Surprise for the devil

— Я не могу этого сделать, — Хлоя села на край своей кровати и сложила руки на коленях. Она смотрела на ангела в своей комнате с умоляющим взглядом, но тот лишь усмехнулся над ней. — Послушай, девочка, — начал он, подойдя ближе. Деккер не боялась его, она знала, что ангелы не могут убивать людей. Точнее, она узнала об этом за все десять дней знакомства с Люцифером и его странноватым братом, — Ты здесь лишь благодаря милости моего отца. Он может стереть тебя с лица Земли за считанные секунды, и никто не заметит. Напомнить тебе, куда ты попадёшь, когда не выполнишь часть своей сделки?        Она вздрогнула и её лицо, вдруг, резко побледнело от слов мужчины. Хлоя хотела бы заплакать, хотела бы ущипнуть себя и проснуться, но всё было реальным и от этого у неё шла голова кругом.        Десять дней как она знает Люцифера, семнадцать дней, как она умерла и ожила. Её не должно быть сейчас здесь, потому что она должна быть зарыта глубоко под землёй, а маленькая Трикси скорбить по матери. Именно последнее заставляет её взять себя в руки и держаться сильной. Ради дочери. Всё ради неё.        Да, кого она обманывает, чёрт возьми? Трикси не единственная причина, по которой она всё ещё жива и согласилась на эту авантюру. Она, как и все люди на Земле, хочет жить. В этом нет ничего постыдного, но Хлоя не может признаться себе. Она не хочет быть такой. — Я знаю, — она облизывает губы и опускает взгляд вниз на свои руки, которые не сильно, но трясутся. Аменадиэль всегда вызывал в ней панику. Как в первый день их знакомства, так и сейчас, — Я просто…        Темнокожий склонил голову и приподнял брови. Ухмылка на его губах заставила её вовремя замолчать, потому что всё, что она сейчас скажет, может воспользоваться против неё.        А Бог умеет читать мысли?        Голова Хлои шла кругом, её мир перевернулся с ног на голову. Она не знала ничего, что должна была, для того, чтобы поймать дьявола. Но она знала, что Люцифер не такой уж плохой. По крайней мере, за десять дней проведённых с ним она это поняла.        Люцифер Морнингстар — взрослый ребёнок. В его жизни нет ничего серьёзного. Он занимается сексом со всем, что движется и дышит, у него куча денег и он получает всё, что захочет, но прежде всего, он оказался неплохим другом. Хлоя скрывала это от сына Божьего, но они с Морнингстаром действительно подружились. — И помни, что ты просто пешка в этой игре, — продолжил Аменадиэль, поднимая её голову двумя пальцами за подбородок. Она отвела взгляд, чтобы не смотреть на него, что вызывало в нём новую усмешку, — Ад встретит тебя с распростёртыми объятиями, Хлоя, — говорит он ей и исчезает также быстро, как и появился.        Хлоя делает один глубокий и судорожный вздох, пытаясь сдержать себя в руках. Трикси забрал Дэниэль на выходные и в эти дни она полностью свободна, может позволить себе отдохнуть, но тяжёлый ком в груди не позволит. Она не может предать Люцифера, но и не хочет попасть в Ад. А был ли у неё, вообще, выбор? Если бы она сразу отказалась от всего этого, что бы с ней было дальше?        В носу начинает неприятно щипать и глаза становятся слишком влажными. Деккер проводит пальцем над веком, но это только усугубляет ситуацию, потому что она чувствует, как начинает трястись её губа. Она лишь не понимает, почему в это всё вляпалась именно она? Как она, обычная Хлоя Деккер, могла привлечь внимание Бога?        