Мир, который уже спасен. Часть 1. Белый город.

      Что заставило Германа все-таки отправиться на встречу, он и сам не понимал. И разбираться в этом сейчас совсем не хотелось. Это вышло как-то само собой — он очнулся, когда уже свернул на грунтовую дорогу, карабкающуюся на плато.       «Ну и ладно, - зло подумал молодой человек, - надо выяснить все раз и навсегда». Христофор в их общей времянке так и не появился, впрочем, Герман тоже заехал туда лишь для того, чтобы быстро принять душ и переодеться после работы.       Солнце уже клонилось к закату, когда он по полузнакомой дороге ехал к раскопкам.       - Еще заблудиться не хватало, - буркнул Герман, высматривая нужную развилку.       Однако дорога вывела его туда, куда надо, правда, с другой стороны.       Тут было пустынно, только вдалеке паслось несколько белых коз и красно-рыжая корова. Где-то в невероятной вышине кружила большая птица, с пронзительными криками метались в воздухе стрижи. Было по-вечернему тихо и, казалось, город, который отсюда напоминал разноцветный ковер, находится в другом мире, а тут, на этом пустынном пространстве, царили пропитанные запахом горьких трав покой и безлюдье. Оставив машину на краю поля, Герман неторопливо зашагал по узкой тропинке, бегущей через плато туда, где виднелись холмы и неровности раскопок. Под ногами хрустели пустые раковинки улиток и сухие веточки полыни. То и дело попадались глиняные черепки. Впрочем, Герман успел заметить, что тут, на юге, вся земля нашпигована осколками древней глиняной посуды, камнями со следами обработки или странными знаками, а то и ржавыми остатками былых войн. Часто из-под ног выпрыгивали и скрывались в траве крупные кузнечики или ускользали буро-зеленые ящерки. Они были симпатичные, со смышлеными бусинками глаз и гладкими золотистыми чешуйками и совсем не походили на жутких монстров с древних барельефов и статуй, которые доводилось видеть Герману у бабки и на рисунках в дедовых тетрадях.       Герман озирался по сторонам, ища кого-то из тех, кто назначил ему встречу. Он не был уверен, что найдет тут Христофора или смазливого пижона Макса, но вот Женька обещал прийти, а этот бесхитростный парнишка еще ни разу не подводил. К тому же тот должен был забрать Катерину из яхт-клуба, где она в свободное время помогала тете Шуре.       Наконец, на вершине одного из холмов молодой человек различил несколько темных силуэтов. Один из них тут же замахал руками — Герман вяло махнул в ответ. Судя по тонкой фигурке, это был то ли Женька, то ли Катерина.       Вздохнув, Герман направился к холму. Вот бы можно было вычеркнуть из жизни последние несколько дней, чтобы сейчас просто беззаботно гулять по раскопкам, слушая восторженные Женькины рассказы о неожиданных находках и древних загадках, которые не имеют к ним никакого отношения... И чтобы те, кого он посчитал друзьями, таковыми и оказались.       Глупо. Действительность надо принимать такой, какая она есть, а не какой ее хочется видеть - этому Герман научился давно.       Поднявшись на холм, он понял, что все уже в сборе и ждут только его.       - А я знал, что ты придешь! - улыбнулся Женька, стоявший рядом с Катериной. Та была непривычно тихая и даже как будто смущенная чем-то.       Христофор и Макс, сидевшие до этого на траве, поднялись на ноги. Оба были одеты с изысканной небрежностью, что делало этих, таких разных людей странно похожими друг на друга.       Герман насуплено на них глянул, не ответив на кивок Христофора. Макс лишь вежливо улыбнулся, бросив:       -Bon soir.       - Ну, о чем говорить хотели? - мрачно спросил Герман, - давайте, выкладывайте. Только быстро.       -Присядем? - предложил Христофор, и первый опустился в сухую хрустящую траву. Все последовали его примеру, а Руслан, который и не вставал, лишь пододвинулся ближе.       - Герман, во-первых, я хочу сказать, что никогда не лгал тебе, - начал Христофор. Тот дернулся было, но хирург не дал ему начать скандалить, - повторяю, я никогда тебе не лгал, но признаю, я и не говорил всей правды. Но ведь, согласись, и ты не рассказывал мне всего.       