Сокровище Младшего Короля

Вечер 14 февраля. Самый пик романтики за весь день, концентрация любви в воздухе настолько зашкаливала, что, казалось, она стала осязаемой, протяни руку, и можно было прощупать её. Стоя под фонарным столбом, оперевшись о холодный металл спиной, и спрятав руки в больших карманах, Риндо краем глаза наблюдал за проходящими мимо людьми, и хмурился от собственных мыслей. Так много любовных пар он не видел за всю свою жизнь, и не знал, что ощущал сильнее: тошноту от такой показной романтики или трепет, что скоро к ним присоединится. Но вот с последним чувством было одно сильно весомое «но»: его пассия ещё не его пассия. Вздох белёсым облачком паром вырвался от губ парня, и он отвернулся от улицы, переведя взгляд на кислотно-розовую неоновую вывеску кафе, около входа которого ожидал. Мигающий белый котёнок, который с довольной мордочкой вытягивал лапшу из голубой тарелки, лишь сильнее показывал безвкусицу в оформлении хозяина кафе, однако, судя по аншлагу, творившемуся в помещении, это смутило только Риндо. Большое окно было обклеено изнутри бумажными гирляндами всех розовых оттенков, что закрывали большую часть обзора, но среди мелькавших силуэтов людей парень безошибочным находил ту, ради которой он сейчас морозит жопу и уши на улице, ожидая конца её смены. Благо сегодня часть кафе работает по сокращенному режиму, и объявление на двери доказывало, что эта забегаловка входила в их число, закрываясь всего через полчаса. Пошевелив плечами, пряча половину лица за широким воротом толстой зимней бежевой толстовки, укрываясь от острого холодного ветерка, Риндо прикрыл глаза, вновь погрузившись в свои мысли. Он хотел сегодня посвятить весь день времяпровождению с девушкой, мысли о которой заставляли дыхание сбиваться, а щеки покрывать непривычным румянцем, но Ран, как обычно, обломал все планы. Когда в начале недели он со своей фирменной хитрой лисьей улыбкой зашёл в комнату брата, Риндо уже слышал свист, с которым его планы полетели в пизду. Просьба посидеть пару часиков дома вместе с их общей подружкой, не давая этой неугомонной найти себе приключений на пятую точку, была вроде и не проблемной, но только он знал, что «пару часиков» Рана могу перейти в «половину суток». Но отказаться не решился. Как бы ни ворчал младший брат на тупость их подружки и робость старшего брата, он видел, что, наконец-то, их отношения сдвинулись с мёртвой точки, и хотел помочь хоть как-то. И когда увидел, уходя из квартиры, как улыбался Ран, и как засияли глаза девчонки, хоть та и скривила лицо гримасой обиды, понял, что сегодня не только он решится на тот самый ответственный шаг. Звон колокольчиков отвлек его, заставив встрепенуться и поднять глаза, но тут же обратно нахохлится, когда увидел, что вышла не она. Достав из кармана телефон, парень тихо вздохнул, проклиная медленно текущее время, чувствуя, как в животе собирается комочек нервов, заставляющий сердце биться сильнее, а в голову лезть мыслям о неудаче и позоре. Десять минут до закрытия, и люди стали покидать закрывающееся кафе. Их смех и громкие возбужденные разговоры мешали думать, но Риндо продолжил упрямо стоять и ждать, зная, что это ожидание окупится сполна. Она не знала, что он пришёл к ней и такой спонтанный сюрприз пришёл ему в голову, когда он ехал на поезде в другой район города, и казался очень удачной идеей. В кармане кофты мягко тяжелела коробочка, бархат её щекотал кончики пальцев, и парень едва сдерживался, чтобы в нервах не крутить её, боясь испортить презентабельный вид. Дверь продолжила открываться и закрываться, выпуская людей под лёгкий перезвон колокольчиков, и Риндо хмурился всё сильнее, чувствуя, что ещё немного, и он сбежит отсюда, пока о нём не узнали. Если бы ему, одному из Королей Роппонги, сказали, что он будет бояться смотреть в глаза какой-то девчонке, то это смельчак незамедлительно получил бы пару сломанных косточек, и это был бы самый простой вариант исхода событий. Но вот, сегодня, в день этого чёртового Валентина, он стоит у кафе с самой отвратительной неоновой вывеской, и ждёт ту самую девчонку, из-за которой нервничает