Тату на моем сердце

      Через два дня Крис и Юнги решили презентовать мемберам новый трек. Высшее руководство HYBE уже оценило песню: поступило предложение поскорее отснять клип и выпустить все разом в аудио- и видео-формате. Назначили и дату премьеры — 1 октября.       Кристина относительно спокойно отнеслась к тому, что ей пришлось слушать трек в присутствии именитых композиторов, продюсеров, директоров компании, но вот показывать песню ребятам она очень боялась. Потому что это были уважаемые ею музыканты, потрясающие вокалисты и рэперы, ее кумиры. Не хотелось их разочаровать.       Подумаешь, дать послушать песню «‎папе»‎ Бан Шихёку или Пак Дживону. Это просто добрые дядечки, которые всегда похвалят. И если даже чуточку покритикуют, то так мягко, что просто растаешь от их критики. А как дать послушать свою песню бантан и не помереть от непонятно откуда взявшегося чувства стыда?

* * *

      Когда все собрались в комнате отдыха, Юнги объявил парням, что поработали они на славу, так что вот — валяйте, зацените. Крис занервничала и попросила:       — Ребята, можно я уйду, а вы послушаете и потом мне скажете свое мнение?       — А чем это отличается от того, чтобы сразу всем вместе послушать и потом узнать наше мнение? — спросил Джин.       — Это очень отличается! Я не хочу слушать сама свою песню. Во всяком случае, не при вас, не сейчас, — взмолилась Кристина.       Парни давно были в этой индустрии, поэтому уже научились выдерживать моменты своего несовершенства. Они могли видеть какие-то косяки и быть не до конца довольными своими песнями, но все равно выпускать их на суд публики. Но они помнили, что когда-то им самим было кринжово, неловко, неудобно, стыдно и хотелось провалиться сквозь землю от своих творческих проектов. Они понимали Кристину, но и забавлялись, видя, как она нервничает. Ох уж эти новички!       — Не переживай, Крис. Если получилось говно, я так и скажу, и вы сразу все переделаете, — «‎успокоил»‎ девушку Сокджин, и все захохотали.       Кристина укоризненно посмотрела на них и даже на секунду подумала: почему я боюсь мнения этих дорков?       — Но я... не хочу, чтобы вы так оценили песню, это разобьет мне сердце! Мне бы хотелось, чтоб вам понравилось, — мило смущалась и краснела Крис. — Есть страх, что вам не понравится...       — Крис, тебе надо научиться выдерживать такие моменты, — мягко сказал Юнги, одновременно треснув хохочущего Джина по коленке. — Пожалуйста, сделай это для себя.       — Нет уж, я, пожалуй, пойду отсюда, давайте вы тут сами как-нибудь, — Кристина резко вскочила и стремительно помчалась к двери, чтобы улизнуть.       — Чонгук, быстрей, отрежь ей путь, — крикнул Юнги, так как макнэ был ближе всего к двери.       JK кивнул и молниеносно метнулся Крис наперерез, навалившись на дверь и заблокировав выход. От всех этих ускорений Крис с размаху врезалась в Чонгука, но тут же сама отскочила назад, чтоб никто не подумал, что она «‎лежит»‎ на нем.       — Пожалуйста, выпусти меня, — девушка сложила ручки и умоляюще посмотрела ему в глаза. Прямо как котик из «‎Шрека»‎, только без шляпы. Но Чонгук был непреклонен.       — Крис, сбежать не получится, — сказал он, коварно улыбаясь и глядя на нее сверху вниз. — Я уже понял, ты любишь сбегать. Отовсюду. Это твой метод справляться с чем-нибудь. Попробуй хоть раз не сбегать.       — Это что, психологическая сессия? — усмехнулась девушка.       — Почему бы и нет? Терапия за пять минут. Про «‎управляемый позор»‎ знаешь? — JK явно не собирался отходить от двери и, щурясь, смотрел на нее. — Вот, сейчас это и попрактикуем.       — Ну спасибо, я ведь как раз мечтала о позоре! JK, ты злой, жестокий человек! — Крис шуточно «‎обиделась»‎ и отошла от двери.       Она села на диван, напряженно уперев в него кулачки, вся ее поза выдавала сосредоточенность. Чонгуку показалось, что девушка взглянула на него как тогда, в машине — она говорила, что он злой, но в глазах были теплые искры. Он решил верить им. Юнги сел рядом с Крис, положил свою большую ладонь поверх ее сжатого кулачка и сказал:       — Все будет хорошо, я уверен, мы же так усердно работали!       — Верно, если стараться, никогда не получится говно, Джин просто пошутил, — поддержал девушку Хосок.       Чонгук решил не теряться и сел рядом с Кристиной с другой стороны. И сделал точно так же, как Юнги: положил свою руку поверх ее. Это вроде как была поддержка, но теперь Крис не смогла бы даже закрыть лицо руками от стыда. Никуда, елки-палки, не спрятаться. Никуда не сбежать. Изверги, просто мучители какие-то! Заиграла музыка, и Крис решила «‎спрятаться»‎ радикально — она закрыла глаза, чтобы не видеть ничьи реакции. И просто слушала свою песню. А когда она закончилась, она открыла глаза и с удивлением выдала:       — Слушайте, а не так уж плохо вышло! Я боялась, что мне стыдно будет, а мне как-то даже хорошо.       — Крис, отличный трек! — похвалил Намджун. — Признаться, я удивлен! Твой голос так чувственно звучит.       — Это потому что я поплакала перед этим, — радостно поделилась Крис. — У Юнги такая методика есть: сначала ревешь — потом поешь.       — Серьезно? — насмешливо спросил Тэхён. — То есть, надо было довести тебя до слез, чтоб получить такой результат?       — Да нееет, я плакала... потому что я плакса! Вы же это знаете, ну? — Крис спокойно иронизировала над своей привычкой. — Но здесь это пригодилось... И никто меня не доводил, если что.       До Чонгука вдруг дошло: Кристина так спокойно говорит о том, как ревела в студии Юнги в процессе работы, потому что это не что-то личное! Вот все и разрешилось. Ничего страшного, ничего интимного, ничего, что он там себе надумал.       В целом ребята похвалили трек. Кажется, им и правда понравилось. Чимин сказал, что споет на нее cover, умеет же поддержать! Сокджин уверил, что это лучшее из всего, что он слышал за последний час. Тэхён просто показал большой палец вверх. Хосок отметил наиболее понравившиеся фрагменты и пообещал помочь с хореографией. Но Кристине вдруг стало почти что все равно, что они подумают.       — Эй, да отпустите уже мои руки! — рассмеялась она вдруг и вытащила свои лапки, разминая пальцы. — Я все поняла! Главное, что мне нравится моя песня. Я это почувствовала!       — Это самая правильная реакция, — сказал Юнги. — Так и надо относиться к своему творчеству. Захейтить может кто угодно, а тебе надо учиться себя поддерживать.       А вот Чонгук после песни вошел в режим дразнилки:       — Крис, а слабо спеть здесь и сейчас припев?       — Эй, что за вопросы? Могу спеть, конечно, — Крис тут же приняла вызов.       Она немного порезала на диване будто кошка, готовящаяся к прыжку, и начала петь. Чонгук, который моментально успел запомнить несколько слов из припева, тут же подпел ей, только в своей пародийной манере. Кристина решила: раз он ее пародирует, значит — все хорошо. Так JK ведет себя только с самыми близкими людьми, с мемберами. И с хорошими песнями, которые ему по душе.       — Ваши голоса отлично звучат вместе, — отметил J-Hope. — Это вам на будущее, вдруг пригодится?       — Согласен, — поддержал Намджун. — Это стоит использовать. Как знать, может, сделаете коллаборацию.       — Нееее, — засмеялась Кристина, — Чонгук не будет такую чушь петь, какую я обычно пою.       JK улыбался, слушая Крис. Ее детская радость от своей первой песни казалась глотком свежего воздуха в этой индустрии, где все уже ко всему привыкли. Все-таки приятно видеть восторженность новичков! И тогда он подумал: «‎Я хочу увидеть ее триумф... Когда-нибудь я буду его свидетелем... »       — Ой, я же забыла самое главное сказать, — воскликнула девушка. — Огромное спасибо тебе, Юнги. Ты подарил мне меня. Такой, какой я себя не знала!       — Крис, и я тебя благодарю. Было круто работать вместе, — Юнги был более сдержан в словах, но все равно улыбнулся до ушей.