Герман хотел было возмутиться, но... вспомнил святилище в бабкином доме со статуями каких-то монстров с головами змей и странным знаком на полу и промолчал, внутренне все же огрызнувшись: «А с чего я вообще должен был откровенничать?»       - И это естественно, - кивнул Христофор, будто услышав его мысли, - мы только начали узнавать друг друга и доверять.       -А может, я не хочу узнавать и доверять! - возмутился тот, - хотите меня использовать? И не говори, что просто решил со мной дружить — не поверю.       -Ты веришь в Божий промысел? - вдруг спросил Макс.       -А тебе какое дело? - опешил Герман.       -А я верю, - вдруг заявила Катерина.       - Ты вообще цыц, мелкая.       -Герман, - вскинулся Женька, - как тебе не стыдно оскорблять девушку!       -Извиняюсь и раскаиваюсь в содеянном, - передразнивая недавнюю Женькину эскападу, развел руками Герман. Журналист надулся, а Катерина почему-то покраснела, переводя недоумевающий взгляд с одного на другого. Вопрос Макса так и остался без ответа. Впрочем, Герман и сам не знал, верит ли он в промысел, судьбу и все такое. Пожалуй, скорее нет, чем да.       -Для начала… - заговорил было Христофор, но Герман его перебил:       -Для начала я хочу знать, кто ты на самом деле и, главное, кто вот он! – палец обличительно указал на Макса, - почему он преследует меня в снах и почему вышел вчера из зеркала?!       - Я вышел из зеркала? - приподнял брови Макс.       - Так, все! - Герман встал, - если ты продолжаешь дурочку катать, я прямо сейчас разворачиваюсь и ухожу, понял? Или рассказываешь все, или мне тут делать нечего!       -Вообще-то мы думали, что разговор этот будет только с тобой, - начал Христофор, - но вышло так, что рядом появились друзья, чья судьба переплелась с твоей...       -Э! А меня кто-нибудь спросил?! - возмутился Герман, - я не собираюсь ни с кем переплетаться, понятно? А особенно вот с ним, - он кивнул на Руслана, который только закатил глаза, а затем нацелил палец на сидевших рядом Макса и Христофора, - и уж точно – не с вами.       -И тем не менее, это произошло, - мягко, но настойчиво возразил хирург, - поэтому советую все же выслушать нас.       -Ладно, валяйте. Не зря же я сюда приперся... Макс обхватил руками колени и некоторое время созерцал закатный горизонт. Потом задумчиво заговорил:       -Деятельностью Ордена я заинтересовался давно, когда еще жил во Франции. Тогда по стечению обстоятельств в мои руки попала информация о существах не совсем человеческой природы, которые, маскируясь под обычных людей, заправляют ходом истории. В то время я был очень молод и увлекся конспирологией не на шутку, однако быстро понял, что все это вовсе не игра. Дело в том, что по роду своей деятельности я имел доступ к старинным закрытым архивам, и вот там-то мне и попалась информация о «Заветах Великого Змея» — трех книгах, якобы написанных в незапамятные времена первыми нефилимами.       Герман слушал, привалившись спиной к большому обтесанному камню, и весь его вид выражал крайнее недоверие.       - Происхождение их окутано тайной, - продолжал Макс, - ведь даже в Библии и апокрифах об этом говорится весьма туманно. Но наиболее вероятным выглядит предположение о том, что нефилимы — потомки от браков между ненадолго обретшими плоть падшими ангелами и людьми, прародителем которых был Каин. Собственно, союзы эти и заключались с единственной целью — породить будущее войско тьмы, наделенное гениальным, но бездушным разумом отцов-демонов и человеческой сущностью матерей. Когда численность гибридов, назовем их так, стала достаточной для продолжения и умножения рода, демоны ушли обратно в преисподнюю, оставив своим наследникам наставления на многие поколения вперед. Это была стратегия войны, необходимая любой армии, записанная в трех свитках, а потом и книгах, и известная нам с вами под названием «Заветы Великого Змея».       - А у сил добра есть своя армия и стратегия? - задала вопрос Катерина, которая не очень-то любила долго слушать кого-то молча. Максимилиан улыбнулся:       -Конечно, есть. Армия — это мы с вами, люди, и высшие силы. А стратегия войны против тьмы в отличие от «Заветов», которые всегда хранились в строжайшей тайне, известна любому. Это Священное Писание. Правда, наши враги многое делают для того, чтобы заставить людей поверить, будто это всего лишь сказки и суеверия, и тем самым оказаться беззащитными перед злом.       Три части «Заветов» хранились в тайниках, которые располагались в разных концам мира, и собирались воедино примерно раз в пятьсот лет — иногда больше, иногда меньше, точные даты были известны лишь посвященным. Дело в том, что помимо всего, в книгах было описано, как нефилимы могут связаться со своими прародителями из преисподней, чтобы получить от них указания, на основании которых можно будет составить план действий на ближайшую половину тысячелетия.       Однако в документах, которые я нашел, говорилось, что в начале шестнадцатого века книги были уничтожены…       -Зачем? - не понял Герман.       -В них содержались не только инструкции по духовному уничтожению человечества, но и совершенно конкретные описания оружия массового поражения, методики создания псевдоживой материи и, как я уже упомянул, описание ритуалов, с помощью которых нефилимы могут выходить на связь с миром тьмы для получения дальнейших инструкций. Судя по всему, те, кто сжег «Заветы Великого Змея», поняли, что подобное адское знание не должно существовать в мире, и нанесли мощный удар по Ордену, оправиться от которого до конца он не может до сих пор.       -А что тогда в тетрадях, которые получил в наследство Герман? - подался вперед впечатленный рассказом и явно верящий каждому слову Макса Женька.       -Как я выяснил много позже, один из тех, кто уничтожил «Заветы», предварительно сделал выписки ключевых моментов книг в тетради, а затем надежно их спрятал. Так надежно, что Орден не мог добраться до них несколько сотен лет, пока конспект не попал в руки твоего, Герман, деда. А тот, неплохо владея латынью, перевел записи на родной немецкий.       Все это так поразило меня, что я решил посвятить свою жизнь расследованию деятельности Ордена. Более того, я даже устроился на работу в одну из принадлежащих ему организаций. Мне хотелось понять, чем именно сейчас занимаются враги человечества и с какой стороны нам следует ждать удара.       Именно так мы познакомились с Христофором.       Конечно, я делал вид, что ничего не знаю об Ордене, а вступить в его ряды не смог бы, даже если бы захотел — в моих жилах нет ни капли крови нефилимов, однако я внимательно наблюдал за всем, что происходит.       - Подождите, - нахмурился Руслан, - но если принять на веру существование библейских нефилимов, то нужно вспомнить и о Всемирном Потопе, во время которого, как говорит все та же Библия, погибли все, кроме семьи Ноя, в том числе и эти самые нефилимы.       - Верно, - кивнул Макс, - есть предположение, что погибли только их тела, а демоническая сущность в последствии возродилась заново заселивших землю людях. А есть и другая версия, согласно которой они также, как и в первый свой приход на землю, с помощью алхимии создали искусственные тела, так называемых гомункулюсов, в которые и вселились.       -Это что-то вроде клонов? - уточнил Женька.       -Не совсем, - покачал головой Макс, - клон создается из живой материи, а гомункулюс — из неживой и даже неорганической. «Заветы» были уничтожены пятьсот лет назад, но остался список третьего тома, где как раз и содержалось описание этой технологии. И теперь Орден всеми силами хочет добраться до тетрадей, которые и являются переводом этого списка, чтобы с помощью уже не только алхимии, но и современной науки снова начать создавать гомункулюсов и заселять землю. С книгами были уничтожены не только способы их получения, но и формулы связи с силами преисподней — Орден остался без поддержки и отчаянно пытался вернуть себе хотя бы конспекты «Заветов».       -Не логичнее было бы просто уничтожить любые напоминания о книгах? Для чего списки хранились столько веков? - спросил Христофор, внимательно выслушав рассказ. -Они нужны потомкам как доказательство деятельности, да и самого существования Ордена. Ведь его члены на протяжении всей истории убеждали человечество в том, что их нет, а в наше время даже весьма в этом преуспели, - пояснил Макс, - согласитесь, mes amies*, сегодня принято свысока смотреть на тех, кто верит в мировой заговор. Для чего же были сделаны сами списки, история, увы, умалчивает. Возможно, их автор просто конспектировал прочитанное, чтобы лучше разобраться в текстах, и вообще не помышлял о том, что за его записями начнется охота — кто знает.       Герман слушал молча с непроницаемым лицом, но внутри у него шла борьба сразу нескольких чувств. Ему нестерпимо хотелось вскочить и высказать все, что накипело, этому заграничному хлыщу, рассказывающему тут с умным видом небылицы, точно диктор второсортного телеканала, специализирующегося на мистике. Но при этом где-то в душе он знал, что все сказанное сейчас — правда, которой он если и не понимал раньше, то всегда подспудно о ней догадывался.       Поэтому, взяв себя в руки, молодой человек решил повременить с выплесками эмоций и довольно спокойно уточнил:       -И много их, этих… ну, нефилимов?       -Не очень, - покачал головой Макс, - но все они в основном занимают высокие посты в политике, экономике и даже искусстве. Часть их них можно увидеть на европейских тронах, в титрах самых известных и кассовых фильмов, в первых строчках «Forbes». Но самые могущественные из них слишком знатны, чтобы быть королями, слишком влиятельны, чтобы мелькать в титрах фильмов, и слишком богаты для любых списков мировых олигархов. Они действуют из тени и, встретив их на улице, вы никогда не узнаете, что вот этот невзрачный человек, лицо которого, увидев, тут же забываешь, - один из тех, кто ныне вершит судьбу мира...       -Это вы про Орден? - тихо, почти шепотом, уточнил Женька.       -Именно так, - кивнул Макс, - туда, за весьма редким исключением, принимают лишь тех, в чьих жилах течет кровь нефилимов, тщательно отбирая самых талантливых и, выражаясь современным языком, перспективных.       -За редким исключением? - прищурился Герман, - значит, брали и обычных людей?       -Мне известен один такой случай, - акцент Максимилиана сейчас почти не был заметен, - в архивах упоминалась история о двух друзьях, один из которых был полукровкой, как ты, Герман, а другой и вовсе не имел ни капли их крови, как остальные, присутствующие тут. Однако оба были приняты в ряды Ордена, потому что именно они двое могли создать гомукулюса. По крайней мере, маги и астрологи с уверенностью указывали на это.       Повисла пауза, а потом Герман неожиданно взорвался:       -Слышь, ты, весь в белом! Ты будешь мне, физику, на серьезных щах рассказывать про всякие лженауки, магов и астрологов?! – проорал он, нависнув над сидевшим на земле Максом. Впрочем, тот и глазом не моргнул.       - Отчасти ты прав, mon ami, все адепты темных наук не сумели предсказать самого главного — эти двое оказались теми, кто до скончания времен будет становиться на темном пути Ордена и разрушать его планы.       Герман отчетливо хмыкнул:       - Ну, блин, супергерои хреновы.       -Их имена сохранились в истории? - спросил Руслан с профессиональным интересом.       -Оба принадлежали к известным дворянским родам, однако до нас дошло имя лишь одного из них, но, увы, не сохранилось ни его портрета, ни фамильного замка.       -Очень удобно, - снова фыркнул Герман, - чтобы проверить нельзя было.       -Фамилия де Бриен тебе о чем-нибудь говорит? - с любопытством посмотрел на него Макс.       Герман хотел было ответить отрицательно и... прикусил язык. А ведь бабка когда-то упоминала что-то такое, когда говорила о том, что их род уходит корнями во Францию. Причем, тон у нее был крайне неприязненный и презрительный. Но тут снова вмешался Руслан:       -Вы имеете в виду потомков знаменитого маршала Франции Жиля де Реца, Синей Бороды?**       -Верно. Фамилия достаточно известная в истории.       -Скажите, а что стало с записями, сделанными по «Заветам Великого Змея»? - Женька придвинулся ближе. Его карие глаза горели нескрываемым интересом и даже азартом. В отличие от Германа и Руслана, он впитывал информацию как губка, - я имею в виду не тетради, а оригиналы.       -На протяжении последних пятисот лет они хранились в семье потомком де Бриена, - ответил Макс, - именно их и переводил доброй памяти Отто фон Штрайнер, взявший в последствии фамилию Кайзер, твой, Герман, дед.       -А для чего было уничтожать «Заветы», если все равно остались копии? - Катерина, которая следила за рассказом с не меньшим энтузиазмом, чем Женька, сейчас выглядела озадаченной. Макс улыбнулся ей:       -Видите ли, мадемуазель Катрин, у меня есть основания предполагать, что это не совсем копии, а лишь конспект, в который вошло далеко не все. Вот, почему уничтожение «Заветов» сильно пошатнуло могущество Ордена.       Герман скривился и демонстративно зевнул:       -Ты меня сюда притащил, чтобы читать нудные проповеди? Или, может, наконец, к сути перейдешь?       Женька сверкнул на него глазами, Катерина же сидела смущенная непривычным обращением «мадемуазель».       -Именно к ней я и подхожу, - похоже, пронять этого типа было совершенно невозможно, - судя по тому, как Орден отчаянно пытается заполучить тетради с переводом списков «Заветов Великого Змея», он снова затевает что-то серьезное. А вот что именно, нам и предстоит узнать.       -Ну, допустим, узнаем. И что мы сможем сделать? Это же все равно, что пытаться голыми руками остановить скорый поезд, - заметил Руслан.       -Давайте решать проблемы по мере их поступления, - безмятежно отозвался Макс, - для начала нам нужна информация, а что с ней делать, будем думать потом. Бог все устроит.       -Зашибись. А меня это каким боком касается?       -Ты — единственный из нас, кто может внедриться в Орден и разузнать, что они замышляют на сей раз. А вместе мы постараемся им в этом помешать. В твоих жилах течет их кровь, а твои предки занимали в Ордене высокие посты – и сейчас они с радостью примут тебя.       -Угу. Я уже развесил уши и побежал внедряться, - Герман прикурил от зажигалки и с наслаждением затянулся — в густых вечерних сумерках замерцал оранжевый огонек, - с какой стати я вообще должен верить твоей сказочке.       Неожиданно его поддержал Руслан:       -Мне неприятно это признавать, но Змееныш прав. Все рассказанное вами звучит слишком фантастично, и, например, мне как историку не особенно в это верится.       -Никаких доказательств у меня нет, - развел руками Макс, - разве что косвенные. Перстень Германа с гербом Ордена, записи его деда и охота, которая на них ведется. Ну... и сны, которые являются ничем иным, как пробуждающейся наследственной памятью. Негусто, правда?       -Какие сны? - в один голос спросили Руслан и Катерина.       Но Герман только рукой махнул и бросил:       -Потом расскажу.       -Я предлагаю тебе все обдумать и, главное, быть честным с самим собой. Понять, чего ты хочешь.       -Нечего тут понимать. Хочу я, чтобы ты оставил меня в покое со своими парижскими тайнами, ясно? А еще виллу на Канарах и счет в швейцарском банке. Может твой Орден мне это дать?       -Вполне. Ты пообещаешь отдать тетради в обмен на хорошую должность в одной из компаний, принадлежащих Ордену. И не стесняйся просить побольше.       -Да вы что, рехнулись все? Как мы сможем помешать такой махине, как этот ваш Орден? - вспыхнул Герман, - кончится это просто-напросто тем, что они получат доступ к информации, за которой давно охотятся. Поправьте, если я ошибаюсь.       Озорная улыбка появилась на лице Макса:       -Дело в том, что в тетрадях нет интересующей их информации — тот, кто делал копии, просто не стал ее переписывать. Но Ордену об этом не известно.       -Угу. Ордену не известно, а тебе известно, - сигарета дрогнула в пальцах Германа. Весь этот разговор все больше его раздражал.       -Прости, я не упомянул сразу, но мне посчастливилось изучить оригинальный список «Заветов» образца XVI века. И могу сказать тебе одно: там нет ни рецепта создания гомункулюса, ни способа вызова демонов — очевидно, тот, кто делал конспект, намеренно решил не сохранять такую информацию. Это окажется для Ордена сюрпризом, но сначала они оценят по достоинству твою добровольную передачу тетрадей, можешь быть уверен.       -А, кроме того, - поддержал Христофор, - ты ничего не теряешь. Даже, если все рассказанное сегодня не было правдой, ты просто получишь хорошую работу.       Герман вытряхнул из пачку новую сигарету и прикурил от окурка, в который превратилась предыдущая. В последнем утверждении, в отличие от долгих и совершенно неубедительных витийств Макса, был резон. Предложение работы ведь и правда поступало. Правда, от мерзопакостного «педика Юры»***, но тот явно был всего лишь курьером. А вот если за ним стоят серьезные люди, а не распространители чудо-чаев, то почему бы не поторговаться с ними? Терять-то действительно нечего — окажется все это пустышкой, ну что ж, не привыкать. А если нет? Тогда можно будет навсегда избавиться дедовых записок и связанных с ними проблем, и наконец-то устроить свою жизнь...       -Разумеется, никто тебя не торопит с принятием решения...       Макс не договорил - его прервал раскат грома, неожиданно прогремевший совсем рядом. Герман явственно вздрогнул и побледнел. Впрочем, в сгустившейся ночной тьме этого никто не заметил.       Все лица поднялись к небу, на котором вместо недавних еще звезд и ущербной луны, клубились слегка подсвеченные огнями города, тучи. Первые тяжелые капли начали падать в траву со смачными шлепками.       -Сейчас ливанет! - констатировал Руслан, - надо уходить.       - А куда? - спросила Катерина, поежившись. Становилось прохладно.       - Герман, вероятно, на машине... - заметил Христофор.       - Машина далеко, да и не влезут туда все, - напряженным голосом ответил тот.       -Тут рядом есть грот, мы все там поместимся, - Руслан поднялся на ноги, отряхивая джинсы от налипшей на них сухой травы и колючек, - пошли, пока не хлынуло, иначе тропинка станет скользкой, и мы не спустимся.       -Ну так веди, чего встал?! - нервно скомандовал Герман.       -Змееныш, ты чего, промокнуть боишься? - насмешливо покосился на него Руслан, шагая впереди всех в сторону края плато.       - С чего ты взял, что я боюсь? - прошипел тот. Неподалеку опять грохнуло.       - Хвост топорщится и чешуя дыбом встала, - хмыкнул Руслан.       - Дебил первобытный!       Дальше стало не до разговоров. Тропинка, уводившая под обрыв, была крутой и узкой, поэтому спускаться по ней, да еще и при свете одного фонарика в телефоне Христофора, было трудно — из-под ног постоянно катились мелкие камешки. Женька умудрился почти сразу упасть, правда, без особого ущерба - он просто сел на землю, когда нога, не найдя надежной опоры, уехала вперед. Герман среагировал первым и, схватив его буквально за шкирку, вздернул на ноги.       - Смотри, куда идешь! Тут тебе не бальные танцы! - проорал он. Женька моргнул и звонким от обиды голосом возмутился:       -Я что, специально?!       - Еще не хватало, чтоб специально!! - отрезал Герман и мрачно зашагал вперед за двинувшимся дальше Русланом.       Женька остался позади, сглатывая обиду.       Наконец тропинка привела к черному провалу в скале, в котором, между все более громкими раскатами, слышалось журчание воды.       -Сюда, - скомандовал Руслан, который, судя по всему, видел в темноте, как кошка, - осторожно, в воду не наступите, тут родник.       Дождь уже поливал вовсю, а молнии то и дело перечеркивали небо, вырывая из темноты очертания окрестных холмов и крыш.       По очереди, стараясь не поскользнуться, все втиснулись в небольшой грот - места едва хватило на шестерых. Герман, активно работая локтями, пробрался в центр и там нахохлился, нервно смахивая со лба мокрые волосы. Остальные тоже пытались как-то отогреться и немного обсохнуть.       Душная жара летней ночи вмиг сменилась сырой прохладой, и все потихоньку начинали стучать зубами. Герман оказался зажат между Женькой и Максом, и те с удивлением явственно ощутили, что он заметно вздрагивает при каждой вспышке молнии.       - Герман, не бойся, - прошептал Женька, - тут гроза не достанет.       - Что?! - Герман взвился, как ужаленный, - с чего ты взял, что я боюсь?!       -Просто так, - чуть улыбнулся тот - он уже простил Герману его грубость, - смотри, уже уходит.       -Да с чего ты взял, что я, блин, боюсь?! - возмущение получилось не очень убедительным.       - Да с того, что подпрыгиваешь на каждую молнию так, будто тебя в зад иголкой тычут, - буркнул Руслан, который хоть и стоял поодаль, но, как выяснилось, прекрасно заметил состояние Германа.       Казалось, тот увеличился в размерах, а по стенам грота побежали искры. Он уже набрал в грудь воздуха, чтобы разразиться обличительной тирадой, когда был перебит Максом:       -Ох, прости, Герман, это, кажется, я виноват, - с этими словами он извлек из кармана складной ножик, лезвие которого было не до конца вогнано в пазы, - видимо, ты наткнулся вот на это.       Герман уставился на неизвестно откуда взявшийся ножик с таким изумлением, что даже забыл разораться, а Христофор рассмеялся - так тихо, что это вполне можно было принять за шум дождя.       -Это что, орудие самообороны? - язвительно поинтересовался Герман.       -Скорее, просто орудие. На все случаи жизни, - пояснил Макс и протянул ножик Герману, - возьми. Так сказать, в компенсацию за причиненные неудобства. Он тебе пригодится.       Ножик был ладный, даже красивый, с множеством лезвий, прятавшихся в темно-зеленой рукоятке.       -Спасибо… - буркнул Герман, не в силах отказаться от подарка — о таком перочинном ноже он мечтал с самого детства, увидев однажды у отца. В тот раз он постеснялся попросить себе такой же, а потом, став взрослым, так и не собрался купить: то денег не было, то забывалась детская мечта.       -Кажется, дождь проходит, - заметил Христофор, посветив фонариком в сторону выхода из грота.       - Т-тогда, может, п-поедем ко мне, а? - жалобно проклацал зубами Женька. После грозы стало еще холоднее, и его, одетого в промокшую футболку, трясло.       - Ладно, - сжалился Герман, - только Чингачгука придется привязать на крыше машины.       -Сам в багажник лезь, - огрызнулся Руслан.       -А ты поведешь? - фыркнул Герман, - полчаса будешь вожжи искать и «но» кричать.       - А ты... - надвинулся на него Руслан, но Христофор ловко вклинился между ними.       - Не стоит ссориться, Максимилиан тоже на машине. Герман, где вы оставили свою? Тот удивленно на него глянул, потом задумался на какое-то время... и растерянно признался:       - Понятия не имею... Где-то. Я же не знаю, куда нас этот неандерталец завел, и в какой стороне теперь машина!       -Если бы я вас не «завел», тебя бы молнией прибило, - мстительно сообщил Руслан.       Герман сделал решительный шаг навстречу археологу. Раздался громкий шлепок.       - Какая падла тут устроила лужу?!       Вопль Германа вспугнул ночную птицу из кустов.       - Эта падла называется мирозданием, - хмыкнул Руслан, - специально для тебя постаралось. Да не подпрыгивай ты, если не будешь мешать, найду твое привидение с моторчиком. Я помню, откуда ты пришел.       -За привидение ответишь, - процедил Герман, выбираясь из ручья, в который попал ногой.       И только уже забираясь в сухой и теплый салон запорожца, он подумал о том, что так и не выяснил, кто такой, собственно, Максимилиан Мируар... ______________ *Mes amies – друзья мои (фр.) **Жиль де Монморанси-Лаваль, барон де Ре, граф де Бриен, сеньор д’Ингран и де Шанту (1405 ? — 26 октября 1440), известен как Жиль де Рец (фр. Gilles de Retz) — французский барон из рода Монморанси-Лавалей, маршал Франции и алхимик, участник Столетней войны, сподвижник Жанны д’Арк. Был арестован и казнен по обвинению в серийных убийствах, хотя достоверность этих обвинений в настоящее время оспаривается. Послужил прототипом для фольклорного персонажа Синяя Борода. ***Тут отсылка к старому анекдоту: -Ты кто? -Я мастер педикюра. -Иди-ка ты, Юра, отсюда.