Она мотает головой в разные стороны и заставляет себя успокоиться, но ничего не выходит. За окном свистит ветер, деревья раскачиваются в разные стороны и тёмное небо давит своей тяжестью на неё. Хлоя плачет, и не может остановить этих слёз, потому что всё стало таким запутанным и страшным. Только что в её комнате стоял настоящий ангел и говорил о том, что она отправится в Ад, если не отправит туда сатану. Но как она может это сделать? Как она может предать человека, который ничего плохого не сделал? Во всём плохом, что с ней произошло на последние семнадцать дней, был замешан сам Бог и его старший сын. Люцифер же, наоборот, заставлял думать о том, что всё не так плохо, как ей кажется.        Хлоя встала с кровати и направилась в ванную, встав перед зеркалом. Слёзы крупными каплями стекали по её щекам, размазывая тушь. Губы тряслись, она сама тряслась, и раньше этого даже не замечала. Ей пришлось ухватиться руками за раковину, чтобы не рухнуть на пол.        Хотелось хоть с кем-то поделиться всем тем, что она сейчас переживает, хотелось, чтобы кто-нибудь был с ней рядом, обнял и успокоил. Но чем можно успокоить в этой ситуации? Как можно успокоиться, когда тебе нужно разрушить жизнь кого-то, потому что все привыкли считать его злом? Когда тебе нужно отправить его в Ад лишь для того, чтобы не попасть туда самой и жить дальше полноценной жизнью.        А сможет ли она?        За всеми этими размышлениями, Хлоя решила не делать поспешных выводов. Она должна как следует узнать Люцифера, и, если он действительно не такой, как его привыкли видеть, она сделает свой выбор. Это будет сложно и она не сможет не думать о дочери, но ей не нужна такая жизнь, когда она будет знать, что отняла её у кого-то другого.        Деккер пытается себя успокоить, но ничего не получается. Слёзы продолжают литься из её глаз и она не понимает, что происходит и почему она продолжает плакать, потому что всё уже решила. Однако вода продолжает появляться и она позволяет себе упасть на колени. К чему она пришла?        Внизу слышится какой-то странный шорох, а потом и шум сковородок или кастрюль, она не знает, и ей приходится прислушаться, когда всё заново повторяется. Хлоя утирает слёзы рукавом, размазывая тушь по лицу и на ципочках крадётся в свою комнату, чтобы взять пистолет.        Он зарыт в корзине для белья и ей приходится там как следует порыться, прежде чем она его находит.        Она спускается вниз, пытаясь издавать как можно меньше лишних звуков, когда её незваный гость продолжает громыхать на кухне. Она выходит из-за угла, направляя оружие на поражение, когда замечает знакомый чёрный костюм и человека с тёмными кудрями, уложенными, как будто он только что сошёл с обложки. Она выдыхает с облегчением, не замечая того, что пистолет с грохотом падает около её ног. — Привет, детектив, — весело здоровается с ней сатана, оборачиваясь, чтобы одарить её своей улыбкой, но она тут же сползает с его лица, — В чём дело? — обеспокоенно спрашивает он. — Ты плакала? — Люцифер делает несколько шагов к ней, и останавливается, словно вкопанный, когда она делает тоже самое. — Кто тебя обидел? Скажи и он труп.        Она мотает головой в разные стороны, когда слёзы снова возвращаются. Она не успела достаточно успокоиться, чтобы так резко не реагировать на слова других. Как, чёрт возьми, остановить поток этих слёз?        Морнингстар смотрит на неё с недоумением, которое после превращается в гнев. Он сжимает руки в кулаки и горько усмехается. — Детектив-кретин должен был забрать отпрыска, — говорит он, скорее себе, чем ей, — Что он сказал? Он снова говорил тебе гадости?        Мужчина делает ещё несколько шагов к ней и на этот раз она не отступает. Он берёт её холодные руки в свои и слегка сжимает. — Дорогая, чтобы он не сказал, ты не должна это так близко воспринимать, — он тянется к её лицу и стирает мокрые дорожки с её щёк большими пальцами. Он пытается собрать всю тушь с её лица и усмехается, когда понимает, что это бесполезно, — Ты только посмотри, на кого стала похожа, — он разворачивает её за плечи и ведёт к зеркалу. Когда они встают возле стекла и она видит своё отражение, ей также становится смешно. Однако её взгляд останавливается не только на себе, но и на его руках, расположенных на её плечах, и на том, насколько она маленькая рядом с ним.        