Тату на моем сердце

      «‎Я сказала, что люблю его... Пусть и сама себе, но я это сказала... Господи, я что, и правда... так сильно... втрескалась?»‎       Не то что бы Кристина не знала этого, но она вдруг по-новому ощутила себя в этом состоянии. Она почувствовала, что была наравне с JK, что постепенно выходит из режима фанатки, выходит из тени, перестает смотреть на него снизу вверх. Что-то придало ей сил.       «‎Когда-нибудь я скажу это тебе лично, и ты будешь краснеть, как подросток. Может, и я буду краснеть... Но это не помешает мне сказать о чувствах, глядя тебе в глаза... А дальше — будь что будет»

* * *

      Кристина радовалась тому, что возвращается в Корею, хотя у нее было ощущение, что она съездила в США только для отвода глаз. Обманула всех и саму себя. Сделала вид, что это срочно было нужно, что без этого никак. Создала себе ненужный стресс и головную боль. Суету навести охота было, вот она и навела. С другой стороны, теперь у нее был классный клип, который мог родиться только в Америке и только после ее трепетного знакомства с собой. С той Крис, которую она сама только-только начала узнавать.       Любопытно, что и знакомство могло произойти исключительно в таких условиях — в дефиците, в ограничении, в дедлайнах и бешеном темпе жизни, вдалеке от тех, кого она любила. Благодаря этим сложностям она многое поняла про себя, многое осознала. А еще встряхнула себя и общественность.       Кристина искренне надеялась, что смогла встряхнуть и тех самых семерых парней, которые когда-то коварно толкнули ее на творческий путь, не предупредив, как он будет тяжел и одновременно прекрасен. Что ж, Крис выбрала один из самых сложных вариантов показать себя миру. Если у кого-то путь к славе и успеху был похож на дорогу от подножия горы к ее вершине, то Крис изначально находилась буквально в яме, даже не на земле. Ей надо было сначала выбраться из ямы, и только потом двигаться к вершине. Ее путь был в два раза длиннее. А сначала...       Она была в такой глубокой пропасти, что, казалось, из нее никогда не удастся выбраться. Можно было смело лечь на дно этой ямы и помирать, потому что ее мрак был ужасен. Он забирал силы, высасывал энергию и говорил, что у нее никогда ничего не получится. Он кишел монстрами, страхами, призраками людей, которые над ней когда-либо смеялись или осуждали. Крис хорошо знала, что такое «‎ноль денег»‎ на счету, как ощущается голод и как он утоляется чем-нибудь маленьким, сворованным из магазина. Пару раз ей приходилось такое делать, но потом она перестала, потому что стало стыдно перед собой. Лучше уж попросить у людей, чем воровать.       Она неплохо изучила, что такое бедность и выживание. Познала разрушительные отношения. Познакомилась со своим отчаянием. С состоянием, когда ты максимально слаб и ничего не можешь. Научилась находить ресурс в беспросветном одиночестве, в боли, в негативе. Впрочем, сложной судьбой в наше время никого не удивишь, вот и Крис не собиралась это слишком драматизировать. Единственное, что она поняла...       На дне пропасти не мечтают. В гетто не мечтают. В жопе мира не мечтают. Мечты там выглядят как насмешка. Со дна можно было выбраться только одним способом — предприняв что-то для своего спасения. Пока тебя не закидали в этой яме землей и не похоронили.       Реальные шаги, простые, даже примитивные действия — вот что помогло Крис. Без мечтаний, без веры в себя и в то, что она делала. Надо было просто каждый день делать хоть что-то, и она старалась изо всех сил. Даже если она вытаскивала себя из этой ямы всего на миллиметр повыше, это уже было хорошо.       Правда, виртуальные помощники у нее все же были — те самые песни. От тех самых парней. Ребята словно стояли на краю, протягивали ей руки, бросали веревку, говорили слова ободрения и... верили в нее. За это она и любила бантан всем сердцем. Хотя, по правде говоря, в самые сложные времена поддержку она получила, скорее, не от ребят, а от самой себя. Просто наделила парней своими силами, увидела в них спасителей. Но это не мешало любить их.       В любом случае, это была история win2win: все были в плюсе, все молодцы — и артисты, и поклонники. ВTS и АRMY выиграли друг друга как самый лучший приз. Любили и уважали друг друга. Отпускали друг другу комплименты на нежно-фиолетовом языке. Были преданными, искренними и немного ревнивыми. Это была разделенная, взаимная, глубокая любовь, пусть и непонятная людям со стороны.       Кристина подумала, что хотя бы за это мемберы должны ее любить — она ведь army. Она порой сомневалась, что ее могут любить как человека, девушку, коллегу, подругу, но как army — ее обязаны любить и условно носить на ручках. Причем все семеро сразу! Эта мысль развеселила Крис и она решила почаще использовать статус army, потому что нечего парням отлынивать от своих обязательств, пусть фиолетовят ее изо всех сил.       Девушке захотелось поскорее увидеть ребят и удостовериться, что за месяц они не забыли о ней окончательно. Из-за занятости общались они очень мало и урывками, это совсем не было похоже на ту плотность общения, которая была, пока Крис жила в Корее в прошлый раз. Ох, как же ей этого не хватало. Так и затискала бы их всех!

