Моя золотая рыбка

В коридоре пахло старой мебелью. Анна сидела на подоконнике, болтая ногами, и снова и снова перечитывала учебник с основами высшей математики. Мало что было ей понятно, но девушка усердно делала умный вид, из-за чего другие школьники глядели на неё с опаской, тайком перешептываясь друг с другом. Анна не заметила, когда рядом оказался высокий парень с копной тёмно-русых кучерявых волос, почти закрывающих глаза. Он заглянул в учебник и просвистел. — Вот это ты планку взяла. Думаешь, такие задания попадутся? — А разве важно? На будущее будут знания. Анна пожала плечами. Она нехотя оторвалась от чтения и посмотрела на своего собеседника. По какой-то причине тот задорно улыбался ей. Дальше перед глазами мелькали только исписанные длинными решениями страницы тетради. Это всё разве она написала? Слишком ровный почерк, слишком красивые буквы, украшенные завитками, и лёгкий нажим — он держал ручку так легко, неправильно обхватывая её большим пальцем, что чернильная линия выходила совсем тонкой. Анна смотрела на эту линию, следовала по ней взглядом, как по канату, такому же узкому и едва осязаемому. И куда она вела Анну? Картинка темнела, когда сон затягивал её глубже, и она почти не сопротивлялась этому. Плавать в чёрных водах подсознания было интересно, только внезапный звон будильника силой вытащил её на свет. *** Утро было холодным. Анна поняла это, только взглянув на запотевшие окна своей комнаты. Глаза предательски слипались, и от нежелания снова идти в школу щемило в груди. Карась проснулся гораздо позже, появившись из гущи колышущихся водорослей. — Выглядишь неважно, — констатировал он, пока девушка поспешно собирала портфель. — Ага. А чувствую себя ещё хуже, — пробормотала она невесело. — Всю ночь какая-то чертовщина снилась. — Даже странней говорящих рыб? Анна не ответила, бегая по комнате в поисках своих очков. Обнаружив их под листами реферата, она тщательно протёрла линзы свитером и закинула на плечи портфель, приготовившись к выходу. — Ничего не забыла? — спросил карась, подплывая ближе к стеклу. — Вроде бы нет. Спасибо за заботу, — последнее прозвучало словно с сарказмом. — Глупая. Я имел в виду мой корм. Анна хихикнула, но всё же взяла с подоконника баночку со странно пахнущим порошком и насыпала щепотку в аквариум. И почему она вдруг решила, что раз её рыбка умеет говорить, то можно её больше не кормить? Карась, забавно хлопая губами, принялся вылавливать с поверхности воды корм. Увидев, что Анна выходит из комнаты, он прервался и быстро сказал: — Хорошего дня. — И тебе, — крикнула уже с прохода она, — удачи в рыбьих делах. — Очень смешно. *** Дыхание вырывалось со рта облачками пара, пока Анна жадно глотала воздух. Бег утомил её сильнее, чем она могла себе представить, и сейчас мышцы предательски ныли от простой разминки. Рядом стояла Оливия, привычно бодрая и красивая в новых спортивных шортах. Кислотно-розовая ткань почти сияла в утренней дымке. Под загорелой кожей выделялись мышцы, натренированные годами футбольных тренировок. Пожалуй, Оливия была здесь единственным человеком, кто без иронии любил физкультуру первым уроком. Остальные же её либо прогуливали, либо отсиживались на лавочках с весьма вялым видом. Анна смотрела на подругу, её лёгкость с невольной завистью. Сама же, будучи худой, низкой и немощной, она больше подходила для роли живого груза, чем спортсмена. Особенно в последнее время. Пробежать вокруг спортивной площадки стало тяжелым испытанием. Воздух обжигал горло холодом, словно она вдыхала субстанцию из гвоздей и лезвий. Серые волны туч плыли по небу, так и не дав взошедшему солнцу показать свои лучи. Они были похожи на серые лоскуты разных оттенков, которыми залатали некогда синюю ткань. В довершение, к полудню по прогнозу обещали дождь. Берёзы стояли в тумане, как чёрные размытые миражи, и ничего не осталось от их вчерашнего великолепия. Мир словно за ночь потерял все краски. В прочем, Анна давно разучилась отличать цвета своей извечно серой реальности. Она много думала над словами золотого карася, по дороге в школу, в раздевалке и даже сейчас. «Будет правильнее, если ты не будешь жалеть об исполненном.» Очевидно, Анна хотела лишь сделать свою жизнь пусть и чуточку лучше, но не знала, какое конкретно желание для этого стоит загадать. Ей бы пришлось поменять всё. Или вернуть прошлое. Если такое вообще было под силу волшебной рыбе. — Ты опять задумалась? — спросила Оливия взволновано, подойдя к подруге почти вплотную. — Анна? — А? Да, есть немного. Девушка потупила взгляд от неловкости. Хотелось рассказать Оливии всё, как на духу, не утаивая даже самые дикие аспекты этой истории. Поделиться всеми грызущими душу переживаниями, не боясь осуждения. Вот только Вия ей бы