Пока тьма не сделает всё сама

Какой бы не была приятной и расслабляющей рыбалка, он никогда не признает, что чувство которое наполняет всё тело во время разделки рыбы намного приятнее. Нож вонзается глубоко, вытаскивая его обратно можно видеть кровь, что осталось на лезвии. Поистине прекрасное зрелище. Это не занимает много времени, органы в одну сторону, кости в другую. Он тратит время на то чтобы разглядеть всё в деталях. В голову приходят образы, которые он никогда не видел в своей жизни, но это интересно. Кровь из туши рыбы течет всё сильнее и обильнее, такого быть не должно, но лужа становится всё больше. Уилл делает шаг назад не смея отвести взгляд, моргание замедлилось. Перед глазами всё плыло, но красный цвет был единственным что можно было различить. * * * Уилл начинает ощущать реальность как только видит обеспокоенное лицо команды. Он уходит первый с места преступления, но его догоняет Беверли. Не в её стиле так делать, обычно она ожидает подходящее время и начинает разговор на нужную тему. Сегодня же она решила не ждать, видимо дела в действительности обстоят плохо. Неужели он настолько плохо выглядит? Ответ однозначно положительный. Видимо они действительно сблизились, раз вместо Джека Кроуфорда к нему подходит девушка. Чья же это была идея? Не так уж это и важно, сейчас главное добраться до ванной комнаты для того чтобы смыть кровь со своих рук. Раковина на кухне была ближе всего, Грэм решил что это лучшее место, ведь кровь уже начинала засыхать. Чувство неприятное, липкость между пальцами раздражала. Он включил кран в тоже время, что и Беверли начала разговор, слова из которого Уилл не слышал. Поэтому когда он закрыл кран он сказал всё что было в его голове прежде чем его перебили. — Я знаю, что напортачил. Правая рука машинально потирает лоб, движение недолгое, Уилл неспокоен. Никакого прямого зрительного контакта, как и всегда. Он отводит взгляд или же смотрит на объекты позади собеседника. Это всё отлично чередуется. На его лбу остались следы крови, ведь этот разговор остановил все предыдущие действия Уилла. Зеркала не было, чтобы он заметил что сделал, поэтому Катц взяла бумажное полотенце и легким движением поворачивая Уилла в свою сторону начала исправлять ситуацию. — Сейчас всё нормально, и только это важно. Я раскрываю дела, ловлю преступников, остальное не имеет значение. — Уилл.– Спокойный голос ни капли не помогал ему успокоиться. Грэм чувствовал себя животным к которому пытаются втереться в доверие. Ужасное чувство. Особенно когда девушка стоит так близко к нему. Она по-любому видит все его слабости в данный момент. — Это больше не повториться. – Голос ломится, а глаза щипят от слёз которых не должно быть. Он чувствует что нервный срыв не заставит себя ждать. Поэтому он повторяет одну и ту же фразу. — Не повторится. — Ты выглядел таким потерянным в тот момент. И пускай ты испортил место преступления, я не нахожу всё это таким неожиданным. После всего того дерьма через которое ты проходишь каждый день, да ни за что! Голова Уилла опускается ниже, он действительно не может позволить Беверли увидеть его слёзы, его момент слабости, но ей и не нужно было. Она всё поняла и сразу перешла к действиям, заключив в объятия мужчину. Тело профайлера холодное, и тепло другого человека подействовало лучше успокоительного. Катц сжимала свои руки крепче, но не для того, чтобы причинить боль, а чтобы её забрать. — Что говорит доктор Лектер на твоё состояние? — Всё время называет это психологической проблемой с которой только психотерапия может справиться. — Звучит скверно. На это высказывание он лишь хмыкнул, он не хотел продолжать этот разговор, словно его что-то останавливало говорить плохо о Лектере. Профайлер осознавал что если так продолжиться Беверли Катц сделает больше, чем в своё время сделала Алана Блум. Это не будет иметь счастливый итог. Переборов недавнюю паническую атаку он возвращается на место преступления в редких случаях поправляя команду в их суждениях и извиняется перед Прайсом за то, чего даже не помнит. Немного пугающе, не знать того что происходило в тот отрезок времени. Но Уилл старался не думать много об этом, ведь любая мозговая активность сопровождалась болью с которой аспирин