Трахнуть, а затем убить

      Лунная дорожка света пробивалась сквозь приоткрытые шторы в небольшую спальню.       Девушка сидела на краю кровати, задумчиво уставившись на ствол в руке. Прохладная сталь приятно касалась кожи. Она несколько раз проверила предохранитель, прежде чем отложить оружие в сторону.       Сегодня должна была прийти она. Та, что давно приглянулась. Та, что заполонила мысли и затуманила рассудок. Та, из-за которой она провалилась уже которую ночь подряд.       «Я не смогу… — пронеслось в мыслях шатенки после мимолётного взгляда на трясущиеся руки. — Но я должна… Так будет правильно».       Вика откинулась на мягкую постель, позволяя телу хоть немного сбросить напряжение, накопленное за целый день. Как же ей всё это осточертело. Этот город. Эти здания. Эти жители. И роли, которые каждый играл здесь, надевая маски, словно карнавал двуличия.       С того дня, как от её рук погиб первый человек, всё пошло наперекосяк и стабилизироваться явно не планировало.       Зеленоглазая тяжело вздохнула. Нужно просто покончить с этим. Покончить с ней. А затем можно будет хоть на все четыре стороны.       Но хватит ли ей духу? Да и зачем ей её смерть? На эти вопросы она и сама пока что не знала ответы.