вряд ли поверила. А Анне сейчас были необходимы её задорные, ободряющие слова. Иногда она даже прокручивала в голове самые вдохновляющие фразы подруги, но в исполнении собственного внутреннего голоса они звучали не очень уж неубедительно. — Готова сдавать бег? — снова спросила Оливия. — Если честно, нет. Совсем. — Анна подняла на неё полный жалости взгляд. — Что мне теперь делать? Та рассмеялась, так как ответ был для неё очевиден. — Как что? Бежать, конечно. — Оливия опустила свою тяжёлую руку ей на плечо. — В крайнем случае, придёшь на пересдачу. — Думается, крайний случай как раз и есть мой случай, — пробормотала она. — Питерс, твоя очередь, — позвал учитель. Анна лишь вздрогнула от волнения. Пришлось покинуть подругу и стать на начерченную мелом полосу старта. Ждать, пока учитель не махнёт рукой, возвещая о начале гонки. А за чем она вообще гналась в этой жизни? Анна не видела, где именно был нарисован финиш, но сорвалась вперёд, словно её тело было легче птичьего пера. Подхваченная ветром, она уверенно преодолевала метр за метром, и чёрные деревья и фигуры одноклассников мелькали по бокам дорожки. С забора спортивной площадки взлетела стайка ворон. И мир закружился перед глазами бурным водоворотом, наполненным всеми оттенками серого и слепяще белого. Земля ушла из-под ног внезапно. И столкновение с асфальтом посеяло боль, которая помогла её сознанию вырваться из дикого гона. — Питерс, блин, — крикнул учитель. — Анна, ты в порядке? — испуганный голос Оливии и приближающиеся шаги. Ну вот, она шла сюда. — Ха, алкоголичка! — чей-то издевающийся смех. Анна поднялась на ноги быстро и без чьей-либо помощи, потёрла содранные ладони. Она была в порядке, вопреки всем смеющимся. И, наверное, вопреки своей странной судьбе, постоянно кидающей её в неприятности. — Всё хорошо? — спросил учитель, окинув девушку обеспокоенным взглядом. — Можешь сдать норматив на следующем уроке, если плохо себя чувствуешь. — Просто голова закружилась. Всё со мной нормально. Анна печально посмотрела в сторону группы парней, столпившихся возле турников. Оливия без замедления показала им средний палец, воздержавшись от ругательств в присутствии педагога. Лицо у неё было такое, что Анне на миг показалось, после урока подруга пойдёт их закапывать во дворе за такие оскорбления. Но суть была в том, что они были правы. Сто раз правы, высмеивая её привычку пить, чуть что не ладиться, и её загубленную жизнь с прекрасными перспективами. Анна знала, что попросит у золотой рыбы, только придя домой. — Ты точно в порядке? — на всякий случай переспросила Оливия, так как вымученный ответ подруги её не убедил. — Феерично упала. Анна раздражённо дёрнула плечом, победив желание заплакать. Молча взяла бутылку с водой, прильнула к горлышку с такой жаждой, словно не пила сто лет. Ладони саднили, но она постаралась о них не думать. — Я просто не выспалась. В последнее время чувствую себя уставшей, не знаю. — Но это же пройдёт? — обнадеживающе воскликнула Оливия. — Я же говорю, не знаю. Анна потёрла сонные глаза, из-за чего с ресниц обсыпались чёрные кусочки туши. Это был только первый урок, а она уже хотела провалиться сквозь землю. Оливия грузно опустилась рядом, сложила руки на коленях, задумчиво подглядела на небо. Ей и самой было не по себе от состояния подруги. Всё-таки, они были знакомы с самого детства, почти что сёстры друг другу, но морально всегда разделённые пропастью. И она так хотела утешить Анну, но не могла подобрать для этого нужных слов или действий. Её взрывной характер не подходил для задушевных разговоров, это было точно. Девушка усмехнулась, когда в голове всплыла идея: — Ну, хочешь, я серьёзно поговорю с Джефом один на один? Будет знать, как тебя обзывать. — Вряд ли это поможет, — неуверенно ответила Анна. — Одно твоё слово, и я буду бить его по смазливому личику до звёздочек перед глазами. Я же твой телохранитель, помнишь? Оливия шлёпнула подругу по плечу, из-за чего та только поморщилась. — А ты жестокая, — сказала она, подняв на Оливию благодарный взгляд. Какой счастливой она в один момент стала. — Холланд, — позвал учитель, сверяясь с журналом. — Твоя очередь. — Ну вот, я пошла, — проговорила Оливия уже на ходу. — Удачи, — прошептала Анна одними губами. Она знала прекрасно, что подруге какая-то удача не нужна. Девушка и сама запрокинула голову, глядя на небо. Поток бесформенных туч её завораживал. Краем глаза она видела парящих над спортивной площадкой ворон — они казались чёрными точками на светлом фоне. Невольно всплывал в голове вопрос: а как вообще до такого дошло? Если бы год назад он не ушёл, стала бы Анна однажды пробовать алкоголь? Или она была просто пропащим глупым подростком, склонным заливать свои проблемы спиртом. Кто знал.