в нечто разборчивое, но ты киваешь. Если он правда серьёзен… Ты двигаешься к Дейву и расправляешь крылья. Его лицо медленно расплывается в улыбке, он протягивает руки и запускает пальцы в гущу перьев у тебя между лопаток. Ты одобрительно кряхтишь, и он ухмыляется шире. Какая-то часть тебя хочет поиграть с ним в цундере; не то чтобы мне это нравилось, б-бака . Вместо этого ты снова его целуешь. Поцелуи — это хорошо. Нужно больше, и прямо сейчас. Ты складываешь крылья за спиной, и содрогаешься, когда Дейв проводит пальцами сквозь них. Не-совсем-человеческая часть твоего мозга наполняется вниманием и буквально вопит, что охуеть мы сейчас поебёмся , и тебе становится тяжелее сдерживать странные звуки от своего голоса. Дейв перемещает свои губы ниже, к твоим челюсти и шее, и хо-о-о-о-о-о-о ох господи что-то происходит у тебя в штанах. Ты не без оснований уверен, что намок, и это, типа, странно, но по крайней мере ощущения приятные. Никаких ядерных нервных срывов от стояков. Ты выдыхаешь и трёшься о Дейвову ляжку. Он тихо стонет в ответ и опускает руки к твоим бёдрам. Ты чувствуешь его член, когда он толкается к тебе. Да. О да. О. Боже. Блять. Да. — У тебя в штанах меч, или ты так рад меня видеть? — ты щипаешь его за сосок через рубашку, потому что вполне уверен, что всё в сексе должно быть взаимно, и Дейв выругивается. — Потрогай и узнаешь, — говорит он тебе в шею, тяжело дыша. Он кусает тебя самую малость, только кончиками зубов, и из тебя вырывается непозволительно громкое карканье. Ты хлопаешь ладонью по губам, закрывая рот. Блять, реально? Сейчас? Тупые птичьи звуки решили проявить себя вот сейчас? — Это был хороший звук или плохой? — спрашивает Дейв мгновение спустя и поднимает на тебя вопрошающий взгляд. Над бровями пролегла тревожная складка. — Хороший в том смысле, что мне нравится вся та херня, которую ты делаешь, — отвечаешь ты, справившись с оцепенением. — Плохой, потому что это, наверное, самый несексуальный звук, который могло издать моё горло в данный конкретный момент времени. Или вообще. Дейв проводит рукой по твоей спине и крыльям. Тебя пробивает дрожь. — Не знаю, мне понравилось. Ну типа, если этот звук означает, что я всё делаю правильно, то заебенно, я хочу слышать его примерно сто процентов времени, — Дейв целует твою челюсть. — Я встречаюсь с грёбаным жуком, чувак, меня отпавловили уже до талова. Странные звуки в сексе теперь моя музыка. Ты кидаешь взгляд на Карката, который сидит, подперев подбородок рукой и тускло сверкая люминесцентными глазами в темноте комнаты. Он приподнимает брови и издаёт трещание. Ладно, хорошо, засчитано. Дейв выпрямляется, и его руки зависают у твоих рёбер, не касаясь кожи. — Даёте поезду стояка разрешение на выезд? — спрашивает он. Ты показушно кидаешь взгляд ему между ног, и он краснеет. — Блин, даже не знаю. Это зависит от одного, — ты указываешь на собственную трагически плоскую промежность. — Одного-единственного кондуктора членов здесь — тебя. — Пиздец смешно, обхохочешься, — Дейв убирает очки с головы и кладёт их на прикроватный столик, и ты следуешь его примеру. Отличный план. Очки — бесценные сокровища. — Я имел в виду, прошу разрешение на взлёт. — Взлёт разрешаю, — ты ведёшь руками сверху вниз по груди Дейва. — У нас. Взалёт*. Он смеётся — если ты можешь хоть как-то различать его эмоции, то немного удивлённо, — и наконец прикасается к тебе руками. Ты подаёшься вперёд и пробуешь повторить за ним поцелуи в шею. Дейв стонет и опускает руки на твои ягодицы. У тебя, если честно, и жопа-то так себе: ты вообще не человек, а тростинка по большей части. Ты не уверен, из-за бывшего спрайтохвоста это или из-за анатомии спичечных птичьих ног. В сравнении с твоей, задница Дейва уже подбирается, ты осмелишься сказать, к слову “плюшевая”. И это вовсе не значит, что тебе не нравится, как и где он тебя трогает. Вообще нет. Как раз наоборот. Ты толкаешься бёдрами в его руки и проезжаешься по его ляжке. Ткань твоих джинс почти что слишком грубая, но этого всё ещё не хватает, хоть крохотные импульсы ощущений уже устремляются по твоему позвоночнику. Ты выругиваешься и принимаешься втрахиваться в ногу Дейва, как какой-нибудь жалкий… некто, и засасывать его шею. Дейв издаёт сдавленный хрип и приподнимает колено, помогая тебе и гладя тебя по спине. — Можно снять? — он тянет за край твоей кофты. Ты отстраняешься. Снимать кофту — это нихуёвая такая задачка, учитывая, что тебе нужно протащить огромные, мать их, крылья в вырез на спине, но… раздеться. Раздеться было бы неплохо. — Ты первый, — решаешь ты, притягивая передний край его кофты для пущей убедительности. Дейв снимает её через голову, и ты какое-то время просто разглядываешь его тело. Это очень сюрреалистично, если уж быть совершенно честным: его тело ровно настолько отличается от твоего собственного, чтобы показаться странным. Его шрамы в большинстве своём такие же, как у тебя, если не считать тех, что он приобрёл в конце игры и твоего огромного посередине. Странно. Твоя грудная клетка шире, чем у него, чтобы ну типа хотя бы шевелить крыльями. Но Дейв в общем больше тебя. Ты… ты не хочешь говорить “изящный”, и ты не “хрупкий”, блять, но ты тонкий и в целом довольно лёгкий. У Дейва нет привилегии полых костей и птичьего обмена веществ, и он обмяк к середине. Это довольно мило. Ты перебарываешь желание тыкнуть его жирочек на боках. Он смотрит на тебя с