•••

      Отчётливый стук в дверь заставил Викторию вздрогнуть. Она спрятала заряженную пушку за пояс, щёлкнула ночной торшер на тумбе и, натянув лёгкую улыбку, пошла открывать долгожданной гостье. Только зачем она её ждала? Чтобы всадить ей пулю или же вечер обещал быть гораздо более интересным?..       На пороге Вика увидела прекрасную даму в бежевом пальто. Лера обвела мягким взглядом миниатюрную фигурку напротив.       Чёрный кожаный костюм. Красная помада и высокий каблук. Чего же ещё стоило ожидать от главы мафиозной группировки. Вызывающе уверенный вид — первое, что привлекло комиссара этого тёмного городочка в девушке.       Валери знала, что должна сегодня сделать. Знала и нервничала. А лёгкая дрожь была тому подтверждением.       «Я должна, — как мантру твердила сама себе голубоглазая всю дорогу к Вике. — Она убийца. Так будет правильно».       И вот, они обе стоят в проходе, мило улыбаясь, снаружи сохраняя видимость полного спокойствия, а внутри терзая себя одними и теми же мыслями.       — Пройдём? — сглотнув и прокашлявшись, предложила Валери.       — Конечно, — кивнув головой в сторону единственной комнаты, ответила Вика.       Номер в гостинице был небольшим, имея лишь спальню, что служила и кабинетом, и гостиной одновременно, а также небольшую ванную комнату.       Стал слышен лишь звон чашек и подноса. В чайнике начала закипать вода, а затем щёлкнул выключатель. По комнате разлился приятный аромат ромашкового чая. Самое время успокоиться и взять себя в руки.       Для кого они устраивают это выступление, если в номере лишь вдвоём? Притворяются теми, кем не являются. Ради кого и чего они делают вид, что пришли мирно выпить чаю и посплетничать, словно очередные подружки?..       Даже спиной Вика чувствовала на себе пристальный взгляд голубых омутов, что снились ей уже не одну ночь. Дыхание вдруг участилось, а удерживать в руках поднос с чашками становилось всё труднее.       Комиссар сидела на кровати, закинув ногу на ногу и сложив руки на коленях. Плащ был повешен на крючок у входа, а потому теперь Дону открылся вид на глубокое декольте. Ещё и короткая чёрная юбка, что так хорошо подчёркивала её бёдра, которые так и хотелось взять и…       Мимолётного взгляда хватило, чтобы рвано выдохнуть и, бросив короткое: «Сейчас вернусь», удалиться в ванную.       Зеленоглазая уставилась на своё отражение в небольшом банном зеркальце и сильно сжала кулаки в попытке отрезвить разум…       Высоко вздымающаяся грудная клетка была характерна на данный момент не только шатенке. Оставшаяся в комнате Лера, шумно выдохнула, потирая вспотевший лоб. В голове всё ещё стоял её образ. Облегающую ткань, что слишком хорошо подчёркивала стройные ноги и плотно облегала грудь, вдруг захотелось сорвать и больше никогда не видеть на ней.       Да что же с ними такое. С самой первой случайной встречи в баре прошло около двух недель. Две недели, наполненные сдавленными вздохами умопомрачительного наслаждения. По отдельности.       Валери нервно заёрзала, в ожидании уставившись на дверь в ванную. Внутренние метания между сердцем и разумом отразились сведёнными к переносице бровками, что образовали мягкую морщинку.       «Пора заканчивать с этим. Довольно мучений» — подумала голубоглазая и перезарядила пистолет.       Она встала за угол шкафа в полной готовности, проверяя оружие. Но какой же кульбит сделало её сердце, когда, услышав шум, она сделала шаг вперёд и упёрлась дулом пистолета в оружие шатенки.       Они замерли, не шевелясь и не издавая лишних звуков. Только их гулко стучащие сердца отбивали равномерный ритм, разбивая тишину.       Отрицание, гнев и торг вихрем пронеслись в их глазах, отражая состояние души. Температура в комнате поднялась на несколько градусов.       Скрещённые, словно шпаги, проницательные взгляды блуждали по телам, которые бил озноб. Жажда справедливости и чувства выполненного долга или желание прикоснуться к объекту своего вожделения? Нервозность от своего задания или возбуждение?       Раскалённый воздух почти искрил между ними, а в мыслях «Убить» чередовалось с «Трахнуть». Нет, не так. «Трахнуть, а затем убить».       — Ну и кто же первый спустит курок… — тихо прошептала Виктория.       — Подумай дважды, прежде чем сделать то, о чём вскоре будешь жалеть… — ответила Валери.       — Надо было сразу тебя убить. Не пришлось бы мучиться сейчас, — с ноткой досады и разочарованности прозвучал голос шатенки.       — Надо было сразу стрелять, а не копаться в документах, — с лёгким укором проговорила голубоглазая.       — Надо было… Но мы не сделали этого.       — Не сделали…       Считанные секунды сейчас казались бесконечными. Время потеряло свойство идти, бежать, спешить. Оно замерло…       Но замерло ровно до тех пор, пока девушки, отбросив оружие, не влетели в горячие объятия. Их тела встретились, и всё вокруг перестало иметь значение.       Притянув Леру за оливковую рубашку вплотную к себе, Вика впилась своими губами в её горячий ротик. Их влажные язычки соприкоснулись, вызывая мурашки по коже.       Из-за небольшой разницы в росте комиссару пришлось чуть наклониться, дабы взять личико напротив в свои нежные ладони. Сладкий, долгий и влекущий за собой поцелуй.       Пальчики шатенки уверенными движениями расстёгивали пуговицы на рубашке Валери. Не отрываясь от терзаний девичьего рта, голубоглазая нащупала тоненькую молнию на чёрном топе и нетерпеливо дёрнула бегунок вниз. Следом на пол полетела и её рубашка, которую аккуратным движением по нежным плечам спустила Дон.       Девушки переместились на постель, продолжая дарить друг другу долгожданную ласку. Комиссар, которая оказалась сверху, оторвавшись от губ мафии, заправила выбившуюся прядь волос за ушко девицы таким мягким и трепетным движением, что Виктория на миг обомлела и, казалось, перестала дышать.       Лера усмехнулась и провела ноготком по линии подбородка, чуть приподнимая его. Шатенка с неподдельным интересом наблюдала за каждым движением и сменой эмоций голубоглазой, уже с осторожностью принимая тоненький пальчик в ротик и посасывая, создавая вакуум, отчего Валери закатила глаза.       Желание, что буквально искрило в воздухе, отдавало электрическими импульсами по коже, заводя и распаляя огонь всё больше. Первый тихий стон слетел с губ Вики, когда Лера сжала ладошкой грудь, через ткань начиная играться с соском. Дон притянула её для поцелуя, начиная покусывать опухшие губы и зарываясь пятерней в копну русых волос.       Проводя языком влажную дорожку по шее до самого ушка, одновременно лаская ручкой грудь, Лера прошептала:       — Какой по счёту я была в твоём списке жертв?..       — Ты уверена, что вообще хотела быть там? — прошептала в ответ Вика, блаженно прикрыв глаза и прикусив губу. — Признаю, я чувствовала, что тебя стоило убрать сразу, но сейчас… я чувствую тебя гораздо лучше.       — А так?.. — девушка оставила алый след на шее шатенки, от которого внизу живота сладко заныло.       Зеленоглазая нащупала застёжку бюстгальтера и одним движением помогла избавиться от него. Её руки свободно блуждали по податливому телу Валери, пуская табуны мурашек.       Её бросило в жар, когда комиссар коснулась груди влажными губами, сразу после того, как избавилась от лифа.       — Ммм… — Вика сильнее сжала волосы на русой макушке. Ноги сводило приятной судорогой, а медленно блуждающие губы девушки дарили сладкую истому.       Дыхание становилось всё тяжелее и прерывистее, пока девушки окончательно избавлялись от одежды. Перевернув голубоглазую на спину, Дон завела её руки над головой, впиваясь в ротик.       Спустилась губами к груди, играя языком с розоватыми горошинами и наслаждаясь стонами, словно мелодией. Затем к плоскому животику девушки, чувствуя, как та выгибается в спине под её горячим дыханием.       Лере льстило такое внимание, но не устраивало положение. Комиссар привыкла управлять ситуацией и держать всё в своих руках, которые сейчас тихо покоились на бедрах шатенки. Проснувшееся желание вести, жажда обладать и доминировать затуманивали разум… Но стоило подождать. А пока она давала мафии лишь мнимую власть в то время, как её воображение вырисовывало вовсе иное расположение их тел.       От мимолётных мечтаний её отвлёк совсем нежный, невесомый и такой аккуратный поцелуй, оставленный на внутренней стороне бедра. Виктория будто спрашивала разрешение. Замерев и почти не дыша, голубоглазая еле заметно кивнула и в следующую секунду почувствовала мягкие, немного неуверенные движения язычком по своим половым губам.       Горячее дыхание шатенки внизу, её затуманенный взгляд и лёгкие движения заставили бровки свестись к переносице, а лёгкие выпустить томный вздох. Она положила руку на макушку, скорее направляя, нежели надавливая.       Запрокинутая от удовольствия голова комиссара послужила мафии спусковым крючком и придала уверенности. Подключая пальчики, она доставляла девушке удовольствие, то ускоряясь, то замедляясь. Играя и дразня. Словно кошка. Она оставляла горячие, влажные от смазки поцелуи и алые отметки на бёдрах Валери.       Тяжёлые вздохи с приглушёнными стонами разбивали тишину. На изящном теле защитницы города поблескивали выступающие капельки пота.       Виктория лишь краем глаза успевала замечать, как та с силой сжимала простынь, дабы не сделать больно девушке. И как подрагивали её ресницы вместе с высоко вздымающейся грудью.       Неожиданно резко Валери притянула шатенку за шею и впилась в сладкие губы, слизывая остатки влаги, пробуя свой вкус. От этого снесло крышу, а кружащий до того по клитору пальчик, вошёл внутрь, и голубоглазая не сдержалась, громко простонав в губы. Активные движения рукой, поцелуи переходящие в укусы и её тело, что содрогнулось в долгожданной разрядке.       В глазах плясали звёздочки от только что настигнувшего оргазма, а тело всё ещё била мелкая дрожь. Вика уткнулась носиком в шею Леры, опаляя горячим дыханием, пока та оставляла поцелуи на лбу зеленоглазой. А спустя несколько минут и многозначительных взглядов Валери оказалась на бёдрах лежащей рядом шатенки.       Слова были излишни. Их губы вновь нашли друг друга и исследовали рты, будто в первый раз. Отчаянно, с остервенением, жарко и желанно. Тяжёлое дыхание и протяжные стоны сопровождали их жадные движения.       Разгорячённые тела дарили друг другу невероятную ласку и тепло, страсть и удовлетворение.       Словно грёбанный наркотик и помешательство. Самая сладкая зависимость с первого прикосновения губ, вызывающая бабочек в животе и дрожь в коленках.       Лера глубоко вдыхала запах девичьих волос и кожи, выводя язычком витиеватые узоры. И пока ублажала девушку, она столкнулась с ее взглядом. Глубоким, пронизывающим и таким притягивающим. Словно утопая в её омуте, она заглядывала в душу. Один уголок губ Виктории пополз вверх, а затем она приглушённо простонала, прикрыв веки и впиваясь пальцами в простынь.       Этой ночью были лишь они. Плевать на городские проблемы, на свидетелей, ждущих линчевания убийцы. Они изводили себя мечтами и фантазиями слишком сильно, чтобы отвлекаться сейчас на посторонние мысли…