настолько, что едва не бьётся головой об столб. Благо хоть жизнь в преступной среде научила его навыку «каменное еблище 24/7», не смотря на испытываемые в душе эмоции, иначе уже все вокруг узнали бы, что в сердце «ломателя костей» появилось место для одной девушки, что своей улыбкой и тихим смехом заставляла трепетать. Очередной перезвон колокольчиков, и Риндо, будто почуяв, поднял глаза, чтобы встретиться с удивленным взглядом до боли знакомых серых глаз, что с удивлением рассматривали его. Девушка застыла у входа кафе, в изумлении приоткрыв рот, и парень выпрямился, но не рискнул подойти ближе. Рядом с девушкой непрерывно щебетала другая девчонка, и Хайтани узнал в ней Юмико, официантку из кафе. — Ну, вот я и думаю, что ему ответить, как ты думаешь, Мейко?.. Мейко? — Не дождавшись ответа, Юми обернулась к собеседнице, и перевела следом взгляд на стоявшего поодаль Риндо. На её лице появилась хитрая улыбка, совсем как у Рана, когда тот хотел в очередной раз подколоть младшего братца. — Ах, вот оно что. Эй, очнись! — Она лёгким движением подтолкнула в спину Мейко, заставляя ту сделать пару неловких шагов в сторону парня, и, продолжая хитро улыбаться, торопливо отошла в противоположную сторону, махав на прощание рукой. — Что ж, до встречи, подружка, вечером спишемся! Хорошего тебе вечерка! Я буду требовать подробности! — А, да, спасибо за смену Юми-чан! — Мейко торопливо обернулась к ней, быстро поклонившись, и тут же, когда до неё дошёл смысл последних слов, вскрикнула: — Какие подробности?! Юмико! — Хохот был ей ответом, и Мейко тихо простонала, спрятав лицо с заалевшими от неловкости щеками в ладонях. Торопливо вздохнув, она стремительно обернулась к молчащему Риндо, румянец всё ещё горел яркими пятнами. Тот молчал, ожидая конца сцены, и едва заметно улыбался, видя, как смущена девушка перед ним. Мейко всегда была такая только перед ним: наблюдая за ней тайком, он знал, что она бойкая девчонка, не лезущая за словом карман, но стоит появиться ему на горизонте, одному или в компании брата, то её дерзость как рукой снимало, превращая маленького волчонка в робкого котёнка. — Я не ожидала тебя увидеть сегодня. Прости за это всё, я ничего не говорила о тебе такого, чтобы Юми-чан так отзывалась. Как-то неловко, — раздался робкий голос, и Риндо вынырнул из воспоминаний, возвращаясь в реальность. Мейко стояла перед ним, ковыряя носком сапог снег, пряча глаза, и на щеках ещё алели яркие пятна румянца, и молчание Риндо давило ей на плечи неподъемным камнем осуждения. — Тебе не за что извинятся, — поспешно проговорил он, понимая, что его молчание было понятно не так, как он хотел. — Мне как-то всё равно, что она думает. Ну? Идём? Мейко кивнула, продолжая молчать, и быстрым шагом направилась в сторону дома, и Риндо быстро нагнал её, идя вровень. Их молчание было привычным и даже чем-то родным, но не сегодня. В воздухе висело напряжение, отчего сам Хайтани чувствовал гнев, что всё пошло не так, как он планировал. Он хотел улыбнуться ей, быть более приветливым сегодня, но нервы сдавили горло стальными клещами, вынуждая молчать, а на лице всё так же ни единой эмоции. Мейко украдкой бросала на него взгляды, не решаясь задать мучавший её вопрос, всё ещё чувствуя неловкость, но всё-таки взяла себя в руки, и, резко вдохнув и выдохнув, тихо спросила: — А почему ты пришёл? Ты говорил, у тебя планы на сегодня. — Ну, да, планы были, — ответил парень, привычным движением поправляя сползающие с носа очки. — Но, как только появилось свободное время, пришёл к тебе. А ты почему на работе была? — Девушка подняла бровь, задав немой вопрос. — Мы же договорились, что, когда я не могу придти провожать тебя, ты не берёшь смены. — Сегодня была хорошая возможность подзаработать… — Начала было говорить Мейко, но резкий стальной голос Риндо прервал её: — У нас был договор, как ты помнишь. Сегодня довольно опасно идти домой одной. Или ты хотела повторения той истории? Напомнить, почему я тебя провожаю? Напомнить, как буквально пару недель назад ты подскочила к нам с братом, прося от помощи, как тряслась, как осиновый лист? — Провалами в