* * *

      Проект, в котором Кристина участвовала сейчас, был совсем не масштабный и даже казался странным, не вписывающимся в ее карьеру. Именно поэтому девушка сейчас чувствовала, что ее как будто откинуло чуть назад. Кажется, Полина была права, когда говорила, что не надо покидать Америку надолго.       Или так: можно было не присутствовать в США постоянно, но пилить контент было необходимо. Теперь, «‎отпустив»‎ Кристину в Корею, агент стрясла с нее обязательство регулярно делиться с аудиторией чем-нибудь. Да чем угодно! Главное — не пропадать с глаз долой, меняться, удивлять, делать разное и неожиданное. Потому что новизна привлекает. В конечном итоге, Полина сказала, что даже из вечных метаний Крис между двумя странами можно сделать неплохую драму. Вот Кристина и приехала создавать драматичные события.       Участвовать в мюзикле она совсем не боялась, встретиться с бывшим своим любимчиком, Чон Тэгуном, не страшилась, ведь теперь она не была им увлечена. Хвала небесам, постановка мюзикла с Крис должна была пройти на английском языке. На корейском она бы не рискнула петь такие внушительные партии, для этого ей надо было много практиковаться. А вот на английском — пожалуйста!       Что касается появления Крис в поле зрения бантан, она решила сделать его более эффектным: просто пригласить парней сразу на мюзикл. Смогут — придут, не смогут — ничего страшного. Но сам факт должен был их удивить. Они ведь до сих пор думают, что Крис спокойно себе тусуется в США, а она здесь. И скоро живьем споет на корейской сцене в одном из самых популярных американских мюзиклов. Отличное комбо!       Кто-нибудь из них все равно придет, можно не сомневаться. Вон, Намджун уже не раз засветился на таких мероприятиях, а последний раз пресса его застукала на спектакле «‎Человек, который смеется»‎. Что ж, так Крис и поступит — официально пригласит их через пресс-службу театра и продублирует лично.

* * *

      Аэропорт Инчхона — практически красная дорожка для айдолов и других знаменитостей, еще один способ красиво пообщаться с фанатами, прогулять свой наряд и собрать приятные восторженные реакции. Кристина об этом помнила, поэтому, наоборот, оделась для аэропорта очень скромно и неприметно — просто черная расхристанная оверсайз одежда, хороший мужской шмот, скрывающий ее фигуру.       Предстоящая шалость заставила девушку держаться инкогнито и в дальнейшем: она не афишировала свой приезд, ускользала от репортеров, везде и всюду спасалась с помощью очков, маски и головных уборов. Кое-кто ее все же пофотографировал, кто-то, может, и понял, что за персона скрывается под маской и шляпой. Но все же точно сказать, что в Корею прилетела Кристен Ламар, было нельзя. Возможно, это просто похожая на нее девушка? Да кто их, иностранцев, вообще разберет? Все на одно лицо же!

* * *

      Первые дни ноября прошли в подготовке к спектаклю. Кристине и Лео надо было отснять фото и видео для оформления афиши, постеров, сайта, билетов и рекламы. Важно было сделать все красиво, несмотря на то, что герои потом будут кромсать людей на пирожки с человечиной, а под конец Миссис Ловетт, персонаж Кристины, вообще должна будет сгореть в печи.       Но пока что на афишах должны сиять два симпатичных, красивых человека, связанных больными отношениями, на которые люди захотят посмотреть. И это было, пожалуй, самое простое для Кристины — наделать красивых кадров, да так, чтобы все понимали, что Миссис Ловетт сохнет по Суини Тодду, пока тот мечтает только о мести за свою семью. Опять же, сохнет она по нему или течет? — Вопрос спорный, скорее, второе. Ладно уж, тогда Крис изобразит, что течет от этого мужчины. Во всяком случае, постарается.       Кристина всегда удивлялась тому, как американцы любят устрашающий своей идеей мюзикл «‎Суини Тодд, демон-парикмахер с Флит-стрит»‎. У них даже была адаптация для школьных постановок, и детки по всей Америке запросто отыгрывали страшный сюжет, может, чуть менее кровавый. Кристина хотя бы девочка из России, ей может отозваться дикая мрачность и бесчеловечность истории, но они — добропорядочные американцы, им-то это зачем? Ой, какие же люди вруны! Может, пора признать, что все иногда любят такое — темное, порочное, зловещее? И что смотрят на подобное хотя бы для того, чтобы пощекотать себе нервы и убедить себя, что они-то не такие мрази, как главные герои.       К корейцам, впрочем, вопросов не было. Ясно, что демон-парикмахер нормально вписывался в их картину мира. Достаточно было вспомнить фильмы типа «‎Олдбой»‎, «‎Пьета»‎ или современных «‎Паразитов»‎*. Для корейцев этот мюзикл был еще достаточно мягким, он просто приятно будоражил их закаленные нервы. Поэтому и Крис, держащая на постере поднос с пирожками, в которых была крайне своеобразная начинка, смотрелась очень мило и пугающе. Одновременно.

