Если я Бэдкомедиан, то ты — Катя Клэп

      На следующий день я пришла в школу, полная энтузиазма. Во-первых, Викки так и не ответил ни на одно мое сообщение, и мне было не по себе от этого. С другой стороны, я хотела узнать, как всё сложилось у Саши с Ирой, поэтому первым делом решила отправиться именно к нему.       Никого, кроме меня, в кабинете ещё нет. Я всегда прихожу немного раньше, вернее, очень рано, чтобы сделать домашнее задание и не париться над этим с вечера. Учимся мы в первую смену, и я идеально выстроила свой план дня. Я уселась на свое обычное место, и как только я всё подготовила, в класс вошёл Женя.       — Привет, — коротко сказал он и подошёл к своей парте. Напомню, она была справа от меня, то есть, на втором ряду.       — И тебе не хворать.       Я старалась не смотреть на него открыто, но мне было интересно, что он будет делать. Он сначала достал телефон, что-то там нащелкал, потом убрал и лег на парту. «Будет досыпать», — подумала я, но через пять минут после он поднялся и вышел в коридор. Потом только мне пришло в голову, что ему просто неуютно находиться наедине со мной в классе.       В итоге он вернулся. Я сделала вид, что очень занята алгеброй, и он, вроде бы, даже расслабился. Тогда я ударила первой.       — Жень, извини, что вчера повела себя некрасиво.       Нет нужды говорить, что извиняюсь я за глаза. Вернее, я могла бы этого не делать. Просто интересна его реакция.       — Зря извиняешься, — сказал он и повернулся ко мне лицом. Теперь уже он без всякого стеснения смотрел на меня, а я сначала пыталась этого не замечать, но потом как-то и не вышло…       — Слушай, этот Никита Миронов, он твой парень?       — Да, а что? — произнесла я спокойно, но в животе залетали бабочки. Что-то мне не по себе…       — Да так, интересуюсь.       Из-за того, что я полминуты вдумывалась в смысл этого вопроса, я упустила возможность ответить: «А что, хотел узнать, свободна ли я?» Ну и ладно, мне всё равно, я и не скрывала того, что Викки — мой парень.       Хотя, если подумать, я вообще никак не показываю этого в школе. То есть, я свободно общаюсь со всеми парнями из моего окружения, а прилюдные обнимашки-целовашки меня слегка бесят. Бывает, я прошу его сесть передо мной, но мы не слишком много говорим. Поэтому я ждала возможности остаться с ним наедине вчера…       Начали встречаться мы с ним в конце прошлого учебного года. Он пришел, по-моему, классе в седьмом, поэтому я знаю его не так давно, как остальных, например, Сашу и Кирилла. Викки сначала был достаточно тихим и в принципе не сильно выделялся, но его внешность, я уверена, многие заметили. Он — очень, очень жгучий брюнет, и глаза его тоже черные, но при этом у него чисто русское лицо. При этом он достаточной высокий, выше меня на полголовы (при условии того, что я сама ростом выше среднего). Я заметила, что ему очень нравится баскетбол, и решила начать общение именно со спорта. Всем известно, что ничто так не сближает людей, как общий интерес. В итоге я, будучи достаточно хорошо физически развитой, решила просто поднадавить на баскетбол. Я даже на кружок записалась и решила провести мини-рекламную компанию этого непопулярного дела у нас в классе. Как я и ожидала, Викки пришел.       К девятому классу играла в баскетбол я уже не ради Вика, и до сих пор играю. Но это положило начало нашим отношениям. Как раз в девятом мы общались действительно близко, и я думаю, что понравилась Вику. Не могу говорить за него, но я помню очень хорошо тот момент, когда мы сидели с ним в раздевалке. Это было после тренировки, и мы оба, потные и уставшие, ждали, пока приедет такси, потому что на улице шел дождь, да и вредно после разогрева идти на холод. И как раз тогда, когда мы сидели вот так вот вместе, на одной лавочке, Викки внезапно повернулся и положил руку мне на плечо. Он уже давно мне нравился, поэтому я его не оттолкнула, и он предложил мне встречаться. Тогда же случился и мой первый поцелуй. Думаю, в девятом классе многие уже хотя бы раз встречались с кем-то, просто я, хотя и люблю находиться в компании мальчишек, редко кого выделяю. В этот раз мне повезло…       Внезапно я вспомнила, что мне надо доделать алгебру. Вопрос Жени ввел меня в ступор и частично накрыл воспоминаниями. Кстати, куда вообще Женя делся? Только что сидел тут, а теперь его место пустовало.       