Сокровище Младшего Короля

Октябрь был переменчив на погоду — то моросящий противный дождь с заунывными завываниями ветра, то жара с палящим солнцем, от которого пот под кофтой бежит в три ручья. Не было ни дня стабильности, и Мейко старалась лишний раз не выходить из дома, чтобы не подхватить простуду. Риндо был с ней солидарен, и сколько не из-за погоды, сколько из-за своих дел, про которые девушка никогда не спрашивала, но догадывалась, какие именно. Они продолжали общаться в переписке и звонках, перекидывая друг другу фото и смешные картинки, изредка выбираясь на короткие прогулки или на ночевку в квартиру парня. К себе Мейко старалась Риндо не звать: даже если мать и выходила на сутки работы, в доме оставался маленький Амэ, у которого язык как помело и очень длинный любопытный нос. Девушка не скрывала, что очень скучала по своему парню, и каждую кроху внимания, что она получала от него, берегла, как зеницу ока. Мейко выдохнула клубочек пара и тут же спрятала лицо обратно в широкий бежевый шарф, хмуро окинув взглядом снующую мимо толпу людей. Сегодня они договорились встретиться недалеко от торгового центра, чтобы сходить за покупками, и девушка хотела тайком подсмотреть размер одежды Риндо, помня о его скором дне рождения. Но вот прошёл уже час от назначенного времени, а знакомой двухцветной макушки не наблюдалось, и на звонки Риндо не отвечал. Тревожный звоночек не переставая дрожал в груди, заставляя Мейко нервно кусать и без того потрескавшиеся губы. Ноги в тёплых леггинсах давно замерзли, и девушка топталась на одном месте, пытаясь согреться. Но когда Рин не ответил на звонок уже в пятый раз подряд, она не на шутку испугалась: младший Хайтани всегда был пунктуален, и не позволял себе задержек дольше, чем на десять минут, и не терпел этого ни от кого, даже от самой Мейко. Закинув телефон в сумку, девушка направилась стремительным шагом в метро, решив поехать к парню домой, и узнать, что с ним случилось. Ведь накануне он говорил, что опять куда-то едет с братом на разборки, и Мейко боялась, что Риндо сильно потрепали в драке. Мейко добралась до дома парня за рекордные полчаса, и вот уже стояла под дверью, зажав пальцем дверной звонок. Бодрая трель громом раздалась в квартире, и девушка не отпускала кнопку, пока не послышался шум открывающегося замка. На пороге показался слепо моргающий полуголый Риндо с недоумением на лице, и Мейко наконец-то смогла спокойно выдохнуть, увидев его целым и здоровым. И тут же зло нахмурилась, понимая, что простояла она на холоде только из-за того, что кое-кто проспал. Парень моргал сощуренными глазами, вглядываясь в девушку, хмурый и недовольный, но постепенно его взгляд становился осознаннее и испуганнее, когда он начал узнавать в мутном силуэте свою очень недовольную половинку. Левая щека его ещё сохраняла отпечаток подушки, а на голове — двухцветное воронье гнездо. Мейко всегда нравилось смотреть на Риндо ранним утром после пробуждения, ведь перед ней стоял не младший Хайтани, любящий слушать хруст ломающихся костей, а её дорогой Риндо, что слепым котёнком щурился от яркого света. Молчание затянулось, и девушка негромко прочистила горло, перекатываясь с носка на пятку, чувствуя нарастающую неловкость. — Хе-хе… Сюрпри-и-из~ — негромко пропела Мейко, снимая берет в приветственном жесте. — Будильник с доставкой на дом не заказывали? — Бля, прости, Мей, — простонал хрипло Риндо, проведя ладонью по лицу, пытаясь проснуться. — Я забыл… Вчера был такой насыщенный вечер, что из головы вылетело. — Всё нормально, я понимаю, — Мейко хихикнула, лучезарно