* * *

      Неожиданно для Кристины ее «‎пыльный биас»‎ — Лео — все же смог ее удивить. Она думала, что совсем ничего не почувствует, когда его увидит впервые живьем, но она почувствовала!       Перед ней был приятный молодой мужчина, ему вот-вот должно было стукнуть 32 года. Лео уже отслужил в армии, пережил распад группы VIXX, в которой он отпахал много лет, а в данный можно занимался своей сольной карьерой. Он отлично справлялся с пением в мюзиклах, обладал мощным своеобразным голосом, был высок, силен и дико харизматичен. Крис даже ненадолго откинуло в прошлое, где она со странным удовольствием наблюдала за мучениями парней в клипе Voodoo Doll или позволяла им быть ее «‎рабами»‎ в клипе Chained up.       В этом парне было то, что смогло ее впечатлить, особенно после американских звезд. Он был крайне сдержан, закрыт, но при этом поражал профессионализмом. При первой встрече он держался как джентльмен и внимательно рассматривал Кристину: прям чувствовалось, что он изучает ее, присматривается и делает выводы. Но она, хоть убей, не могла понять, что он там о ней думает. Наверное, хрень какую-нибудь. Кристина привыкла к тому, что ее сначала всегда воспринимали через фильтр стереотипов, а уж потом, когда она с этими стереотипами разделывалась, начинали замечать в ней просто девушку. Просто человека. Просто артистку.       Вроде бы холода в реакциях Лео не было, но и особого тепла тоже. Это не плохо, нормально, обычно. Было бы странно, если бы он сразу воспринял ее с восторгом. Кристина почувствовала, что даже оробела перед ним, не смогла включить в себе сорванца и хохотушку, была просто милой тихоней, симпатичной паинькой с трэшовой начинкой внутри. Она была прям как собственный пирожок из мюзикла.       Костюмы и прически тоже сделали свое дело: все же, когда надеваешь корсаж и платья прошлых эпох, невольно становишься другой. Кристина даже почувствовала себя серьезной дамой, настоящей леди. Ну да, эта леди не без греха. Ну да, она делает фарш из посетителей парикмахерской. Но это же не она виновата, это жись такая! Что поделаешь, приходится как-то хищнически выживать в этом жестоком мире.       Особенно Кристине нравился ее корсаж: талия в нем стала подчеркнуто тонкой, а грудь смотрелась просто изумительно. Крис сама постоянно опускала глаза и не могла насмотреться на себя такую. Лео, наверное, думал, что она невинная скромница, раз опускает глаза в пол, а она просто восторженно пялилась на свою грудь. Благодаря верхнему платью, надетому поверх корсажа и нижней юбки, все выглядело более-менее прилично, но намек в декольте был просто огненный. Ух, как же хорошо поработали костюмеры!       Лед понемногу начал таять, когда дело дошло до фотографий в плотном контакте. Например, Лео должен был стоять сзади и приставить опасную бритву к ее горлу, угрожая и делая зверское лицо. Вот тут-то ребят немного прорвало. Поскольку они были знакомы самую малость, им обоим было неловко, из-за этого они начали нервно смеяться. Но в итоге этот смех их и расслабил, а работа пошла лучше.       Или кадр, где Миссис Ловетт целует Суини Тодда в щечку. Ох, Крис трудновато было это изображать с малознакомым парнем, но в итоге все получилось, и даже Лео как будто стал помягче к концу фотосессии. Все же Кристина была обаятельной девушкой, и ему попросту было приятно получать поцелуи, тактильный контакт и красивые виды. Чисто по работе. Ничего личного.       Целый день ушел на фотосессию, потом еще два дня на совместные репетиции. Ребята спелись, их голоса хорошо сочетались. Лео пел в более низкой тональности, чем обычно, ему не нужно было брать слишком высоких нот и драть глотку, поэтому его вокальная партия была очень комфортной. Кристине тоже было максимально удобно со своим сопрано.       Никого не смущало, что персонажи этой истории — довольно взрослые люди, а Крис и Лео по возрасту были младше: на сцене это было не принципиально, а для фото их сделали чуть взрослее. Все равно зрители шли на мюзикл из-за необычного актерского состава, а не из-за фактических соответствий сюжету. Возраст актеров — это последнее, к чему можно было придираться в спектакле про смерти, убийства, предательство и месть. А еще всех интересовали кровища и любовь.