Вот оно. Она маленькая. Такая же маленькая, как пешка, коей её назвал Аменадиэль. Поэтому так обидно. В этой игре ей сложно победить. Она бы сказала, что невозможно. Но, как сказал Люцифер, она не должна воспринимать всё это так близко к сердцу. Она уже приняла решение, которое начинает действовать прямо сейчас.        Люцифер ободряюще сжимает её плечи и улыбается. Она разворачивается к нему лицом и делает то, что для неё самой становится шоком. Она обнимает его, настолько крепко, насколько можно, прижимаясь к его груди щекой и зажмуривая глаза. Всё это время ей просто не хватало друга рядом, человека, рядом с которым она могла бы расслабиться.        У Морнингстара весь воздух из лёгких уходит, когда она это делает, и первое время он не знает, что делать дальше. Он смотрит вниз, на макушку русых распущенных волос, и чувствует её маленькое тельце, прижатое к нему. Он действует рефлекторно, неосознанно, когда кладёт одну ладонь ей на спину, а второй сжимает ближайшие плечо. Он также чувствует её слёзы на своей рубашке, но впервые в жизни ему плевать на то, что с ней будет дальше, когда Хлоя так сильно чем-то подавлена. Только она может позволить себе что-то подобное и он никак её за это не осудит.

***

       Хлоя ходит на перевязки уже очень давно. Рана слишком глубокая, чтобы так сразу зажить, поэтому, спустя десять дней, она всё ещё болезненная.        Медсестра сегодня другая, она не сильно смачивает марлю, которая прилипла к ране и отрывает её, отчего из глаз Деккер начинают лететь искры. Это так больно и она, разве что, не кричит от этого.        У неё кружится голова, когда она выходит из кабинет, её также немного подташнивает и ей хочется посидеть немного, но ей это вряд ли поможет. Дэн обещал заехать за ней, но она не видит его даже на горизонте, когда достаёт свой телефон и видит непрочитанное сообщение от него.

Прости, Хло. Дела на работе. Доберёшься сама?

       Она горько усмехается и всё же садится на стул неподалёку от кабинета. В таком состояние ей нельзя садиться за руль, а тем более ехать за дочерью в школу, но и не поехать она тоже не может.        Хлоя ищет в контактах своего нового знакомого и её палец зависает над кнопкой вызова, когда она ещё несколько раз думает о правильности своего решения. Вдруг он занят? Что, если у него оргия, и она отвлечёт его.        В конечном итоге, она всё же решается позвонить ему, думая о том, что он скажет ей правду или просто не возьмёт трубку. Но, всего пару-тройку гудков, и он отвечает ей. — Надеюсь, что у тебя для меня прекрасные новости, — говорит он ей, — Ты решилась на секс со мной?        Она усмехается и ловит себя на мысли, что никогда бы раньше так не поступила. Она бы закатила глаза и повесила трубку, но, когда это звучит от него, её это забавляет. — Нет, — честно отвечает она и он разочарованно выдыхает. — Что ж, тогда чем обязан вашему звонку? — он звучит бодро, из него так и сочится энергия, но это всё равно не помогает с головокружением, которое она чувствует. — Ты очень занят? Я не отвлекаю тебя? — спрашивает она, облизывая губы. Люцифер даже через телефон чувствует её волнение. — Для тебя я всегда свободен, ты же знаешь. В чём дело? — Ты можешь забрать меня из больницы? — спрашивает она, опуская взгляд. Это оказалось куда сложнее, чем она себе предполагала. А если вспомнить, что она просит дьявола забрать её… — Я буду через пятнадцать минут, — тут же отвечает он и его веселье исчезает. Он становится слишком серьёзным, когда прощается с ней, и она чувствует себя виноватой в этом.        