7 минут в раю

«Темнота — друг молодежи»

      Азарт горел в моих глазах не хуже, чем у соперника. Ряд шотов уже красовался на столе, маня своим видом и градусом. Серёжа, сидящий напротив, склонился над напитками и поднял взгляд на меня. — Принцесса, а ты уверена, что твой организм выдержит такое количество алкоголя? — насмешливо буркнул парень, потянувшись за стопкой. — Куда руки тянем, время ещё не пошло! — хлопнув его по ладони, я возмущенно цокнула, — Мой организм покрепче твоего будет, жалкая пародия Эдварда! — не сдержав смешок, прикрыла рот руками, разглядывая плащ парня с вздымающимся воротником. Серёжа выпрямился и прищурил глаза, я лишь мило улыбнулась, поправляя корону. — Я — граф Дракула! — он оскалил зубы, показывая накладные клыки.       За всю историю университета никто не видел настолько ожесточенной войны за первое место. Даже отличники так не рвали жопы на олимпиадах, как мы в том же споре за то, кто первый добежит до столовой или кому слабо выучить «Онегина» наизусть.       Вечер Хэллоуина располагал к новым противостояниям, и отступать я была не намерена. Съесть острый перец? Залпом осушить бутылку вина? Поджечь на себе платье? ЛЕГКО! Пусть это будет платой за поражение Серёжи и море возмущения в его глазах. — Брейк, бульдоги, — вмешался Антон в костюме индейца, держа таймер в руках, — Соберитесь! Отсчет пошел!       Одновременно мы схватились за шоты, опустошая один за другим. Бросая друг на друга взгляды-молнии, мы понимали, что идем нога в ногу. До конца ряда оставалось 3 стопки, а мы всё ещё не уступали друг другу в первенстве. Спиртное обжигало всё изнутри, как и говорил Арс, так как это были его самые крепкие смеси алкоголя. Он, как и все остальные на вечеринке, смотрел на нас с ноткой ужаса в глазах, представляя, что к концу вечера мы с Матвиенко так же будем спорить, кто первый займет место у унитаза, а кто будет держать волосы.       Три. Два. Один.       Синхронно стукнув стопками по стеклянной поверхности стола, мы обозначились, что раунд завершён. Ничья. Наблюдатели вскрикнули от восторга, не скупясь на аплодисменты. Ещё бы, всего 2,4 секунды на 10 шотов. Наши с Серёжей глаза встретились в битве взглядов, наливаясь кровью и негодованием от результата очередного спора. — А слабо состричь свой хвостик? — я откинулась на спинку дивана, скрестив руки на груди, надменно глядя на соперника. Окружившая нас публика взвыла в мою поддержку, заливаясь смехом. — Это кичка! — гаркнул Серёжа и хлопнул ладоням по столу, — Только если ты сострижешь свои волосы! — взяв меня на понт, он обеспечил своему хвостику, окей, кичке неприкосновенность, так как я дорожу своими длинными косами по пояс. — Есть предложение, — Айболит Дима бросил на стол ковбойскую шляпу, что ещё полчаса назад была на Арсе, к верху дном. Мы заглянули на содержимое головного убора и озадаченно подняли взгляд на друга, обнаружив там горстку бумаг, — Тяните по очереди фанты и идёте в темное помещение на 7 минут с тем человеком, кто вам выпал. Их задача вывести вас из себя. Кто первый сдастся — тот проиграл. Один идет в прачечную, другой — в подсобку.       Да уж, находясь в общежитии, не так много выбора для подобной игры, учитывая, что помещение должно быть маленькое. Мы сунули руки в шляпу и схватили первые попавшиеся фанты, наперегонки открывая их. — Серёжа! — Соня!       