поднятыми бровями. — Оцениваешь товар? Пять из пяти шляп, м? Ну то есть, я, конечно, уже не едва достигший брачного возраста твинк, соглашусь. Но я слышал, что вог сейчас в восторге от “тела папочки”. Ты чувствуешь себя по-странному довольным тем, что не один ты здесь не уверен в себе. Ты делаешь целое шоу из осматривания Дейва сверху вниз, и наконец одобрительно киваешь. — Горяч, — заключаешь ты, потому что так и есть. Не один Дейв тут нарцисс, получается. Правда, он всё ещё на шаг впереди тебя с его этой фуррятиной. Перьятиной? Похуй, короче, это он тут хочет тебя зайиффить. Дейв ухмыляется. — Твоя очередь. Ты киваешь. Вся твоя одежда имеет огромную овальную дыру посреди спины для крыльев, и пусть это не самая удобная для стриптиза одежда, это всяко лучше, чем носить переднюю часть кофты и просто оставлять спину… открытой и незащищённой. Ты крепко прижимаешь крылья к спине и тянешься за спину, чтобы накрыть их нижним краем кофты. Затем ты протаскиваешь руки в рукава и поднимаешь кофту наверх и через голову, осторожно, чтобы не вырвать случайно перо. Когда твоя голова наконец высвобождается, Дейв улыбается тебе и успокаивающе гладит тебя по ноге. Боже, вы оба неуверенные в себе дебилы. Он восхищённо присвистывает и закусывает нижнюю губу. — Чувак. — Что? — Да ничего, просто. Если тебе было интересно, ты горяч, как свежие пирожки. Можно, я потрогаю твои крылья, или это будет странно, типа как трогать чьи-то брови во время сексинга. Если только тебе не нравится, когда трогают твои брови. Чувак, можно потрогать твои метафорические брови? Ты издаёшь одобрительное щёлканье и расправляешь крылья. Пусть только попробуют сказать, что от тебя нет помощи. — Чувак, погладь их вот прям щас. Дейв подтаскивает тебя глубже к себе на колени, заводит руки под твои и тебе за спину и проводит ладонями по твоим крыльям вдоль перьев. Это приятно, особенно из-за того, что Дейв может одновременно засосать твою шею, но в остальном немного неловко. Плюс, птичья часть твоего мозга настаивает на том, чтобы ты перевернулся для оптимальных поглаживаний и, в идеале, ебли. — Ах, блять, погоди, дай мне… — ты выныриваешь из его объятий и ложишься на живот, расправляя крылья по матрасу и глядя на Дейва из-за плеча — соблазнительно, если повезёт. Он краснеет весь, от шеи до кончиков ушей, так что ты засчитываешь это как победу. Он подбирается ближе, и, когда ты совершенно однозначно раздвигаешь перед ним ноги, ставит между ними колено, давая тебе об неё тереться. Ты подкладываешь себе под голову ближайшую подушку и смотришь на него. Дейв разглядывает тебя, будто сложный паззл. Но ты точно знаешь, насколько вы оба тактильны, и не проходит и пары секунд, как он снова к тебе прикасается. Он начинает с осторожных касаний пальцами каждого из разбросанных по твоему позвоночнику перьев. Ты абсолютно точно не скулишь. — Как полёт? — спрашивает он, опуская ладони на твои рёбра. — Мм. Могло быть и лучше, — отвечаешь ты. — Крылья, чел, просто, блять… прямо там, я не достаю, ах, да, вот так. Боже, да. Не останавливайся. — Я и не собирался, — Дейв звучит так же сбито, как и ты, и это бальзамом ложится на твою самооценку. Он зарывается пальцами туда, куда не достают твои собственные руки, гладит перья и чешет места, о которых ты и не подозревал. Это до отупения приятно, и ты почти сразу прячешь лицо в подушке, заглушая исходящие из тебя звуки, и продолжаешь тереться о колено Дейва, насколько того позволяет угол. Ты чувствуешь, как его член упирается тебе в ногу, тёплый и твёрдый даже сквозь штаны. Он начинает тереться о тебя в ответ, и вы какое-то время продолжаете заниматься петтингом с четырьмя слоями одежды и даже не думаете останавливаться от того, насколько это приятно. Ты хочешь… на самом деле, ты и сам не особо понимаешь, чего хочешь. Твои инстинкты сплелись в нервный клубок из “какого, блять, хера” в этом плане. Ты точно знаешь, что хочешь увидеть член Дейва до того, как вы обкончаете труселя, как два подростка. Ты резко переворачиваешься, едва не попав Дейву крылом по лицу. — Штаны, сейчас же, — ну нихуя себе, как ты красноречив. Четвёрочка. — Чудесная идея, — соглашается Дейв. Ты тянешься к его джинсам и расстёгиваешь пуговицу. Он стягивает их с бёдер ещё до того, как ты успеваешь коснуться язычка молнии, и между тобой и его членом остаётся только пара боксеров Ограниченного Выпуска Клёвого Бро ™ . Ткань натягивается, и на ней виднеется мокрое пятно. Ты облизываешься. — Надеюсь, ты хорошо заботился о нашем друге в моё отсутствие, — говоришь ты как настоящий чемпион по уничтожению стояков. Дейв фыркает и отодвигает край боксеров большими пальцами. — Нашему любимчику только самое лучшее, клянусь. Он стягивает боксеры вниз, и его член уморительно покачивается, высвободившись из плена. Он приподнимается с твоих ног, чтобы снять одежду до конца. И теперь настаёт твоя очередь. Мм. Ты приподнимаешь бёдра, позволяя Дейву стянуть с тебя джинсы, и совершенно точно не зажмуриваешься, когда он снимает и боксеры. А вот и великое откровение — стрёмная птичья промежность Дейвспрайта, открытая со всех сторон. Поразитесь пиздецу твоей анатомии. Дейв… тревожно молчит, так что ты собираешься с силами и открываешь один глаз, чтобы взглянуть на него. Он уставился на тебя, раскрасневшийся и с полуоткрытым ртом. Когда он замечает, что ты смотришь, успокаивающе гладит тебя по внутренней стороне