Тату на моем сердце

      «‎Вот теперь невыносимо!»‎       Крис вспомнила эту фразу Джека-Воробья, так как она отражала суть ее состояния и быстро истощавшегося энтузиазма. Тогда Элизабет Суон спалила все запасы рома на острове, и капитан чертыхался, понимая, что ему нечем будет залить свою пиратскую печаль. Кристина же сожгла в последние две недели на съемках почти все имеющиеся запасы энергии. А восстанавливаться толком не успевала, потому что спала по три-четыре часа в сутки, постоянно переключалась на разные задачи и пыталась объять необъятное.       И все же она не смела уж слишком сильно впадать в жалость к себе. Вдруг жизнь не даст ей такого шанса снова, если она будет нытиком? Вдруг из-за своей слабости она подведет целые коллективы? И мюзикл, и дорама были для нее одинаково важны. Она не могла пожертвовать ничем из этого.       Теперь вот еще и выступление на МАМА добавилось. Нельзя было его ни отменить, ни провалить. Ладно, надо выдохнуть. Все же большая часть из этого массива задач была сделана, осталось не так много. Сон, отдых и нервные клетки подождут.       Крис связалась с Шугой, и они договорились, что на выступлении их совместный трек прозвучит в новой аранжировке рок-баллады. И это радовало Крис, потому что не надо было надрываться над постановочной частью, заморачиваться над хореографией, придумывать эффектные ходы, чтобы подивить публику.       Крис просто воткнут на сцену перед микрофоном — и пой в свое удовольствие. Нет, двигаться, ходить, взаимодействовать с публикой можно, но это как раз удобнее делать в спонтанном режиме. И никто не помрет, даже если простоишь истуканом и забудешь все, кроме пения. Да, пожалуй, спеть — это главное. Красиво и эмоционально. А это Крис умеет. Вот уж на что она всегда могла опереться — так это на свой голос, на свое умение вывозить долгое или сложное пение. Это был отработанный навык.       Ее еще называли «‎природником»‎, то есть человеком, от природы обладавшим сильным голосом, хорошим музыкальным слухом, интуитивным пониманием приемов пения и умением правильно дышать в тех моментах, когда и вздохнуть-то некогда. Знали бы эти специалисты и критики, от чего зависела эта «‎природная способность»‎!       На самом деле, в те годы, когда Кристина была совсем малышкой, она много пела, даже не зная, что люди этому учатся годами. И помогала ей в этом любимая бабушка, которая обладала прекрасным голосом и обожала «‎выступать вживую»‎ по причине ослабленного слуха. Бабуля, видимо, думала, что ее никто не слышит, раз у нее был такой недуг.       В итоге они просто пели вместе, занимаясь домашними делами. Подолгу. Перебирая весь детский и недетский репертуар. Как хорошо, что над ними не стояли профессионалы, которые начали бы учить их вокалу по классике, по трендам или по собственным представлениям. Только поэтому Кристина и познакомилась со своим голосом так хорошо. Это был ее любимый инструмент, который мог почти все.       Одно время, когда Крис только начинала карьеру, она проводила кучу стримов, на которых пела по много часов каверы песен самых разных исполнителей и развлекала публику болтовней. Именно с этих стримов она начала получать первые большие приходы аудитории и первые большие деньги.       Итак, пение — это было самое простое и понятное посреди всего, что происходило с Крис. С актерской игрой дело обстояло сложнее. Из-за того, что Кристина не умела пользоваться именно приемами игры, она использовала свои внутренние ресурсы. В основном она проживала все моменты, а не отыгрывала их.       Безусловно, все артисты делают это — достают образы из себя, но у них хотя бы есть понимание, как это сделать наименее кровавым способом. А Кристина словно выдирала из себя голыми руками живое бьющееся сердце. Со Джун очень переживал, глядя на это, учил Кристину разным фишкам и техникам, но она все равно стойко срывалась в стихийную игру.       Природник, мать твою!       Кристина и сама за собой это подмечала, но находила какое-то странное удовольствие в том, чтобы делать все на полную катушку на съемочной площадке. Таким вот, кровавым, жестоким к себе способом. Иногда Со Джун втайне ей даже завидовал. Потому что на этом этапе карьеры зачастую играл уже не он сам, играл его профессионализм: отстраненно, прагматично, по накатанной. Но он хотел снова делать это как Кристина — будто влюбляясь в людей, в события, в вымышленную действительность. Это было так трогательно и отважно!

