Ты меня бесишь, Грейнджер!

      Первый курс был всегда чем-то загадочным, не изведанным и таинственным для ребят, только-только прибывшим в Хогвартс. Одни только движущиеся лестницы, и передвигающиеся по рамам портреты вызывали дикий восторг в глазах первокурсников. Гермиона была не исключением и с восхищением впитывала атмосферу праздника и чего-то таинственного.       Она читала о том, что есть возможность попасть на 4 разных факультета, но ее мечтой было оказаться там, где она сможет сполна продемонстрировать свои навыки, ум и мастерство. Пусть она и была магглорожденной волшебницей, но ее надежда оказаться лучшей ученицей своего потока была слишком велика. Настолько велика, что не успев сесть в поезд Хогвартс-экспресса, она уже взбесила своими знаниями половину вагона.       Белобрысый мальчишка из третьего купе показался ей слишком уж надменным и самовлюбленным. Гермиона присматривалась к ребятам с долей опаски, так как понимала, что с ними ей придется провести бок о бок не один год. Поначалу ей бросились в глаза платиновые волосы, а затем это ужасное, по ее мнению, выражение полного безразличия с долей отвращения, которое напрочь отбило у нее желание с ним знакомиться. Хоть и был парнишка для своих лет весьма симпатичен. — Гермиона Грейнджер, а ты? Как тебя зовут? — нервно крутанув прядь волос на пальце, девочка облокотилась о дверцу вагона. — Драко Малфой. Странно, что ты не слышала моего имени, — лицо его искривилось в недовольстве. — Или ты вообще не волшебница? Девочка фыркнула в негодовании и оставила его вопрос без ответа, резко развернувшись на каблучках и зацокав дальше по вагону, продолжая опрашивать учеников о пропавшей жабе Невилла. Но мысль о том, что беловолосый мальчишка определенно доставит еще ей хлопот, не покидала ее до конца поездки.       Заходя в большой зал, Гермиона была полна восхищения от того, где она оказалась. Порхающие под потолком свечи и десятки учеников вокруг, взгляды которых были прикованы к первокурсникам. Профессор Дамблдор передал распределяющую шляпу в руки Профессора МакГонагалл. Началась торжественная церемония распределения по факультетам.       Летели имена и фамилии, Грейнджер сминала в кулачках мантию от волнения, глядя как постепенно распределяются по столам первокурсники под радостные аплодисменты. Она знала, что ее очередь идти следующей. Когда Профессор озвучила ее фамилию, глядя из-под очков, Гермиона почувствовала легкую дрожь по всему телу. «Спокойно, это просто шляпа, она скажет мой факультет и все. Успокойся. Все будет хорошо». — Гриффиндор! Гермиона заулыбалась и пробежала по ступеням вниз к столу под красно-золотыми гобеленами. Шляпа не думала долго, как делала это с многими учениками до нее, и выкрикнула факультет едва коснувшись ее макушки. Грейнджер прошерстила мантией мимо беловолосого Малфоя, услышав в спину в первый раз тихое «бесишь».

***

— Скажите, что я получу, если смешаю корень златоцветника и настойку полыни? — резкий голос Профессора Снегга разносится по кабинету. Малфой оборачивается на дернувшуюся позади него ученицу. «О, это же та странная девчонка из поезда. Грейнджер или как ее там». Она сидит, подняв руку, чуть ли не подпрыгивая от нетерпения и жаждет ответить на заданный вопрос. Еще бы она не знала ответа, Драко слышал уже о том, что она будет лучшей ученицей на курсе. Ведь кто еще из учеников умудрился прочитать почти всю программу первого курса, когда они еще даже не отправились в Хогвартс? Чокнутая.       Ему она казалась странной. Он осматривал вьющиеся каштановые волосы с той долей презрения, за которую она нарекла его про себя «самодовольным индюком». Его раздражала Грейнджеровская манера лезть на всех совмещенных уроках, отвечать одной из первых. Он не меньше нее знал программу, но, по крайней мере, был научен не выделяться, отсиживая свои отличные отметки на месте. Малфой уж точно не собирался становиться выскочкой.       Профессор Снегг проигнорировал ее поднятую руку даже на третьем заданном Поттеру вопросе. Все однокурсники, включая Драко, переводили взгляды то на профессора, то на Гарри, то на Гермиону, ожидая, чем же закончится данное событие. Однако ожидаемых «минус десять очков Гриффендору» так и не последовало в адрес Грейнджер. И Малфой разочарованно вздохнул, смерив гриффиндорку еще одним презрительным взглядом. «Бесишь», — произнес он одними губами и был уверен, что она увидела это. Иначе девчонка бы не нахмурилась и не отвела поспешно от него взгляда.       Что ж, Малфой был уверен, что они не раз еще столкнутся в поединке как словесном, так и за знания, ведь он в том числе был в курсе всех правильных ответов на заданные Снеггом вопросы. Но в отличии от Гермионы, вел себя тихо. Так как выбрал для себя верную тактику действия с преподавателями. Оставалось только ждать.