бёдер и ухмыляется. Ты ожидал побега и ужасных воплей, так что это… хм. Неплохо. Ты улыбаешься в ответ. — Мне можно дотронуться? — спрашивает Дейв, бросая взгляд тебе между ног, на то, что ты окрестил зоной “кромешного пиздеца”. — Потому что, врать не стану, я очень хочу дотронуться. — Если в твои планы не входит заставить меня кончить мысленно, думаю, тебе нужно дотронуться, — фыркаешь ты, приподнимаясь на локтях, чтобы не раздавить крылья (и, может, чтобы немного лучше видеть). — На полной скорости. Пробури глубины этой пещеры. — Да у нас прям Рождество и мой день рождения в одном, — говорит Дейв и тянется, чтобы нашарить в выдвижном ящике прикроватного столика бутылочку смазки. Он смазывает пальцы одной руки и легко прикасается к твое… тебе. Не заходя внутрь, пока нет, просто гладя поверх. Ощущается лучше, чем ты ожидал. Ты стонешь охрипшим, грозящим перерасти в карканье голосом и толкаешься ему в руку. Ты обхватываешь ноги Дейва своими, позволяя ему придвинуться удобнее. Где-то скраю раздаётся трель от Карката. Они оба считают тебя горячим. Охуеть. — Не ощущаю ни намёка на клитор или нечто подобное, — докладывает Дейв. Его пальцы настойчиво трутся у тебя спереди, что как бы приятно, но тебе больше нравилось, когда он как бы… захватывал всю промежность целиком. — Ага. Не думаю, что у меня подобные имеются, — ты толкаешься бёдрами вперёд; абсолютно всё у тебя между ног влажное, горячее и ноющее и ты хочешь ещё. — Ты можешь вставить пальцы. — Ты уверен, что туда нужно что-то вставлять? — Дейв задумчиво приподнимает бровь. — Я немного знаю о клоаках, но птицы разве не, типа… ножницами спариваются? Ты закатываешь глаза. — Это моя странная хуета, я хочу что-то внутрь, так что будешь ли ты так любезен и не соизволишь ли засунуть свои пальцы туда-а-а-а-а-а-а, ох, блять. Дейв вошёл всего на кончик пальца, но он уже внутри тебя, типа, прям по-настоящему внутри, и ты не уверен, как переварить одновременное “охуеть как странно” и “да-да-да больше пожалуйста и прямо сейчас”. Дейв гладит пальцем по кругу и ты выдыхаешь передавленный курлык. Ох блять. Пиздец, как это странно, охуеть, как же хорошо. Ты чувствуешь, как мышцы сжимаются вокруг него, смакуя растяжение и движение, и что-то внутри тебя жаждет прикосновения. Это необычно, но этим в разы легче наслаждаться, когда рядом есть кто-то ещё. Дейв вводит палец глубже и касается чего-то, что отдаётся настоящей болью , той самой, которая кричит о-господь-милостивый-срочно-убирайся. Ты по-птичьи кричишь и хватаешь его за запястье. Дейв замирает. — Так, я точно сделал что-то не так. — Вот это откровения, — замечаешь ты, не в состоянии убрать резкие нотки из своего голоса. Ты осторожно ослабляешь свою мёртвую хватку. — Поведёшь меня по незнакомой территории, йоу? Ты раздумываешь, осторожно откидываясь обратно на локти. — Окей, чел. Возьми, типа, немного ближе к животу. Не та дырка. — У тебя всего одна, — Дейв добавляет ещё немного смазки и целует твоё колено прямо над местом, где начинаются чешуйчатые полосы на твоих ногах. — Ладно, умник, значит, то ответвление этой конкретной пещеры завалено. Вы не проходите старт и не получаете двести баксов. Дейв усмехается и подаётся вперёд, чтобы оставить извиняющийся поцелуй на твоём животе. Челу хочется понежиться после того, как он пронзил твою промежность своим пальцем. Может, тебе это даже немного нравится. — Тебе бы у врача по этому поводу провериться, — говорит он и снова вводит палец внутрь, в этот раз в правильном направлении. Ты стонешь и сжимаешь в кулаках простыню. Вот это чувство ты искал каждый раз, когда тёрся об подушку или ощупывал себя через штаны, не решаясь самому пустить туда руки. Ты толкаешься бёдрами навстречу руке Дейва, и он тихо матерится себе под нос, а затем скользит другой рукой по твоей груди и касается соска. Так нечестно, ты же теперь только наполовину млекопитающее, почему они всё ещё такие чувствительные? Ты испускаешь несколько отчаянных тресканий, и даже не можешь устыдиться, потому что Каркат отвечает им в тон. Чёрт, ты почти забыл о его здесь присутствии. — Я будто трахаюсь на птицеферме с клоповником, что за пиздец, — тихо бормочет Дейв, и уже громче спрашивает: — Так нормально? — Ага, — выдыхаешь ты. — Ещё. Камон, я не фарфоровый, добавь ещё один. — Ты уверен? Что я, типа, могу… Его прерывает Каркат, чей голос накладывается на звуки, так сильно но совсем чуть-чуть не знакомые твоему слуху. Это ужасно горячо. — Дейв, делай. — Чёрт. Окей, — Дейв кивает и вводит ещё один палец, после чего останавливается и позволяет тебе привыкнуть к новому растяжению. — Гспди, — едва выговариваешь ты, откидывая голову на матрас. — Боже, о да, вот это тема. Я… ах, ах! — твой голос сменяется на карканье, когда Дейв начинает трахать тебя пальцами. — Ты великолепно звучишь, — говорит он слегка севшим голосом. Он раздвигает пальцы, и из тебя снова вырывается карканье, ещё громче. Блять. Ты выгибаешь шею и встречаешься взглядом с Каркатом. Он не отводит от тебя глаз, одна его рука опущена к треникам, а другая обхватывает подбородок. Он улыбается, едва показывая кусочек клыка из-под губы, и ты не можешь оторвать взгляда. Но Дейв не даёт тебе надолго о нём забыть. Ощущения накапливаются всё больше, и больше, и больше, и вот ты уже выгибаешься дугой на его руке, ловя ртом воздух. Даже так, всё ощущается настолько по-другому, не так, как ты помнишь; ты