улыбнувшись. Недовольство сдуло ветром, стоило ей только увидеть виноватое выражение лица Риндо. — Проспал, так проспал, не страшно. Ещё утро, можем сходить попозже… Или ты вечером вновь занят? — Рин сморщил нос, услышав нотки разочарования в её голосе. — Да поху-у-у-уй, — его слова прервал неконтролируемый завывающий зевок. — Сходим. Даже сейчас. Дай мне только собраться. — Парень жестом пригласил девушку в дом, прикрывая рот от очередного зевка, и Мейко быстро нырнула в квартиру. В каждом доме стоял свой неповторимый запах, и в квартире парней всегда чувствовался аромат алкоголя, пыли и смешение парфюмов Риндо и Рана. И противным этот запах не казался, скорее наоборот, дарил для Мейко какое-то успокоение. Девушка абстрагировалась от мыслей, что братья Хайтани — верхушка местных преступников, но при этом всегда знала, что на территории их квартиры она в безопасности, да всего района Роппонги тоже. Риндо закрыл дверь и навалился на девушку со спины, сонный и пышущий теплом. Он сжал её в медвежьих объятиях, и Мейко, игриво хихикнув, потерлась щекой о его обнажённое плечо, сжав пальцами предплечья. — Дай мне полчаса, — горячий шепот на ухо и влажный поцелуй в щёку — Риндо, когда сонный, всегда был более ласковый, чем обычно, и Мейко тихо угукнула в ответ, счастливо улыбаясь. — Проходи пока в гостиную. Но там срач, предупреждаю. — Да когда его там не было, — фыркнула насмешливо девушка, выскальзывая из объятий парня. Она стянула бежевый шарф с шеи, и поймала на себе досадливый взгляд Риндо, что в раздумьях почёсывал с хрустом бритый висок. — Ты чего застыл? Ау, просыпайся! — Ты, конечно, выглядишь шикарно, но юбка явно лишняя, — задумчиво ответил парень, обходя Мейко и уходя в ванную, продолжая по пути бурчать себе под нос: — На улице морозит, а ты расфуфырилась. Лечить тебя не буду, так и знай. — Пф, ну и ладно, справлюсь без тебя, — проговорила с насмешкой девушка, быстрыми движениями стягивая ботинки с ног. Риндо оставил её без ответа, с неконтролируемым зеванием заходя в ванную комнату и запирая дверь. Мейко расстёгивала куртку под приглушённый шум воды из-за двери ванной комнаты, и тихо негодующе вздыхала. Тихо бурча себе ругательства под нос — «вот наряжаешься для комплимента от этого дурака, а он ворчит!» — она не заметила, как открылась дверь другой комнаты, и хриплый мужской голос заставил её вздрогнуть и дёрнуться в сторону от испуга: -Не скажет комплимент он, сделаю это я, — Ран, сонный, с мохнатыми косами и без конца зевающий, с теплой улыбкой осматривал девушку с ног до головы. — Выглядишь прелестно, бусинка. Мейко видела в последний раз старшего Хайтани несколько месяцев назад, когда тот на руках вынес её со злополучного порта. И с тех пор он ни на каплю не изменился: всё те же длинные прямые двухцветные волосы, прищуренные хитрые фиолетовые глаза, в которых теплился вечно горящий лукавый огонёк, и нечитаемая ухмылка. Старший брат её молодого человека всегда был в глазах Мейко хитрым лисом, который издалека наблюдает за созданным переполохом и лающе хихикает. Она догадывалась, что многие идеи поселялись в голове Риндо благодаря ему, и, возможно, общей подруги братьев, о которой девушка много слышала, но не видела. Ран иногда пугал её своей холодностью и отстраненностью, хоть честно ответить, почему боится, девушка не могла. Ведь старший Хайтани всегда относился к ней по-братски тепло, если они пересекались друг с другом. Их перепалки на кухне в первые несколько месяцев отношений Риндо вспоминает до сих пор, подтрунивая над девушкой и её колким язычком. Ран прислонился плечом