Прекрасное яблоко раздора

Утром следущего дня я проснулась у себя дома. Сначала, я не поняла почему так, но потом пришло озарение: Она увезла меня домой. Ну и правильно! Наверное бабушка бы волновалась. Точно, я вспомнила как мы ехали в какой-то машине, она все обнимала меня, говорила, чтобы я не плакала. У меня тогда была истерика, потому что я была пьяной и не понимала почему меня выгоняют, если совсем недавно мы дарили друг другу тепло и любовь. Тогда я сказала такую фразу: - Если вы меня выгнали лишь потому что у вас ночуют другие любовницы, то помните, что я все равно это узнаю. Вспоминая сейчас, я не помню ее реакцию, но припоминаю свою, как я уткнулась к ней, все еще обижаясь, но как-то все равно по детски наивно. Это было незабываемое ощущение, незабываемый вечер, незабываемая она. Я так много вчера клялась, что не забуду ее, что люблю ее, что готова сделать для нее все, что она попросит. И я припоминаю, как она шутила - Учись хорошо и тогда я смогу ставить тебе пятерки за знания, а не за что-то другое! И я улыбалась после каждой такой шутки. Прошло два дня с момента того как мы не виделись, потому что у нее были дела, а я не решалась за эти выходные вызваться на разговор с Машей. Она лишь изредка писала, звала гулять, но я не знала как после всего, что у нас было с Татьяной я могу себе позволить дальше улыбаться Маше. Нет, я не трусиха, я могу сказать Маше. Просто не хочу. Вдруг это было всего лишь на разок-второй и она найдет новую молодую особу, а я найду утешение в Маше. Хотя, это действительно звучит ужасно. Вообщем, в колледже у нас снова был разбор полетов про ее "бизнес за счет меня". - Да как ты не можешь понять, что ты для меня не проект, а живой человек! Я люблю тебя, а не твои стихи и даже не деньги, которые будут за счет этих стихов. - А откуда я могу знать, что все это вы говорите не ради проекта, а ради меня? – я недоверчиво говорю и заставляю ее снова раздражаться. - Недоверчивая, неопытная, упрямая... Продолжать? – она смотрит на меня уже более сурово. - А вы не такая же упрямая, когда речь заходит о моих несчастных стихах? Татьяна молчит и через несколько секунд берет меня за руку, прижимая чуть ближе к себе. - Но стихи то действительно прекрасны! Особенно последний, просвещенный мне. Я смущаюсь, ведь там такое содержание личного характера. И она хочет, чтобы это читали и слушали люди? Да как так можно?... Я даже не знаю, соглашаться ли мне. - Я подумаю. Мне правда стоит подумать. Слишком уж часто я решаю принимать быстрые решения, надо хоть иногда чередовать. Что мне нравится в Татьяне это ее рассудительность и понимание. Она уже прошла через этот максимализм и теперь, как человек проживший этот возраст, может понимать меня. Ссор у нас глобальных не было как раз через то, что существовало это понимание. С Машей с каждым днем в колледже становилось все не выносимее, я чувствовала как начинаю быть психологической травмой этого человека, которого...люблю ? Я не понимаю уже, что испытываю к ней, мне так сложно это принять. Маша не пытается узнать, ну и я, пожалуй, помолчу. Это я хорошо умею. И вот поэтому после уроков я всем бессовестно вру, что иду на театральный кружок, хотя на пол пути срываюсь и, сама себе напоминая, чем это закончиться, набираю Таню. Я долго просто молчу, улыбаясь как дура. Она второй раз спрашивает: - Ира, что случилось? - Через двадцать минут ждите меня у себя дома. – Ставлю перед фактом, непоколебимо стоя на остановке. – Вот так с лету? Ира, ты безбашенный человек! Теперь придется готовиться, ждать. А чего это за поступки на грани сумасшествия? – Она не говорит, а восклицает, что настолько я привожу ее в шок. - Я соскучилась. – Коротко и ясно. Без каких-либо дополнений и слащавости, просто хочу увидеть того кто теперь занял большую часть моих мыслей. Может это опять гормоны бьют в голову и хочется творить неимоверную дурь, чтобы потом вспоминать это и улыбаться - "какие были времена!" В общем и целом, я не заметила как прошли эти сорок минут, пока я доезжала до нее. А еще через время я не заметила как, уже, прошу заметить, без алкоголя, приближаюсь к ее губам. - Погоди. Ты подумала на счет стихов? – Вот все надо оборвать на самом интересном и опять свою шарманку крутить. Я отвожу вгляд и собираюсь с мыслями. - Подумала. Я думаю пока рано придавать этому какое-либо значение. Я еще юна и неопытна в рифме и подаче. Мне бы год на учение этого всего. Она кивает, как бы соглашаясь, но не торопиться ответить на мои попытки поцеловать ее. - И все же твои стихи должны видеть и знать. Такое прятать в себе будет безумно