и не понимаешь, что уже близок, до тех самых пор, пока он не вводит ещё один палец, растягивая тебя ещё больше. Ты кончаешь с острым криком, сжимаясь вокруг пальцев Дейва почти до боли. — Ох, о боже, — только и говоришь ты, когда вновь обретаешь способность разговаривать. — О господи, как же долго… Дейв вынимает из тебя пальцы и вытирает влагу с твоего бедра. Ты ожидаешь того, что помнишь о дрочке с тех пор, когда у тебя ещё был член. Сверхчувствительность, необходимость перевести дух хотя бы несколько минут прежде чем продолжать, в целом любой вид рефрактерной реакции на стимуляцию. Ты не ожидаешь того, как всё ноет, жаждя заиметь хоть что-нибудь снова внутри, практически мгновенно. Ты готов на следующий раунд. Ты хочешь его. — Верни, откуда достал, или видит бог. Дейв приподнимает брови. — Не закончил? — Чёрта с два. — Окей, зашибись, раунд два, — Дейв подтаскивает тебя ближе и поднимает твои бёдра к своему рту. О, чёрт. Ты испуганно каркаешь и зацепляешься ногами за его плечи. Он поднимает бровь, глядя на тебя, и ты киваешь с такой силой, что удивительно, как твоя голова только остаётся на месте. — Не обращай внимания на мои странные звуки, чувак, я просто не ожидал такого, но я настолько за, просто пожалуйста соедини уже свой рот с моей штуковиной. — Он просто охуенно в этом хорош, — говорит Каркат поверх низкого мурчания. Охренеть. Дейв соединяет свой рот с твоей штуковиной. Он горячий и влажный, и, о, боже. Он не теряет времени и принимается сразу за дело, вставляет язык внутрь и проводит там, где ты чувствительней всего. Ты накрываешь глаза рукой и пытаешься не елозить по его лицу. Пытаешься — ключевое слово. Просто, ах, как же тебе хорошо. Прошло так пиздецки дохуя времени, может, ты просто навёрстываешь упущенное. Ты выдаёшь какую-то несусветную белиберду вперемешку с карканьем и щёлканьем и тресканьем, но в твою защиту, ты на грани того, чтобы кончить во второй раз после примерно бесконечности, полностью лишённой оргазмов. Ты думаешь, что любой бы потерял самообладание в такой ситуации. Дейв убирает язык и облизывает полоску сзади-наперёд. Ты собираешься было пожаловаться и заставить его вернуть язык назад, но он вставляет в тебя пальцы, и всё это во время — твой мозг запинается о фразу поедания тебя — во время вылизывания тебя. Его язык проскальзывает между пальцев, и это так… ты растянут до предела, ты не можешь больше. Ты снова кончаешь, зажмуриваясь и рвано дыша ртом, переживая волну. Вся нижняя часть тебя горит и колет от чрезмерной чувствительности. Ты… хочешь ещё. Боже. Дейв опускает твои бёдра и выпрямляет шею, ухмыляясь тебе. Ты чувствуешь, как его член утыкается в твою ляжку, размазывая по коже влагу. Если верить румянцу и тяжёлому дыханию, Дейв и близко не так собран, каким пытается казаться. Ты мысленно награждаешь себя баллом ещё и за это. — Можно тебя трахнуть? — спрашивает он, ведя руками по твоим бокам, будто не зная, куда их пристроить. Ты хочешь его внутри себя просто пиздецки сильно. — Ага, валяй, — отвечаешь ты. — Крутяк, — говорит он и тянется через тебя к прикроватному столику за презервативом. О, охуенный план. Ты. Скорее всего не можешь забеременеть (господи, как же ты надеешься, что не можешь забеременеть), но ты не думаешь, что тебе бы понравилось ощущение кончи внутри себя. Даже если это конча альтернативного тебя самого. Дейв усаживается на пятки и разрывает упаковку. Ты бы помог, но тебе никогда не нужно было пользоваться гондонами ещё когда у тебя был удав на потискать, так что ты просто наблюдаешь. Это не может быть удобно, ведь он так долго не касался себя, уделяя всё внимание тебе. Ты чувствуешь себя немного виновато. С другой стороны, тебе весьма льстит смотреть на физическое доказательство того, что он так же возбуждён. Головка его члена покраснела, из неё сочится на крайнюю плоть и ствол преякулят. Дейв надевает презерватив, замешкавшись лишь на мгновение, а затем поднимает на тебя глаза и слабо улыбается. — К запуску готов, — говоришь ты, раздвигая ноги ещё шире для большего Эффекта. Дейв облизывает губы и кивает, наливая смазку и себе. Да тут прямо смотри не подскользнись. Впрочем, это вроде как разумная идея. — Допуск к взлёту получен, — говорит он, беря член в руку и подводя его ближе. Проводит рукой по стволу, ещё не касаясь тебя самого, и из тебя вырывается трель. — Через три, два, один… Растяжка. Сильная. Это хорошо, думаешь ты, но ох-х-х-х-хренеть как же жёстко. — Медленней-медленней-медленней, — твой голос снова становится резким и хриплым. Дейв цепляется за твою руку и гладит большим пальцем кругами по чешуйчатым полосам на твоём запястье. — Так медленно, как только скажешь, ты ведёшь этот корабль, боже, — он осторожно двигается с одной рукой в твоей и другой на твоём бедре, пока не входит полностью. Ты борешься с желанием рассмеяться абсурдности происходящего. Ты поверить не можешь, что он вошёл. — Поверить не могу, что он вошёл, — говоришь ты, поднимая голову, чтобы посмотреть. Видеть себя растянутым вот так вокруг него очень сюрреалистично. Эксперимента ради, ты сжимаешь мышцы внутри, и вы стонете в унисон. Каркат тихо матерится, и ты слышишь со стороны чавкающие звуки. Пиздец, как же горячо. Дейв роняет голову на грудь и тяжело дышит. — О боже, о господи блять мой, в тебе так тесно, я сейчас-с-с-с-с… Я просто кончу. ДС. Дейвспрайт. Можно мне двигаться, я сейчас умру. — Да, — говоришь