к косяку, скрестив руки на груди, осматривая застывшую в страхе девушку перед ним нечитаемым взглядом. Ухмылка его меркла, а брови в удивлении поднимались вверх, когда он понял, что испуг вызван не неожиданностью, а им самим. — Эй, дурочка, ты чего? — Ран непонимающе наклонил голову вбок. — Ты меня испугалась? Не узнала старшего братика, м? Где же твой колкий язык? — Последняя фраза напомнила Мейко о Риндо, и она медленно выдохнула, расслабляясь, приводя себя в чувство, и этот жест не ускользнул от внимания парня: — Вот так, дыши-дыши, дурашка, а то помрёшь тут от инфаркта, что я Риндо скажу. Мейко закинула куртку на крючок, и одёрнула замшевую юбку, что намеривалась задраться выше положенного. Она улыбнулась уголками губ, чувствуя, как сжимается нутро под взглядом фиалковых тёмных глаз. Ран, так и не получивший ответа, задумчиво почесал щёку и вышел из комнаты, одним движением оказываясь рядом с Мейко. Девушка отшатнулась и подняла голову на нависшего над ней парнем, не понимая, чего от него ожидать. Сердце ускорило свой ритм, а руки похолодели; страх удушливой волной накрыл разум. Мысли в панике метались, и среди этой сумбурной каши терялся лишь один вопрос: а и в правду, почему она его так боится?.. — Что тебе такого наговорил Риндо, что ты начала меня так боятся? — В вопросе не было ни грамма упрёка, лишь удивление, и, как показалось девушке, досада. Ран улыбался уже теплее, сощурив лукавые глаза. — Как я могу обидеть самое дорогое в жизни моего брата? Он тебя даже выше меня ставит, цени это, бусинка. Услышав его слова, Мейко вздрогнула и злобно сощурила глаза. Её голос дрожал, но уже не от страха, а от гнева, что горел жарким пламенем в её груди: — Не правда! Рин всегда за тобой пойдёт, в любое пекло! Не смей так про него говорить! Девушка сжала кулаки, теперь уже смело смотря в лицо Рана. Страх отошёл на второй план, уступив место обиде за Риндо и гнева на его брата. Последние слова старшего Хайтани разозлили её не на шутку, ведь она знала, что Рин переживает насчёт него. «Он не держит себя в руках…», «Слишком много берёт на себя», «Не делится со мной ничем», «Я волнуюсь за него» — сколько раз девушка слышала это, не сосчитать, и Мейко знала лучше всех, как Риндо, хоть и побаивается, но любит своего брата. И никому об этом не скажет даже под дулом пистолета. — Не знаю, почему я тебя боюсь, — рыкнула Мейко, яро жестикулируя. Она пихнула под бок Рана, освобождая себе дорогу, и гордым шагом прошлёпала в гостиную. Парень, с трясущимися от немого смеха плечами, последовал за ней, слушая нескончаемый поток брани из девичьих уст. — Совсем уже ополоумел, такое о своём брате говорить! Чтобы он ставил меня выше тебя, ха! Да сколько раз он отменял наши планы, потому что мистер Патлатая Башка находил себе проблем на тощую задницу, и Рин мчался к тебе на всех парах, поднимая на уши половину района! Он меня столько раз здесь одну оставлял, что я уже всю квартиру знаю наизусть… Кроме твоей комнаты! — Поспешно добавила девушка, заметив изогнутую в вопросе бровь Рана. — Мне твоя берлога неинтересна, я не твоя девушка, если она вообще есть… — Так, это я сейчас не понял, — обиженно протянул Ран, садясь на барный стул и положив голову на столешницу, наблюдая, как Мейко начала хозяйничать на кухне братьев. Он даже пропустил мимо ушей странное, но смешное прозвище, которое она ему дала в порывах гнева, решив напомнить о нём чуть позже в особенно «подходящий» момент. Пока девушка гневно отчитывала старшего Хайтани, будто перед ней стоит не один из глав района, а какой-то нашкодивший школьник, она