* * *

      Позже, когда речь зашла о съемках клипа, Крис так себя эмоционально накрутила, что почти вошла в состояние эйфории. Она говорила, что все уже придумала — от костюмов до декораций, а в голове у нее появилась раскадровка, которую она собиралась нарисовать на бумаге для режиссера клипа. HYBE выделил средства для съемки, и теперь только осталось потратить пару дней на хореографию, еще пару — на съемки и еще дней пять на post production. К 1 октября все должно было бы готово.       Чонгуку засели в голову слова девушки, адресованные Юнги: он подарил ей новую Крис, какой она себя не знала. Он тогда подумал, что в реакции девушки была подсказка, ключ к ее душе. Следовательно... Надо давать Кристине не себя, а ее. То, что ярче ее раскрывает. Поэтому Чонгук подошел к ней с предложением.       — Крис, ты, наверное, знаешь, что у меня есть хобби. Я снимаю видео и фотографирую. Чаще всего мемберов, конечно, но иногда и просто близких людей...       — Да, JK, многие знают твои видео, я не исключение. Это красиво сделано, у тебя хороший вкус! Фото знаю меньше или просто не видела, — копалась в памяти Крис.       — Я бы хотел пофотографировать тебя, если ты разрешишь. Пока будет идти съемка клипа, — предложил JK. — Я не помешаю, если что. Просто делай свое дело, а я сделаю несколько фото.       — Эм... Зачем? — насторожилась Крис.       — Да просто так, на память, — неопределенно пояснил парень. — Я ведь в основном снимал видео, с фотографиями было меньше практики. Хочу попробовать сделать хорошие фото. И хочется фоткать не только мемберов, но и других людей.       — Ну... хорошо. Мне не очень понятно, зачем тебе это, — Крис растерянно потерла лоб пальцами. — Но ладно, пусть будут такие фото. Ты... покажешь мне, если нормально получится?       — Да, конечно, покажу! — заверил Чонгук. — Обязательно, это же ты, твои образы. Ты и будешь решать насчет фоток. Жить им или умереть...       — Ух, ну и слова ты выбрал! Из этих двух вариантов я всегда выберу «‎жить»‎, — улыбнулась Крис. — Я не самая фотогеничная, но... ладно, снимай. Интересно даже, что получится.