Я налегла на алгебру, и как раз когда она была сделана, начали потихоньку приходить другие ученики. Кирилл — как всегда за пятнадцать минут до звонка, ну и Саша — за минуту. Викки все не было… Но едва прозвенел звонок, Вик вбежал и сел за парту впереди меня. Это меня совсем не успокоило, потому что он мне так и не ответил. Ну, что ж, буду требовать.       Пока он сидел там и пытался изображать раздумье, я внимательно присмотрелась к нему. И, к моему крайнему удивлению, обнаружила под левым глазом Вика достаточно заметный синяк. Было видно, что его пытались замазать. А на щеке рядом красовался пластырь.       На моей памяти Вик никогда не дрался. Нет, он был хорошо физически развит, но до рукоприкладства никогда не доходило. Поэтому ума не приложу, кто мог так ему залепить! Ах, сколько вопросов!       — Слушай, после уроков поговорим, хорошо? — сказал мне Викки и отвернулся обратно. Я даже отреагировать не успела.       — О-ок.       Еле-еле я дождалась этого самого конца уроков. Я пробовала поговорить с Викки на перемене, но он отнекивался и куда-то уходил. Сейчас же я остановилась у школьной раздевалки, предварительно написав моему недотепе, что жду. В итоге он всё-таки появился, но все равно молчал.       Мы в полной тишине вышли из школы. Было видно, что Вику сложно что-то сказать, и он пытается собраться с мыслями. Я слегка приобняла его и притянула к себе. Но не для поцелуя, а чтобы внимательно присмотреться к синяку. Было видно, что он не свежий, по крайней мере, не сегодняшний, так как стал желтеть. Пластырь с щеки уже почти слетел, и под ним я обнаружила достаточно глубокую рану. Я думала, что это просто порез или хотя бы царапина, но это была сильная ссадина, причем не ровная, явно не ногтем или ножом…       — И где ты умудрился это всё?.. — я хотела придать голосу твердости, но недоумение брало верх.       Викки схватил меня за ладони и поцеловал. Я немного опешила, потому что он редко когда так открыто проявлял чувства, но с удовольствием втянулась в поцелуй. Мы простояли так минуты три, и потом он сказал:       — Давай дойдем до дома, и я все объясню.       По дороге мы держались за руки. Я была почти что на седьмом небе от счастья. Вопрос получения синяков отпал как-то на второй план.       В итоге мы приблизились к элитному частному сектору. Я сама из обеспеченной семьи, но живу в квартире. В частных же домах я бываю очень редко, потому что бабушек у меня нет, а все остальные родные тоже либо в квартирах, либо очень далеко. Честно говоря, я всегда мечтала о своем доме… Семья Викки, кажется, менее богатая, чем моя, но дом в таком районе себе смогла позволить… Зависть. Тем не менее, картина меня воодушевила.       Мы подошли к темно-синему высокому забору, за которым виднелась оранжевая крыша дома такого же цвета, но с приятной белой отделкой. Я прикинула, что в доме как минимум четыре этажа.       — Ну вот и мой дом, — произнес Вик и достал из портфеля приличную связку ключей. Для забора, я думала, он использует что-то вроде карточки, но он достал обычный ключ от переносного замка и в два счета отпер калитку. Затем последовал проход через охранника, который сонным голосом угукнул в ответ на Виккино «Я вернулся, со мной девушка». Пока что меня всё устраивало…       Мы прошли через просторный, выложенный кафельной плиткой двор. Далее, видимо, шел садовый участок, который тоже был огорожен, но, конечно, оградкой пониже, чем забор. Тропинка, по которой мы прошли, привела нас к входу. Викки ранее сказал, что никого нет дома, и я от этого чувствовала себя спокойнее. Ещё бы, кому хочется вообще этих знакомств?..       