перестал помогать ещё около недели назад. Он решил поступить так же, как и в многие разы раньше — высказать небольшую догадку, а потом ожидать того времени, когда ночные кошмары догонят его, чтобы рассказать остальную часть. Интересную и полную ужасов. После такого Уилл просыпается и ещё несколько минут проверяет своё окружение на естественность. Хотя он и привык к большому черному существу это не значит что ему место в реальном мире, где Грэм день ото дня пытается если не жить, то хотя бы выживать. * * * На сеансе с доктором Лектером Уилл прекрасно видел как тот был обеспокоен, он не считал это очередной маской. Видимо его собственный вид был настолько ужасен, что все вокруг начали беспокоиться о нём. Не хватало ещё, чтобы Джек Кроуфорд запросил очередную оценку вменяемости. На этот раз Грэм не уверен что сдаст её на отлично. Желая не впитывать в себя эмоции другого человека профайлер поменял своё положение в кресле и перевел взгляд на стол. Что-то изменилось. Брови нахмурились, а взгляд метался к каждой вещи на столе. Спустя некоторое время ему всё же удалось вычислить что отличалось с прошлого сеанса. Непонятная коробка добавилась на столе Ганнибала Лектора, она не была особенной. Это было не дерево или мрамор, а простые материалы. Уж точно не стиль его психотерапевта. Значит, это был подарок? Кто мог такое подарить Ганнибалу и почему тот в свою очередь оставил подарок у себя и поставил на видное место? — Хочешь дополнить коробку запиской? – Было неудивительно что Лектер заметил куда устремил свой взгляд Уилл, но было что-то странное в его вопросе. Откуда ему было знать на какую тему писать записку и касалось ли это терапии? — Что? Нет. Я просто хотел спросить что она там делает. — Она не мешает и всегда под рукой если понадобится. – Ганнибал говорил так неоднозначно будто и сам не был до конца уверен в этом предмете. Он тоже приспосабливался к этому, подумал профайлер мысленно закрывая тему этого разговора. — Вам нужно честно признать пределы возможностей вашего метода. И каким образом он на вас влияет. Было что-то не так в этом разговоре, он помнил эти слова Ганнибала, но откуда? И почему у него чувство что этот разговор должен был происходить в другой части кабинета? Он почувствовал напряжение, но незамедлительно посмотрел на часть кабинета что находится за его спиной, там, где сейчас стоит лестница. Образы его и Ганнибала в другой половине помещения были немного… вызывающими. Повернувшись он на автомате выдал фразу не теряя нить разговора. — Если под пределами вы подразумеваете разницу между рассудком и безумием, меня подобное не устраивает. — А что бы вас устроило? В голове проскользнула мысль что он знает какого рода он безумец, что он не настолько сумасшедший. И что сравнивать его с убийцей непозволительно. Но в противовес этому словно напоминание в голове возникли все моменты, где он говорил с Уильямом, где он видит оленя с черными перьями и где кошмарные образы просачивались сквозь пелену сна. — Я не знаю. – Всего-то и говорит Уилл откинувшись на кресле. Он сжал свою руку настолько сильно что у него остались следы на ладони, как напоминание себе, что стоит быть более сдержанным. После сеанса он на автомате поехал домой, где решил принять аспирин, увеличив дневную норму вдвое. Нужно забыться. Но вместо этого появилось праздное чувство. Радость что он смог спасти ещё одну жизнь, но он не знал чью именно. Это вызывало смешанные чувства. Убийцу они пока искали и есть большой шанс что он или она снова нанесет свой удар. Для верности Грэм проматывает воспоминания за прошедшие дни, но так и не находит нужное, то, которое бы объясняло чувство которое он испытывает. *** Кап. Кап. Кап. Капли воды шумно приземлялись на деревянные доски пола, вызывая головную боль. Так раздражает! Но Грэм более не обращал внимание на это, его привлекли шаги и видимость чьих-то ног, он находился под кроватью, выжидая нужного момента. Тогда, когда жертва подойдёт ближе, и появится возможность схватить её за ноги. Секунда, ещё одна и настаёт идеальный момент. Повернув свою голову в следующий раз он видит женщину рядом с собой. Её рот был изувечен, а тело бездыханное. Приступ паники вызвал все воспоминания за прошедшие месяцы, все образы