ты, сам едва ли более собранно. — Да, блять, да, двигайся уже, только. Осторожно. Дейв бормочет себе под нос что-то про медленно и осторожно, и про черепах и лабуду, и двигает бёдрами. Он начинает с небольших толчков, давая тебе время насладиться медленным перетаскиванием члена внутри, а затем постепенно наращивает скорость. Он тёплый, толстый и твёрдый, и этот вес внутри тебя столь же приятен, сколько и удивителен. Каждый раз, когда ты сжимаешься вокруг него, Дейв громко стонет. Это охуенская награда. Ты хватаешь Дейва сзади за голову и утягиваешь его в поцелуй. Он продолжает ускоряться до тех пор, пока его бёдра не начинают врезаться в тебя с такой силой, что ты не можешь сдержать ритмичное карканье. Ты обхватываешь его ногами, скрещиваешь лодыжки за его спиной и приподнимаешь бёдра ему навстречу. — Ох, блять! — вдыхаешь ты, когда он касается места, которое заставляет каждую клеточку твоей нервной системы гореть огнём. — Да-да-да, там, о боже, давай! Дейв берётся за твои бёдра и помогает тебе двигаться в одном с ним ритме. Он оставляет неряшливые поцелуи на краях твоих губ и на челюсти. — О боже, какой же ты сексуальный, говори со мной. Ты такой охуенный, чёрт, я сейчас… сейчас кончу, ахблять. Ты можешь с ним говорить бе-е-ез проблем. — Ещё нет ещё нет ещё нет, Дейв, Дейв, пожалуйста, не останавливайся, я так близко, — твои пальцы путаются в его волосах. Дейв резко вдыхает и кусает твою шею — и это всё, ты заканчиваешься. Он толкается в тебя, пока ты рвано дышишь и дрожишь, прямо в сверхчувствительные места и к моменту, когда тебе уже кажется, что ты мог бы и ещё раз. Пиздец, какой же он охуенный. Ты щипаешь его за сосок и прикусываешь его мочку, когда восстанавливаешься, довольно постанывая ему на ухо. — О боже, о господи блять боже, ах, аххх, хнн, — Дейв теряет воздух и утыкается в тебя, когда кончает, после чего бесформенной массой остаётся лежать сверху. Но только ты начинаешь ёрзать и пытаться втрахаться в него в надежде на ещё круг, он выходит из тебя и плюхается рядом на спину. Чтобы не задеть твои крылья, ему приходится чуть не свесить голову с края матраса, так что ты подбираешь их ближе к себе. Никто не посмеет обвинить тебя в отсутствии чуткости. — Я не закончил, — ты надеешься, что твой голос звучит не так жалостливо, как ты себя чувствуешь. Дейв только что заставил тебя кончить три ёбанных раза, а ты тут возмущаешься, что он устал. Боже. Ну ты и эгоист, Дейвспрайт. — Прости, — говорит, ещё не отдышавшись, Дейв. — Я прям совсем всё. Мне нужно минут семь, чтобы хотя бы начать шевелиться, бро, не говоря уже обо всём остальном. Это был просто пиздец, а не оргазм. Твоя птичья штуковина меня убила, всё, я мёртв. Ты фыркаешь. Наверное, это честно, ведь у него нет пугающей вороньей выносливости или что там у тебя теперь есть. Но. В этой комнате ещё остался кое-кто, ещё не кончавший. Если он, конечно, не пожелает остаться в своей стране Вуайеризма. Ты смотришь на Карката, и твоё возбуждение окончательно раздавливает и подчиняет остатки нервов своим весом. — Ты ещё готов поучаствовать? Тролль приподнимает брови. — Если ты готов. О да. Ты жестом подзываешь его на кровать и глядишь на Дейва. Тот приподнялся на одном локте, готовый к шоу. Каркат устраивается у тебя между ног, матрас прогибается под его весом, и он стягивает свои треники. На нём нет нижнего белья, охуеть. Ты видишь все его причиндалы. — Оу, вот это пекло, — комментирует Дейв. Ты двигаешь бровями в попытке скрыть смущение. — Дейв, заткнись и свали, я буду ебать твою жену. Каркат прикусывает твою ляжку. — Так продолжишь, и вообще ничего ебать не будешь. Принято на заметку. Ты поднимаешь два пальца ко лбу и нарочито салютуешь. — Сэр, есть, сэр. Каркат фыркает. — Окей, чего ты хочешь? Ты пожимаешь плечами. — Эм. Я не знаю, мне всё равно, — его член красный и шевелится на свободе от своей хлопковой тюрьмы, и ты уверен, что он бы ощущался божественно в твоей штуковине. Ты просто обязан их познакомить. — Я могу присесть на этого приятеля? — Ты просто обязан присесть на этого приятеля, — советует Дейв. — Десять из десяти, лучший инопланетный дружище. Каркат краснеет и показывает Дейву некультурный жест, не отвлекаясь при этом от тебя. — Если ты этого хочешь, думаю, это можно организовать, — он улыбается немного нервно и двигается ближе к тебе. — Иди сюда. О да. С твоей невинности сегодня срывают все пломбы. Ты приподнимаешься и седлаешь ноги Карката. По внутренней стороне бедра скатывается капля. Каркат придерживает тебя за бёдра, не сдерживая, но помогая не упасть. Ты широко разводишь ноги, сидя на нём, и замечаешь, что он смотрит. Щупальце скручивается и прижимается к его животу, оставляя на свитере красноватый полупрозрачный след. Тебе хочется его слизать, хотя наверняка шерсть ощущается на языке просто кошмарно. Каркат не предпринимает никаких попыток вставить свой причиндал в тебя. Он просто. Смотрит. — Хей, — он улыбается одними уголками губ. Ты замираешь, вспоминая, что вообще-то у тебя тоже есть лицо, и тебе бы тоже стоило принять, типа, какое-нибудь выражение, например. Ты улыбаешься в ответ. Каркат проводит ладонями вверх по твоим бокам, заводит руки тебе за спину и царапает перья меж твоих лопаток. Ты с хрипом роняешь голову и тянешься к Каркатовому… щупальцу? Кажется, оно называется как-то так. Он одаряет тебя неодобрительным взглядом, который никак не соответствует