•••

      Сна не было ни в одном глазу. Лёгкая дрожь удовольствия всё ещё покрывала мурашками девичьи тела.       — Ты убила восемь человек, — больше констатируя факт, нежели коря, произнесла Лера, водя ноготком по плоскому животику девушки.       — Считаешь, нужно убить ещё двоих до круглой цифры? — повернув голову к девушке и расплывшись в соблазнительной улыбке, ответила она.       — Что ты предлагаешь сказать мне их родственникам?       — Ты уже ничего им не скажешь.       Валери вмиг посерьёзнела, метнув вопросительный взгляд на девушку.       — Мы отправим им документы об их «мирных» деяниях, — шатенка показала в воздухе кавычки.       — Хочешь сказать, что у них есть тёмное прошлое, а ты всё это время играла за мирных?       — Порой доверяешь вовсе не тем людям, да? — зеленоглазая усмехнулась и нежно щёлкнула по носу комиссара. — А потом мы уедем отсюда и…       — Документы, — прервала её та. — Они оказались фальшивыми?       — Да, так бывает, — спокойным тоном ответила девушка. — Фальшивое досье, фальшивая история. В этом городе не составит труда их подделать. Достаточно иметь толстый кошелёк и убедительность, — пожав плечами, как что-то само собой разумеющееся, проговорила Вика, на что Лера лишь шумно вздохнула и выругалась.       — Брось. Каждый может допустить ошибку, верно? Ты ни в чём не виновата. К тому же, сейчас это уже неважно.       Виктория придвинулась ближе к голубоглазой и повела пальчиком по тоненьким ключицам, пока Валери прочёсывала пальцами каштановые пряди.       — Знаешь, а я ведь была уверена, что это случайные жертвы.       — Они малость насолили мне в прошлых жизнях, — мафия отмахнулась.       — Тогда зачем хотела убить меня?       — Не привыкла, чтобы надо мной имели власть большую, чем я сама.       — И чего же, мне теперь ждать от Вас, Виктория? — одаривая очаровательной улыбкой, спросила голубоглазая.       — Иногда покорности, а иногда… характер будет пробиваться, Валери.       Комнату заполонили тихие смешки, что утихали лишь во время поцелуев.       Два обнажённых тела, что этой ночью обнажили ещё и души, обретая шанс на их счастье…