Акацуки в России или Куда пропал Дейдара?

Через пару часов каждый был занят делом: Тоби мыл посуду, Сасори и Хидан, нашедшие общий язык, играли в карты. Какузу подсчитывал деньги, найденные в замерзшем фонтане. Конан разговаривала с Итачи, а Зецу, Кисаме, Алина и Дина орали караоке вчетвером в один микрофон. Дина изображала легкую хромоту, но иногда забывала об этом, чем вызывала у Итачи легкую усмешку над ее жеманством. — Ыыыы уносэт мэня, ы уносэт мэна в звэнящаю снэжную даааал!!! Тры бэлых кона, эх три бэлых кона: дэкабэр, енвар и фэбрал! — из выпившего Кисаме получился бы прекрасный эстрадный певец. Он проявлял наибольшую активность: вырывал у всех микрофон и наивно улыбался. Алина впадала в смеховую истерику от этого «концерта», а Дина была на подпевках у Кисаме. Однако, ее голос перекрикивал самого «певца» и Кисаме старался орать все громче и громче. Бедные соседи сверху. — Ура! Восемьдесят два балла! — Кисаме прыгал до потолка. Бедные соседи снизу. Итачи жестом подозвал Дину к себе. Та села рядом с ним на диван. — У меня есть план, — он достал листок бумаги с журнального столика и принялся чертить схему, — Что, если мы вернемся на то место, откуда пришли, и дождемся очередного аномального явления. Вполне возможно, что нас каким-то неведомым образом перекинет обратно или… Что? — он заметил, что на протяжении всего объяснения Дина в открытую пялилась на него и даже не сделала вид, что случайно. — Ничего, — Дина вдруг улыбнулась, — Просто ты красивый. Конан, тихо засмеявшись, прикрыла рот рукой. Тоби домыл посуду, аккуратно сложил все тарелки-кастрюльки в сушилку и присоединился к компании на диване. — Ну, деревянная башка, проиграл ты! –Хидан с улыбкой бросил карту на стол, — Покрывай! Что, не можешь? Проиграл, а-ха-ха! Сасори взбесила эта ситуация, но это не повод для драки, поэтому он отвернулся от бывшего бессмертного и уставился на то, как Алина в дуэте с Кисаме пела неизвестную арию. — Эй, я тоже хочу, — Хидан подошел к Алине, — Спеть вместе. — А давай, — Алина улыбнулась, — Хоть английский ты знаешь? Хоть немного? Хоть каплю… — Конечно, знаю! — заорал Хидан, — Как не знать? — Good, -Алина включила фонограмму. А Хидан ни «бе», ни «ме». Стоял как столб и молчал рыбой. Алина, коряво пищащая в микрофон, оглядывалась на него, а затем выключила музыку: — Ну, ты че?! — Это не английский… Это нечеловечий какой-то, — Хидан поднял бровь Алина взглянула на бумажку: — Ой, блин… Это же моя контрольная… Извини, перепутала… Алина улыбнулась. Хидан сел рядом с Конан и начал рассказ о том, какой он хороший певец и уж, конечно же, лучше чем Итачи в миллиард миллиардов раз. Она лишь улыбалась и кивала головой. — Этот город слишком большой, — продолжил Итачи, — И времени на слепые поиски нет. Я помню место… Частично помню. Но не помню адрес. Если ты по описанию узнаешь, где это, будет неплохо. — С чего ты взял, что я буду тебе помогать? — спросила Дина, покосившись на него. Разумеется, она будет, но надо же набить цену. — С того, что я уже помог тебе. — А я помогла тебе не умереть от простуды! — Не торгуйся. — Я не торгуюсь, я просто хочу попросить тебя сделать мелочь. — Какую? Дина задумалась. — Спой одну песню с Тоби. Ну, или со мной… — Бред. Не буду, — перебил ее Итачи. — Как хочешь, — Дина отвернулась от него и сделала вид, что занялась своими делами в телефоне, периодически поглядывая на Итачи исподлобья. Ничего не поделаешь. — Тоби? — Итачи вдруг встал с дивана, — Хочешь спеть? — Итачи сан, вы не шутите??? — Тоби вскочил с дивана и начал прыгать, — Да! Да! Да! А что петь будем? — Что хочешь, то и споем. — А давайте песню про мыло? — Какое мыло? — Ну, где поется «покупайте мыыылоо»… — Не знаю такой песни, -Итачи взял у Дины тетрадь с песнями, — Так… Это — нет… И это… И это… Я передумал, — Итачи сел обратно на диван. — Я пел ее сегодня. Вот, — Тоби нелепо набрал номер, ошибаясь, — Это частушки! Вот! Началась музыка. — Запевай, моя родная, мне не напевается, — быстро и с акцентом заорал в микрофон Тоби, — Наебнулся я с платформы — рот не разевается. Аааа… Тоби не успел допеть вокализ, как Конан выдернула вилку из розетки. — Покупайте акваланг, — тихо закончил Тоби, смутившись. — Я сыта по горло этим цирком, — сдерживая гнев сказала Конан, глядя на всех вокруг, — И похоже, что мы с Итачи — единственные трезвые в этой комнате! Итачи посмотрел на пустую бутылку из-под сидра, стоящую рядом с диваном. — Пора возвращаться домой! — закончила свою речь Конан и отправилась на кухню.