* * *

      Ясно было, что пустыни в Сеуле нет и не предвидится, поэтому для клипа пришлось ее сделать в специальном павильоне. Насыпали тонну песка, сформировали из него холмы, сзади натянули хромакей, чтоб потом подставлять бескрайнее жаркое небо пустыни.       Крис приехала на съемки в 4:00 утра, так как, по задумке стилистов, все ее тело надо было расписать белой хной. Подразумевалось, что это будет что-то наподобие мехенди, этакий индийско-арабский референс, но все же узоры брались не совсем традиционные. А местами должны были быть надписи, вплетенные в узор. Расписали руки, ноги, часть узоров спускалась с плеч по спине, часть расположилась в зоне декольте. Рисунки не закрывали кожу полностью, напротив, они были очень сдержанными и изящными, подчеркивали красоту тела, нежные изгибы и округлости.       Почти все время, пока шла роспись, Крис умудрилась проспать — сначала на кушетке, а потом в кресле. Казалось бы, прикосновения тончайшего наконечника тюбика хны должны были ей мешать, щекотать, но... нет. Крис спала как младенец, добирая свою норму.       Костюм тоже соответствовал сегодняшней песне: такой обычно носят девушки, танцующие трайбл. Чем-то он напоминал и индийский костюм «ленга чоли». Снизу длинная юбка из тончайшего шифона белого цвета с бледно-фиолетовым подтоном. Два высоких разреза спереди — от края подола до середины бедер — позволяли «‎свободно дрыгать ногами»‎, как не романтично назвала это Кристина. Юбка держалась не на талии, а чуть ниже, на бедрах. Саму талию решили подчеркнуть тонкой золотой цепочкой Van Cleef с характерными вставками, цветочками клевера. Сверху был вышитый топ того же цвета — не сильно открытый, но зато красиво подчеркивающий грудь. Хотя... для корейцев, может быть, и слишком открытый, спина в нем была практически голая. Ладно, как-нибудь переживут.       Кристине очень нравился и костюм, и роспись на теле, и макияж. Конечно, приходилось очень беречь рисунок, поэтому большую часть времени Крис собиралась провести на ногах. Слава богу, можно было сидеть, но вот прислоняться и валяться где попало было нежелательно. Зато какой принцессой она себя чувствовала! От перевозбуждения и детского восторга Кристина была просто как на шарнирах: она постоянно двигалась, носилась по песчаным дюнам, кружилась, пробовала какие-то танцевальные элементы и никак не могла успокоиться. Невозможно было ее усадить поесть или выпить кофе.       Около 12:00 дня пришел ее хореограф, Хосок, которому хотелось проконтролировать процесс и поддержать Крис. Много чего он доверил ей самой: одно время она танцевала tribal fusion и до сих пор не утратила навыков, большинство движений они взяли оттуда. Зато Хосок помог очень круто скомпоновать тот танцевальный хаос, который выдала ему девушка. Она просто готова была напихать в танец все и сразу, а Хосок помог сделать его более элегантным и чувственным.       J-Hope словно забыл, что Крис сегодня будет не в трениках и футболке, а в специальном костюме. Поэтому он был поражен ее пленительной девичьей красотой, кошачьей грацией и детским желанием превращать в шалость абсолютно все. Было ощущение, что Кристина кайфует сама от себя, оттого, что все внимание сегодня на ней, и она может красоваться, дурачиться, быть капризной и переменчивой, отыгрывать миллион ролей, чтобы потом снова возвращаться в главную роль, где она играла себя.       Признаться, Хосок не ожидал от нее такого веселья, подвижности и дикой энергии. Крис схватила его за руку, потащила куда-то, нашла место, где он мог бы сидеть и наблюдать, заставила кого-то из стаффа принести ему кофе, воду и снэки, без умолку рассказывала что-то, смешивая три языка в свой, инопланетянский. Она постоянно кружила вокруг него и разве что не станцевала танец с саблями. Просто сабель не было, вот ей и пришлось обходиться тем, что есть. Хосоку было приятно находиться рядом с Крис, даже его напряженность и гиперконтроль отступили на задний план, он расслабился и наслаждался атмосферой съемок. На самом деле, Кристина так выражала... благодарность. За помощь и участие, за то, что он пришел ее проведать и поддержать.       Чуть позже пришел и Чонгук — с большой сумкой, забитой аппаратурой. Вокруг него тоже началась беготня и прыготня Кристины, она и о нем попыталась позаботиться. Однако JK велел ей забыть о его присутствии, чтобы он мог работать по-человечески.       — Крис, говорят, акула всегда находится в движении, слышала о таком? — деловито говорил Чонгук, прикручивая объектив к фотоаппарату и настраивая технику. — Так вот, ты сейчас похожа на эту акулу. Пожалуйста, кружи где хочешь, только не рядом со мной. Иначе ничего не получится...       — Хорошо, только, пожалуйста, встань на минуточку рядом с нами, — капризно попросила Крис.       — Зачем это?       — Мне надо загадать желание потому что.       — Не понимаю, какое желание?       Но она только схватила его за руку и притащила парня поближе к Хосоку. Потом растолкала обоих, встала между ними и загадала желание, объяснив это русской традицией. В общем, по-человечески начать не получилось.       — И что ты загадала, интересно? — смеясь, спросил Хосок.       — О, много чего! Чтоб люди слушали мой трек, и всем все нравилось.Чтоб было много просмотров, и все любили меня, обожали, почитали. Вот! — выдохнула Крис после своей скороговорки и тоже рассмеялась.       — Ничего себе, вот это аппетиты! — присвистнул Чонгук. — Значит, по-взрослому загадала, сразу все, да?       — Ага, хочу все сразу! Я между двух Чонов, что я еще могла загадать? — парировала Кристина. — Да ладно, я пошутила... Просто хочу, чтоб людям понравилось.       — Им понравится, я уверен, — заверил ее Хосок.       — Надеюсь, — Крис снова вошла в суетливое состояние. — Но теперь пора за работу!       Хосок вскоре ушел, шутливо попросив Чонгука присматривать за Крис, чтобы она не навредила себе чрезмерной рабочей нагрузкой.