на автомате начала уборку. Поправила подушки на диване, выкинула пустые бутылки и коробки, распахнула шторы и открыла форточку на проветривание — и всё это не задумываясь, будто это было ей настолько привычно и нормальным, что она ни разу не сбилась в своей гневной речи. Ран наблюдал за ней молча, иногда помогая что-то подержать или вытащить, не прерывая, и титаническим усилием воли сдерживая смех, рвущийся из груди. Эта мелкая негодница, что только что смотрела на него испуганной мышью, с таким жаром отчитывала его, что он невольно вспомнил свою девушку, что с таким же гневным бурчанием могла высказать ему всё, что думает о нём, на любой его косяк. Но то была давно знакомая и горячо любимая мелочь, а тут — девушка его брата, которая раньше никогда слово поперёк ему не говорила. И от этого становилось лишь веселее. — Что ты там не понял?! — Буркнула недовольно девушка, с громким звоном приземляя сковородку на варочную панель. Пропищав несколькими кнопками, она оставила её разогреваться, и повернулась к Рану, уперев руки в бока. Серые глаза сверкали неуправляемым гневом из-под нахмуренных пушистых бровей, скулы заострились, и Рану привиделась грозная «мамочка» в её лице. — Есть девушка или пиздишь? — От такого прямого вопроса Ран поначалу опешил, но тут же пришёл в себя и заржал, как ненормальный, уткнувшись лицом в локоть. — Хватит ржать и отвечай! Вы мне с Риндо все уши про неё прожужжали, а я её не видела ни разу! Такое чувство, что вы мне оба врёте, два идиота! — Бля-я-я, какие же вы похожие с ней, — простонал Ран, откидываясь на спинку стула, едва не навернувшись вместе с ним на пол. Он закрыл лицо руками, продолжая смеяться, и Мейко, чувствуя, как улетучивается гнев, фыркнула себе под нос с улыбкой, и ушла к холодильнику. Пока девушка копошилась в холодильнике, пытаясь придумать, чем накормить двух молодых прожорливых людей, Ран достал телефон из кармана. Он едва смог успокоится, и его всё ещё периодически пробивало на лающее хихиканье, отчего стереотип о лисе в голове Мейко всё крепчал и крепчал. Наконец, остановив свой выбор на тамагояки и тостах, девушка поспешно доставала продукты и готовила посуду. Она уже остудила свой пыл, и, пока мешала яйца венчиком в миске, думала, что Риндо её по головке не поглядит за такое поведение. Отчитать его старшего брата, которому сам младший лишний раз ничего не высказывал — это подвиг, конечно, но не почитаемый. — Эй, бусинка недовольная, пиздуй-ка сюда, — Мейко, нахмурившись от такого прозвища, недовольно поджала губы и обернулась к парню, который пальцем приманивал её ближе. Прекратив взбивать яйца, она вгляделась в экран телефона, куда показывал ей Ран. — Это моя девушка, дурёха. Мейко поставила миску на барную стойку, беря в руки телефон молодого человека, вглядываясь в фотографию. Она улыбнулась, смотря на целующуюся пару, рассматривая яркую и счастливую девушку на фотографии. От души отлегло: ей не врали, и так называемая «мелочь» и вправду существовала. И, как говорил Риндо, характер у их подруги детства очень даже скверный, хотя по внешности и счастливым сияющим глазам в это было трудно поверить. — Красивая, — выдохнула Мейко, кладя телефон экраном вниз на барную стойку. Ран, решивший помочь девушке, продолжил перемешивать яйца с соевым соусом, усмехнулся, обнажив белоснежные ровные зубы: — Ну, естественно, иначе и быть не может, она ведь моя девушка! На, забирай. Сковороду перегрела, я уверен. — Нихрена. — Коротко и лаконично ответила Мейко, забирая миску и украдкой дёрнув за кончик косы Рана. Она не заметила, как он напрягся, успев