жертв, которые он расследовал и с каждым разом всё становилось хуже и хуже. Вскакивая с кровати Грэм перешёл в гостиную, где под треск из камина он нашел утешение. Миша запрыгнула на кресло издавая довольное мурчание, звук был тихим и Уилл прислушивался к нему чтобы успокоить быстрый стук своего сердца. Котёнок хоть и считался таковым, уже не был маленьким. Миша обрела свою красоту и грацию присущее ей. Профайлер всё ещё боялся отпускать её на улицу, но он не думает, что она имеет что-то против этого. Всё нужное ей находилось в доме и более того, большую часть времени она беспробудно спит. Тревога исчезла и Уилл наблюдая за ровным дыханием Миши сам не понял как заснул. ** ** ** ** ** На следующий день, чтобы понять, что он упустил, пока был не в себе, он решил обследовать дом жертвы ещё раз. Взглянув на часы, он заметил, что секундная стрелка почему-то не двигалась, словно кто-то остановил её ход, но Уилл был уверен в том, что сейчас, по крайней мере, ночь. Для верности, чтобы убедить себя и свой мозг в этом, он использует метод доктора Лектера. — Сейчас 22:36. Я в Гринвуде, штат Делавер. Меня зовут Уилл Грэм. Девушка выглянула из-под кровати, услышав его голос. Боясь, что это очередная галлюцинация, он решил убедиться в этом и стал медленно опускаться вниз, до того момента, пока на него не опрокинули кровать. Пытаясь реагировать здраво и быстро, он схватил её за руку, когда она попыталась проскользнуть мимо него. Ей удалось сбежать, а Грэм остался стоять на месте вместе с приличным куском её кожи, что слезла, будто у змеи во время её линьки. Страх поразил его тело, и мысленно молясь проснуться от этого кошмара, он словно получил благословение свыше, в следующую секунду открывая глаза уже находясь посреди леса с включённым фонариком. Судорожно взглянув на часы, он понял, что прошло больше часа. — Сейчас 1:17 ночи. Мы в Гринвуде, Делавэр. И меня зовут Уилл Грэм. И ты жива. Если ты меня слышишь... ты жива! Возвращаясь к дому жертвы, Уилл позвонил единственному человеку, которому доверял в данный момент. Беверли приехала возможно и не так быстро, но Уилл не мог судить здраво, ведь каждая минута проплывала мимо него настолько быстро, что он не успевал понимать этого. Они вернулись в комнату жертвы, освещая фонарём место преступления. Тело Грэма было спокойным, но его разум — нет. — Я позвонил тебе, потому что не был уверен, что то, что я видел, было реальным. Замешательство на лице Катц было легко увидеть, так же как и её беспокойство. Её губы сжались в одну полоску, но она решила поддержать его. — Тогда давай докажем это. — Я схватил её за руку. И целый слой мёртвой кожи отделился от подлежащей ткани, будто на ней была перчатка. — Вот почему она не истекает кровью. Эта мысль казалась разумной, Беверли кивнула мыслительному процессу Уилла, она находила научное объяснение его выводам. — Нет кровообращения. В этой ткани нет ничего живого, чтобы связывать её. — Что ты с ней сделал? — Я не знаю. — Ты не можешь вспомнить? — Возможно, она бы и надавила на него, но весь вид внушал ей беззащитность и уязвимость, поэтому она перешла к обсуждению убийцы. — Это может быть стафилококковая инфекция. Или проказа. — Её глаза были обесцвечены. Она была истощена. С желтухой. Её печень отказывала. Она была... безумна. — Походка Уилла нервная, он не может устоять на месте, ему важно израсходовать тот адреналин, что был выброшен в его кровь не так давно. — Значит, она изуродовала лицо женщины, потому что думала, что это маска. — Она не может видеть лица. Если она и убила Бет ЛеБо, она, возможно, даже не знает, что сделала это. — Тогда почему она вернулась? — Чтобы убедить себя, что не убивала. — Ты поэтому вернулся? — Если я был неясен в этом вопросе, я знаю, что не убивал Бет ЛеБо. Я просто хочу знать, кто это сделал. — Я тоже. — Да. — Зная, что Беверли перейдёт на личные темы обсуждения его психики, он решил продолжить профайл убийцы. — Эта убийца... не может принять свою реальность. — Через некоторое время он добавляет: — Как и я временами. _*_*_*_*_*_*_*_* С каждым следующим сеансом психотерапии Уилл чувствует себя менее вменяемым. Он снова рисует часы, вслух произносит время, место и собственное имя. Так он фиксируется в моменте, но