Мы застыли в удивлении, глядя друг на друга, и ещё раз перепроверяя написанные имена на бумаге. — Я думал, такое только в фильмах бывает, — заявил ахуевший Дима под заливистый смех друзей позади, — Окей, тогда давайте так. Кто кого первый заебёт, тот и победил. Прачечная или подсобка? — Прачечная! — я вскочила с места, первая вырывая право голоса. — Подсобка! — поднялся следом хвостатый и зло посмотрел на меня.       Протянув друг другу кулаки, мы скинулись на «К-Н-Б» и, разрезав ножницами бумагу, я триумфально подбоченилась, подмигивая Позову. Серёжа недовольно пробурчал что-то про воробушек и несправедливость себе под нос, взмахнув плащем. — Прачечная, так прачечная, — он пожал плечами и шагнул к выходу.       Комната для выживания была как раз напротив, что и привлекало меня, так как подсобка на другом этаже ни как не радовала бы мои, уставшие и натёртые от «хрустальных» туфелек, ноги. — Так, резбя, сдаём телефоны и холодное оружие, — шутливо произнёс Дима и протянул к нам руки.       Закатив глаза, Серёжа вынул из заднего кармана брюк кастет и телефон. Изогнув бровь и хмыкнув, я вручила Позову свою дамскую сумочку, припоминая, что забыла выложить нож-бабочку. Мобильный я забыла на столе рядом с шотами. А больше мне ничего и не нужно было, терпеть хвостатого, конечно, пытка, но не смертельная. — Я же, блять, пошутил, — Дима ахуел с новой волной, таращась на предметы в своих руках.       Желая поскорее приступить к выполнению задания, я понеслась в прачечную, заскакивая на стиральную машинку болтая ногами. Серёжа с таким же задором забежал внутрь, встав напротив и прислонившись спиной к стене. — Желаю вам друг друга не убить, — Поз наполовину прикрыл дверь, на полном серьёзе косясь на нас с парнем, — Теперь я не шучу. Ножей-визиток в трусах нет ни у кого? — мы отрицательно кивнули и залились диким смехом. Закатив глаза, Дима захлопал дверь, — 7 минут!       Не теряя времени, я первая пошла в бой, заметив перед входом пачку порошка на стиральной машинке. Поэтому и уселась поближе. — Серёнь, — я взяла в руки мыльное средство, и натянула лукавую ухмылку, — А слабо лизнуть порошок? — Тоже мне сверхзадача, — язвил парень, — Давай! — Иди, возьми, он у меня, — я вытянула руку, тряся «лакомством», чтобы хвостатый нашел его по звуку.       Внезапно мужская рука сжала мою грудь, а об коробку ударилась голова Серёжи. — Слепой что ли?! — вскрикнула я, повторно вмазав ему порошком в ухо. — Дура, тут, как в жопе негра! — гаркнул он в ответ, выхватывая пачку из моих рук.       В кромешной темноте я внимательно прислушивалась к каждому действию парня, дабы удостовериться, что всё выполнено на совесть. Улавливая взмах руки, стало слышно, как порошок сыплется из пачки. Серёжа резко начал кашлять и плеваться, от чего я вздрогнула, роняя одну туфлю на пол. — Господи, какая гадость, ты сама-то такое пробовала? — главный элемент спора полетел в угол, с грохотом падая. — Нет, конечно, я что, совсем тронутая? — я захохотала, вытирая невидимые слезинки, — Чем докажешь, что реально лизнул?       Матвиенко старательно вытирал язык от мыла, чертыхаясь себе под нос, нагло игнорируя мой вопрос. Внезапно он замер, не издавая ни звука. В такие моменты становилось особенно страшно. Даю зуб, он расплылся в зловещей улыбке, демонстрируя бутафорные клыки, а в глазах взрывались салюты от восторга. Это означало только одно — безумная идея вновь посетила его умалишённую головёнку. — Поцелуй меня! — он подскочил ко мне, упираясь руками о стиральную машинку, поравнявшись со мною ростом. Да, я чуть ниже ростом, что уж тут поделать. — Совсем с ума выжил? Ты же стирального порошка нализался! — упершись руками в плечи Серёжи, я запрокинула голову назад, возмущаясь. — Вот именно! А что, слабо? — язвительный тон парня заставлял пересмотреть мои взгляды относительно мыльного привкуса во рту, — Заодно и проверишь, правда ли я его лизнул.       