отвернуться от парня, и продолжила говорить, склонившись над сковородкой: — А вообще, не хочешь ещё немного помочь? — Ругаешься, как сапожник, много чего лишнего от Риндо получила… Сама взялась за готовку, вот и работай, — ответил Ран, поставив локоть на стойку и уперевшись в раскрытую ладонь подбородком. Ухмылка не сходила с его лица, пока он наблюдал, как ловко девушка его брата скручивает ровные рулетики омлета деревянными палочками. — Тогда есть будет только Риндо, негодник, — довольно проговорила девушка, и тихо засмеялась, услышав за спиной возмущенное восклицание с наигранной обидой в голосе: — Это шантаж!.. Риндо вышел из ванной комнаты, утягивая следом за собой пар и свежий морозный запах геля для душа. Парень слепо щурился, пока протирал запотевшие стекла очков чистой домашней футболкой, и пытался понять, где его девушка. Он потерялся во времени, пока пытался привести себя в более адекватное состояние после всего лишь двух часов сна, и чувствовал непривычный, горящий самым болезненным клеймом, стыд. Риндо знал, что Мейко была им очень недовольна, но, как всегда, проглотила обиду. Ему иногда хотелось, чтобы его девушка была смелее в выражение негативных чувств, даже к нему — нет, не так, особенно к нему — но пока приходилось видеть максимум лишь недовольное закатывание глаз к небу. Парень устало вздохнул, надевая очки, и в нос ему ударил вкусный запах свежего завтрака. Риндо, наконец, огляделся по сторонам, и услышал довольные голоса с кухни. Он недоуменно изогнул бровь, и, завидев приоткрытую дверь в комнату брата, понял всё. Усталость сменилась яростью, и он, хмурый и злой, как тысяча чертей, ворвался в гостиную, и застыл, наблюдая непривычную и странную для их дома картину. Мейко, мурлыкав себе под нос какую-то новую песню популярной j-pop группы, нарезала дольками помидоры, пока Ран, кивая в такт её голосу, разрезал свежий, ещё пышущий жаром, омлет на ломтики. Рин бесшумно прошёл к гостиной и сел на спинку дивана, скрестив руки на груди, молча наблюдая за этой идиллией. Молодые люди не обратили на него никакого внимания, полностью погрузившись в готовку и песню, будто и не было несколько месяцев тишины между ними. Будто всегда старший Хайтани и Мейко готовили вместе на одной кухне, нелепо пританцовывая под играющую в голове музыку, и выглядели, как маленькая семья в выходное утро. А Риндо, смотря на них, в который раз подумал, какой же его брат двуличный скот. Мейко сложила блестящие от сока помидоры на тарелку, и подняла глаза от доски, намериваясь сказать что-то, но лишь испуганно охнула, заметив хмурого тихого Риндо. — Во имя всех святых, Рин! Напугал меня! — Выдохнула девушка, положив нож на доску. Ран, тоже оторвавшись от процесса, посмотрел на брата, и его весёлость как рукой сняло, когда он заметил его недовольный и злой взгляд, отчасти зная причину. — Ты когда успел выйти? — Только что. — Буркнул Риндо, поправив демонстративно средним пальцем очки, чуть сползшие с ещё влажной кожи переносицы. — Вы чего за дичь тут творите? — Завтрак готовим, — просто ответила Мейко, пожав плечами, будто Риндо не понимал очевидного. Она подхватила тарелку с помидорами и поставила её на барную стойку, рядом с омлетом и уже поджаренными тостами. — Ты только встал, надо же поесть, прежде чем куда-то идти. А Ран решил помочь, да, Ран? — Мейко с самым невинным видом посмотрела на старшего Хайтани, что демонстративно отчаянно вздохнул и прижал ладонь к груди. -Ах, Ринни, спаси меня, твоя девушка взяла меня в рабство… — Договорить Хайтани-старший не успел, поперхнувшись воздухом от