* * *

      Еще один день рождения был на носу, и — самое смешное — в этот раз Кристина о нем помнила заранее. Только не могла придумать, что же подарить Джину, этому парню, живущему то в маске клоуна, то красавчика. Хотелось вручить ему что-то такое, чтобы он снова превратился в того трогательного мальчишку, который всхлипывал на вручении премии, рассказывая о том, как группа чуть не распалась. Ах, как хотелось его вытащить из панциря! Но что заставит его растрогаться? Что сделает его ребенком? Чему он действительно обрадуется?       4 декабря Джин пригласил Кристину и Со Джуна на свой день рождения, выразив надежду, что им удастся прийти. Это было сложновато организовать, но на пару часов ребята обещали вырваться. Вообще события шли до безобразия густо. 5 декабря заканчивались съемки, но на всякий случай еще давалось несколько запасных дней, чтобы спешно доснимать что-то, если понадобится. И уже после этих запасных дней вся команда планировала собраться и отметить окончание работы.       Премия Mnet Asian Music Awards ждала Кристину 6 декабря, а вот сама девушка мечтала, чтобы наступило седьмое число. К своему стыду, она и правда хотела, чтобы все тупо закончилось, а в ее расписании появились только выходные.

* * *

      Единственный и безоговорочный плюс ее нынешнего адского расписания был в том, что бантан будто прорвало. Они не могли быть рядом, зато написывали ей много поддерживающих, теплых сообщений. Ребята смотрели дораму, давали свои отклики, делились чувствами, сочувствовали героям. Это было так мило с их стороны!       Кристина не особо верила их похвалам. Они вели себя в точности как бабушка или мама, которые похвалят тебя даже за открытку с приклеенным узором из макарон. Которые поставят тебе единственные два лайка, даже если весь мир против и не торопится тебя любить. Девушка считала, что парни вошли в режим этаких «куриц-наседок», которые с восторгом смотрят, как их вылупившийся цыпленок учится переставлять лапки. Почему у нее было такое странное чувство? Наверное, потому, что от них она практически не слышала ни слова критики.       А ведь дораму приняли неоднозначно. Не все нравилось, аудиторию штормило. Публика разделилась на два лагеря. Кто-то категорически не хотел соглашаться с сюжетом и подачей, но при этом продолжал смотреть из какого-то «‎поперешного»‎ бунтарского настроения и желания накопать еще больше доказательств, почему эта дорама плоха. Эти люди смотрели серии, всегда держа под рукой свой верный говномет. Они беззастенчиво желали героям адских мук и страшных смертей, не подозревая, что уже опоздали со своими пожеланиями. На всех героях уже лежала тень гибели... Все было трагически предрешено...       «‎И тот, кто направляет их корабль, уж поднял парус...»‎       А некоторые зрители приняли историю сразу, и Крис была благодарна этим удивительным корейцам, которые поняли ее душу. Все же это такой избалованный дорамами народ! Попробуй удивить их, рискни с ними поиграть, постарайся захватить их внимание, заставь их сердечки стучать, а слезки — проливаться. Это было непросто! Но дорама упорно требовала от зрителей: «‎Впусти меня!»‎ — и они впускали. Открывали свои двери. Не оставляли Крис за порогом, на холоде.       Со Джун успокаивал Кристину тем фактом, что ни одной дораме не удалось избежать хейта, ни одна не зашла всем и сразу. Он приводил в пример какие-то цифры и объяснял, что у них еще хорошие прокатные показатели, а рейтинги вообще неожиданно высокие. Режиссеры и продюсеры тоже говорили что-то воодушевляющее. Что ж, они довольны — и хорошо. Сама Крис уже не особо концентрировалась на деталях. Ей достаточно было знать, что кто-то смотрит и видит главное — любовь, которую ищут и желают герои.       Последние дни съемок она хотела только одного — донести это до зрителей своей игрой. Кристина стремилась не запарывать дубли, давать много материала, предлагала массу своих визуальных идей, чтобы кинокартинка выглядела красиво и вирусно. Она очень старалась, до последнего дня, до финального часа съемок, до тех самых минут, пока все не начали хлопать друг другу, поздравляя с окончанием работы.       