Детство Балдимора

      После капитального осмотра помещения Балди потерял свою пылкость, поэтому уставший сел на диван в гостиной, после чего прикрыл глаза, начиная уже засыпать, но Дмитрий этого сделать не дал. Мужчина аккуратно потряс мальчика за плечи и заставил открыть глаза, чтобы сопроводить мальца в его же комнату, от которой сон пропал от слова совсем. У него появилось острое желание кричать, бегать и прыгать от счастья, потому что его же комната его чуть не довела до инфаркта миокарда в столь юном возрасте.       У маленького педагога глаза на лоб полезли, когда он увидел свою комнату. Стены были выкрашены в мягкий голубой цвет, который не доставлял дискомфорта для глаз. Вся комната была уставлена математическими головоломками, игрушками для развития логики, а именно: кубик Рубика, пазлы в 1000 элементов, Bondibon и другие. Также был огромный стеллаж с книгами, в котором располагались различные заумные книги, включая математические; ну и помимо них для развлечения фантастика, романы и тому подобное, что Балди тоже бросилось в глаза. Около огромного окна с видом на город стоял большой рабочий стол, на котором лежали недавно купленные, новые канцелярские принадлежности. Рассматривая свою новую комнату более досконально, математик всё оббегал, визжа от такой радости в жизни. У мальчика никогда таких высот не было, особенно когда он жил с родителями. Те никогда не знали, что он любит и не любит, так что на какие-либо праздники отделывались деньгами или дарили то, что впоследствии лежало без дела и пылилось годами, ведь это Балди совершенно не нужно. А тут вот тебе радость, да и к тому же некая напасть: совершенно левый человек, который только стал знакомиться с Балди, надарил мальчику столько всего нужного и полезного, что в какой-то момент радость переключалась на грусть, причём ностольгичную грусть.        Все раздумья шатена были прерваны голосом Дмитрия и стуком подходящих телохранителей. — Ну как, тебе нравится? — стеснительно спросил тот, не зная, угадал он немного или нет. — Я старался подобрать хотя бы что-то, что тебе по душе придётся… Я м-могу заменить! — Дима уже вытирал свой лоб от пота, мол, ребёнок начнёт сейчас истерить и нужно думать, как избежать такого исхода событий. Но вместо ожиданий, произошло настоящее: Балди со слезами радости на глазах подбежал к Диме и улыбнулся, крепко сжимая этот пухлый мешок в объятиях. — Мне всё нравится! — запищал тот, прыгая с ноги на ногу от счастья. — Откуда ты знаешь, что я люблю?! Я ведь не так много о себе рассказывал… — мальчик отошёл и задумался. — Я посмотрел твоё личное дело, опросил твоего друга из детского дома и, кстати, его усыновили почти сразу же после тебя! Оказалось, что его уже рассматривала одна семья на протяжении месяца. Он тебе об этом не говорил? — Нет… Странно, — Балди конкретно призадумался, но его вновь отвлёк голос Димы. — Можешь написать ему. Я спросил его номер, так как первым его подарком стал телефон. Держи.       Мужчина подал мальцу праздничный пакет, в котором находился новенький сенсорный телефон и обрывок бумаги к нему, видно, с номером Носочка. Приняв и распаковав всё, Балди, как самый настоящий перфекционист, положил каждую вещь ровно, после чего опять подбежал к Диме и обнял его, очень-приочень крепко сжимая в объятиях, отчего богач стал хлопать мальчика по спине из-за того, что скоро перестанет дышать из-за его крепких объятий.       После разборок и благодарностей, после всякой прочей болтовни и разговоров Дима покинул мальчика, и тот остался в гордом одиночестве, но, конечно, с хорошим настроением и подарками, которыми налюбоваться не мог и осматривал, пока не стал заморачиваться с телефоном. Настроив эту аппаратуру, мальчик нашёл контакты и благополучно сохранил номер Носочка, с которым в скором времени смог созвониться и поболтать о том, почему альбинос не говорил о том, что его уже рассматривала одна семья. Оказалось, что Носочек не хотел уходить от Балди, потому-то и упрямился уходить, хоть и семья ему была по нраву.       