глупо! – Она ждет ответа, как бы соглашения с ней, чтобы только потом продолжить начатое. Вот лиса же! - Спасибо, но вы сильно нахваливаете меня и я не такая уж великая. Татьяна, хотела было возразить, но мне приходит смс-ка на телефон. - Это снова Терехович? – Усмехается она и берет меня за руку, взывая к совести. И мне действительно стыдно! Стыдно, что обещание не выполнено ни с чьей стороны. - Да, она до сих пор не знает. Извините. - Слушай, я то извиню, но долго ли это будет продолжаться? Может стоит облегчить жизнь хотя бы самой себе? И как же она чертовски права, ведь так сложно разорвать свое время на всех сразу. Это присутствие лжи давит с каждым днем. Я отвечаю Маше, на ее: "когда закончите?" чем-то нейтральным типа "через два часа". Откладываю телефон и собираюсь забыть об этой смс-ке. И действительно получается, а Татьяна помогает мне забыть, целуя в губы, шею, ключицы, но в моей голове стоит четкая цель - не переспать еще раз. Это слишком много, а я все таки не дама легкого поведения, хоть и скрыть сейчас своего возбуждения не могу. Эти два часа я забываю о том, что Маша едет себе спокойно к кружку, чтобы забрать меня. И вспоминаю я только тогда, когда в моменте страсти от поцелуев, моя рука нащупывает собственный телефон, который вибрировал от звонка. - Ой... Я кажется забыла...– говорю ей это шепотом прямо в губы, нервничая. - Вот даешь! – явно сердиться, не сильно, но заметно. - Сегодня уже не дам. И на эту фразу получаю вскинутую бровь и немного недовольное лицо. - Вот поэтому поторопись объясниться Маше и тогда, возможно, проблем станет куда меньше. - Только вы не обижайтесь, пожалуйста. Хотите, я вам в интернет скину какую-нибудь фотографию интересного содержания? – подмигиваю я. Она молча улыбается и кивает, уже представляя какая именно будет эта фотография. Но это потом. А пока я быстро напяливаю на себя куртку, шапку, попутно прощаясь с ней, ботинки так же быстро обуваются и ноги несут меня к остановке, чтобы успеть на кружок. Маша пишет, что почти у метро, а я понимаю, что не успею и мне нужно срочно что-то придумать. Хотя, казалось бы, это мой шанс признаться. Но нет! Я как настоящий изменщик буду придумывать сотню оправданий, чтобы в последствии разочаровать человека настолько, что он будет тебя проклинать еще через двадцать лет. Пока я еду, мне в голову ударяют мысли о том, чтобы вообще написать, что Елена Алексеевна(преподаватель по театральному кружку, о которой Маша знала) нас задержит, но тогда она будет ждать меня неподалеку. Это становится невыносимым кошмаром, терзающим мою душу. Но, как бы не билось сердце, надо было сделать что-то, чтобы исправить ситуацию. Я не готова! Не готова признавать, что я изменяю! Это слишком резко, непозволительно резко. Я так решила и осудить меня вправе лишь создатель этого мира, этой ситуации. Я была через несколько минут у метро. Маша ждала меня где-то тоже рядом. Когда мы пересеклись, то она удивилась, почему я вышла не с той стороны. Ожидаемо. - Ира... Как так вышло? Ты была где-то в другом месте ? - Вобщем да. Это относительно к сюрпризу тебе относится. Надо было по делам... - Мне начинает казаться, что это уже оправдание чему-то не хорошему. – Маша в этот момент подозревала что-то, что могло быть похожим на правду. – Скажи, ты правда не употребляешь наркотики? - Я? Нет, что ты! Я бросила. – и это так, но сейчас в моей жизни присутствует кое-что по сильнее наркотиков. Намного сильнее. - Я надеюсь, что ты не врешь. И все же, где ты была? Очень серьезно смотрит, казалось сейчас испепелит взглядом. - Не могу сказать, извини. Это очень тяжело объяснить. Дай мне время. Она кивает. У меня почти получилось ей намекнуть. Но сказать на прямую? Еще чего! Легче мучать себя и остальных. Именно так я создам еще больше проблем. Браво! Этот день закончился для меня разочарованием. В себе, в своей слабости, в мыслях. Во всем. И вроде бы мы идем сейчас по снегу, мимо ларьков, домов, но я все прокручиваю в голове нашу незаконченную встречу с ней и на ум приходят лишь строчки из нового стихотворения, который я, по понятным причинам, не могу показать Маше. "Вы меня волнуете Своим открытым взглядом, Когда во сне целуете. В реальности бы надо! " И действительно, писав это, я чувствовала, что сон когда-то станет явью и вот, стоило мне просто пойти на это свидание и моя жизнь не только изменилась и подарила мне новые эмоции счастья, любви и заботы, но и превратило это море в скором времени в болото проблем, лжи и недосказанности. И все же. Я так и не призналась. Хотя бы себе признаюсь, что изменяю. Уже успех.