Люцифер действительно приезжает через пятнадцать минут. Он спешит по коридорам к кабинету, около которого она должна была быть, и останавливается возле неё. Её лицо бледное, сливается со стенами внутри и его передёргивает от одного только взгляда на неё. — Где детектив-кретин? — спрашивает он, садясь на корточки возле неё. — Разве он не должен был быть сейчас с тобой?        Он заправляет выбившиеся пряди ей за уши и она ловит себя на мысли, что они выглядят, как влюблённая парочка, если не хуже. — У него работа, — коротко отвечает она, когда хватается за предложенную им руку. Он берёт её сумку в другую и спокойным шагом направляется вперёд. — Что они с тобой делали, что ты выглядишь так, как будто тебя здесь резали? — он ведёт её к выходу, она шаркает ногами и усмехается с его слов. Ему нравится, когда она улыбается, но сейчас эта улыбка явно натянутая. — Ты почти угадал, — говорит она, — Медсестра содрала марлю так, что у меня искры из глаз полетели.        Ему не смешно, когда она в очередной раз усмехается. За эти дни, которые они знакомы, он уже сумел узнать о ней многое, и самоотверженность была из одних её постоянных действий. Она действительно отличалась от всех тех девушек, с которыми он когда-либо спал, и это ещё больше привлекало его к ней. Заботиться о ней сейчас было чем-то нормальным для него, хотя, если бы это был кто-то другой, он бы уже давно подкалывал его. — Сколько ещё тебе сюда ездить? — спрашивает он, помогая ей сесть в машину. Сегодня пасмурно и кажется, что скоро начнётся дождь, поэтому они выбирают её машину, хотя бы из-за того, что там есть крыша. — Две недели, как минимум, — отвечает она, — Это слишком серьёзное ранение, которое быстро не заживёт.        Он кивает, хотя желание обнять её куда сильнее, чем то, что он делает. Он нажимает педаль газа и они срываются с места.        Что-то не так. Он чувствует это. Она никогда так долго не молчала и никогда не реагировала на его тупые шуточки так долго. Он говорил всю дорогу, не умолкая, когда она просто уставилась в окно автомобиля. Но что он может сделать? Он даже не знает, как устроено человечество, чёрт возьми. Но она выглядит очень грустной. Неужели это из-за той противной медсестры? Ему следовало зайти к ней сразу же, как только он увидел её такой бледной.        К дому они также приезжают в тишине и в какой-то момент ему кажется, что она уснула, потому что её глаза закрыты. Но, как только машины полностью останавливается, она их открывает. — У тебя всё в порядке? — спрашивает он. — В полном, — кивает ему девушка и выбирается наружу. Она задерживается за дверцу машины рукой, слегка наклоняясь вперёд. Ей и раньше приносила боль эта рана, но сейчас это выглядело, как будто ей ещё больнее. — Послушай, ты можешь обмануть своего бывшего, но не меня, — продолжает сатана, обходя автомобиль и обхватывая рукой её за талию, — Я чую ложь за версту. Так что, тебе лучше сказать мне правду, дорогая. — Да, — она выдавливает улыбку, — Спасибо, что помог мне, — она держится за его согнутую руку, когда они идут к её дому, — Просто день не очень хорошо начался, ещё и эти перевязки, а мне ещё нужно Трикси со школы забрать.        Она копошится в дверном замке, когда ключи выпадают из её рук. Он замечает их дрожь и наклоняется, чтобы поднять уроненную ею вещь. Люцифер сам вставляет ключ в дверь и поворачивает его несколько раз. — Тебе нужно расслабиться, ты слишком напряжена, — он подталкивает её внутрь и она повинуется. Кто бы мог, вообще, подумать, что она будет дружить с дьяволом, и что ей будет с ним так комфортно. Ну, не считая дрожи в руках и цианоза ногтей.        