* * *

      Как выяснилось, Кристина умела и работать, не только создавать суету. Просто ее энергия никак не заканчивалась, несмотря на дубли, снова и снова отснятые сцены, почти полное отсутствие перерывов и какие-то неудобства. Ради будущей красоты можно было и потерпеть, она это понимала.       Когда начиналась съемка, Крис вела себя очень сосредоточенно и серьезно, старалась отработать на сто, на тысячу процентов! Чонгук с удивлением отметил, что она не запарывала дубли смехом, забытыми движениями или дуракавалянием. Все это было между ними. А в моменты, когда ее снимали, Крис каждый раз по-новому отыгрывала сцены, создавая много классных вариантов одних и тех же кадров. Поэтому съемки шли относительно быстро, и получалось много отснятого материала.       А вот с фото было сложнее. Когда Чонгук начал фотографировать Кристину, ему показалось, что ее поведение немного изменилось. Как будто она чрезмерно старалась сделать все хорошо, и от этого исчезала ее естественная пластика, стихийность движений. Она явно была напряжена. Почему же? Старалась ему понравиться? Боялась, что будет недостаточно красивой на фото? Куда делись ее придурошные жесты, размах, амплитуда, эти перекидывания волос с одной стороны на другую, все эти микро-движения, которые она так легко показывала ДО того, как он начал фоткать?       Крис стала слишком усердно позировать, и все ее тело сделалось более скованным. Безусловно, она была красива, но естественная динамика движений куда-то делась, уступив место позам старательной отличницы. Что же с этим сделать? Как помочь ей снова войти в то состояние, которое он пытался поймать? Если ей сказать об этом, она вообще разволнуется и станет вести себя как кукла, боясь скривить лицо или сделать «‎неправильное»‎ движение. Видимо, придется прибегнуть к крайним мерам.       Объявили небольшой перерыв, так как на площадку вот-вот должны были принести дополнительный реквизит. Чонгук отложил фотоаппарат и подошел к Кристине поболтать. Принесли воду и кофе. Гримеры подскочили к Крис поправить макияж и промокнуть капельки пота на лбу и шее. Чонгук стоял совсем рядом и пытался разглядеть на ее полуобнаженном теле следы тех тату, о которых она говорила когда-то, но так и не заметил их.       Внимание цеплялось за белые узоры и блестки на ее коже, за мягкие изгибы фигуры, за цепочку, пересекавшую ее красивый атлетичный живот. Стоять рядом с ней становилось тяжеловато: на JK снова нашло дикое желание прикоснуться к ней, но сделать это не было никакой возможности. И, черт возьми, эта красивая спина, на которую он залип, еще не зная ее, снова вызывала в нем много не самых приличных мыслей.       Он и сам не понимал, почему ему так нравилась ее спина. Наверное, потому, что он толком не видел ничего остального. Чонгук подозревал, что другие части ее тела могли понравиться ему не меньше, просто пока ему доступно глазеть лишь на самые «‎нейтральные»‎ из них. Его вдруг пронзило желание увидеть больше, увидеть Крис полностью без одежды. Как некстати его накрывали подобные хотелки, это всегда было не вовремя!       Кристина терпеливо ждала, пока ей поправят макияж и прическу, как вдруг ощутила на себе обжигающий пристальный взгляд. Повернувшись к источнику этого лазерного луча, скользившего по ее груди и плечам, она сцепилась взглядами с Чонгуком. Девушка могла бы поклясться, что он раздевал ее глазами. А может быть, зашел еще дальше в своих мыслях. Ей почему-то стало неловко и одновременно приятно от этого. Она чувствовала себя обнаженной, желанной и заласканной до мурашек.       Это был тяжелый мужской взгляд, какого она еще не видела у Чонгука, ведь раньше он смотрел на нее иначе. Или он просто лучше контролировал свои порывы? Сейчас парень быстро погасил страсть в глазах и взял себя в руки, но Кристина успела заметить то, на что ее тело хотело отозваться взаимностью. Теперь девушке стало неловко уже за себя и свои собственные желания. Казалось, что все увидели ее такой — ждущей его рук и губ, его ласки.       Девушка отвернулась от Чонгука, чтобы хоть как-то справиться с эмоциями и диким сердцебиением, как вдруг жизнь заставила ее столкнуться с еще более страшными вещами. Из большого контейнера прямо на песок выгрузили огромную белесую змею, которая, кажется, поползла прямо на Крис. Очевидно, чтоб сожрать ее за греховные мысли. Видимо, так должна выглядеть кара небесная! Практически карма, которая сразу отсекает тебе башку мечом, как только ты, заблудшая душа, подумала «‎не туда»‎.       В лучших своих традициях, Кристина издала такой пронзительный крик ужаса, что павильон должен был рухнуть и завершить эти «‎египетские казни»‎, похоронив грешников под обломками. В одну секунду Крис отпрыгнула со своего места метра на три, спрятавшись за спину Чонгука и выставив его живым щитом против чудовища. Она сделала это абсолютно неосознанно, повинуясь какому-то инстинктивному порыву, желанию спрятаться за сильной, как скала, спиной. И сейчас она выглядывала из-за своего «‎щита»‎, морщилась и жалобно пищала:       — OMG, кто притащил сюда это существо? Фу, эта змея похожа на огромного червяка, почему она такая мерзкая и белая?... В пустыне вообще такие не водятся, что за чушь?       — Крис, а ты что, не знала, что на съемках будет змея? — спросил ее Чонгук, который, казалось, совсем не боялся.       — Да я вообще не в курсе, кто придумал этот ужас... Обещали привести лошадку, а не змею! И где? Где мой лошáд? — реакции Крис наконец стали самыми настоящими.       Она пищала, визжала, чуть ли не плевалась от вида змеи, пряталась за Чонгука, будто это реально могло помочь. Девушка так цеплялась за его рукав и вообще за его свитшот, что чуть не стащила с него одежду. У парня было ощущение, что она готова залезть ему на голову с руками и ногами, только бы змея ее не достала. Это было и приятно, и очень смешно. JK реально веселился, глядя, как Крис шарахается от змеи и ищет в нем спасения. Он подумал, что вот сейчас и надо ее снимать, уж слишком она живая и непосредственная. Но как раз сейчас она не хотела от него отцепляться и не давала ему взять фотик. Вот же маленькая обезьянка! И что с ней такой делать?       Подошел режиссер и предложил повесить змею на шею Крис, что вызвало у девушки новый приступ возмущения, топания ногами и истерического смеха вперемешку с таким же истерическим хныканьем.       — Боже, вы хотите меня доконать, да? — хохоча, говорила она. — Вы хотите моей смерти, признайтесь! Неужели нельзя было сделать CGI-змею?       Но, видимо, нельзя было. В общем, с грехом пополам режиссер уговорил Кристину на пять минут работы со змеей, обещая роскошные сцены и то, что пресмыкающееся тотчас уберут с площадки. Чонгук снова взялся за фотоаппарат и приготовился ловить кадры. Тихо завывая от ужаса и зажмуриваясь, чтобы не смотреть, Крис позволила специалистам уложить змеиные кольца вокруг ее тела. Она даже сделала ненадолго «‎страстное лицо»‎, как просил режиссер. Вообще-то больше всего это походило не на страсть, а на страдание, но вроде бы всех все и так устроило.       Съемочная группа тоже вовсю веселилась от реакций Кристины, уж очень это выглядело комично со стороны. Девушка и сама понимала, что могла выглядеть смешно, но — что поделать — ее и правда трясло мелкой дрожью от контакта с этим противным существом. Наконец змею забрали, и Крис попросила визажистку осторожно, чтоб не повредить рисунки, протереть ее кожу влажными салфетками, потому что было нереально противно от ощущений ползающей по телу твари. Хотелось «‎стереть»‎ следы ее присутствия.       В этот момент в награду за мучения Кристине и привели лошáда, как она его называла. Девушка обрадовалась, хотя и не показывала этого в полную силу, так как все еще приходила в себя. Она была похожа на расстроенного заплаканного ребенка, которого наконец утешили игрушкой и конфеткой, и он все еще судорожно всхлипывал, но уже увлекся игрой. Увидев эту тихую радость на лице Кристины, Чонгук даже растрогался и пожалел, что так безбожно ржал, пока она мучилась. Мда, некрасиво вышло. Ну ничего, он это исправит. Он знает, как это сделать. JK подошел к девушке, которая осторожно гладила лошадку по морде, знакомясь с ней.       — Кристина, я немного пофотографировал, но сейчас уже думаю закончить. Мне кажется, я сегодня не в лучшей форме... как фотограф, — сказал Чонгук. — Спасибо за съемку, я уже пойду, если ты не против.       — Уже уходишь? — с ноткой грусти спросила она, а потом слегка улыбнулась. — Хорошо, иди. Спасибо, что был здесь в этот сложный момент... Я так перенервничала...       — Все позади, монстры больше не помешают. Увидимся, Крис.       Эта извиняющаяся улыбка, этот пронзительный взгляд... были такими трогательными. Крис опять это сделала! Сделала то, от чего у Чонгука сжалось сердце. Как тогда, в машине, когда она сказала, что сильно испугалась в ночном лесу, когда была такой слабой и уязвимой... Все, надо валить отсюда.

