Правила возвратности

      Шли годы, близнецы росли медленно, но между тем очень уверенно. Время в Бездне идёт немного иначе, чем на Земле и в любом другом уголке Вселенной. С одной стороны — быстрее, однако же для высших существ и их процесса взросления оно замедляется. Своеобразная иллюзия.       Итак, за всё это время Смерть ни разу не пожалела о принятом решении. Она уже долгое время чувствовала, что ей не хватает общения, заботы о ком-то. Хотела дарить свою любовь, но кому? Детей своих у неё не было и быть не могло. Не желала она заниматься подобными делами, да и что потом? Дети богов нередко получаются какими-то то неполноценными, то очень странного поведения и взглядов, и ведь всё равно считаются богами, как и их родители. А тут выпал такой замечательный шанс! Более того, Эрика была уверена, что сможет воспитать их хорошо, научить добру и верности. Она собиралась сделать из них чудесных помощников и хороших друзей. Кроме этого, хотела дать малышам любовь и заботу, которой их чуть не лишили эти глупые боги.       — Госпожа моя, по расписанию у вас вот-вот должен начаться обед. Может, отложите эту очередь? Вы ведь знаете, близнецы снова будут переживать.       — Не беспокойся о них, Гантрам. Лети и передай, что я задержусь, они поймут. В конце концов уже не маленькие. Пусть начинают без меня.       — Как скажете…       Большой чёрный ворон взлетел с плеча богини и исчез в темноте Бездны. Гантрам — верный её помощник и слуга уже много тысяч лет, если измерять в человеческих мерках. Должно быть, теперь возникает вопрос: если есть он, то зачем Смерти нужен был ещё кто-то? Разве нельзя давать любовь и заботу ему одному? Так было бы проще. А дело в том, что Смерть и ворон её давно друг с другом свыклись, считай, что стали одним целым. Он — своеобразный символ смерти. Чёрный, большой, воинственный, смышлёный… он выполняет все её поручения, часто отсутствуя в пристанище богини, пока выполняет задания, что были ему даны. Они как старые коллеги — какая здесь забота? Что он, что она уже достаточно взрослые (Гантрам, разумеется, помладше будет, но за столько времени, проведённого вместе, никто не думал о подобном). Эрик и Эдвард — нечто совершенно новое и крайне интересное для Смерти. К тому же, мальчишки растут забавными и дружными. Ей только в радость наблюдать за их взрослением.       Рассекая пространство, Гантрам словно вылетел из пустоты, оказавшись в просторном светлом помещении. Большие окна, что были от пола и до потолка, пропускали достаточно света, чтобы место казалось ещё больше, легче и приятнее. Цветы были всюду, были разные, тем не менее сочетались между собой. Они здесь цветут всегда, будто застыли в одном мгновении. Цветы являются одной из немногих декораций помещения, при чём самой преобладающей. Тут и там неспешно летают маленькие огоньки, особенно рядом с растениями. Это фаты — волшебные создания небольших размеров. Они многим похожи на фей, и как раз именно они ухаживают за растительностью в пристанище Смерти и в Бездне в целом. По природе своей являются разумными элементальными сгустками мирного характера. Есть также колонны, умело вписанные в стены, витражи… и большой прямоугольный стол практически у самого центра. Хоть он и выполнен из тяжелой древесины, выглядит достаточно изящно и уместно. У меньшей из сторон его стоит большой стул с бархатной обивкой, судя по всему, это место Смерти. По бокам вдоль всего стола находятся стулья поменьше и поскромнее. Их много, около двенадцати в сумме, но заняты лишь двое с противоположных сторон и поближе к месту госпожи этого мира.       Светловолосые мальчишки уже какое-то время сидят здесь, но к долгожданному обеду пока не приступили. Пока один из них весело болтает ножками, второй старательно строит башенку на тарелке с ярко-красными яблоками из них же.       — Снова госпожа задерживается… вот скажи, Эрик, когда мы вырастем, у нас тоже будет так много дел? — парнишка на мгновение перестал болтать ногами, оторвал взгляд от пока ещё недостроенной яблочной пирамиды и посмотрел на брата.       — Хм… ты же знаешь, нам ещё расти и расти. Но, думаю, да. Когда мы найдём то, что нам ближе всего, получим свои обязанности, нам нужно будет их соблюдать. А ты разве не хочешь этого, Эд? — он выглянул из-за «сооружения» и посмотрел на брата в ответ, ожидая, что же тот скажет.       — Нет, дело не в этом. Просто… тоскливо как-то. Ей иногда приходится пропускать время отдыха, — Эдвард мельком взглянул на пышную розу багрового цвета, что стояла в чёрной вазе посередине стола. Шипы её были на месте, никто не убрал, да и в целом роза эта очень выделялась из общего интерьера, тем самым чем-то напоминая их госпожу. В этой вазе всегда стояла либо одна роза, либо целый букет таких же, неочищенных от колючек. — Я бы очень хотел как-то помогать госпоже, особенно когда вырасту, но если я буду всё время занят, разве будет у меня тогда такая возможность?       — Думаю, это не нам решать. Госпожа сама знает, как лучше.       — И всё же…       Беседу их прервал влетевший ворон. Он уселся на спинку стула Смерти и уставился на мальчишек своими черными глазами-бусинами. Смотрел внимательно на них, но взгляд его нисколечки не пугал близнецов.       — Можете приступать к еде. Госпожа явится немного позже. Сами всё понимаете. А мне уже тоже пора.       Эрик и Эдвард ничего не успели ответить. Гантрам взмахнул мощными крыльями и, тут же улетев, оставил после себя парочку перьев — на стуле и на полу. Немного помолчав, братья синхронно вздохнули и поудобнее уселись.       — Приятного аппетита, братик.       — И тебе того же.       Возможно, у кого-то может появиться вопрос: разве богам и богоподобным созданиям нужна еда? Разве их физиологические процессы такие же, как и у людей? Что ж, не у всех. Кому-то достаточно энергии света, кто-то питается исключительно душами, кто-то всем сразу, а кому-то вообще ничего не надо. Богиня Смерти также может обходиться без еды в любом её виде, однако для близнецов это отчасти является проблемой. Их природа весьма отлична от божественной, так что чем-то им питаться непременно нужно, и лучшим вариантом для этого Эрика посчитала человеческую пищу или нечто на неё похожее. Один из принципов воспитания, который она для себя установила, — это воспитание человечности. Однажды они определённо станут сильнее, самостоятельнее и, кто знает, может у них даже получится стать единым целым? Тем самым божеством, которым они так и не родились. Но, в любом случае, будет проблемой, если ребята не будут понимать ни чувств других существ, ни моральных норм. В будущем им предстоит держать в своих руках большую ответственность за живых или тех, кто ранее был живым. И Смерть не хочет, чтобы Эрик и Эдвард стали кем-то ужасным для оберегаемых ими существ. Даже среди старых и давно всем известных богов есть те, кому чуждо сострадание и всякая человечность в более глубоком её понимании. Смерть достаточно насмотрелась и узнала за всё своё долгое существование. Она видела много жестокости и похоти как на Небесах, так и на Земле, оттого и желала вырастить близнецов так, чтобы они были подобны людям, чтобы они могли их понять со всем их счастьем и несчастьем, хорошими делами и плохими, чтобы были к ним ближе. И вот, казалось бы, еда — это такой незначительный жест, но ведь она во все века и у всех народов имеет свой смысл. С помощью еды можно самовыражаться, передавать чувства и эмоции, можно создавать и сохранять традиции. Разумеется, это будет приятной мелочью в дополнение к воспитанию.       