В общем, поэтому как-то так вышло, что к 4 декабря она была в хлам. Выжата как лимон. Весь съемочный период Кристина держала себя в тонусе — даже в гипертонусе — и не позволяла расслабляться. Поэтому никто и не замечал, что девушка находится на пределе возможностей. Но как только дали «‎отбой»‎, она разрешила себе ничего не изображать и... раскисла. Усталость хлынула в нее потоком, отразилась на лице, потушила блеск в глазах. Занавес. Все, можно стереть улыбку с губ.       И когда Со Джун увидел Крис непосредственно перед вечеринкой Джина, ему бросилось в глаза, как она похудела, побледнела и вымоталась. Девушка была роскошно одета, отлично накрашена и причесана, но ее взгляд был потухшим.       — Крис, может быть, отвезти тебя домой? Ну... В смысле — в отель? — озадаченно спросил Со Джун. — Я могу извиниться за твое отсутствие.       — Нет-нет, я Джину обещала, что приду... А еще раньше я обещала, что ему достанется много всего в день рождения, — бесцветно сказала Крис. — Я не могу просто не прийти... Он, конечно, не будет сердиться, я знаю! Но мне будет неловко, что я обманула.       — Думаешь, он будет рад, если ты придешь такая усталая? — Со Джун заглянул ей в глаза.       — Я... в порядке, — неубедительно пробормотала Крис. — Спасибо за заботу, Со Джун, правда... Знаешь, я бы выглядела лучше, если бы поспала хоть полчаса.       — Чем же тебе помогут полчаса? — удивился Со Джун.       — Это power nap называется, — кисло улыбнулась Кристина. — Я умею так по-быстрому спать посреди дня и восстанавливаться. Минут по 20-30.       — Давай, пока мы едем, ты поспишь в машине? — засуетился Со Джун. — Я устрою тебе место. У меня даже и подушка есть.       — Звучит чертовски хорошо, Со Джун, — Кристина прямо ожила, предвкушая отдых. — А что, правда? Можно?       Актеру очень хотелось помочь своей партнерше, он проникся к ней симпатией и уважением за время съемок. И он готов был сделать сейчас что угодно, чтобы она почувствовала это.       — А твой макияж не пострадает? — парень подумал, что Крис не захочет выглядеть потрепанной, помятой и с размазанной косметикой.       — Ну, если ты не будешь везти меня как дрова, то нет, — усмехнулась Крис. — Я обычно сплю очень аккуратно, как упала — так и встаю.       Со Джун быстро принялся обустраивать место для сна на задних сидениях. Взял в багажнике небольшой пакет с подушкой и пледом. Половиной пледа он застелил сидения, а второй половиной предложил девушке укрыться. Взбил подушку и положил ее поудобнее. Жестом предложил Кристине укладываться и чуть отошел в сторону, чтоб не мешать.       Она была в длинном платье и в таком же длинном тонком пуховике, поэтому ей предстояла нелегкая задачка улечься во всем этом. Со Джун предложил снять пуховик, чтобы не съезжать во время езды из-за слишком гладкой ткани. Девушка сначала села на ближайшее сидение, потом сместилась к середине, сняла кроссовки, оставшись в одних белых носочках. Затем стянула с себя пуховик и, скомкав, бросила его на переднее сидение рядом с водительским. А потом очень ловко улеглась на спину, вытянув на сидениях все тело.       Со Джун бросился ей помогать укрыться половинкой пледа, из-за чего возникло несколько странных запутанных движений, когда они оба сталкивались руками, или парень неловко задевал ее ладонями. Наконец Крис, поерзав и поискав наиболее удобное положение, устроилась. Ей пришлось чуть согнуть ноги, чтобы получилось закрыть дверь автомобиля, но в целом это не сильно мешало.       «‎Как кимпаб»‎, — вспомнила Кристина, улыбнулась, издала какой-то кошачий мяф и провалилась в сон. Со Джун тронулся в путь, слегка обалдевая от происходящего. Он много чего в жизни видел и делал, но это даже для него было странно. Никогда он не возил по городу спящих дам, особенно — спящих не с ним, а просто так, потому что им приспичило. Но это было волнительно и приятно. Он все время поглядывал в зеркало заднего вида на Кристину и почему-то улыбался, как дурак.       