Почему ей холодно?        Морнингстар удерживает её от падения, когда голова кружится настолько сильно, что она не понимает, она вертится так быстро или комната. Он обеспокоен её состоянием и это понятно, потому что не каждый день видишь как твой друг едва ли в обморок не падает. — Да что с тобой сегодня? — возмущается он и тянется к её куртке, чтобы расстегнуть и посмотреть, что там намудрила медсестра. Он уже ничему не удивится. Перевязка не должна быть настолько болезненной.        Она не успевает среагировать, когда его тёплые руки исследуют кожу её живота и она вздрагивает, положив ладонь на его. — Не надо, — бормочет она, — Всё нормально. Я с утра уже неважно себя чувствовала, поэтому попросила Дэна забрать меня из больницы заранее.        Люцифер хмурится. — Конечно, — бормочет он, — И этот кретин решил забить на твою просьбу. Напомни мне, почему ты всё ещё с ним общаешься? — Потому что он отец моего ребёнка, — она откидывает голову на спинку дивана и прикрывает глаза. — Я заберу малявку со школы, а ты пообещай, что поспишь в это время. Выглядишь как мой зануда-брат после падения с высоты птичьего полёта, — он проводит рукой по её волосам и оглядывается по сторонам, в поисках одеяла или пледа. Она слишком холодная, чтобы оставлять её в таком виде здесь.        Люцифер накрывает её покрывалом и идёт к выходу, ловя себя на мысли, что дружба с ней действительно его меняет. Права была Мейз, что скоро из дьявола он превратится в пушистого кролика. Но, если это будет означать, что с ней будет всё в порядке… С каких пор он, вообще, заботится о людях? Он же презирал их раньше, а сейчас по собственному желанию едет за отпрыском детектива в место, которое хуже, чем Ад.

***

       Аменадиэль снова появляется слишком неожиданно, влетев в окно на первом этаже. Хлоя почти уснула на диване, завёрнутая в покрывало, которое нашёл для неё Люцифер, и грохот сзади сильно напугал её. Она подпрыгнула, слишком резко оборачиваясь, отчего у неё защемило шею. — Ты не мог бы не появляться так неожиданно? — спрашивает она раздражённо. Она всё ещё слишком хреново себя чувствует, чтобы сейчас о чём-то думать. — Не знаю, в дверь позвонить, а не залезать в окно, как воришка?        Мужчина усмехается, усаживаясь рядом. — Выглядишь ужасно, — комментирует он и она закатывает глаза. — Конечно, ведь твой отец не наградил меня быстрым исцелением, — язвит она, из-за чего ангел мгновенно кажется слишком злым. — Не зли меня, девочка, — шипит он, — Твои слова могут быть использованы против тебя. Помни об этом.        Хлоя фыркает. Конечно, кто, вообще, её будет спрашивать? У неё уже давно нет свободы воли, как она поняла. А была ли когда-то, вообще? Может она расплачивается за какие-то поступки, которые совершила будучи ребёнком или подростком? С каждым днём мнение о всемогущем Боге у неё меняется. — Думаешь, что твои страдания сегодня просто по случайности? Это напоминания тебе о том, для чего ты здесь и почему всё ещё жива, — мужчина наклоняется к ней и кладёт свою огромную ладонь ей на живот, не слишком сильно надавливая, но этого достаточно, чтобы почувствовать боль. Хлоя хнычет и хватается за его руку, чтобы оттянуть её, но он продолжает давить. Останавливается только лишь тогда, когда за окном слышится шум приехавшей машины и легкая музыка, доносящаяся из корвета Люцифера, — Это было лишь начало. Будет ещё хуже, если ты и дальше будешь сомневаться в своих дальнейших действиях. Ты должна отправить Люцифера в Ад, а не развлекаться с ним. — А как же втереться ему в доверие? — кряхтит она, когда темнокожий стоит возле окна, ведущего на задний двор. — Делай то, что считаешь нужным, — отвечает он ей, — Но так, чтобы мой брат ничего не заподозрил. Будешь продолжать также как сейчас, он поймёт, что ты его дуришь.        