издаваемому им трещанию и тому, как он толкается бёдрами тебе в ладонь. Тебя не пробивает. — Ты о прелюдиях вообще не слышал? — бурчит он, но звучит не убедительно. Не когда его дыхание сбивается и рвётся странными жучиными звуками. Он стрекочет. Ты не можешь сдержать чириканье в ответ, и приставляешь его щупальце к своей штуковине. — Если тебе была нужна прелюдия, — выдыхаешь ты, — надо было добраться до меня пред людьми. Каркат закатывает глаза и помогает тебе направить себя. Это одновременно сложнее и легче, чем направить в себя Дейва. Щупальце Карката извивается и размазывает розоватый преякулят по твоим бёдрам, и нацеливание становится уникальным челленджем . Но стоит ему проехаться по твоему входу, щупальце будто само всё понимает и входит в тебя одним движением. Вы оба стонете, ох, ебать. — Ох, бля-я-я-я-я-я-ять , — вздыхаешь ты и ради эксперимента толкаешься бёдрами. — Пиздец, охуенно. Каркат тёплый, теплее Дейва, и ты чувствуешь каждое его движение внутри себя. Ему даже не нужно толкаться, его член двигается сам по себе, проезжаясь по самым чувствительным местам. Охренеть. Тролли выиграли эволюцию. — Я больше никогда не буду трахаться ни с чем другим, о господи, — ты тяжело дышишь, а Каркат всё так же гладит тебя по крыльям, что ничуть не помогает тебе держать себя в руках. — Он как волшебный червяк. Каркат выгибает бровь. Нечестно, почему он так собран, когда его причиндал по самые яйца в твоей птичьей пизде. Птизде. Ну и у него, кажется, нет яиц, но. Метафорические яйца. — Я отбираю у тебя разрешение на сексуальные разговоры, — говорит он и одной рукой утягивает тебя в поцелуй. Это совсем не так, как ты целовался с Дейвом. В смысле, логично, конечно, но это первое, о чём ты думаешь. Он… мурчит? тебе в рот, и его странным звукам отвечает серия твоих собственных. Каркат ещё и знает, что делать со своими зубами, охуеть. Он прикусывает твою нижнюю губу ровно настолько, чтобы вызвать стон и трещание, и облизывает твой рот. Некоторое время спустя ты отстраняешься и ухмыляешься ему опухшими и пульсирующими губами. — Охренеть, — говоришь ты. Каркат фыркает и легонько щипает тебя за сосок, усмехаясь вырвавшемуся из тебя хриплому звуку. В ответ ты сжимаешься вокруг него, наслаждаясь весом внутри и тем, как у тролля от этого съезжаются глаза. Ты просовываешь руки ему под кофту и касаешься немного загнутых борозд на его боках прямо под рёбрами. — Проведи ещё раз, — выдыхает Каркат, и его щупальце содрогается внутри тебя. Ты снова проводишь там же, на этот раз намеренно и с нажимом. Из Карката вырывается трель . Охренеть. — Я король секса, — более чем самодовольно говоришь ты. Где-то сбоку хихикает Дейв. В это мгновение щупальце Карката проходится по месту, от которого ноги сгибаются, а голова падает. Видимо, Каркат свою карманную змею вполне себе контролирует, потому что фокусируется именно на этом месте так, будто за это дают какой-то ебучий приз. Ёбанный свет, король секса тут, похоже, он. — О, чёрт, ах, блять, да, господи, — рвано стонешь ты, двигая бёдрами под извивание щупальца. Это ужасно странно и совсем не похоже на то, что ты ожидал. Это, наверное, самое сексусальное, что с тобой случалось за всю твою жизнь. Сорян, Дейв. — О, да, так хорошо? Тебе нравится? Чёрт, — Каркат притягивает тебя к себе и оставляет поцелуи по твоей груди, задерживаясь ртом на сосках. Он осторожен с зубами, прикусывая кожу только самую малость. — Да, ох, я… я, кажется, кончу опять, господи боже, — Ты зарываешься лицом в волосы Карката, чтобы заглушить издаваемые звуки. Ты ожидаешь, что Каркат засмеётся или скажет что-то типа “уже? Офигеть, ну ты и скорострел” или что-то в таком духе, но этого не происходит. Ожидай, сука, неожиданного, потому что Каркат мурлычит и хватает тебя за задницу так, словно думает, что может притянуть тебя ещё ближе к себе. — Отлично, — он засасывает твою шею и покусывает оставленные там Дейвом следы. Ты ну нисколечко не скулишь. — Да, хочу заставить тебя кончить. Чтобы тебе было охуенно. Ты захлёбываешься стоном. Это ведь даже не пошло . Ты понятия не имеешь, почему эти слова заставляют тебя содрогнуться от макушки до пяток и вцепиться в плечи Карката так, будто от этого зависит твоя жизнь. — Ну, ах, продолжай и у тебя п-получится, ох блять . Пиздец, не останавливайся, не останавливайся! Он снова тебя целует, проглатывая карканье и отвечая на него собственным стрекотом. Его щупальце извивается не переставая, постоянно касаясь того самого места. Ничего похожего на “входит-выходит”, только непрекращающееся наращивание темпа. Ты материшься и бормочешь слова ободрения. По спине ручьём струится пот. В этот раз оргазм не приходит так же внезапно, как раньше. Он нарастает постепенно, но не менее ярко, и ты будто плавишься изнутри. Тебя истрахали в лужицу. …Окей, кхм, вау, хорошие метафоры явно покинули твой мозг. Но в твою защиту: истраханный мозг. Нельзя винить тебя за уёбищные сравнения в таком состоянии. — Не прекращай, — едва разборчиво выдыхаешь ты. Каркат и не собирается: ты чувствуешь, как он пульсирует внутри, и тебе хочется узнать, насколько ты сможешь себя умотать. — Да без проблем, — он двигается, чтобы сменить позицию, и ты просто повинуешься. Это вообще-то приятно — давать ему вести. Ты чувствуешь заботу и даже умудряешься заткнуть большинство виноватых мыслей. Каркату нравится заботиться о других, и ты просто подыгрываешь