Что же до самой богини, она обычно употребляет пищу заодно с близнецами, чтобы те больше чувствовали близость с ней, да и такие моменты приятны и радостны. В этот раз Эрику браться так и не дождались. И знали: не нужно дальше здесь сидеть. Время драгоценно, и, чем тратить его, впустую просиживая и ожидая кого-то, кто очень занят, будет лучше заняться делом. Но хочется ли кому сразу после еды начинать активничать, приниматься за тренировки или учёбу? Возможно, богиня потом будет немного злиться, но близнецов куда больше привлекает идея полежать на травке где-нибудь под деревом в саду или же сходить в город, навестить знакомую в пекарне и испробовать свежую выпечку, взамен сделав что-нибудь полезное и нужное. Однако остановились они всё же на том, чтобы побыть среди природы и не думать о всяких делах и обязанностях. Не так часто всё же появляется такая хорошая возможность…       Когда солнце уже совсем спряталось за линию горизонта, а луна стала ещё ярче, чем прежде, прохладный ветерок развивал листву деревьев, а невысокая трава покачивалась, вторя умеренному шелесту листвы. Светлячки уже зажгли свои маленькие фонарики, проснулись и сверчки, и чудные грибы и травы потихоньку начинали показывать свою красоту, освещая сад тусклым свечением. Волшебные фонарики, которые то лежали вдоль вымощенных камнем дорожек, то встречались на ветвях деревьев, тоже стали загораться тёплым светом. А Эрик и Эдвард этого и не замечали. Они уже дремали на мягкой траве под одной из ив, что достаточно широко раскинула свои ветви, и совершенно ни на что не обращали внимание.       Как вдруг небо пронзил громкий и даже по-своему зловещий крик ворона, который, казалось, готов на кого-то напасть. Или же напасть должны на него… От такого внезапного звука Эрик резко подскочил, становясь в полную готовности защищаться позу. Следом за ним открыл глаза и сел Эдвард, растерянно смотря вокруг. Ответ на вопрос, что же происходит, не заставил себя ждать. Добрый, но в то же время и издевательский смех, полный забавы и восторга, заставил обратить внимание на свой источник. Эрика стояла напротив мальчишек, но не заходя по ветви ивы, и смеялась, прикрыв рот рукой, пока круживший вокруг Гантрам не присел ей на левое плечо.       Старший из близнецов, как увидел госпожу, расслабился и вздохнул, и в то же время почувствовал, как кровь приливает к бледным до этого щекам. Младший же неторопливо встал с травы.       — Зачем вы так, госпожа?.. — смотря исподлобья на богиню спросил Эрик.       — Вы так мило спали, — она ещё пару раз хихикнула в ладонь и скрестила руки на груди. — Совсем забыли о бдительности и о тренировках. Однако… то, как ты среагировал, Эрик, весьма похвально. Жаль только, что настоящие враги не любят предупреждать противника о нападении.       — Но мы ведь не на поле боя.       — Верно. Здесь безопасно. Но предугадать момент, когда опасность может нагрянуть, чаще всего непросто, — теперь её взгляд устремился на Эдварда. — Верно?       — Да, но… у меня не было никакого плохого предчувствия, как это обычно бывает, — парниша почесал немного руку и на пару секунд отвёл взгляд.       — И не должно было быть. Нельзя всегда полагаться только на магию. Иногда она может подводить, как бы искусно вы ей не владели. К слову, об этом. Как там поживают собрания о лесных травах мира людей?       И теперь близнецы уже напряглись и ровненько так построились, прижимаясь плечами друг к другу. А Эрика продолжала смотреть на них с усмешкой, как бы говоря своим взглядом: не отпущу, пока не объяснитесь.       — Мы решили отдохнуть после обеда, но не рассчитали времени, — наконец начал Эрик, смотря уже увереннее на богиню.       — О. правда? Интересно.       — Если быть точнее, мы заигрались, а потом решили немного подремать. Вот и вышло так…       — Простите нас, пожалуйста, — тихо добавил Эдвард.       Смерть ещё немного постояла так, смиряя их взглядом, а затем выдохнула и кивнула.       — Хорошо. На этот раз прощаю, но впредь будьте внимательнее. И со временем, и с окружающим миром. А теперь идём, почитаете своё задание перед сном. Если быть точнее, спать не ляжете, пока не будет прочитана половина.       И вновь эта хитрая усмешка, после которой Эрика отвернулась от ребят и в одно мгновение исчезла вместе с вороном. Кругом вновь стало тихо, а Эрик и Эдвард, полностью осознавшие вину, пошли к дому, где обычно спят и едят, и где «живёт» Смерть.