Шум открывающейся двери пугает ангела и он слишком быстро вылетает в окно, чтобы не попасться на глаза своего брата. Хлоя сильнее кутается в одеяло, чувствуя дрожь во всём теле. Она больше не уверена, что это от холода, потому что Аменадиэль действует на неё не менее пугающе. — Мамочка, — Трикси вбегает первой и бежит к ней, запрыгивая на диван, — Люцифер сказал, что ты плохо себя чувствуешь, — с сочувствием говорит девочка и обнимает девушку за шею. Морнингстар плетётся сзади, таща тяжёлый рюкзак её дочери. — Да, детка, такое бывает, когда у тебя есть ранение, — Хлоя заправляет выбившиеся прядки волос за ушки ребёнка и улыбается, когда видит беззубую улыбку девочки Кто бы что не говорил, но ещё одним человеком, который успокаивает её, была Трикси. — Не волнуйся, мы позаботимся о тебе, — молвит она, — Люцифер сказал, что тебе нужно больше отдыхать, поэтому я подумала, что посмотреть «Холодное сердце» будет в самый раз.        Трикси радостно смотрит на свою мать, но в глазах явно читается мольба, потому что она знает, что этот мультик они смотрели уже сотню раз. — Я думаю, что это действительно так, — соглашается с ней Деккер, — Но сначала тебе нужно пообедать, — напоминает она. Девочка судорожно кивает и бежит к сатане, хватая его за руку. Когда она встретила впервые Аменадиэля, он ей совершенно не понравился, с Люцифером было совершенно иначе. Трикси нравилось проводить с ним время, и Хлоя в очередной раз задумывалась над тем, как могут отличаться от реальности понятия добра и зла. Кем бы не был Морнингстар, он всегда был рядом и поддерживал её как друг, хоть они и знакомы всего недели две от силы. Это многое говорит о человеке, это многое решает и также многого лишает. Просто Хлоя не знает, что ей делать дальше, потому что тот, кого она считала самым настоящим злом, оказался лучше, чем те, кто славился своей добротой. Всё слишком запутанно и сложно. И из всего этого дерьма ей придётся выпутываться самой. — Люцифер, ты будешь супчик? У мамы очень вкусные супчики, — девочка тянет мужчину за руку, но он останавливается на половине пути. — Послушай, малявка, — говорит он ей, — Я не могу остаться с вами сегодня, потому что у меня есть кое-какие дела, но я обещаю, что когда-нибудь компенсирую этот день.        Трикси кивает и убегает на кухню, когда Хлоя поднимается на ноги, чтобы проводить своего нового друга. Она заворачивается в одеяло и бредёт за ним к двери. — Она вымотала тебя? — грустно замечает она. — Не то чтобы вымотала… Ты знаешь, как я отношусь к детям, — он склоняет голову на бок и улыбается. В следующую секунду его рука тянется к её щеке и он поглаживает её большим пальцем, — Как ты себя чувствуешь? Пообещай мне, что позвонишь в любое время суток, если тебе понадобится моя помощь, или тебе станет плохо.        Она коротко кивает головой, борясь с желанием поддаться на его ласки, и вовремя вспоминает про маленького ребёнка в доме. — Обещаю, — отвечает она и улыбается ему. — Что ж. Я также всё ещё жду от тебя звонка с согласием на секс, — кричит он ей, когда отдаляется от дома. — Когда Ад замёрзнет, Люцифер, — смеётся она. — О, я могу это устроить.        И она не сомневается, потому что знает, что он является королём Ада. Только от этого лучше не становится. — Ты невыносим, — добавляет Хлоя. — Я знаю, — он машет ей рукой, — Оденься, детектив, заболеешь.        И она действительно одевается, когда он уезжает. Она кормит дочь, смотрит с ней мультики и всё кажется таким привычным и правильным. До тех пор, пока не наступает вечер и она не остаётся наедине с собой. Всё, что способно испортить хорошее настроение — одиночество.