В моей голове возник значок загрузки, а обезьянка, стучавшая тарелками, забилась в самый угол сознания. Если откажусь, то покажу свою слабость. Всего-то поцеловать Матвиенко, подумаешь, бородой поколется и устроит мыльное шоу во рту, зато сорву куш, как говорится. Этот запрос на победу залез в мои мысли, и я зависла, предугадывая возможные последствия.       Махнув на кричащее подсознание и обезьяну, что носилась с плакатом «СОС» в голове, я собралась с духом и сжала воротник плаща Серёжи. Рванула к нему настолько быстро и резко, что даже ударилась о его нос, но всё же в губы попала чётко. Сам он застыл на месте, осознавая суть происходящего, а я и сама не поняла, как проскользнула языком внутрь его рта, касаясь клыков.       Его бы слюни, да в мыльные пузыри.       Серёжа вышел из режима ожидания и грубо схватил меня за бедра, сжимая и притягивая к себе. По спине пробежали крупные мурашки, вздымая невидимые волоски даже на руках. Потеряв контроль над спором, сама обвила его шею, прижимаясь, насколько это возможно. Его руки поползли вверх по спине, надавливая, заставляя выгибаться, позволяя нависнуть надо мной. Я была уже готова сгореть в этой внезапной страсть заживо.       Но, заливший комнату, свет выбил нас из колеи. А точнее, вбивая обратно, на путь истинный. Мы оторвались, ошарашено глядя друг другу в глаза, всё ещё находясь в переплетении тел. Это алкоголь. Это абсолютно точно алкоголь. Чёртов Арс со своим мини-баром градусом 40+. — Ну ахуеть, — мы синхронно повернули голову на Диму, стоящего в дверях. Он думал, что его сегодня уже ничего не удивит, но нет. Не произнося ни слова больше, он вернулся обратно в центр веселья, полагаю, за дополнительной дозой спиртного. Как говориться — напиться и забыться. — В следующем году приходим на Хэллоуин, как красавица и чудовище, — освобождая парня от своих рук, заявила я, — Слабо? — Отличный дуэт, только чудовище — ты! — загоготал Серёжа, делая шаг назад от меня. — Как скажешь, платье одолжить? — я ехидно улыбнулась, наблюдая, соперник меняется в лице.       Спустившись на пол со стиральной машинки, я обула потерявшуюся туфельку и направилась к выходу, обернувшись через плечо: — Может, повторим такой спор? — Базару! — подскочил Серёжа, расплывшись в довольной улыбке.       В голове немного помутнело, и я ощутила, что ранее выпитый алкоголь просится наружу, создавая дискомфорт изнутри. Схватившись за дверной косяк, прикрыла рот рукой: — Только мне сначала нужно в туалет. — Мне тоже, — Серёжа поравнялся со мной и уже намеревался выскользнуть из прачечной. — Я первая! — я возмутилась и, собрав остаток сил, двинулась в проход, толкаясь плечом о плечо с хвостатым. — Нет, я! — он старался протиснуться дальше, бросая на меня прищуренный взгляд, полный сопротивления. — У меня волосы длиннее, — я посчитала это весомым аргументом, одарив его ответным взглядом. — А у меня они уже завязаны, даже держать не нужно! Ну, разве что плащ, — всё ещё бодаясь за первенство, но я не могла так просто уступить Серёже, даже ценой своего роскошного платья.       Эта вечеринка стала началом чего-то восхитительного и взрывного. Споры не прекратились, а лишь набирали обороты, открыв новые возможности.       Главное, что мы нашли общий язык.