***

— Малфой, ты не выносим! — Паркинсон стукнула его учебником травологии пятого курса, за что тут же получила полный ненависти взгляд. — Я и не планировал никому нравиться, Пэнс. Свали уже, раздражаешь. — Он лениво откинулся на спинку скамьи и медленно обвел сидящих рядом сокурсников взглядом.       Паркинсон, в очередной раз получив отказ от Малфоя прогуляться после занятий, обиженно надула губы и демонстративно от него отвернулась. Но слизеринскому принцу было до фонаря капризы девушки. Его в данный момент интересовала только слишком оживленная и какая-то чрезмерно довольная физиономия Грейнджер, сидящая за столом напротив. Шел пятый курс их совместного обучения, уроков, на которых слизерин и гриффиндор объединяли, было все больше. Их программы пересекались все чаще и теперь его головной болью вновь была она, девушка, которую поставили ему в пару на задание по зельеварению. Мало того, что она и так вечно лезет на каждом уроке со своими ответами, так теперь еще и это.       Иногда Малфою казалось, что Снегг просто издевается над ним, подкидывая ему в пары таких учеников, от которых у него просто сводило зубы. Будь на ее месте хотя бы Крэбб или Гойл, было бы в разы проще. Сделал все сам, получил свое «отлично», и забыл думать о проблемах тупоголового дружка. Но нет, в очередной раз ему досталась она. Дурацкая Грейнджер. Профессор явно получал удовольствие наблюдать как сталкиваются лбами два лучших ученика его курса. — Да ладно тебе, сделаете вы это зелье и разойдетесь с миром, хватит тебе кипеть как чайник, — Произнес Забини, потому что последнюю фразу Малфой сказал вслух. — Она меня бесит, — сквозь зубы и с такой ненавистью, что была б его воля, то на ней бы мантия загорелась прямо сейчас от одного его взгляда. — Остынь. Ты лучше подумай о том, что может скрываться под этой дурацкой формой. Я уверен, что Грейнджер та еще штучка, — Забини усмехнулся, но завидев уничтожающий взгляд друга, понял, что лучше заткнуться. — Вот иди и трахни ее, раз она тебе нравится. А мне, блять, с ней еще работу делать для Снегга. Забини только пожал плечами и не стал больше ничего говорить, так как опасался попасть под горячую руку. Когда Малфой был не в духе, даже лучшие друзья старались оказаться подальше. Потому что, иначе это было бы черевато последствиями. И это знал не только весь слизерин, но и другие факультеты.       Которые, к слову, сейчас наблюдали, как беловолосый подорвался со своего места и направился в сторону гриффиндорского стола, портить довольным дружкам настроение. Словно предчувствуя очередную перепалку, сокурсники все притихли, ожидая взрыва двух лучших учеников курса. Потому что Малфой определенно направлялся прямиком к золотой троице и на лице его было ни капли дружелюбия. — Грейнджер, отойдем на минутку поговорить без твоих дебильных дружков? — его доставляло то, как Уизел мгновенно закипал, когда он обращался к его подружке. — Слышь ты… — Рон, спокойно. Сам же знаешь, у нас проект по зельям у Снегга. — Гермиона нервно улыбнулась ему и Малфоя вновь перекосило от отвращения. — Ты не мог бы отнести мою сумку в кабинет нумерологии, если я не успею вернуться до урока? — Угу, — Поттер проводил парочку не менее взбешенным взглядом, но на этот раз решил не возникать перед Гермионой, заметив, какое количество учеников и учителей наблюдает за ними. Грейнджер поплотнее закуталась в мантию, пытаясь поспеть за Малфоем к выходу из зала. Слизеринец даже не удосужился проверить, успевает ли она за ним. Да и не особо это его вообще заботило. Догонит, если потребуется.       Сейчас его куда больше занимали мысли о том, что вблизи Грейнджер и правда была не такой уж и уродиной, какой он каждый раз пытался у себя в мыслях ее нарисовать. Возможно, слова Забини все же въелись в его мозг повлияли на восприятие девушки. Мысль о том, чтобы попытаться рассмотреть Грейнджер без призмы ненависти, как он привык, а с точки зрения обычного парня подростка, казалась каким-то безумием. Он тряхнул головой, отгоняя от себя дурацкое наваждение, и принялся продумывать как более резко сказать девчонке, чтобы делала все сама. — Постой, — она одернула его за рукав и завернула за угол в пустой коридор. — Ты хотел обсудить зелья или отвести меня в подвалы и там по-тихому задушить? Девушка хихикнула и без какой-либо злобы посмотрела на Малфоя. «Откуда в тебе это блядское дружелюбие, Грейнджер? Ты сама сломала мне нос на третьем курсе, забыла что ли? Дурацкая девчонка». — Я, кхм. Я хотел сказать, что теоретическую часть будешь делать сама. А практическую придется вместе, зная Снегга, он проверит и докопается в любом случае, — Черт, это вовсе не то, что он планировал ей сказать. Слишком тихо. Слишком спокойно. Слишком ошалело от того, какая она беззлобная. Все это было слишком. — Без проблем, я уже почти дописала всю теорию. Можешь почитать если хочешь, — она вздохнула и откинула с лица уже не такую кудрявую, как на первом курсе, прядь. — Делать мне еще не чего, читать твои каракули, — Малфой фыркнул, пытаясь внести в это все максимальное раздражение, на которое был сейчас способен, — В четыре в кабинете зелий. Если опоздаешь, скажу Снеггу, что проект делал сам. Она улыбнулась. «Блять улыбнулась. Какого хера ты улыбаешься мне, идиотка, ты должна кипеть от ненависти, швыряться проклятиями, как раньше, почему ты мне улыбаешься. Что с тобой не так, Грейнджер?» — Ты меня бесишь, Грейнджер. — А ты меня нет. — Смотрит и улыбается, потому что знает, что это тоже его бесит. Разворачивается, как тогда, на каблуках и уходит. Зная, что Малфой стоит и кипит от злости, прожигая своими голубыми глазами дырку у нее в мантии.