Ближе к вечеру Балди, сходив в душ, притомился и разлёгся на кровати, пока глаза сами не сомкнулись, и тот не погрузился в царство Морфея. Чуть позднее к нему зашёл Дима, вернувшийся с работы, поэтому застал мальчика уже спящим. Тихо усмехнувшись, мужчина подошёл к мальчику и стал его осматривать. На кровати лежал включенный телефон с контактом носочка, рядом упаковка с открытыми сладостями, ну и, конечно, грязная одежда, в которой он проходил месяц, а то и больше. Сам мальчик был только в полотенце, обёрнутым вокруг талии, да и при этом с открытым окном. Устаканив все эти ”неполадки”, Дима сел на край кровати Балди и чмокнул его в щёку, а затем покинул комнату, оставляя Балди наедине с собой.       Сон прошёл прекрасным образом. Мальчик выспался, ободрился, увидев прекрасный сон про свою собственную школу, в которой был самым главным протагонистом (ему понравилось быть в этой роли, скажем, для разнообразия), а антагониста он позабыл. Встав с кровати, тот поскакал делать утренние дела, надел одежду, которая была в шкафу, после чего прибыл в хорошем расположении духа на завтрак к Дмитрию.       Сидя на стуле и читая газету, закурив вместе с тем утреннюю сигаретку, Дима до поры до времени не замечал Балди. Когда же довольный мальчик стал дёргать мужчину за рукав, последний недовольно убрал газету, но как только увидел недоумевающее лицо мальца обнял его и улыбнулся, дабы отвлечься от новостей, которые принесли ему не очень хорошие вести и раздумья на сегодняшний день. — Пап, пап! — задёргал того Балди без всякого стеснения. — Мне сегодня такой сон, такой сон приснился!       Увидев такой энтузиазм в глазах ребёнка, Дима окончательно отложил газету и настроился внимательнее выслушать дитё, чем слушал ранее. Увидев это, Балди запрыгал от удовольствия, что его наконец-то выслушают за столько месяцев. И дело даже не в том, что Носочек его не слушал, как раз-таки было всё наоборот… Просто Балди хотел внимания не только от друга, но и от взрослых, а в детском доме этого ох как сложно достичь. — Я увидел свою собственную школу! Как думаешь, я смогу создать проект, в котором будет полное описание моей школы? Я её чётко помню и очень хочу воплотить в реальность, — мальчик с ожиданием стал глядеть на Диму. — Я тебе помогать не буду, — холодно отрезал тот. Возможно, у него такие методы воспитания, а может ещё что, но Дима твёрдо высказал своё слово, чем поверг в полное огорчение и страх мальчика. Балди ничего не смог ответить и, увидев это, Дима смягчился, поняв, что высказался слишком грубо. — Я просто хочу, чтобы ты научился всего достигать сам. Если меня не будет, или не будет тех денег, коих у нас сейчас в достатке, что ты будешь делать? Мм? — Я... Э-э-э… Дим, ты меня напугал… — сказал мальчик, запинаясь, после чего его глаза загорелись ярким пламенем желания достичь такого же твёрдого слова. — Я тоже так хочу!!! Пап, научи, а? Я так учеников усмирять буду, пожалуйста!       Дима сидел в полном шоке. Охранники, которые стояли в дверях, выпучили глаза, не понимая, что за мальчик это такой. — Что, прости?.. — медленно и тихо проговорил Дима, подсаживаясь к мальчику ближе. Он, щурясь, смотрел на мальчика и недопонимающим взглядом бегал по его лицу. Сам богач был некогда психологом, поэтому присматривался к мимике мальчика. Балди это спугнуло. — Я… Я сказал, можешь ли ты меня научить так же убеждать словом, чтобы без прорехи?.. — мальчик неловко улыбнулся, подымая взгляд с пола на мужчину. Последний молча осмотрел мальца, потом улыбнулся добродушной и даже старческой улыбкой, после чего кивнул и вновь взял газету в руки, начиная её читать. — Могу, но только не сейчас. Приятного аппетита. Сон твой и вправду хорош собой, ведь раскрывает твои желания и мечты, а то и будущее предсказывает… Я рассмотрю твоё предложение. Садись уже, дурачок! — засмеялся под конец Дмитрий, отодвигая газету и смотря на мальчика. Хоть и были неловкие ситуации между этими двумя, с этого момента всё пошло более менее ровно и благополучно.       