* * *

      На самом деле, Чонгук не ушел с площадки. Вернее, для Кристины он сделал вид, что ушел. В действительности он выждал некоторое время, чтобы девушка окончательно убедилась, что нет никого, перед кем надо было специально позировать, и вернулся. Он переодел свитшот, надел черную маску и убрал волосы под панаму, низко надвинув ее на глаза. Также он надел небольшую перчатку без пальцев на правую руку, чтоб не видно было его особых примет —татуировок.       На площадке было довольно много людей, часть из них также создавала фотоконтент, который шел параллельно клипу. К тому же, они попрощались, и Крис была уверена, что JK ушел. Поэтому ему и удалось остаться для девушки незамеченным. И теперь, став невидимым, он принялся за работу.       Кристина постепенно вернулась в свое привычное веселое состояние. Все же она не дала переживаниям помешать работе и общему настрою. Теперь снимали кадры, которые должны были разбавлять собственно музыкальные моменты, в которых она пела и танцевала. Нужны были просто красивые сцены с развевающимися волосами и прозрачными тканями, в которые укутывали ее тело.       Лошадь была больше для колорита, Крис на ней только посидела, немного поездила в спокойном темпе, а потом взаимодействовала как с питомцем — гладила, кормила с рук, причесывала гриву. Но это тоже снимали. Что-то должно было превратиться в slow motion, что-то — в нарезку быстрых красивых кадров, которые людям захочется пересматривать, ставя видео на паузу. На этом этапе съемок было больше свободы и импровизации. Поэтому Крис бесилась и валяла дурака, много времени проводила с лошадкой, смеялась, танцевала, бегала босиком по песку, сидела на нем и строила куличики, переключалась то в прекрасную диву, то в маленького чертенка. В общем, вела себя абсолютно естественно.       И это позволило Чонгуку сделать отличные кадры, которыми он был доволен.

* * *

      Позже, просматривая дома отснятый материал, Чонгук начал понемногу осознавать, как глубоко Крис стала проникать в его душу и тело в последнее время. Он любовался ею, приближал какие-то детали фотографий, чтобы лучше изучить ее лицо и фигуру, внимательно скользил взглядом по изгибам тела.       Чонгука захлестывала волна нежности к девушке, и вместе с тем поднималось острое желание обладать ею. Одно другому абсолютно не мешало, наоборот, это делало его желание таким многомерным, наполненным. Это была не просто похоть, которую он периодически испытывал в жизни и от которой порой чувствовал себя грязным. Это было влечение, построенное на нежном и чистом чувстве. Он обязательно должен был показать Кристине то, что получилось. Потому что вышло очень здорово.