* * *

      — Я не очень понимаю, что это за приглашение, но вечером 6 ноября нас ждут на мюзикле, — объявил ребятам Намджун. — И в одной из главных ролей указана... Кристина? Что?       RM полистал, а потом бросил на стол красивый буклет, на глянцевых разворотах которого красовались Кристина и Лео. Мемберы потянулись к нему, тоже изучили рекламные постеры. Ребята были удивлены и обрадованы. Они совсем не ожидали такого поворота событий, но он обещал им веселье, отличную компанию, что-то интересное. С другой стороны, они только-только привыкли жить без сумасбродной Крис, и вдруг им снова надо было перестраиваться.       — Она что, приехала в Сеул? — озадаченно спросил Джин. — И даже не известила нас?       — Так вот же, она сообщила сейчас, — кивнул Юнги головой на фотографии героев мюзикла. — Видимо, это сюрприз такой, иначе не могу объяснить.       — На почту HYBE пришло официальное приглашение от театра, — пояснил Хосок. — А еще она прислала сообщение в общий чат. Буквально пару минут назад.       — Ничего себе! Так она уже здесь или прилетит прямо на спектакль, 6 числа? — стал гадать Чонгук.       — Давайте просто спросим, — предложил Чимин, открывая чат и быстро набирая Крис ответное сообщение. — Ну, и решим, кто пойдет. Лично я не прочь посетить театр, давно там не был.       — Поддерживаю, — сразу включился Намджун. — Я люблю мюзиклы, а Суини Тодда — особенно. Еще и Кристина будет петь, вау!       — Кажется, начинается новый сезон, — пробормотал Юнги, ухмыляясь.       — Что за сезон? — нахмурился Чонгук.       — Новый сезон шоу «Крис покоряет Корею»‎, — пояснил Юнги. — В первый раз у нее уже был прогресс, но она уехала. Посмотрим, что будет в этот раз.       — Я с удовольствием посмотрю это шоу, — проговорил Тэхён, но на его лице отразилось что-то противоположное сказанному. — И на мюзикл, и вообще... на то, что Крис будет здесь делать.       — Может, и не будет никакого сезона, — высказал мнение Чимин. — Может, она споет в мюзикле и уедет опять?       — Да кто ей даст уехать? — шуточно вмешался Джин. — Нет уж, мы с ней договаривались погулять по Сеулу. Квартиру она хотела купить. Я ей напомню, что она вообще-то собиралась привнести много денег в экономику Кореи!       Джину всегда можно было говорить что угодно, буквально — что в голову взбредет. Типа он такой шут-правдоруб. Но сейчас его шутки звучали очень разумно и своевременно, все примерно так и чувствовали: Крис им должна! Она еще очень многое могла здесь дать людям, вот и пусть остается.       — Ну смотри, Джин-хён, не подведи тогда, — засмеялся Чимин. — Уж продай ей Сеул в лучшем виде!       — А то! Конечно, я ей покажу все так, что она не сможет устоять, — тряхнул головой Джин. — Предлагаю начать с цветов!       — В смысле? С каких цветов? — уточнил Чимин.       — Все придем на мюзикл, а потом подарим ей цветы, оказав радушный прием. Отметим начало ее деятельности в Корее. Она же здесь толком еще не выступала.       — Точно, поддерживаю, — закивал головой JK. — Сольное выступление здесь будет впервые, это надо обязательно отметить!       — Окей, значит, все идем? — сказал Хосок и хлопнул в ладоши.       Парни утвердительно покивали головами. Да, все были настроены пойти. Это, как минимум, было интересно.       — Она пишет, что уже в Корее, — сообщил Чимин остальным. — Но у нее репетиции и все такое. Поэтому она и не беспокоила нас раньше.       — Ничего себе! Приехала — и сразу в работу, — понарошку возмущался Джин. — Никакого внимания и уважения к старшим! Все равно надо было сказать.       — Ее еще учить и учить, — подвел итог Тэхён. — Ну... нашим правилам.       Чонгук переживал бурю не самых понятных чувств. Значит, второй сезон? И Крис снова будет рядом? Он был рад, очень рад ее увидеть снова, но что-то подсказывало, что теперь все будет не так, как прежде. Будет новое, другое. Он это ощущал каким-то шестым чувством.

* * *

      В день премьеры мюзикла ребята приехали пораньше, чтобы зайти к Кристине до начала и пожелать удачи. Да, они тоже решили ее удивить — навестить ее и перед спектаклем, и после него. Оказать поддержку в полном объеме, не дать засомневаться в своих силах. В конце концов, она была army, которая так далеко зашла на своем пути, что стала значимой, узнаваемой и очень сильной. Теперь она была самостоятельной творческой единицей и могла делать почти все, что захочет. Ну как не поощрить такое?       Чонгук шел по коридорам театра и искал гримерку Кристины. Оставалось примерно полчаса до начала мюзикла, сейчас самое время увидеться. Когда останется меньше времени, Крис уже сильно погрузится в свою предстоящую работу и не сможет отреагировать на их визит.       Но девушка уже с головой окунулась в свои партии. Премьера — это очень ответственно, все обкатывается в первый раз, нужно достучаться до сердец людей, заставить их делиться своими эмоциями, вынуть из них души. Крис важно было вызвать симпатию к своему персонажу, несмотря на то, что эта женщина была безумной и пугающей. Она была несчастной, глубоко несчастной — вот что должны были понять зрители. И все это нужно было сыграть почти одним голосом.       Поэтому Кристина тихонько пропевала свои партии, еще раз сверяясь с текстом, распечатанном на больших листах бумаги, которые она держала перед собой. Девушка стояла посреди гримерки наполовину одетая — внезапно оказалось, что верхнее платье надо было чуточку ушить, оно некрасиво болталось на ней. Из-за повышенной нервозности Крис плохо питалась в последние дни, поэтому ее объемы уменьшились на несколько сантиметров. Бедные костюмеры, им надо было срочно все исправлять!       Кристине уже сделали прическу в духе XIX века, убрав все волосы наверх. А потом добавили ей небрежности с помощью выбившихся длинных прядей, спускавшихся по плечам. Грим был своеобразный, он должен был придать девушке чуточку болезненный, изможденный вид, но в целом был очень красивым. До своей мини-репетиции Крис долго разглядывала себя в зеркале, и нашла, что макияж «‎утопленницы»‎ ей очень идет: бледная кожа, тени вокруг глаз, акцент на губах — все вместе создавало какой-то призрачный вид.       Девушка задумалась, все ли она сделала перед спектаклем. Все же это два с половиной часа полного погружения. Будет один антракт длиной в двадцать минут. Надо, чтобы все было под рукой, когда она снова примчится в гримерку. Еще в туалет сходить, не пить много, приготовить влажные и сухие салфетки, спрей для горла, чтобы немного успокоить напряженные от пения связки...       Про еду Крис толком не могла думать вот уже несколько дней, и в антракте есть не собиралась, разве что немного попить. Термос с горячей водой уже был приготовлен. Не забыла ли она чего-нибудь? А еще... времени все меньше, но ей так и не несут платье! Сколько можно возиться? Она совсем не хочет торопливо одеваться в последние пять минут и мчаться на сцену, как сайгак! Девушка настолько погрузилась в мысленное прокручивание моментов спектакля и распределение двадцать минут антракта, что даже не заметила, как распахнулась дверь в ее гримерку.