После обильного, вкусного и, наконец, нормального завтрака Балди поблагодарил Диму, побежав в свою комнату. На пороге мальчик успел навернуться и грохнуться со всей дури, но не успел поцеловать полас, ведь стоящие в дверях охранники успели того подхватить. Все четверо дружно засмеялись, после чего Балди спокойным шагом ушёл к себе, уже там вновь начиная набирать скорость. Найдя в полках для творчества обычные листы А4, мальчик начал расписывать план для реализации своего будущего. Насколько прекрасное чувство вдохновения и свободы посещает каждого в определённый момент времени, показывая нам новые возможности жизни, не правда ли? Это чувство свободы, вдохновения и воплощения мечт легко описать с лёгким дуновением ветра, который свободно гуляет по лесной чаще, полям, поверхности рек, оборачивая все мелкие детали, что встречаются на пути. Каждый такой предмет, который попал под влияние вольного духа свободы расцветает прямо на глазах! Разве это не чудо? Так и мы, берясь за какое-то дело, можем из мечты сделать реальность, которая потом будет ох как хорошо расцениваться. Главное начать, не потерять веру в себя, в свои силы и возможности, и просто творить! Да, по пути будут встречаться трудности от мало до велика, но вы не сдавайтесь и идите вперёд, набирая скорость, как этот маленький чёрт — Балдимор.       Он начал быстро чертить какие-то схемы и планы здания, затем стал расписывать свой и не только график работы. Грубо говоря, мальчик понёсся создавать свою простенькую школу мечты, в которой вскоре хотел преподавать. — Вот отучусь и пойду работать!! Только бы быть хорошим учителем математики… — с жалостью и сомнениями протянул тот, ложась на усеянный рукописями пол и медленно погружаясь в царство Морфея, от которого его отвлёк звук открывающейся двери. С момента завтрака прошло уже больше часа, поэтому Дима решил проверить Балди. Увидев вышеописанную картину, Дмитрий неловко засмеялся и подошёл к мальчику, усаживая его к себе на колени. Балди хотел было возразить, но как только коснулся толстовки, то сразу прильнул к ней и прикрыл глаза. Насколько же она была мягкой… неописуемо мягкой и нежной, что от любого прикосновения хочется утонуть в приятных ощущениях. Дмитрий опять вздымился. Такого рода нежностей ему не удавалось лицезреть за всю свою жизнь. Мальчик сладко улыбнулся, смотря на своего папу, который раскраснелся и чуть ли не заплакал от такого трогательного момента, беря расчерченные и расписанные листки мальчика. Хочется же посмотреть, что он там чирикал всё это время. — Пап, а ты чего такой красный? — Да ничего… Пустяки… Душно просто. — наотмашь сказал тот, демонстративно всхлипывая носом. — Пап, а где ты такую толстовку купил? Она такая мягкая! Я тоже такую хочу… Только зелёную, а не коричневую, — тот поудобнее уселся на коленках Димы и стал болтать ногами, смотря на мужчину. — Ааа… Ну, я думаю… Подожди минуту! — Дима за всё это время уже углубился в чертежи мальчика. Настолько всё было ровно вычерчено, причём без всяких погрешностей. Эти чертежи можно было бы даже презентовать, потому что сама по себе идея про одноэтажную, но большую школу была заманчивой и интересной. — Слушай, да у тебя ведь талант! Тебя сразу в математическую вертикаль нужно! Ты в каком классе учился? — взор мальца тоже упал на листки, которые держал в руках Дима. — Я шестой закончил… Вот в седьмой переходить собирался… Сейчас лето ведь, но не знаю, в какую школу ты меня определишь. Я очень плохо адаптируюсь к новому месту и людям. Для меня это всё настолько дико, что тебе даже представить будет сложно, — мальчик серьёзно посмотрел на Ди, мягко намекая, к чему он. — Ну, я могу тебя отправлять с личным водителем в старую школу… Если ты этого хочешь, — Ди хотел было продолжить, но Балди его перебил своим резким и громким словом "нет". — Ну а что ты тогда мне предлагаешь? Пеняй на себя, но в новую школу ты должен пойти. На счёт адаптации не переживай, ты можешь прямо сейчас