«‎Крис, дня через три будет готово, я смогу тебе все показать»‎

«‎Здорово, JK, спасибо! Давай увидимся в HYBE, я как раз буду там по делам»‎

* * *

      Кристину занесло в HYBE только под вечер через три дня. Чонгук снова привел ее в свою студию, где она уже была как-то раз. Тогда девушка рассказала, что не помнила ничего после алкогольной вечеринки. Ох, как JK сам хотел бы забыть о том эпизоде, стереть его из своей памяти напрочь. Но он, как назло, все чаще стал всплывать в его сознании. Чонгук так устал от этого чувства вины! Он нуждался в прощении.       — Ну что, Крис, готова увидеть, что ты натворила в тот день? — весело проговорил Чонгук и пригласил девушку сесть перед большим монитором.       Она молча кивнула и как-то напряженно села в кресло. От ее веселья не осталось и следа, она выглядела очень серьезной. Видимо, весь заряд потратила на съемках. JK сел рядом и открыл в компьютере окно с несколькими папками файлов.       — Почему-то я боюсь смотреть, — смутилась Кристина. — Мне кажется, там какой-то ужас и кринж.       — Думаешь, я так плох в этом? — усмехнулся Чонгук.       — Нет-нет, что ты! — Кристина поспешила его успокоить и объяснить свой страх. — Просто думаю, что я... не самая лучшая модель... Не знаю, мне редко нравятся мои фото. Попробую взглянуть на себя лояльно.       — Хорошо, тогда я сначала покажу тебе самое классное, если ты не против, — хитро улыбнулся JK.       — Ладно, давай. Ты там что-то рассказывал про управляемый позор? Отлично, вот и потренируем мышцу позора, — иронично ответила Крис.       — Нууу, не стоит сразу оценивать нашу работу так пессимистично, — улыбка Чонгука выдавала, что он что-то задумал.       И тогда он открыл первую папку, развернув фотографии на весь большой экран. Крис чуть не упала с кресла, до того это выглядело неожиданно огромно. Фото были качественными, в очень высоком разрешении, суперчеткие и яркие. Одна беда — все они были... дурацкими. Вернее, просто ужасными, с точки зрения картинки. Они все запечатлели ее в самом всратом виде, какой только можно было представить. Крис даже не думала, что она могла ТАК кривляться. Хоть на мемы разбирай эти фото, и то их никто не захочет видеть.       То у нее перекошенное лицо, то оно полностью закрыто волосами, и она похожа на волосатого монстра, кузена Итта из «‎Семейки Адамс»‎. То она замерла в какой-то нелепой позе, как кот, застуканный за вылизыванием жопы. Просто ужас! Кристина вдруг отчаянно захотела уйти отсюда. Было такое чувство, что JK позвал ее сюда, чтобы посмеяться над ней. Она вскочила с кресла и ломанулась к выходу, но парень не дал ей уйти, схватив ее за руку и крепко удерживая.       — Крис, ты чего? Куда бежишь? — ласково спросил Чонгук. — Это же просто веселые кадры. Погоди, это еще не все. Кристина снова села в кресло, но отвернулась от монитора в сторону.       — Ничего веселого, просто уродство, — мрачно буркнула она. — Спасибо, но я уже сыта по горло. Давай на этом закончим, а?       — Но ты еще не видела самого главного, эй! Дашь мне еще один шанс как фотографу, ммм? — Чонгук как-то нетерпеливо-нервно покусал губы.       — Хорошо, конечно... Теперь все шансы — твои, у меня их больше нет, — обреченно проговорила Крис.       — В каком смысле? — уточнил JK.       — В том смысле, что в себя в качестве модели я уже не верю, а в тебя как фотографа — пока еще да.       Кристина не смотрела в монитор. Она опустила голову и изучала взглядом свои колени, словно ничего интереснее в мире не было.       — Напрасно ты так говоришь о себе, — раздался над ее ухом низкий голос Чонгука. — Просто посмотри на это.       Кристина повиновалась. Уж очень сладко и маняще звучал его голос. Девушка перевела взгляд на экран, и в нем теперь были открыты совсем другие фотографии. Они поразили Кристину в самое сердце. Никогда она еще не чувствовала себя такой... красивой. По-настоящему красивой, пленительной, яркой, сексуальной! Как он это сделал? Чонгук медленно листал кадры, и каждая фотография была восхитительна.       У девушки от волнения чуть не навернулись слезы на глаза. Как же жестоко он ее обманул, показав сначала упоротые кадры, а потом открыв эти, шедевральные. Кристина даже привстала с сидения и подалась к монитору вперед, пытаясь разглядеть поближе какие-то детали.       — Я могу просто приблизить, не вставай, — сказал JK. — А знаешь, в чем главный прикол этих фото? — В чем же? — Крис перевела на него озадаченный взгляд.       — Они без обработки. Я этим еще не занимался. Просто отобрал лучшие и кое-где поставил черно-белый фильтр, — JK явно был доволен произведенным эффектом.       — Не может быть! Ты шутишь? — девушка явно была поражена. — Но я не... Мне кажется, я не выгляжу так... в жизни.       — Это ты в жизни! — Чонгук рассмеялся. — Давай просто покажу на примере.       И он открыл одну фотографию, на которой Крис была в движении, в динамике. Обычно фотошопить такие фотографии очень тяжело, потому что на них двигается абсолютно все, нет статичных контуров и линий. Здесь Крис кружилась, а ее волосы и длинная юбка вообще жили своей жизнью. Все струилось, летало, развевалось. В фото от этого кружения было много воздуха, даже ветра.       — Посмотри, какое все четкое, до последнего пикселя! — Чонгук и сам засмотрелся. — Нигде нет размазанности, поплывших форм и линий. Видно, как мышцы напряжены... Руки, живот... видишь? Или вот, например...       JK неожиданно приблизил фотографию, сделав акцент на груди. Курсор мышки остановился на ее напряженном соске, который был виден через ткань лифа. Он обвел курсором окружность вокруг соска и замолчал. Щеки Кристины покраснели, ей стало очень неловко, она боялась встретиться с парнем глазами.       «‎Он что, гладит меня курсором? Черт побери, это слишком... Слишком... откровенно»‎.       — Видишь, здесь нет обработки. И я не стану... это ретушировать, — хрипло сказал Чонгук.— Оставлю так, потому что это красиво... Крис?       Девушка взглянула ему прямо в глаза, хотя внутри умирала от смущения.       — Наверное... красиво, да. Тебе... виднее, — она еле-еле выдавливала из себя слова.       Крис не улыбалась и была очень серьезной. Ей хотелось отвести взгляд, но она не могла не смотреть ему в глаза. JK словно приковал его к себе. Самое странное, что в этом не было и тени флирта, это был какой-то важный разговор прямо глазами. JK тоже был очень серьезен и даже казался суровым. Крис пыталась взывать к своему разуму и вырваться из ощущения, что ее поймали. Она все же смогла отвести взгляд, схватилась за мышку и пролистала несколько фотографий, пока не наткнулась на ракурс со спины. Остановилась здесь, чтобы больше не обсуждать ее грудь. И правда, каждое фото было сделано мастерски.       — Прекрасная работа, JK, — тихо сказала Крис, не глядя на него. Она не хотела снова попасть в плен смущения.       — Прекрасная... ты, — бархатным низким голосом проговорил Чонгук.       