памяти не страдаю, — буркнула девушка, отвернувшись в сторону, не показывая, насколько ей было неприятно это слышать, и Риндо лишь фыркнул на это, злясь на самого себя, что не сдержался. Да, тот вечер и он, и она запомнят надолго. Когда в кафе к Мейко начал приставать очередной посетитель, явно выпивший больше, чем следует, она отнеслась к этому, как к привычной конфликтной ситуации. Но совсем не ожидала, что этот пьяница будет ждать её и начнёт преследовать после работы. Та смена была напряженной, она вышла с работы уже тогда, когда не ходили автобусы, и была вынуждена идти домой пешком, не имея средств на такси. Ей было страшно, и, заметив преследование, впала в такой ужас, что в отчаяние обратилась к двум молодым людям, что случайно встретила у входа в парк. Её тогда не смутило ни явно поздний час для прогулок, ни форма членов банды, ни даже то, что один из них, высокий и с косами, расслабленно держал на плече какую-то дубинку. Едва не рыдая от страха, она попросила проводить её через парк, говоря о преследователе. И они, на её удивление, откликнулись на мольбу. Риндо провёл её тогда до самого дома, пока Ран объяснял мужику доходчивым языком насилия, почему не стоит преследовать девушек по ночам, и что женское «нет» означает именно «нет». Мейко тогда впервые доверилась чужим людям, и не прогадала: Риндо был, хоть и молчалив и суров, но ни слова не сказал, когда она на прощание, поддавшись чувствам облегчения и счастья возврата домой, крепко обняла его. Но каково было её удивление, когда через пару дней она встретила этого паренька в очках вновь. Тогда она опять шла домой пешком, через тот же самый парк, где, как в момент первой встречи, он стоял у входа. Риндо узнал её первым, и, не долго думая, предложил провожать до дома после каждой смены. Сейчас, вспоминая это, Мейко поняла — похоже, Рин караулил её несколько дней подряд, не желая пугать ожиданием около дома. Было ли страшно от такого навязывания? Безусловно, но она, на свой риск, согласилась. И он, так же молча, довёл её до дома. Так начался их союз: она списывалась с ним, говоря, когда работает, и он ждал её у входа в кафе, вне зависимости от погоды, иногда опаздывая, но всегда приходил. Сначала молча, а потом появились разговоры, общие темы, переписки по ночам и на учёбе, постепенно сближая и открывая друг другу. Бывало, что компанию составлял брат Риндо, Ран, и в такие вечера блондин ходил темнее тучи, и лишь огрызался на подколы брата и хихиканье девушки. Мейко тихо вздохнула, сетуя мысленно, что сейчас ехидные фразочки Рана были как никогда нужны, чтобы разбавить обстановку. Она бросила косой взгляд на задумавшегося и хмурого парня. Тот, будто почувствовав это, посмотрел в ответ, и девушка скромно улыбнулась, надеясь разрядить напряженную остановку. — Как прошёл день? — Риндо наконец решил прервать молчание. Он думал, что девушка не захочет с ним ничего обсуждать после необоснованных нападок с его стороны, но та, будто ожидая этот вопрос, бодро защебетала: — О, довольно насыщенно. Очень много людей, я получила хорошие чаевые. Такими темпами смогу купить и маме новую куртку на весну, и братишке того робота игрушечного, — Мейко оживилась, улыбнулась той мечтательной доброй улыбкой, которую так любил Риндо. Он сделал шаг ближе, сокращая расстояние между ними, и слушал, ловя каждое слово, а девушка, не заметив это, продолжила рассказывать. — А ещё, наша официантка сегодня опрокинула целый поднос с напитками на одного парня, который очень не вовремя оказался на её пути. Но тот, вместо того, чтобы ругаться, попросил номер телефона! Мы так удивились, и были рады за неё. Оказалось, он специально ожидал момент, чтобы привлечь её внимание, хах, смешной такой. Сегодня многие парни как с цепи сорвались, флиртовали со всеми нами. — Что, даже с тобой? — Фыркнул Риндо насмешливо, и тут же болезненно айкнул, получив ощутимый тычок локтем по рёбрам. — Конечно! Меньше, конечно, чем с другими девочками, но тоже услышала комплименты. Один сказал, что у меня необычный цвет глаз, — девушка засияла, будто не замечая, как рядом с ней всё больше и больше злился