это мало чем помогает, ведь недавно у него был провал во времени. Передавая блокнот Лектеру, он наблюдает, как тот обратно укладывает всё на свои места, выстраивает ручки в ряд с одинаковым расстоянием между ними, — Уилл в этом уверен. Импульсивная мысль не давала ему покоя, и он всё же поддался искушению и пододвинул коробку, которую они обсуждали ранее. Что же там находится? Но не это его волновало, а вопрос, сколько понадобится времени, чтобы Ганнибал вернул её на прежнее место? Как долго он намерен терпеть это? — Вы рассматривали синдром Котара? Это редкое бредовое расстройство, при котором человек считает, что он или она мертвы. — Вы говорите об убийце или обо мне? — Конечно, об убийце. — Ну, конечно. — С лёгким смешком произносит Грэм, потирая подбородок. — Она не видела лица жертвы. Или пыталась обнаружить его. — Неспособность идентифицировать других связана с синдромом Котара. Это сбой в тех областях мозга, которые распознают лица, а также в миндалевидном теле, которое добавляет эмоции к этим распознаваниям. Лектер снова взял блокнот в руки, но его взгляд то и дело метался на коробку. Уилл чувствовал, как мужчину одолевало сильное желание пододвинуть её, но он продолжал своё рассуждение. — Даже те, кто ей ближе всего, будут казаться самозванцами. — Значит, она обратилась к кому-то, кого любит, кому доверяла. Почувствовала себя преданной, стала жестокой. — Она не может доверять ничему или никому, кого когда-то считала надёжным. Её психическое заболевание не позволит ей. Уилл расплывчато помнит разговор с матерью подозреваемой, как она рассказывала о своей дочери, о том, как она менялась с годами, как врачи играли в угадайку с её диагнозом. Её эмоции ощущались живо, и Уилл вспомнил, как он проходил всё это со своим отцом. Хождение по врачам, расплывчатые ответы. Он понимал её, а ещё больше понимал её дочь. Когда он зашёл в кабинет Джека Кроуфорда спустя некоторое время, он не был настроен позитивно. Их разговор заходил всё глубже и глубже, пока в один момент он не спросил: — Разве я тебя в этом не подвёл? — Нет, нет. Но я хочу кое-что узнать. Почему ты по-прежнему здесь, когда мы с тобой оба знаем, как плохо всё это на тебя влияет? — Ты хочешь, чтобы я ушёл? — Уилл снял очки, чтобы без каких-либо барьеров посмотреть Джеку в глаза и понять, насколько он сейчас честен. — Нет. Нет, у тебя была возможность уйти. Ты ею не воспользовался. Почему нет? Этот разговор был изначально обречён на провал. Уилл топит себя, а Джек топит его. И нет никакого шанса на спасение. _*_*_*_*_*_ Лай собак, и Уилл проснулся в холодном поту. На часах было 12:00, и он испытывал сильное желание посмотреть под свою кровать. Увидев девушку, он тут же перекатился на пол подальше, дабы иметь полную картину происходящего. Девушка была напугана, она не нападала, а наоборот — отодвинулась подальше. Уилл увидел в этом шанс. — Я тебя вижу, Джорджия. Вспомни, кто ты. Сейчас полночь. Ты в Вульф-Трэпе, Вирджиния. Твоё имя — Джорджия Мэдчен. Ты не одна. Мы здесь вместе. — Я жива? — голос был хриплым и тихим, Уиллу пришлось напрячь слух чтобы понять её речь. Она протянула свою руку, желая ощутить тепло прикосновения. На её лице появились слезы, Уилл думает, что этого вполне достаточно для того, чтобы дать понять Джорджии, что она всё ещё жива. — Почему ты? — спрашивает Джек, как только его команда приезжает к нему домой. — Не знаю. У меня привычка подбирать бродяг. Я сказал ей, пытался сказать ей в ту ночь, когда увидел её. Я пытался сказать ей, что она жива. И я повторил это ей сегодня. Может быть, она услышала меня. Может быть, ей давно это не приходило в голову. Грэм смотрел, как Джорджию увозят на машине скорой помощи. Ей нужна помощь, психологическая и медицинская, а потом уже суд будет решать, что с ней делать. Но Уилл не думает, что её ждёт жестокое наказание. В конце концов, её поместят либо в психбольницу, либо в Балтиморскую психлечебницу для невменяемых преступников. Второй вариант не радует Грэма, поэтому он надеется, что всё закончится хорошо. Когда Уилл навестил её впервые, она была в специальном аппарате, где восстанавлива ла свои силы и рассудок. Он чувствовал неловкость, но не навестить её было бы грубостью. Кажется, он спас её.