У Крис побежали мурашки от его чувственных интонаций, сопротивляться было все сложнее. Она молилась всем богам, чтобы Чонгук перестал ее гипнотизировать. Девушка вдруг вспомнила, что надо бы поблагодарить Чонгука за такую огромную работу, за его внимание к ней. Эта мысль вернула ей хоть какую-то трезвость. Она отважно повернулась к нему, взяла его за руки и сказала:       — JK, ты хоть понимаешь, что у тебя золотые руки? Или... золотой взгляд на мир? Ах да, ты же golden maknae, у тебя все золотое! Ты знаешь, какой ты талантливый?       Чонгук сжал ее руки в своих. Крис несла все подряд, что приходило в голову, ей и правда очень хотелось выразить ему благодарность. Она не ожидала, что окажется такой красивой в его объективе, что он так сумеет передать особенности ее внешности. Это было похоже на волшебство! Крис снова взглянула ему в глаза и добавила:       — Спасибо тебе большое, я... чувствую, что нравлюсь себе теперь, — Кристина усмехнулась. — Знаешь, я никогда не думала, что красивая... Ну, симпатичная вроде бы... Но не больше, нет.       Она не заметила, что Чонгук отпустил одну ее руку, а вторую разглядывал, повернув вверх ладонью. Девушка отвернулась в сторону, ей было трудно говорить о своих комплексах и переживаниях.       — JK, ты невероятно талантливый! Знаешь, никакие фотографии не могли меня переубедить... Хоть я и сделала их миллион, все равно — придиралась к себе, — она снова повернулась к Чонгуку и вдруг словно в замедленной съемке увидела, как он подносит ее ладонь к своим губам и нежно целует.       От этого поцелуя ее ударило током. Она и не думала, что ее ладони настолько чувствительны к подобным прикосновениям. Или ей снесло крышу от того, что она увидела? Ведь Чонгук по-прежнему целовал ее ладонь, отыскивая чувствительные точки. Он мягко перемещался губами по коже, обжигая ее своим дыханием, оставляя легкие, почти невесомые поцелуи.       Господи, что он делает? От происходящего у Крис начали трястись руки. Да что там, все ее тело начинало дрожать, и она не осознавала, от чего — неужели ласковые поцелуи в ладонь довели ее до такого состояния? Крис не могла понять, что с ними случилось, не верила своим глазам, ей казалось, что это какой-то безумный сон. Она была почти в шоке и забыла, как думать. Замерла и просто позволяла этому всему происходить. Не было сил отнять у JK свою руку, не было сил что-то сказать.       Ее пальцы невольно касались его щеки, как будто она сама обхватила рукой его лицо — из-за скругленной формы ладони. И было так невыразимо прекрасно касаться его лица, чувствовать его губы... Вдруг он, не прерывая своих ласк, поднял взгляд и посмотрел прямо в глаза Кристины. И тут же она почувствовала, как он коснулся кончиком языка ее ладони в самом центре, где был знак силы.       — Что ты делаешь, JK? — нервно воскликнула Крис, пытаясь выдернуть руку.       — Целую тебя, — хрипло ответил он, глядя на нее потемневшими глазами.       Это было невыносимо чувствовать и видеть, ее снова обожгло, и она из последних сил дернула свою руку, желая высвободиться. Но он ее уже поймал и не собирался отпускать. Поэтому, когда девушка вскочила, она и его потянула его за собой вверх. JK тоже встал и в какие-то доли секунды выполнил прием залома руки за спину, но так, чтоб ей было не больно и лишь можно было притянуть ее к себе поближе.       Второй рукой он властно приподнял ее подбородок, чуть наклонился и осторожно прикоснулся своими губами к ее губам. Не впивался, не набрасывался, просто целовал так же нежно, как до этого целовал ее ладонь. JK не собирался больше повторять своих ошибок. Он не хотел быть грубым, не хотел, чтобы она боялась. Ему надо было, чтобы она поняла: он терпеливо ждет ее ответа, но при этом не оставляет попытки достучаться, доцеловаться до ее сердца.       Кристина все так же ошеломленно стояла и просто принимала эти ласки, чувствуя, что у нее подгибаются колени. Чонгук помнил, как в одном из американских интервью Крис со смехом сказала, что очень любит крепкие объятия, но совсем не понимает поцелуев. Тогда на шоу они с ведущей поржали — и забыли. Но он ничего не забыл! Он хотел, чтоб ей было хорошо, и она запомнила, как он ее целовал. Чтобы ей понравилось. Наверное, ее просто никто не целовал по-настоящему. Может быть, она поверит его губам?       Поняв, что она больше не пытается удрать, он отпустил ее руку, которую заломил за спину. Теперь он просто обнял ее за талию, притянул к себе и продолжил покрывать поцелуями ее губы. Второй рукой он по-прежнему придерживал ее подбородок, слегка поворачивая ее лицо, направляя поцелуи так, как ему надо.       Он ждал и не сдавался.       И девушка наконец ответила.       Она все еще не справилась с потрясением, ее тело было каким-то не своим, но она хотела ответить ему взаимностью. Крис не ожидала, что его губы будут такими свежими, приятными и нежными. JK и правда был как конфетка, и целовать его было просто восхитительно. Она положила свои руки поверх его рук, словно давая сигнал: мне нравится то, что ты делаешь, продолжай, держи меня. Чонгук почувствовал, что девушка стала охотнее отвечать на его поцелуи, но все равно сдерживался, чтобы не впиться в нее как вампир, давно не пивший крови.       Они целовались мило и невинно, почти как дети, просто узнавая друг друга на ощупь, изучая губы друг друга, скорее, играя в поцелуи, чем целуясь по-взрослому. Но держаться было все сложнее, Чонгук сильно, до одурения хотел ее, и твердость его намерений была слишком очевидна. Даже эти детсадовские ласки беспощадно раздраконили его. А они даже не начинали ничего серьезного. Кажется, даже один ее запах мог сделать из него одержимого.       Его рука скользнула к затылку девушки и зарылась в ее волосы у самых корней. Сжав пряди и чуть потянув их назад, он заставил Крис слегка запрокинуть голову, подставив ему шею. Затем он стал касаться ее шеи своим приоткрытым ртом, медленно двигаясь губами по коже, снизу вверх, вдоль яремной вены, опаляя своим дыханием. Девушка издала нежный тихий стон, не в силах больше выносить эти прикосновения и возвращая пытку тому, кто ее начал. Потому что слушать ее стоны в такой обстановке для Чонгука было так же невыносимо.       Вдруг Крис накрыло страшное осознание, что все это может навредить Чонгуку. В ее бессильном разуме, который почти сдался на милость плоти, вспыхнули обрывки разговора с Намджуном. Она слегка оттолкнула Чонгука, упираясь руками в его грудь: — JK, постой, постой... Мы... не должны этого делать, — она говорила срывающимся голосом, сама не веря в то, что несет такую ересь.— Это... может тебе... навредить.       Они оба тяжело дышали от того, что забывали вдыхать воздух, пока целовались и дышали друг другом. А еще от нахлынувшего возбуждения, которое сейчас заставляло их смотреть друг на друга жадными, голодными глазами.       — Кристина, мы уже... это делаем... разве нет? — дыхание парня было таким же сбивчивым. — И можно... я уж сам решу... что мне навредит? И выберу это?       — Наверное... мы должны... перестать...       