* * *

      Ребята не пошли всей толпой сразу, послали Чонгука «‎на разведку»‎ — проверить, где Кристина. Зачастую бывает так, что за пару часов перед спектаклем артисты уже собираются на сцене, а перед самым выходом просто уходят за кулисы. Непонятно было, где сейчас находится Крис, вот они и решили проверить. Если она у себя, JK позвонит мемберам, и они тоже подойдут туда.       Чонгук постучал в дверь гримерки уже несколько раз, но никто не отвечал. При этом было ощущение, что там все же кто-то есть. Тогда он попробовал нажать на ручку двери: если окажется закрыто — он просто уйдет... Дверь легко распахнулась. И прямо посреди комнаты, в нескольких метрах от двери, он увидел... Кристину. Она стояла боком к нему, держа в руке листы с текстом и тихонько напевая. В ее ушах были специальные наушники, которые позволяли хорошо слышать и музыку, и саму себя. Вот почему она не отозвалась на стук!       Чонгук остановился как вкопанный и невольно залюбовался Кристиной. Она была такой сосредоточенной и... невероятно красивой!       Глаза обожгло. На девушке были только пышная нижняя юбка и корсаж, который так красиво все облегал и подчеркивал... Тонкая талия... Обнаженные плечи и руки. Мягкие полукружья груди, которые были соблазнительно приподняты и наполовину открыты... Они напомнили ему шарики мороженого в вафельном рожке — вот же, опять эти сравнения. Волнистые пряди волос, рассыпавшиеся по плечам, лежащие мягкими завитками на груди... Полностью открытая шея... Из-за этого девушка почему-то показалась ему беззащитной, уязвимой и очень нежной.       Никогда еще он не видел Крис в таком наряде, и почему-то его до сердечного стука разволновал ее образ. Это продлилось всего несколько секунд, но их хватило, чтобы он... смутился, как мальчишка. Крис все же увидела периферийным зрением, что кто-то вошел, очнулась и обернулась, ожидая увидеть там костюмершу... Но там был ОН. Человек, которого она меньше всего сейчас ожидала увидеть, JK. Собственной персоной. Девушка от неожиданности совсем растерялась, пару секунд смотрела на него, а потом спохватилась, вспыхнула и отвернулась, чтобы скрыться от его глаз.       Теперь она стояла к нему спиной, но он все еще мог видеть ее обнаженные шею и плечи. И от этого вида у него защемило сердце. Захотелось обнять девушку, погладить эти плечи, поцеловать их. Посмотреть поближе, не остался ли шрам там, где она свела тату.       — О, Чонгук-щи... Привет! — Кристина попыталась вернуться в рамки обычного общения, но голос выдавал ее смятение.       — Привет, Кристина... прости, что я ворвался... Я не хотел... Ты не отвечала, и я подумал... — неловко объяснял JK свое вторжение.       — Все нормально, JK... Ты же не знал, — тоже смущалась Крис. — Я жду костюмершу, она принесет мне платье... Поэтому... я тут... в таком виде. Прости...       Она обернулась через плечо и виновато посмотрела на парня. А еще поискала что-то глазами по комнате.       — Нет, ты меня прости, я не должен был открывать дверь все равно, — оправдывался JK. — Правда, прости, я... не хотел...       Кристина оглядывала комнату и наконец нашла то, что могло ей помочь. На диване у двери были сложены другие части костюмов для спектакля, также там был большой платок, который Миссис Ловетт должна была накинуть в одной из сцен на плечи. Но поворачиваться и снова показываться почти в неглиже Крис не хотела, поэтому просто попросила, кивнув на ворох одежды:       — Чонгук, ты не мог бы мне кинуть вон тот платок?       И девушка вытянула руку, которой собиралась поймать спасительный кусочек ткани. JK послушно бросился выполнять просьбу, но ему показалось, что ткань слишком легкая и не полетит так далеко. Платок просто упадет на пол, не долетев... А смять его и сделать из него «‎мячик»‎ — значит испортить реквизит. Тогда JK быстрыми шагами подошел к Крис сзади и накинул платок на ее плечи, укутав их.       Мог ли он себе отказать в том, чтобы на секунду бросить быстрый взгляд через ее плечо? Мог, но не стал. Он снова увидел ее мягкую нежную грудь и понял, что попал... Снова встрял... А Крис почувствовала, что он видит ее такой. Она почти рассердилась на него: ну зачем он так? Почему сейчас, когда она и так вся на нервах? Зачем ему это вообще, если они договорились о другом формате общения? Зачем он смущает ее?       — Большое спасибо, — сдержанно выдавила она, повернулась и наконец посмотрела на него снизу вверх.       — Привет еще раз... Давно не виделись, Крис, — мягко улыбнулся Чонгук. — Мы все пришли на твой спектакль.       Кристина посмотрела в его глаза, увидела там тень волнения и все же смягчилась. Вот же засранец, умеет он сделать ее полной дурой! И... зачем он так близко стоит?       — Привет, JK. Я рада, хоть этого и не видно по мне, — тихо пробормотала Крис. — Волнуюсь очень.       — Я бы тоже волновался, правда. Перед каждым концертом чувствую мандраж, — заверил ее Чонгук.       — Дааа? — изумилась Крис. — После стольких лет? У тебя же такой опыт, сотни концертов, наверное...       — Всегда. Я это чувствую каждый раз. Просто научился не придавать значения этому страху и волнению. Начинаю делать свое дело, и потом, в процессе, страх отступает, — Чонгук хотел сказать что-то такое, что бы помогло Крис меньше волноваться.       — Хорошо, я поняла твою мысль... У меня было мало концертов, и они довольно редки, поэтому сейчас ощущение, что я все забыла, — Кристина снова заглянула ему в глаза, будто там был ответ на ее запрос. — Во время Grammy вообще чуть не умерла...       — Да? А со стороны казалось, что ты всех порвать пришла, — усмехнулся Чонгук. — Ты выглядела такой уверенной!       — Серьезно? — Крис нервно сглотнула. Она не очень верила этому парню, он ее дурит, по-любому!       — Серьезно! — убежденно сказал JK. — Одно из лучших выступлений, что я видел.       — Я знаю, что ты меня обманываешь, но ладно, продолжай, — нервно рассмеялась девушка. — В моих интересах сейчас верить тебе. Окей, я могу делать классные выступления!       Последнюю фразу она, скорее, сказала самой себе. Аутотренинг ей всегда неплохо помогал.       — Конечно, можешь, — сказал JK и, взяв ее руки в свои, крепко пожал их.       В этот момент в гримерку ворвалась запыхавшаяся костюмерша, она принесла наконец платье. Чонгук в одну секунду отпустил руки Кристины и отошел в сторону, чуть ли не отпрыгнул. Зачем им неуместные сплетни? Потом он подмигнул Кристине и вышел из гримерки, чтоб девушка могла спокойно завершить одевание. Позвонил парням, пригласил их зайти.       Когда ребята пришли, Крис уже настроилась — и на их визит, и на сам спектакль. Она подумала о том, что это второй ее «‎концерт»‎ за много месяцев, и на обоих зрителями становятся бантан. Знаковый момент! Что ж, если они пришли на нее посмотреть, надо сделать так, чтобы было на что смотреть. Порвать всех — так порвать, она постарается!       Немного пообнимались, поулыбались и договорились встретиться еще раз, после мюзикла. Крис пошла на сцену, полная энергии и хорошего настроя, хотя и с внутренней дрожью внутри. Ничего, она обязательно научится делать это даже через страх. Файтин, Кристина! Ты все можешь!