Риндо, который не мог ничего поделать со своей ревностью. — Они просто пытались подцепить себе девчонку на вечер, — фыркнул он, и увернулся от ещё одного тычка, одним движением руки натягивая капюшон клетчатого пальто девушки до самых её глаз. — Даже не думай, что со мной прокатит повторно этот трюк, мелочь. — Какой ты иногда противный, Хайтани! — Воскликнула девушка, снимая капюшон с головы, буравя взглядом серых глаз парня. — Просто это правда. Парень без девушки сегодня считается лохом среди других, — продолжил Риндо, усмехаясь от темнеющего от злости взгляда девушки. — Комплименты о глазах? Как банально, даже странно, что ты растаяла от такого. — Мне не каждый день такое говорят, — сказала девушка, поправляя наползшую на глаза шапку с пушистым помпоном. Она демонстративно отвернулась и ускорила шаг, заметив знакомую арку входа в парк. — А от тебя и такой банальщины не услышишь, наверное, жалко твою девушку. — Я просто не говорю и так очевидное, — Мейко открыла было рот, чтобы огрызнуться, но тут же захлопнула его, и изумленно посмотрела на приблизившегося парня, поняв смысл слов. А тот, не обратив на это внимания, продолжил: — И у меня нет девушки. — Как нет? — Удивленно брякнула Мейко, не сдержавшись. Парень обогнал её, решив первым войти в парк, как обычно и делал, для её же безопасности– А я думала, когда ты говорил о сегодняшних планах, то имел в виду, ну, свидание с ней. — В ответ ей раздался тихий смех, и Риндо обернулся к ней с сияющими от смеха сиреневыми глазами, отчего сердце пропустило удар, а в щеки опять ударил чёртов румянец. — Ах-ха-ха, нет, меня брат попросил об одной услуге. Эта каланча решил, что если я без девушки, то у меня и других планов быть не может. Но, вот, как освободился, пошёл к тебе. — А зачем?.. — Задала, наконец, мучающий её вопрос Мейко, зайдя следом за Риндо в тёмную аллею небольшого городского парка. Хайтани, что продолжал идти впереди, лишь пожал плечами, не дав ответа на вопрос. Мейко недовольно вздохнула, оглядывая его с ног до головы, пока парень не видел, удивляясь, как он не мёрзнет, одевшись так легко. Риндо был выше её на голову, худой и немного сутулившийся, но Мейко знала, что этот образ «слабого ботана в очках» был лишь очень хорошим прикрытием. Она никогда не лезла в подробности его жизни вне их коротких встреч, но знала от коллег, которые однажды увидели его в форме, что он принадлежит к элите местной банды. Многие пытались предостеречь её от общения с мутным типом, но Мейко лишь отмахивалась, чувствуя, что Риндо не причинит ей вреда, ибо шансов сделать это было очень и очень много. Каждый раз, оставаясь с ним наедине в тишине и темноте улиц и парка, она шла на риск, но вскоре перестала бояться его совсем. А со временем поняла, что влюбилась по уши, когда стала ждать каждое сообщение, и едва не пищать от радости предстоящей встречи. Иногда она специально оставалась допоздна, зная, что в конце трудного дня её ждёт награда в лице Хайтани, что с неизменным ворчанием на её переработки встречал у входа и привычным маршрутом провожал до самого дома. — Эй, мелочь, — окликнул её Риндо, и девушка, что глупо улыбалась своим мыслям, вопросительно промычала, всё так же идя следом за ним. — А если ты думала, что у меня есть девушка, зачем тогда вышла сегодня на работу? — Эм… — протянула девушка, задумавшись, а что ответить. Не могла же она сказать, что, чувствуя ревность и обиду, решила выйти в смену, надеясь, что Риндо всё равно придёт. — Ну, там не хватало людей, а все знали, что я одинокая, вот и попросили выйти.