Чтобы попасть в комнату Вика, нам пришлось подняться на третий этаж. На первом находились хозяйственные помещения, в их числе кухня, столовая, гостиная и пр. ; на втором располагались спальня родителей Викки и их рабочее пространство; третий этаж — для самого Вика и его сестры, Насти, которой сейчас примерно четырнадцать; а на четвертом — всякие комнаты для хобби и пр. С одной стороны, было любопытно увидеть их. Но я ли не видела дома богатых людей? Поэтому я преспокойно добралась с Викки до его комнаты и огляделась.       Светлые обои без рисунка, двуспальная кровать, слегка помятая и незаправленная, две тумбочки по обеим сторонам, на них по лампе, стол, чистый настолько, будто за ним никогда не сидели, небольшой книжный шкаф, баскетбольное кольцо, видно, что им ежедневно пользуются, рядом подставка для мячей, больший комод (гардеробной я не заметила), небольшой диванчик за кроватью — вот всё, что было в комнате. Она показалась мне очень обычной, потому что в такой комнате могла жить и я, и Саша, и Кирилл, и кто угодно из всех нас — кроме баскетбольного кольца ничего не выдавало того, что тут живёт именно Викки. Пока я осматривалась, он пошел за едой, а сама я, как королева, уселась на диван. Потом подумала, что узнаю побольше, если посмотрю на книжный шкаф и его содержимое. Но там лежало понемногу из каждого жанра, как в библиотеке, и все эти книги были ровные, гладкие и явно не тронутые. Не комната, а чистый лист…       — Ты будешь сидеть тут? — спросил Вик, когда я уже закончила осмотр шкафа и снова села на диван. Он сел рядом.       — Откуда синяк?       Викки поморщился, но быстро ответил:       — Я подрался. Вчера.       Одна новость офигительнее другой…       — С кем и зачем?       — Не могу сказать…       — Хорошо, — ничего хорошего, — ладно… Не болит?       Викки покачал головой, и повисла тишина. Я потихоньку растворялась в атмосфере комнаты. Вся эта ситуация меня утомила, я хотела встать и хотя бы что-нибудь пожевать, но как раз в этот момент Викки меня поцеловал. Я осознала, до этого отвлекаемая разными мыслями, что нахожусь у парня в комнате, и дома никого нет… Вик аккуратно целовал меня, играя моими волосами, а я просто гладила его по спине. Всё это было похоже на наш первый поцелуй в раздевалке.       Викки перешёл на шею, и я поняла, что он хочет большего. До этого наши поцелуи ограничивались губами (да-да, вот так вот всё невинно), а теперь он, как вампир из старых фильмов, ласкал мою шею и, наверное, засосы оставил. Но мне было приятно, поэтому я просто поддалась моменту. Он стал расстёгивать мою рубашку, и, остановившись на пуговицах в районе талии, стал целовать плечи. Я наверное, жутко покраснела, но не хотела его останавливать… Он очень нежен со мной, и знает, как сделать мне приятно.       Что-то пошло не так как раз после этого. Я не знаю, был ли это порыв момента, или Викки всегда хотел этого, но мы из сидячего положения резко плюхнулись на диван. Я оказалась снизу, и не успела даже отреагировать толком, когда Вик впился в мои губы, и на этот раз это было не просто глубоко — страстно, мощно, желанно — я почувствовала себя растекшейся по дивану, словно лужа. Тогда же рука Вика поползла к моей груди. Все это делалось очень быстро, и я ничего не успела сделать — но мне было приятно, как будто мягкий массаж. С меня лифчик легко не сдернуть — габариты большеваты, поэтому Вик просто подлез под чашечку. Я застонала сквозь поцелуй, и в этот момент открылась дверь.       — Никит… ААА!!!       За дверью стояла сестра Вика. Я точно узнала её, потому что до этого уже видела. Ей, как я уже говорила, лет четырнадцать. Но на меня она произвела впечатление достаточно невинной девочки. Сейчас же её глаза стали как чашки, она открыла рот в крике, и потом быстро отбежала куда-то. Ещё бы, ситуация была такая… Я под Виком, рубашка расстёгнута, рука на груди, и целовались мы как в последний раз, ещё и этот мой стон… Она могла подумать, что мы уже, так сказать, «начали совокупление». Ну и ладно, главное, чтобы это не отразилось на наших с Виком отношениях.       Викки слез с меня и уставился в потолок. Ему то уж точно похуже, чем мне. Я хотела прижаться к нему, но он легонько остановил меня и сказал:       — Застегнись и беги домой. Я разберусь.