Жизнь так непредсказуема и загадочна.

Гуляя по зелёному саду, я чувствовала счастье. Пение птиц и нежный ветерок прекрасно дополняли общую атмосферу. Цветы распустились, показывая всю свою красу. Хм… Если сделаю цветочный венок маме понравится? Определённо понравится! Ведь она сама как цветок. Нет, птица! Да, красивая и прекрасная певчая, что может взмыть высоко в небеса. И такой явно нравятся эти маленькие цветные растения. Приняв решение, отправилась собирать самые красивые из всех, что есть. После небольшой работы в моих руках возникает новый головной убор. Может немного кривой, но ведь он сделан мной, а значит всё хорошо. Хи-хи, надо скорее показать. Оббежав несколько комнат нашла матушку в спальне. Хм? У нас гости? О чём они говорят? Тихонечко подойдя ближе, принялась слушать. — Ареф, скажи честно, есть хоть малейший шанс на успех? — В мамином голосе сквозило отчаяние. У неё проблемы? — Ха… Дит, дорогая, мы опробовали множество средств и способов, от тех чьё действие доказано, до откровенной чуши. Боюсь, пришла пора смириться. Твоё тело больше никогда не произведёт на свет новое поколение. — Слова были наполнены печалью и сочувствием. Неужели моё предположение верно? — Нет, нет… Как же так?… А как же наследник?… Это была моя главная и основная роль. Неужели я не могу с ней справиться? Тогда… Тогда для чего вообще появилась? Почему ещё здесь? — Всхлип разнёсся по комнате. — Тише, не преувеличивай. В тебе масса достоинств. Ничего страшного, если ты не родила сына. К тому же, у тебя есть Марил, а Лау так вообще от тебя без ума! Поверь, уж я-то знаю. Может показаться, что его действия - это элементарное приличие, однако, не смотря на то, что ваш брак был по договорённости - он уже давно искренни любит тебя. — Ты не понимаешь… Не понимаешь! При всём желании, не сможешь даже представить, сколько усилий я приложила для всего, что есть сейчас! А теперь… Всё рушится… Всё вот-вот разрушится… По её щекам покатились слёзы, губа съедена в кровь. Пальцы впились в волосы грозя их вырвать и портя идеальную причёску. Мне было больно на это смотреть, даже казалось, что не понимаю кого вижу. — Мамочка?… Они оба вздрогнули. Но если дядюшка Ареф едва заметно, то матушка резко и сильно. Она отвернулась, обнимая саму себя. Даже не пытаясь привести в порядок внешний вид. — Марил, дорогая, что привело тебя сюда? — Дядя подошёл ближе и присел на корточки. Скорее всего, он хотел, чтобы это выглядело незаметно, однако от меня не ускользнула его попытка отгородить меня от родителя своим телом. — Веночек! Подарок. — Продемонстрировала в качестве доказательства. — Ах, вот как. Какая прелесть. Дит, посмотри: твоя дочь принесла тебе подарок. Разве не прекрасно? — Лёгкая улыбка и меня пропускают внутрь. Пока проходила мимо, дядя не упустил шанса потрепать по голове. Бу, ещё причёску испортит. И пусть, ведь мне нравится когда он так делает. — Мама! Вот, это тебе. Правда красиво? — Я подбежала ближе протягивая украшение. Улыбка была от уха до уха. Наконец её взор устремился ко мне. Однако вместо ожидаемой радости в нём было разочарование. — Марил. Только посмотри на себя. Ты вся испачкалась. Леди не пристало возиться в земле. Лучше бы ты зазря выброшенное время потратила на учёбу. — С каждым словом глаза становились холодней. Что это? Так не должно быть! — Но… Разве тебе не нравится? — Наверное, это лишь недопонимание. — Ха, а почему должно? И вообще, с чего ты решила подарить мне… Это? — Она взяла в руки венок, но в каждом действии чувствовалась брезгливость. — Ну, как же, ведь… Ты сама прекрасна как цветок, но при этом словно птица! — Искренний комплимент был сопровождён улыбкой. Я ожидала в ответ такую же. Никак не