Подобраться к такой странной инопланетной девушке можно было только необычным способом. Он даже не представлял, каким. И за все время съемок ему не стало яснее. Несмотря на то, что они даже целовались. Но вот сейчас, кажется, он начинал понимать — стать к ней ближе можно через подобные ситуации, через заботу. Если так, то он просто с удобством доставит ее на мероприятие как лучший в мире напарник. Но Кристина жестоко обманула его. Они уже доехали до места, прошел целый час, а она и не думала просыпаться. Сначала Со Джун думал, что подождет немного ее воскрешения, но время шло, а девушка так и дрыхла.       Не шелохнувшись.       Не издавая никаких звуков.       Не подавая признаков жизни.       Стоял темный декабрьский вечер, на улице было влажно и промозгло, начали пролетать одинокие снежинки. Честно говоря, уже очень хотелось в тепло и комфорт, к столу, к веселой компании. Со Джун уловил в кармане вибрации телефона от пришедшей смс, открыл сообщение. Тэхён писал, что бантан их уже потеряли. Где их вообще черти носят?       Пришлось ему ответить, что Крис спит у него на заднем сидении и, кажется, не собирается вставать очень долго. Поэтому он сейчас осторожно выйдет, закроет девушку в машине и придет к ним. Но Тэхён ответил, что сам хочет посмотреть на это чудо природы и сейчас спустится. Все же не каждый день увидишь, как Крис везут на мероприятие спящей.       Со Джун осторожно вышел из машины, почти бесшумно прикрыл дверь и теперь стоял возле автомобиля. Ох уж, эти мелкие! Вот обязательно им надо поглазеть, как девушка лежит рулетиком на заднем сидении? Видимо, они не могли поверить в то, что это не шутка. Думали, их разыгрывают? Через пару минут дверь открылась, и на пороге с шумом и гоготом появились макне-лайн и Джин. Актер сразу жестом указал им молчать и не орать на всю улицу. Со Джун подошел и вполголоса предупредил:       — Только не шумите. Не надо ее будить специально, стучать в стекло там... Пусть спит столько, сколько получится. Она очень устала.       — Нууу, ты обижаешь, — протянул Джин. — Думаешь, мы конченые? Конечно, мы не будем будить.       Ребята сразу снизили громкость, ринулись к машине и стали заглядывать в окна. Они черными тенями носились вокруг автомобиля, пытаясь хоть что-то разглядеть с разных ракурсов. Говорили почти шепотом.       — Но ты же хотел ее видеть на своем дне рождения, — тихо проговорил Чимин. — Подарки там хотел всякие, внимание...       — Она приехала — и это уже подарок, — картинно произнес Джин, улыбаясь и делая широкий жест руками. — Это даже больше мне нравится. Спящие гости на моей вечеринке — это вам не шутки. Кто еще таким может похвастаться?       — Да уж, повезло тебе, хён, — со смешком сказал Тэхён. — Для тебя у Крис нашлось кое-что особенное... Ты можешь посмотреть на то, как она все проспит.       — Мда... хотелось бы, конечно, пообщаться с ней, но если так, — Джин всплеснул руками, — пусть спит, а я потом устрою второй раунд.       — Ты серьезно, хён? — удивился Чонгук. — Отпразднуешь еше раз?       — А кто мне запретит? — Джин точно не шутил. — Что хочу, то и делаю. Хоть десять раз в году могу отпраздновать.       Парни беззвучно ржали и продолжали кружить вокруг автомобиля, как дементоры. Чонгук почти прижался головой к окну рядом с сидением, располагавшимся за водительским местом. Он внимательно разглядывал кокон из ткани и пытался увидеть еще хоть что-то, хотя бы минимальное движение. Голова Крис тоже была закрыта углом пледа, и он уже начал переживать, не задохнулась ли она там.       Вдруг он заметил, что плед сполз в сторону, из-под него показалось сонное лицо девушки, и наконец она распахнула глаза. И тут же вскочила, испугавшись того, что кто-то смотрит на нее через окно машины. Мало того, вокруг тоже ходили какие-то люди, а вот Со Джуна на месте не было. Спросонья Кристина действительно испугалась, ее сердце бешено застучало. Она покосилась в сторону окна, чтобы понять, что за тип на нее пялится, потому что он так и не уходил. Периферийным зрением она увидела, что он махал руками и подавал ей какие-то знаки. Да что, блин, им всем надо от сонного человека?!       Отстаньте.       Уйдите.       Пошли вон.       