меткого и точного удара поддых от Мейко. Ран согнулся пополам, давясь от смеха: — Где ты научилась такому удару, бусинка? — От меня, конечно, — злобно рыкнул Риндо, вставая со спинки дивана. Ему не нравилось, что Ран, так нелестно отзывавшийся о Мейко, улыбался девушке и вызывал ответную улыбку у неё. Риндо едва не трясло от гнева на брата, и он продолжал говорить, яростно выплевывая слова: — Странно, что ты спелся с ней, брат. Помня, что ты о ней говорил, я не думал, что ты вообще будешь воспринимать Мейко, как живого человека. Тишина повисла в квартире, напряженная и тягучая. Мейко, чья улыбка медленно сошла с лица, недоуменно переводила взгляд с разъяренного Риндо на застывшего в согнутой позе Рана, что ошеломленно смотрел на младшего брата. Старший Хайтани выглядел пристыженным, и девушка поняла, что Рин намекал именно Рану о какой-то стычке между ними, о которой сама Курумэ была не в курсе. Она тихо вздохнула, и выступила вперёд, невольно вставая между братьями. Смотря на Риндо, что не скрывал удивления на своем лице от её действий, девушка спокойным и ровным голосом проговорила: — Не знаю, о чем ты говоришь, но что было, то прошло, Риндо. Меня не волнует, что там Ран обо мне высказывался. — Ты просто не понимаешь, о чем… — Начал было гневно говорить Риндо, но Мейко перебила его резко и громко, словно ударом хлыста: — И мне всё равно! Мейко стояла перед Риндо непоколебимая, скрестив руки под грудью, прожигая его упрямым и гневным взглядом серых глаз, пока Риндо мялся перед ней, не решаясь что-то делать. Он привык решать ссоры силой, но против Мейко парень ничего не мог сделать. Рин поднял глаза на брата, и едва не зарычал, увидев его насмешливый взгляд: Ран тоже понимал, что аргументов у младшего против его же девушки нет. Мейко вздохнула, чувствуя недовольство от разрушенного спокойствия утра, но подалась вперёд, и легко поцеловала Риндо в щёку, зная, что это его хоть немного, но успокоит. — Вы разберётесь друг с другом потом, ладно? Без меня. А пока сядь и ешь, милый. Остынет скоро. Ран, не дожидаясь приглашения, сам плюхнулся на барный стул, похватав еды всего и понемногу. Он решил не лезть в отношения своего брата и его девушки, зная, как сам пролажал. В отличие от Мейко, он знал, о чем говорил Риндо, и всё ещё испытывал стыд за свою ошибку. Но слова Мейко смогли его успокоить, ведь она была права. Что было — то прошло, и как не самой девушке, пережившей похищение, издевательства и которая смогла восстановиться после всех этих болезненных моментов, знать об этом. Риндо сел рядом с ним, всё ещё хмурый и недовольный, но уже с потеплевшим взглядом; Мейко определённо знала, как успокоить буйный нрав младшего Хайтани. Пока братья ели, и Ран особенно шумно восхищался её умением готовки, Мейко ещё немного прибралась в гостиной, и хотела уже лечь на диван, чтобы скоротать на нём время, листав ленту соцсетей в телефоне. Но её остановил приглушенный из-за еды голос Риндо: — Я бы не советовал. Ты не знаешь, какие непотребства творили там Ран и его мелочь, — Ран, возмущённо и недовольно промычавший, активно жевал, чтобы высказать брату всё, что о нём думает, но Мейко опередила его. — Пф, будто они первые, — она проговорила это будничным тоном, но тут же испуганно ахнула и прикрыла рот рукой, со смущённым румянцем оглянувшись на братьев. И Риндо, пунцовый от смеси чувств, обречённо уткнулся носом в тарелку, пока Ран нескрываемо ржал во всё горло, хлопая ладонью по столешнице. Мейко тихо хихикала в смущении, понимая, что Риндо точно припомнит ей такое раскрытие их тайн перед старшим братом.