* * *

      Можно было сказать, что мюзикл прошел феерично, хотя Кристина помнила все моменты мелких оплошностей и неидеального звучания. Но в целом — она была очень довольна. И правда, в какой-то момент страх отступил, потому что чувствовалось, что зал принял эту историю, поверил артистам, проникся сюжетом.       Лео и Крис играли очень хорошо — так, словно мастерски вели партию в теннис, и их мячик никогда не падал на поле и не выпрыгивал за его границы. Они были два задрота, очень заморачивались над звучанием и убедительностью игры, всецело отдавались процессу, поэтому у них не могло не получиться. Все сложилось. Кристина не раз за время спектакля ловила себя на теплых чувствах к партнеру по сцене: как же ей повезло, что Лео способен ее чувствовать! Нет, любовь между персонажами была не взаимная, но ведь и это надо было отыграть. Накал страстей между ними все равно был нешуточный. В финале сам Суини Тодд толкает Миссис Ловетт в огромную печь, а это, знаете ли, не целоваться на сцене, это в разы экспрессивнее!       Публика восприняла это все конгениально: чувствовала, любила, пугалась, сокрушалась, радовалась. И аплодировала в конце. А Крис казалось, что она прожила примерно целую жизнь за время спектакля. Несчастливую и сложную.       «‎Если меня будут каждый раз убивать в конце, я всегда буду себя так чувствовать? Будто прожила жизнь и мне надо срочно воскресать?»‎       После мюзикла Крис искренне обнялась с Лео за кулисами, поблагодарила его за потрясающий опыт работы. Им еще надо было пережить шквал публикаций, отзывы критиков и четыре спектакля в течение ноября. Расписание почти что утвердили, и, слава богу, спектакли не шли каждый вечер, было несколько дней передышки между ними. Крис подумала, что пока не смогла бы каждый вечер так упахиваться, у нее мало опыта. Она даже попросила команду мюзикла не отмечать ничего в вечер премьеры, у нее просто не хватало сил! Наверное, и бантан она зря пригласила сегодня. Надо было хотя бы на второй или третий спектакль позвать. Там бы она привыкла и уже не выглядела бы такой измотанной. А теперь... Придется взять себя в руки и как-то держаться, улыбаться, делать вид, что она не валится с ног от усталости.