- Протараторила она, чувствуя, что это объяснение звучало так себе, и скептический взгляд Риндо через плечо только подтвердил это. — Вот оно как, — фыркнул он, отворачиваясь. — А я уж подумал, что ты настолько ревнива, то попыталась так оторвать меня от «девушки», чтобы выполнить условия договора. — Мейко рвано вздохнула, удивляясь, как он быстро раскусил её, но сдаваться так просто не хотела. — Много о себе ты думаешь, Хайтани, — фыркнула девушка, демонстративно обогнав его, и, услышав за спиной ехидный смешок, продолжила: — И наш договор условный, ты мог не приходить. Тем более, сегодня закончили раньше, могла спокойно дойти сама. — Договор есть договор, как бы он не был заключен, — ответил Риндо, схватив девушку за опушенный белым мехом воротник пальто, притормаживая. — А я всегда соблюдаю их. Не беги так, мелочь, ебнешься ведь. Опять тебя из сугроба доставать? — Сам сейчас в нём окажешься! — Воскликнула девушка, недовольная, что он так быстро понял все её мотивы. Выдергивая капюшон из его рук, она обернулась к нему, и, видя, что он опешил от таких резких действий, ударила обеими руками в грудь, пытаясь столкнуть в сугроб. Риндо успел схватиться за холодный метал фонаря, едва не нырнув головой в снег, поскользнувшись на плохо очищенных дорожках парка, и удержался на ногах. Ругаясь себе под нос, он выпрямился и тут же рванул следом за смеющейся в голос девушкой, жаждя отомстить за такую подставу. Мейко бежала, куда глаза глядят, смеясь от своей шалости, чувствуя, как горит в груди счастье, разливаясь теплом по всему телу. Уворачиваясь от идущих людей, она не слышала ничего вокруг, кроме гулко бьющегося сердца, уверенная… нет, знающая, что Риндо бежит следом, намериваясь отомстить. Лёгкие горели огнём от бега, ноги наливались свинцом, и, сделав ещё пару рывков, она замедлила бег, обернувшись. Риндо будто этого и ждал, одним рывком оказавшись рядом с ней, и схватил за локоть, пытаясь остановить. Мейко рванула вперёд, пытаясь стряхнуть его крепкую ладонь, из груди рвался заливистый счастливый смех, и она не заметила, как наступила на наледь. Миг — и она рухнула в снег, утаскивая следом за собой Риндо. Несколько минут барахтания, и Мейко лежала на сугробе, раскинув руки, разгоряченная и покрасневшая после бега, чувствуя, как рядом шевелится Риндо, что окунулся в белую кашу с головой. Сквозь гулкое сердцебиение слышала, как ворчит парень на снег, оказавшийся за шиворотом толстовки, и на её неуклюжесть, из-за которой они оказались здесь. Смех рвался из груди, и, не сдержавшись, она рассмеялась на особенно заковыристое ругательство Хайтани, отчего получила ворох снега прямо в лицо. — Чё ты ржешь, падла неуклюжая, — рыкнул парень со злости, но тут же рассмеялся, видя, как Мейко стряхивает снег с лица, отплевываясь от него. Риндо встал с сугроба, резкими движениями стряхивая с себя остатки белой холодной массы. — В итоге, я всё равно оказался в сугробе. Бля, где очки… А, вот они. — Парень аккуратно проверил очки на целостность, и надел на лицо, буравя взглядом веселящуюся девушку. — А я говорила! — Воскликнула Мейко, выпрямляясь, но продолжая сидеть в сугробе, отдыхая после короткого, но насыщенного забега. Она стянула с головы шапку, и растрёпанная чёрная коса тяжёлой змеёй упала на плечи, придавая её виду ещё большую неряшливость. И если обычно Риндо раздражал такой внешний вид, то теперь он готов был любоваться и любоваться этой счастливой растрепанной девушкой. Восхищенно рассматривая её счастливую улыбку и красные от бега щёки, он не сразу заметил, что она что-то вытащила из снега. А когда перевёл взгляд на её руки и увидел в белых варежках знакомую голубую коробочку, почувствовал, как кровь отхлынула от лица. Мейко крутила коробку в руках, рассматривая со всех сторон, стряхивая остатки снега с чуть помятой ленточки. — Ого, интересно, откуда это здесь, — проговорила она, всё ещё тяжело дыша. Подняв глаза на Риндо, она непонимающе смотрела на его резко побледневшее лицо. — Эй, Риндо? Ты чего? Всё хорошо? — А, да, всё нормально. — Проговорил он, отведя взгляд, и, глубоко вздохнув, быстро протараторил: — Это у меня из кармана выпало. — А, о, тогда держи, — девушка протянула коробочку обратно на вытянутой ладони, но Риндо покачал головой, проведя рукой по голове, откидывая волосы с выбритого виска, пытаясь скрыть неловкость. — Это тебе, — быстро проговорил он, отведя взгляд. — Я хотел вручить потом, но, вот, так получилось. — Мне?.. — Удивленно переспросила девушка, опуская руку на колени. Она всё так же не отрывала изумленный взгляд от Риндо, что неожиданно из холодного и расчётливого парня превратился в смущенного школьника, что мялся перед ней, не зная, куда