подобрать себе самостоятельно школу и начать её осмотр уже летом. Там также могут проводиться разные кружки, некоторые из которых могут прийтись тебе по душе. Я тебя запишу, но только без избытка или недостатка. И то и это вредно. — Чем же вредно? — Тем, что при недостатке ты будешь лениться и прогуливать этот единственный кружок, а при избытке перегружать себя. Не меньше одного, но не больше четырёх. Подумай над этим хорошенько, а я с тобой прощаюсь, мне пора бежать, — тот хотел было встать, но мальчик, сидящий на коленях, не дал этого сделать, смотря на Диму ещё злее. — Что ты хмуришься-то? Из-за перехода в новую школу? И почему это ты в старую перехотел, хоть и намекал на неё? — Купишь толстовку или нет? Я жду однозначного ответа от тебя. А про школу… Вспомнил кое-что, что мне там не нравится, так что забудь, — мальчик убрал хмурость во взгляде и стал блестящими и умоляющими глазами смотреть на Диму. — Хорошо-хорошо, я тебя самолично к тому портному свожу, чтобы на тебя связали толстовку. Успокойся только и дай встать.       Мальчик слез с Дмитрия и стал на него смотреть, пока последний поправлялся. Потрепав Балди по волосам, мужчина улыбнулся тому и стал уходить, но потом резко остановился и посмотрел на свою руку, на которой был пучок волос. — А что у тебя с волосами? — А что с ними не так? — Ты линяешь, и не понарошку. У тебя клочьями волосы выпадают, ты в курсе? — Нет… — мальчик поник, стал себя ощупывать и проверять факт на достоверность. Дима внимательно смотрел на эмоции Балди, пока тот в страхе и исступлении поглаживал себя по голове. Посмотрев на свои руки, на которых лежали волосинки, Балди оттянул пучок волос с головы, а на руке уже увидел не пару волосков, а целый клок, от чего мальчику поплохело и он убежал в уборную. Дима побежал за ним.       После данной ситуации мальчика вычесали, но волосы по-прежнему беспрерывно ломались и падали. Затем его отвезли к врачу. После длительных вопросов врач заключил, что это от стресса и эмоционального перевозбуждения.       После посещения врача прошёл месяц. Начался школьный период. Балди максимально тщательно старался ухаживать за своими волосами и учиться, пока в один из дней не взбесился и не сбрил всё до круглой и красивой лысины. После чего были длительные разговоры с Димой, которые оканчивались, мягко говоря, не положительной нотой, ну а в один из дней отец и сын пришли к компромиссу, в решении которого даже плакали от счастья.       Мягких волос больше не было. Те попросту не росли. Балди свыкся с этим и признал, что так намного легче жить, нежели с теми пышными волосами, за которыми нужно вечно ухаживать.       Летели года. Балди по-прежнему усердно учился, между тем запугивая своих одноклассников своим неустойчивым и пылким характером, кой иногда вызывал конфликты с физическим насилием. Балди долго отговаривать от наказания не приходилось, ведь его отчим является руководящим богатеем уже в этой стране, а не в каком-то там городе. Конечно, после сих моментов Балди получал жестокий выговор от Димы, после которого педагог ни в какую не выходил из своей комнаты на протяжении нескольких часов, а то и дней. Такие психи Диру не устраивали, а потому он старался сделать их кратковременными, выманивая дитятко общим компромиссом.       Балди и вправду полюбил своего нового отца, потому и поддавался на его уговорки и всяческие попытки выманивания.       С Носочком Балди тоже продолжал общение, иногда встречаясь в парках, усадьбах или общей музыкальной школе, в которой будущий педагог чувствовал себя как дома, всячески угождая и помогая учителям в той или иной сфере деятельности. Учитель прекрасным образом играл на фортепиано и гитаре, словно сама судьба приписала ему этот дар. Балди не хвастался своими успехами, не глумил менее способных, одним словом не был тщеславным, а только наоборот помогал другим ребятам и хвалил их за любые стоящие успехи.       Вот так и пролетели года юноши вплоть до восемнадцати лет. А далее началось самое интересное…