Кристине было больно от него отрываться, больно говорить это, потому что она наконец-то получила то, что хотела, но о чем уже и не мечтала. Желанный и любимый человек целовал ее так, что она испытала счастье и взаимность. И он хотел ее, теперь она точно это знала! Никаких препятствий не было. Кроме одного — ей все равно надо было отказаться от этого счастья, потому что на кону были слишком серьезные вещи, которые могли повлиять на судьбу. Что, если и правда все закончится плохо для Чонгука? Его же просто съедят живьем, если он позволит себе выбрать что-то лично для себя...       — Перестать? Серьезно, Крис? Перестать, когда мы только начали что-то понимать? — в его голосе чувствовалась обида.       — Да, — почти беззвучно проговорила она, боясь поднять на него глаза.       Чонгук был растерян, он не понимал этого аргумента сейчас, просто отказывался понимать. Все же было так хорошо минуту назад! Вот только что она была с ним и для него. Что за чушь сейчас несла эта девушка? Какое значение имело все остальное, если им это нравилось? Он смотрел на нее с непониманием, ему было больно и горько. И тогда он выпустил девушку из своих объятий.       Кристина чувствовала, что готова разрыдаться, что она даже обижала парня такой «‎заботой»‎ о его судьбе. Он не маленький мальчик, но они с Намджуном почему-то обсуждали, что ей не стоит вмешиваться в его жизнь. А ведь обсуждать это нужно было именно с Чонгуком, а не с его доброжелателями, какими бы близкими они ни были! Ненавидя себя, Кристина развернулась и пошла к двери. Все, теперь она точно все испортила, поэтому ей надо поскорее уйти отсюда и больше не встречаться с ним. Никогда.       Пусть Чонгук будет счастлив без всего этого. Они там что-нибудь придумают, чтоб он был счастлив. Компания, мемберы, поклонники — у него полно людей, которые дадут ему счастье в нужном, удобном формате, по своим корейским (черт их дери) меркам, в рамках своих (гребаных) традиций. Без нее, без этой странной «‎русской аномалии»‎. Когда она взялась за ручку двери, за ее спиной послышался голос Чонгука:       — Крис, ты... — и он оборвал фразу, так как у него сорвался голос. JK был ужасно расстроен, хотя старался держаться.       Слезы уже готовы были брызнуть из глаз Кристины. Она чувствовала, что если уйдет — что-то разрушится. И тогда она бросилась назад. Подойдя близко-близко к Чонгуку, Крис заглянула в его глаза и сказала сбивчивым полушепотом:       — Но что же... мне... тогда делать... если я... хочу еще?       И она вдруг потянулась к нему сама. Ее ладошки, сделав несколько «‎шагов»‎ вверх по его груди, дотянулись до его плеч. Притянув его за шею поближе к себе, она поднялась на носочки и прижалась губами к уголку его рта — одновременно невинно и пламенно. А потом поцеловала еще раз, прямо в губы, которых ей уже не хватало, хотя без них прошла всего пара минут. Чонгук сразу откликнулся на ее призыв. Его не надо было просить дважды, если она хотела еще и даже смело говорила об этом. Он и сам безумно этого желал. Неважно, какой бред Крис говорила до этого, она потянулась к нему сама и была сокрушающе искренней. Это было для него бесценно.       Чонгук привык брать то, что он хочет, добиваться чего-то. Для него это было привычным делом. Многие вещи в своей жизни он получал за счет упорного труда, дерзости, риска и каких-либо усилий воли. Много чего он попросту «‎заработал»‎, отдавая свои время и усилия. Поэтому для Чонгука были важны люди, которые готовы были делиться с ним чем-то просто так. Ни за что. И поэтому его невероятно тронул порыв Кристины, ее инициатива, ее желание дать ему свое тепло и нежность без всяких условий. Она просто кинулась ему на шею, потому что очень хотела этого.       Прошло всего несколько минут, но между ними теперь все стало гораздо серьезнее. Он снова с силой притянул девушку к себе, нетерпеливо прильнул к ее губам и приоткрыл их своими губами. Крис почувствовала, как вместе с его поцелуями в нее вливается блаженство и жаркая нега, которая распирала ее изнутри. JK так крепко обнимал ее, словно хотел втолкнуть ее в свое сердце, прямо через кожу, под ребра. И от этих крепких объятий, от его мужской силы девушка просто теряла связь с реальностью, проваливаясь в водоворот ощущений. По телу словно пустили ток, кончики пальцев покалывали микроскопические иголочки, а сердце стучало, как сумасшедшее.       Она почувствовала, как его язык проникает в ее рот, и внезапно поняла, что поцелуй — это не «‎бессмысленное мокрое мероприятие»‎, как она считала раньше, а что-то волшебное, отчего ее тело становилось невесомым, податливым и совершенно пустым. А еще — готовым на что угодно. Ее тело жаждало стать заполненным. Заполненным им.       Они страстно, глубоко, жарко и мокро целовались, смешивая дыхание, бесстыдно изучая друг друга языками, прикусывая и облизывая губы. И ей это нравилось. Эти поцелуи были лучше всех, что ей довелось пережить. Хотя... Возможно, поцелуи Чонгука ей все же не пережить. Это было слишком хорошо.       Крис пыталась сохранить остатки разума, но уже плохо соображала. Она только подумала, что если бы он захотел взять ее прямо здесь и сейчас, она была бы не против. Она отдалась бы ему хоть на полу, хоть стоя, хоть сидя — да как ему будет угодно. Хотя бы один раз. Вообще ее тело реагировало слишком остро на все, что он с ней делал. Крис даже не ожидала, что оно способно на такое. Девушка чувствовала настолько сильное желание, что оно почти причиняло боль. Она уже еле стояла на ногах. Казалось, что она упадет, если JK ее отпустит. Но он не отпускал.       А Чонгук был поражен тем, какая сейчас с ним была Кристина, и как она действовала на него. Да, он и так подозревал, что она чувственная, страстная и горячая, когда начинает раскрываться. Но он не знал, что его самого начнет трясти от ее близости, ее поцелуев и пьянящего аромата кожи. JK боялся, что если он зайдет дальше и начнет ее трогать — его разорвет. Но он не мог себе отказать в этом. Хотя бы через одежду, но он должен был к ней прикоснуться.       Не переставая целовать Крис, он скользнул рукой к ее груди и очень осторожно сжал ее, чуть-чуть приподнимая и нежно массируя. Реакция ее тела была моментальной: он чувствовал, как ее затвердевший сосок пытался прорвать ткань и оказаться в его руке, как ее грудь жаждала ласки. Он сразу понял, что это одно из самых чувствительных мест девушки, стоны и сбившееся дыхание выдавали ее. А когда он так же осторожно убрал свою руку, она вдруг схватила ее и прижала обратно, к своей груди. Как она и сказала, она хотела еще. А он готов был ей дать это.       Чонгук был в восторге от этих порывов: они показывали, что он ей нравится, что она его хочет. Это льстило и возбуждало его еще больше... Он уже готов был забыть обо всем и сделать это с Кристиной прямо здесь, наплевав на то, что и кому он обещал. Ему казалось, что он умрет, если они сейчас просто остановятся. Оторвавшись от ее невозможно сладких губ, он прошептал:       — Крис, подожди секунду... я закрою дверь на замок.       Но когда он подошел к двери, в нее внезапно постучали, и из коридора донесся голос Чимина:       — JK, я проголодался. Пойдешь есть со мной?