то, что получила. — Не смей мне этого говорить! — Громогласный крик шокировал. Увернуться от руки с переплетёнными цветами не представлялось возможным. Всё случилось слишком быстро. Но в воспоминаниях эта сцена навсегда сохранится в замедленной съёмке. — Ты что творишь?! Приди в себя! — Рёв в её сторону. — Марил, ты как? — Это уже мне. Дядя Ареф не смог защитить от удара, но хотя бы не дал мне встретиться с полом. Хотела сказать, что в порядке, но вместо этого наружу вырвался плач, а руки отчаянно цеплялись за его пиджак. Отойдя от порыва гнева, Дит в непонимании смотрела то на меня, то на свою руку. Осознав совершённое, шок отразился на её лице. Чувства хотели взять вверх, видела, что она вот-вот расплачется, так же как и я. Вот только, вопреки ожиданиям, она остановилась замирая на месте. Секунды молчаливых раздумий и на лице возникает маска холода и жёсткости. — Марил. — Дрожь прошлась по моему телу. — Я сожалею о том, как сейчас поступила. Однако попрошу больше никогда не произносить при мне этой фразы вновь. И ещё… Хватит тратить своё время на всякие бесполезные глупости. Чтобы больше тебя за этим не видела. Ты должна вести себя достойно. — Уже в средине она отвернулась, не желая смотреть в мою сторону. Дядя поднял меня на руки и начал успокаивающе гладить по спине. В ответ - крепче обняла его за шею, видя в нём единственную защиту. Не желая верить в происходящее - как можно сильнее зажмурила глаза. Надеясь, что это лишь дурной сон. Из-за этого мне не удалось увидеть, как он посмотрел на Дит со смесью осуждения и сочувствия. За всеми переживаниями, абсолютно не заметила, как мы оказались в моей комнате. —Малышка, послушай. Уверен, ты шокирована, но прошу - пойми. Сейчас у твоей мамы очень трудный период. Это не со зла. Скоро она успокоится и тогда - первая-же прибежит извиняться. Вот увидишь. И когда этот момент настанет, надеюсь, ты найдёшь в себе силы на её прощение. Хорошо? В ответ лишь молчание. — Ладно, я не в праве тебе указывать как относиться к другим. К тому же нужно время, чтобы отойти от произошедших событий. А пока - можешь попросить у Лины любых вкусностей. Сейчас же распоряжусь, чтобы твои желания были услышаны. Отдыхай. Дядя Ареф потрепал меня по голове и вышел закрыв за собой дверь. Комната ещё никогда не казалась такой большой и… одинокой. Щека всё ещё горела, челюсть болела, а шея ныла. Всё это не прибавляло настроения. Желая узнать как выглядит результат «её» действий - подошла к зеркалу. Пока лишь краснота. — Это был день когда «мама» для меня умерла. — Внезапно отражение начало жить своей жизнью. Испуг сковал липкими нитями. — Осталась лишь соседка, опекунша. — По неизвестным причинам, слова завораживали. — Уже тогда я решила, что не прощу её, даже если она приползёт на коленях. Но знаешь, что самое забавное? С того дня Дит даже не пыталась наладить контакт. А холод и чёрствость стали её извечными спутниками. — Усмешка по ту сторону исказила лицо. — Кто?… — Хотелось разобраться в происходящем, но меня проигнорировали. — В моих правилах: давать лишь один шанс. Если его теряют, значит должны исчезнуть из моей жизни. Вот только… В этом месте главенство мне не принадлежит. Поэтому роль исчезающего легла на собственные плечи. С чем я успешно справилась. С этого момента, что делать - решать тебе. Мне всё равно на то, что может произойти - ты свободна в своих действиях. — Другая Марил была спокойна и меланхолична. Очевидно, что ответная реакция её не волновала. — Я не понимаю… — Стой, дай всё осмыслить. — Пришла пора проснуться. — После этой фразы мир схлопнулся, а на его место вспышкой пришла ясность сознания. Первым кого увидела, после того как очнулась - оказалась Лина.