его фетишу. То, что тебе тоже может это нравиться — чистое совпадение. Он укладывает тебя на спину, каким-то образом благодаря волшебству извивающегося хуя умудряясь оставаться внутри тебя, и устраивается сверху. Ты понимаешь, что если он останется на тебе достаточно долго, всё потом будет болеть, но прямо сейчас этот вес тебе даже нравится. То, как крылья прижимаются к матрасу, тебе нравится куда меньше, поэтому ты приподнимаешься на локтях. — Так нормально? — Супернормально, чел, — обычно ты куда более красноречив, но сейчас способен разве что на базовую коммуникацию. Где-то на уровне пещерного человека. Ты Дейвспрайт, он Каркат, он ебать тебя пока ты не начнёшь кривлять рожи прямиком из плохого хентая. Или, эм, что-то такое. Каркат целует твою челюсть и смотрит тебе за спину, ухмыляясь. Ты не понимаешь, на что, до тех пор пока не чувствуешь, как прямо меж твоих крыльев к тебе подбирается Дейв. — Хей, — говорит он и целует тебя в шею. Ты пользуешься новым положением вещей и позволяешь себе опереться на него спиной и перестать поддерживать себя самого. — Что, обратно захотелось? — Не, мой дружок пока отдыхает, — Он проводит руками по твоей груди вниз, к бёдрам, и касается одними пальцами места, где ты растянут на щупальце Карката. — Просто вы оба просто пиздец огонь. Ты дрожишь, а Каркат стрекочет. Они оба придвигаются ближе, зажимая тебя между собой, как самый наистраннейший сэндвич, и соединяют губы над твоей головой. Смотреть на то, как кто-то сосётся с твоим лицом, достаточно абсурдно, но в то же время ужасно сексуально. Они двигаются легко и привычно; пальцы Дейва сразу находят нужные места на основаниях рогов Карката, от чего тот дрожит и вжимается в тебя ещё больше. Про тебя не забывают: Каркат продолжает водить по тебе когтистой рукой, а движения его щупальца сводят тебя с ума. Дейв одной рукой гладит тебя по волосам, по пуховым перьям и крыльям. Это сексуально, это потно, и ты зажат между двумя парнями, но… тебе приятно. Ты чувствуешь себя желанным. Ты поднимаешь руки, чтобы коснуться тех хитиновых борозд на боках Карката. Когда ты проходишься по ним пальцами, Каркат разрывает поцелуй, стонет и опускает на тебя самый сексуальный взгляд в мире. (Он укусит тебя, если ты пошутишь про ахегао? Хм. Скорее всего.) Дейв отпускает его рога, чтобы вместо них взять тебя за подбородок и легко, вопросительно его приподнять. Ты соглашаешься на предложение и поднимаешь голову, пока ваши губы не встречаются. Он кусает твою нижнюю губу и проводит рукой по твоей груди, и из твоего горла вырывается трещание. Каркат скулит, будто на него наступили и толкается в тебя бёдрами, будто думает, что может выебать тебя ещё сильнее. Дейв довольно мычит в поцелуй, и ты запускаешь руку в волосы на его затылке, чтобы заставить его там и остаться, спасибо, блять, большое. Щупальце Карката слетает с катушек, а он сам периодически резко толкается в тебя. Ты будто наэлектризован и не можешь остановить стоны, что наверняка помешает тебе заполучить кубок лучшего целовальщика, но Дейв вроде не против. — О боже, — выдыхает Каркат, беспомощно стрекоча и щёлкая. Его руки повсюду. — Пиздец, вы… вы оба такие горячие. Чёрт, не могу, не могу, не могу! — Можешь, — мурчит Дейв, облизывая твою ушную раковину. — Давай, детка, кончи для нас. Боже, какие же вы сексуальные. Каркат издаёт абсолютно разбитый стон, хватает тебя за бёдра и отталкивает от себя. Ты резко вдыхаешь, ударяясь пятками о его спину. Его щупальце как бы… сворачивается. Ты понимаешь, что он кончает. И сильно , пиздануться, и это объясняет все те шутки, которые ты раньше не понимал. Из тебя вырывается взволнованный птичий крик. Дейв хватает — откуда-то — ведро, ты слишком занят, чтобы заметить откуда, окей? Он умудряется подставить его Каркату между ног как раз вовремя, чтобы необъятные объёмы тролльей кончи вышли хоть куда-нибудь, только не в тебя . — Ты чуть не буккакэшнул мою птичью киску, — говоришь ты, когда Каркат заканчивает. — Да уже почти, — соглашается Дейв, отставляя ведро на пол. Каркат не выглядит впечатлённым. — Заткнитесь, — бурчит он, как бы массируя ладонью собственную промежность, пока его обмякший причиндал не исчезает обратно туда, откуда появился. До свиданья, приятель, по тебе будут скучать. Каркат замирает и окидывает тебя оценивающим взглядом. Затем, едва касаясь, снова проводит пальцами между твоих ног, там, где ты всё ещё набухший и чувствительный. Ты даже не уверен, что вообще способен ещё раз кончить, но тебе вдруг хочется попробовать. — Охуеть, это самое горячее, что я когда-либо видел, — одобрительно бормочет Дейв. Похвала реально что-то делает с твоим мозгом. Это, наверное, самая тупая вещь, от которой только можно возбудиться, но каждый раз, когда кто-то из них говорит, что ты всё делаешь как надо, слова уходят тебе прямо в твою пещеру. Ты сжимаешь простынь в кулак и стонешь, толкаясь Каркату в ладонь. Он, похоже, тоже это заметил, судя по осознанию на его лице. Ты не уверен, радоваться тебе или стесняться. — Мне показалось, или ты не кончил? — низким задумчивым тоном спрашивает он, всё ещё гладя тебя, размазывая повсюду влажные следы, но не вводя пальцы внутрь. Ты пытаешься податься на них сам, но этот говнюк просто отводит руку. — Я сто процентов кончил, — отвечаешь ты, потому что ты мудак и не можешь устоять перед возможностью побыть маленьким уёбком. Каркат выгибает