* * *

      Как и обещали ребята, они все вместе пришли к Кристине в гримерку после спектакля. Вместе с ними зашли двое служащих, доставивших огромные композиции из цветов, которые всегда напоминали девушке поминальные венки. Ох, и куда же эти штуки потом девать? Впрочем, она все равно обрадовалась цветам и восторгалась от чистого сердца.       Крис еще не переодевалась. Она до сих пор была в сценическом костюме, хотя это на ней было уже четвертое платье за вечер — в каждом акте ей меняли наряды. Миссис Ловетт не была богачкой, поэтому наряды Крис не делали похожими на платья принцесс, но они все равно были чудесными.       И снова всех обязывали к какому-то кодексу поведения! Из-за этого парни выглядели так, словно попали на прием к английской королеве. Они были собранными, смущенными, неловкими. Крис пыталась понять, что же их так смущало? То, что они увидели в ней девушку, а не девчонку-сорванца? Или она стала казаться им старше и серьезнее? Или они заметили... ее декольте с намеком? Ситуацию немного прояснил Джин, которому, как водится, можно было говорить все, что приходило на ум, причем без последствий.       — Кристина, ты сегодня такая красивая и аристократичная, — выдал он. — Я чувствую себя неловко, как будто на приеме у высокопоставленной особы...       — О, благодарю вас, мессир, — улыбаясь, проговорила Крис чуть охрипшим от пения голосом. — Рада, что у вас такое впечатление. Но что вы скажете о мюзикле?       На самом деле, Крис была просто очень уставшей и серьезной, поэтому могло показаться, что она держится строго и аристократично. Она очень хотела снять корсаж, потому что он сковывал движения и вызывал желание чесаться, но пока приходилось сидеть с ровной спиной и невозмутимым выражением лица. Декольте тоже начало ее напрягать. Было ощущение, что буквально каждый скользнул взглядом в его глубину и подумал что-то фривольное. Красиво, конечно, но лучше смотреть на это из зрительного зала. Может, она себе это придумала, но взгляды Чонгука казались ей особенно обжигающими.       — Пока Джин думает, скажу я, — вмешался Юнги. — Это просто отпад! Мюзикл отпадный, все персонажи отпадные! Ты здорово пела, Крис, я горжусь тобой!       — Ого, правда? — девушка наконец чуть улыбнулась. — Спасибо большое! Я рада, мы очень старались. Так усердно работали, что сейчас даже шевелиться не хочется.       — Да, мы знаем такое чувство! — воскликнул Чимин, которому случалось падать за сценой в обмороки от усталости и перенапряжения. — Сейчас для тебя есть опасность просидеть так до следующего спектакля.       Все рассмеялись.       — Я же говорил, что все получится, и страх отступит, — хитро проговорил Чонгук. — Проверила? Работает?       — Да, работает, — подтвердила Крис. — Когда публика начинает откликаться на все, это особенно помогает.       — Думаю, ты порадовала сегодня своих поклонников, — с улыбкой сказал Намджун. — А те, кто пока не были поклонниками, стали ими сегодня.       — Ух, думаю, я и хейтеров сегодня порадовала, — усмехнулась Крис. — Когда сгорела в печи...       — Крутая сцена была, да, — одобрительно покивал головой Тэхён, уже познавший сложности актерской профессии.       В дверь постучали, и разговор стих. Крис сделала удивленное лицо — она никого больше не ждала. Оказалось, Лео еще не ушел и заглянул напомнить своей партнерше, что завтра они встречаются на праздничном ужине. Увидев гостей Кристины, он немного стушевался и замер на пороге, но она тут же схватила его за рукав и затащила в комнату.       — Джентльмены, вы же друг друга знаете, верно? — обратилась она ко всем сразу, а потом переключилась на своего партнера. — Лео, мемберы BTS зашли выразить респект нашей работе...       Кристина смотрела на всех по очереди и думала, как же ей правильно повести себя в такой ситуации. Стоит ли ей пригласить Лео к общему разговору? Надо ли позвать ребят на их вечер в кругу артистов мюзикла, или это будет перебор? Почему надо терпеть корейский официально-вежливый неудобняк, а не просто предложить потусить вместе?       «‎Парни, ну что вы стоите как истуканы, предложите что-то сами, в соответствии с вашими, елки-палки, традициями и нормами»‎       Вид у Кристины был растерянный, это сразу бросалось в глаза. И Лео, как самый старший, вытянул беседу в правильное русло, пригласив ребят из BTS на вечеринку. Намджун ответил, что не хочет стеснять коллектив мюзикла на их первой встрече, где им надо будет сблизиться и почувствовать единение. Зато они с удовольствием встретятся с артистами уже после финального спектакля.       «‎Фух, спасибо по-братски, что сами разрулили, ребята! До чего же сложно бывает сообразить, что тут будет вежливостью, а что — вопиющим панибратством...»‎       Чонгук во все время встречи внимательно наблюдал за Кристиной, думая о том, что он фантастически рад ее видеть. Хоть его и бесит присутствие Лео и их совместная тесная работа. И даже бесит реакция хёнов, которые опять выглядят слегка очарованными. Видимо, с ней так будет всегда, и надо просто привыкнуть делить ее с другими людьми.