отвести взгляд, чтобы не смутится ещё больше. — Да, тебе, чего переспрашиваешь, — огрызнулся Риндо, и отвернулся от неё совсем, сгорбившись, спрятав руки в карманы толстовки, что стали влажными от попавшего в них снега. — Я не знал, что ты любишь, но, надеюсь, понравится Мейко медленно перевела взгляд обратно на коробочку, не решаясь её открыть. Маленькая, аккуратная, явно тщательно выбранная, совсем лёгкая на вес. Стянув зубами варежку, она аккуратно потянула за ленточку, развязывая её, и, едва дыша, открыла, и восхищенно воскликнула, увидев аккуратную подвеску в виде маленькой белой рыбки с чёрной точкой на лбу Подцепив её пальцами, Мейко вытянула из коробки вместе с длинной тонкой цепочкой и рассмотрела ближе, вглядываясь в неё на свету уличного фонаря. Подвеска была лёгкой, почти невесомой, и девушка аккуратно провела по ней пальцем, чувствуя холодность металла на коже. Она подняла глаза на Риндо, который наблюдал за ней, оглянувшись через плечо, и, казалось, едва дышал, ловя каждую эмоцию на её лице. — Красиво… — Выдохнула Мейко. Встав с сугроба, она сжала в руках подвеску, и, прочистив горло, добавила чуть громче, подняв глаза на замеревшего Риндо: — Но, ты ведь знаешь, это праздник влюбленных. Тебе не обязательно было… — Я знаю, что это за праздник, — прервал её парень, и, подойдя ближе, вытянул из- под ворота толстовки тонкую серебряную цепочку. На конце её покачивалась точно такая же рыбка, но чёрная, с белой точкой на лбу. — Поэтому я и хотел подарить тебе это именно сегодня. Я не сильно многословен, да и не люблю это дело, поэтому буду краток. — Рвано вдохнув и выдохнув, успокаивая неистово бьющееся от волнения сердце, он громко произнёс: — Ты мне нравишься, и хотел предложить тебе стать моей де… Договорить он не успел: Мейко разноцветным вихрем подскочила к нему, крепко обняв за грудь. Риндо пошатнулся от такого порыва, но устоял, обняв в ответ. Им не надо было слов, чтобы понять друг друга, и эти объятие на его слова означало лишь одно: она была согласна. ** Поздно вечером, вернувшись домой, Риндо застал брата, сидящем на кухне в гордом одиночестве, попивающим чай и просматривающего видео на телефоне. Ран, заметив его, выключил смартфон, и с ехидной улыбкой спросил: — Ну, что, братишка, как всё прошло? Насколько далеко тебя послали? Или ты даже признаться не смог? — Молчать о чувства — это твой удел, — ответил Риндо, ставя чайник на электрическую плитку, решив согреться после купания в снегу с помощью чая. Стянув мокрую и холодную толстовку, он закинул её на стул, и заметил продолжавшего пилить его взглядом брата, ожидающего продолжения: — Что тебе? — Что «что»? Тебя продинамили или?.. Стоп, это что, парная подвеска? — Ран вскочил со стула и, сделав пару шагов к брату, схватил рыбку, и с присвистом рассматривал её в неровном бледном свете люстры, не обращая внимания на ворчание младшего. — Да ладно, ты серьезно?! И что в итоге? Дать тебе платочков? Можешь даже на моём плече порыдать, кто тебя утешит, как не брат родной, хе. Если жалко, можешь вторую отдать мне, я, вообще-то, тоже её заслужил, с младенчества с тобой нянчусь. — Нахуй иди, Ран, — рыкнул Риндо, резким движением выдергивая из рук брата подвеску и пряча её под футболку. — В отличие от тебя, я не лох несчастный, и она согласилась стать моей девушкой. Ран от души рассмеялся от этих слов, но резко замолк, когда понял по лицу Риндо, что тот говорит чистую правду. На лице его расцвела счастливая, но хитрая улыбка, и взгляд фиалковых глаз следил за каждым движением брата, что заваривал себе чай в большой кружке. — Ах, мой братец совсем вырос, девушкой обзавёлся… — Проговорил он, когда Риндо собрался выйти с кухни, захватив с собой немного печенья. — Ага, в отличие от тебя, — пробурчал в ответ Рин. — По еблету вижу, что тебя в очередной раз продинамили. Что, салютик не понравился? — Да нет, всё пошло, как надо было. — Ран сел обратно за кухонный стол, и, видя, что Риндо уже ушёл с кухни к себе в комнату, добавил громче: — Ах, да, кстати, скоро она переедет жить сюда, ожидай прибавление, братик~ Грохот и нецензурная брань была ему ответом.