бровь, и его рука полностью останавливается. Дейв тихо смеётся сзади, щекоча тёплым дыханием шею. — Но, эм, не в этот раз, — поспешно добавляешь ты, разводя ноги в, как ты надеешься, сексуальном движении. — То есть. Если тебе, может быть, хотелось закончить начатое. Каркат усмехается. — Так-то лучше. Ты не можешь сдержать дрожь, что пробивает тебя от похвалы. Они оба точно заметили, они не могли этого пропустить. Ты просто… Это приятно, ладно — знать, что ты не проебался. Что ты со всем справляешься, что им нравится, что они тебя хотят. Дейв целует тебя в шею, оставляя всё новые следы. Пока он занят этим, Каркат наклоняется и прикусывает тебя за внутреннюю сторону бедра, ухмыляясь тому, как ты вдыхаешь и лягаешься. Он вводит в тебя два пальца, и его ухмылка становится шире из-за вырвавшейся из тебя трели. Ты до смешного чувствителен; он всего лишь раздвигает пальцы, и ты тут же задыхаешься. Каркат сгибает пальцы и неаккуратно целует тебя там, где ты растянут вокруг них. Каждая точка соприкосновения с ним и с Дейвом горит огнём. У тебя трясутся руки. — Вот так, — мурлычет Каркат поверх своих странных тролльих звуков. — как же ты охуенно выглядишь сейчас. Так хорошо? Ты киваешь. Ты не можешь думать. Его пальцы короче, чем у Дейва, но они толще , и с каждым их движением твои уставшие нервы накаляются. Ты реально можешь, блять, снова кончить. Охуеть. Из тебя вылетают совершенно постыдные звуки, но ты слишком отъехал, чтобы волноваться об этом. И в любом случае, Каркату и Дейву они, похоже нравятся, если можно судить по их довольному мычанию и ободряющим шепоткам. О да. Каркат вводит в тебя третий палец, растягивая тебя ещё больше, и ты ловишь губами воздух, отчаянно насаживаясь на его руку. Блять. Пиздец, ты так близок к разрядке, что у тебя замыкает мозг. Ты весь горишь. Будто откуда-то издалека до тебя доносится голос Карката. — …Да, вот так. Ты прекрасен, Дейвспрайт. Я здесь, давай, кончи для меня, великолепный ты ублюдок. И это становится последней каплей. Ты хрипло каркаешь, и твой мозг тонет в белом шуме.

***

Когда ты приходишь в себя через несколько минут, кто-то — Дейв — осторожно вытирает тебя между ног прохладной влажной тканью. Каркат придвинулся выше на кровати и перебирает твои волосы пальцами. — Это эта рука только что была в моей пилотке? — в конце концов вымучиваешь из себя ты. Дейв прыскает от смеха, и даже Каркат не сдерживает улыбки. — Нет, иди ты нахуй, — сладко отвечает он. — Тебе что-нибудь нужно? — Сон, — говоришь ты. Когда он стреляет в тебя недовольным взглядом, ты прочищаешь горло. — Эм, было бы здорово перекусить, наверное? Я сжёг дохуища калорий. То есть, если это, типа, не проблема, я не хочу настаивать или чего. — Чел, даже не выдумывай, я практически уверен, что у Карката от заботы о других платонически встаёт. И вообще, ты нам, типа, нравишься, чел. Не можем же мы смотреть, как ты голодаешь. — Завались, щуплоголовый, — Каркат поднимается и надевает треники, наклоняется, чтобы коротко поцеловать Дейва в губы, и поворачивается к тебе. — Я сейчас вернусь с чем-нибудь съедобным. — Авв, а мне поцелуй не достанется? — спрашиваешь ты, потому что придурок и идиот без фильтра базара. Каркат разглядывает тебя, как сложную головоломку. Ты уже собираешься сдать назад, уйти в монолог о том, как тебе надо научиться следить за языком и быть нормальным, когда он тебя целует. До невозможности нежно, совсем легко прижимаясь своими губами к твоим. Он задерживается ровно настолько, чтобы это нельзя было принять за шутку, да и то, как он после этого гладит тебя по щеке, точно не похоже на иронию. Ты ужасно краснеешь. — А теперь, — говорит он, — я реально скоро вернусь. Как только Каркат уходит, Дейв глядит на тебя и играет бровями. — Обнимашки у нас в меню или нет? Ты пожимаешь плечами, пытаясь выглядеть не слишком нетерпеливо. — Было бы круто, наверное. Дейв подползает к тебе по кровати, и ты перекатываешься на него. Вы связываетесь в потный мерзкий клубок конечностей, и прилипаете друг к другу во всех самых странных местах. Идеально. Он охватывает тебя руками и зарывается пальцами в твои перья, а ты прячешь лицо в его шее. Вам приходится отлипнуть друг от друга, когда Каркат наконец возвращается с батончиками мюслей и бутылками воды. Неожиданный поворот, от которого у всех взрываются мозги — ты голоднее их обоих, так что пока они обнимаются, ты уничтожаешь три батончика мюслей и полную бутылку воды. Глядя на них, прижавшихся друг к другу… Ты не хочешь вмешиваться или, типа, делать поспешные выводы. Да и они наверняка не хотят, чтобы ты мешал их обнимашкам. Поэтому ты прижимаешь крылья к спине и устраиваешься с краю кровати. — Эй, — зовёт Каркат. — Придурок, иди сюда. — Ага, — Дейв пальцем ноги тыкает тебя в ляжку. — У нас с тобой незаконченная сессия обжиманий, так что влетай в середину, чувак. Подари нам сладкое тепло своего тела. — Оу. Эм, окей, — ты поднимаешься и протискиваешься между ними, пытаясь не дать радости показаться на лице. Недолго провозившись, ты устраиваешься, лёжа на животе и уложив расправленные крылья на них обоих. Дейв накрывает тебя рукой и целует в шею. Каркат откуда-то достаёт покрывала и накрывает вас всех. Тебе интересно, знает ли он, что мурчит. — Знаете, — бормочет тролль тебе в кожу. — Мы должны это повторить. Может даже как реальное, блин, свидание. Когда ты засыпаешь, с твоего лица не сходит улыбка.