* * *

      Когда Кристина соглашалась на роль в мюзикле, она думала, что ее карьера откатилась немного назад, ведь она выбрала менее масштабную работу, чем прежние ее проекты. Все же артисты мюзиклов не гремят, как айдолы или актеры, они работают в камерном кругу поклонников. Их работа не видна всем, она менее публичная, но при этом — сложная, энергозатратная, в тесном контакте со зрителями.       И все же этот мюзикл принес ей совершенно новое, уникальное предложение, от которого трудно было отказаться. И теперь Кристине показалось, что у нее на радостях едет крыша, или ей просто все это приснилось. Поскольку девушка снова оказалась в Корее, компания SBS лично пригласила ее на утверждение окончательного варианта сценария для дорамы.       Крис отправилась на встречу, с ужасом ожидая, что от ее первоначального сценария остались только рожки да ножки, и ей придется вытерпеть неприятные правки, внесенные ее корейскими коллегами. Она сразу согласилась на эти условия, так как понимала, что это она здесь новичок, это она сунулась в компанию со своим сценарием, это она была в роли просителя. SBS и без нее бы наснимали дорам на любой вкус.       Но, к ее удивлению, сценаристка Пак Джи Ын* оказалась очень приятной женщиной, любящей эксперименты и новые сюжетные решения. Она разглядела в сценарии Крис некую новизну и поначалу вообще не хотела ничего добавлять от себя. Однако продюсеры все же настояли на добавлении «‎рейтинговых эпизодов»‎, которые всегда присутствовали в любой дораме и нравились зрителям. Крис не возражала, ее в итоге почти все устраивало. Но самым удивительным было то, что с ней решили посоветоваться по поводу выбора актеров. Она же должна была выступить и экспертом по «‎русской теме»‎, ведь главная героиня была из России, как и Крис.       Девушка сидела в просторном роскошном кабинете, напоминающем комнату какого-нибудь особняка, и уже начинала нервничать. Рядом с ней были такие люди! Режиссер Джин Хёк, за плечами которого была масса работ и наград, сценаристка Пак Джи Ын, еще какие-то важные дяди и тети — продюсеры, руководители, директоры всех мастей. Кристина даже присмирела в этой обстановке и со страху чуть не забыла все корейские слова. Она молила бога, чтобы эти переговоры поскорее закончились, и планировала на все вопросы отвечать, что она ничего не знает, у нее нет опыта и она отдает все права на принятие решений более знающим корейским коллегам.       Но эти самые коллеги, видимо, собрались ее мучить. Они спросили, какую актрису Крис могла бы порекомендовать на главную роль, и тут девушка не знала, что ответить. Она надеялась, что у корейцев есть свои базы данных для артистов, и там кто-то все равно найдется.       С мужчинами-актерами уже было полегче, их Кристина хотя бы знала. Но на роль могли подойти буквально все предложенные кандидатуры — и Ли Мин Хо, и Ким У Бин, и Пак Со Джун, и Ли Чон Сок... Черт, почему же все так сложно?!       — Знаете, Кристина, мы долго думали и решили Вам предложить исполнить роль главной героини, — внезапно сказала Джи Ын. — Что думаете? Как вам такое предложение?       — Мне? Исполнить роль? — Крис растерялась. — Но ведь я не актриса... Я просто занимаюсь музыкой.       — Напрасно вы так думаете, — возразила сценаристка. — Я была на премьере мюзикла и видела Вашу игру. Вы замечательно справляетесь! Ну так что?       — Я... Я не знаю, — изумленно пролепетала Крис. — Могу я подумать над вашим предложением?       — Конечно, подумайте! — закивал головой режиссер. — Дня два-три Вам хватит на раздумья?       — Да, хватит, — выдавила из себя Кристина. Вид у нее был потерянный, глаза — стеклянные, ум зашел за разум.       Это вообще с ней происходит? Она что, подходит на роль в дораме? Корейские коллеги снисходительно посмеивались над реакциями иностранной гостьи, но и понимали, что они не ошиблись с выбором. Кристина просто идеально подходила на свою же роль — и по возрасту, и по типажу, и по настроению, да вообще по всем показателям. Между тем в кабинет зашел кто-то еще, но Крис была так поглощена своими мыслями, что не отразила этого.       — Позвольте представить Вам одного из кандидатов на роль, — раздался голос режиссера. — Господин Пак Со Джун.       Какой-то высоченный парень поклонился ей, Крис машинально вскочила на ноги и поклонилась тоже, а затем взглянула на него. Со Джун протянул ей свою руку для рукопожатия, и девушка так же машинально вложила свою лапку в его большую ладонь. Парень улыбался, поэтому она отзеркалила ему и улыбку, сама не понимая, что с ней происходит. Она была как радостный тупой робот, не могла поверить в происходящее, все делала на автомате. По-любому, сейчас они вычислят, что она робот, и отменят свое предложение. Скажут, что пошутили. Спросят, кого еще можно позвать на роль.       Но они все весело на нее смотрели и ничего не отменяли. И еще этот Пак Со Джун! О господи, она вспомнила, она же знала его лицо! Это же был парень из телевизора, из дорам и даже из небольшой роли в «‎Паразитах»‎. В голове мелькали кадры с его красивым голым торсом и занятиями спортом. Потом в памяти всплыло, что пока он думал, «‎что не так с секретарем Ким», она с удовольствием разглядывала его задницу. О да, кажется, она хочет, чтобы роль главного героя сыграл именно он! И она вроде бы не против сыграть с ним в этой дораме.       — Вы отлично смотритесь рядом, — с умилением сказала Джи Ын, улыбаясь. — Но мы не торопим, подумайте, Кристина. Ждем вашего решения в течение трех дней.

* * *

      Кристина понимала, что сейчас это предложение затмило вообще все, что она до этого планировала и о чем думала. Хочет ли она сняться в дораме? Вы что, юмористы? Конечно, хочет! Она же всегда мечтала стать актрисой!       Ну, а что, певицы играют в кино и сериалах, это нормальная практика. Те же IU, Леди Гага, да много кто еще! Почему же ей нельзя? Почему она должна отказываться, думая, что недостаточно хороша или опытна? Ее же выбрали профессионалы, а не какие-то лоботрясы! Fuck, да что за сомнения?       Кристина уже готова была написать режиссеру, что она согласна, как вдруг ее накрыло осознание, что ей придется играть все то, что она сама написала! С парнем, у которого красивый зад. С парнем из телевизора. И это повергло ее в ужас.       Может, отказаться, пока не поздно?