Девушка даже не сразу вспомнила, зачем она в машине, почему спит именно здесь, куда она ехала. В принципе, она готова была уточнить у окружающих и другую жизненно важную информацию: Где я? Кто я? Какой сейчас год? Только не у этих странных, выписывающих кренделя людей, конечно же, а у нормальных прохожих.       Наконец она осмелилась посмотреть в сторону окна. Каким-то непостижимым образом мутный тип превратился в улыбающегося Чонгука. Господи, как странно, что она его не признала сразу! Кристина потянулась к окну, чуть приоткрыла его и для надежности спросила:       — JK, это ты? Ты не снишься мне?       — Это я, Крис. Прости, что разбудил и напугал, — смеясь, ответил Чонгук и махнул парням рукой.       Тут же прибежали и остальные. В окно попеременно стали заглядывать мордашки Тэхёна, Чимина и Джина. На их волосах красиво осели снежинки, а носы слегка раскраснелись от беготни и выпитого алкоголя. Крис даже подумала, что они чуть-чуть похожи на оленей Санты.       Дурашки такие.       Детсадовцы.       Мальчики-зайчики.       Пупсы.       Хорошки.       — Ребяяяята, как я рада вас видеть, — улыбнулась Кристина, поняв наконец, что происходит.       — О, Кристина, ты проснулась! Пошли скорее к нам, — сделав большие изумленные глаза, сказал Чимин и тут же улыбнулся, отчего они сразу превратились в щелочки.       — Да, я сейчас... дайте мне минутку, — попросила девушка, оправляя одежду и сбившиеся пряди волос.       Ребята послушно умчались. Они сейчас были без верхней одежды и резвились, как дети, носились туда-сюда под легким снегопадом, кажется, во что-то уже играли. И в рыжеватом свете фонарей это выглядело так мило и трогательно! Кристина поймала себя на мысли, что хочет оставить в памяти эту картинку. Сердце заныло от какой-то щемящей тоски, хотя смотреть на них было так приятно!       Девушка отыскала в маленькой сумочке телефон и сфотографировала ребят. Без спросу, конечно, ну да ладно. Они бы все равно разрешили. Но узнав, что их снимают, они стали бы позировать и валять дурака. А Кристина хотела поймать их в спонтанном, самом естественном виде.       Крис наскоро надела кроссовки. Дверь автомобиля открылась, и Со Джун протянул девушке руку, готовый помочь ей комфортно выбраться. Кристина не отказалась от помощи, тоже подала свою руку, а второй зацепила плед, чтобы в него завернуться.       На улице было и прохладно, и тепло. Прохладно настолько, чтоб снег не превращался в дождь. Но тепло до такой степени, что можно было немного погонять на улице без верхней одежды. Воздух приятно пах озоном, свежестью, какой-то легкой морозностью. Крис почти забыла эти ощущения и запахи после отъезда из России, ведь в Калифорнии никогда не бывает такой погоды.       И вот сейчас ее накрыло какими-то волшебными ощущениями из детства: она стояла в пледе, задрав голову вверх и наблюдая, как сверху на землю опускаются снежинки. Не было никакого негатива, не было плохих воспоминаний, только волшебство.       Со Джун подошел к ней, тронул за плечо и показал, что держит в руках ее тончайший белый пуховик. Она сразу без слов поняла его, стянула плед с себя и отдала ему. Парень перекинул его через плечо и помог Крис одеться, придержав пуховик так, что ей оставалось только скользнуть в него руками. Ого, какой холодный! Это тебе не теплый нагретый плед.       — Спасибо, Со Джун, — улыбнулась Кристина. — Теперь мне намного лучше.       — А если серьезно... Как себя чувствуешь? — тихо спросил парень, пока не прискакали младшие.       — Я счастлива, — коротко ответила Крис.       — Вот так просто? Всего лишь поспав час с небольшим? — заулыбался и Со Джун.       — Да, вот так просто, — кивнула Кристина. — Все должно быть вовремя, понимаешь? Я правда тебе благодарна... ты дал мне отдохнуть, когда мне это было нужнее всего.       — Теперь ночь спать не будешь, режим собьешь, — Со Джун, сам того не ожидая, превратился в заботливую «‎мамочку»‎.       — Да нееет, буду спать. Мне все равно не хватило, — заверила девушка. — Не переживай, мне еще долго восстанавливаться.       Осадки все это время понемногу усиливались, и вот уже земля покрылась тонким белым мерцающим слоем снега. Но прямо сейчас вдруг начался такой сильный снегопад, что все бросились обратно, к входу в здание, под большой навес. А Кристина все стояла и смотрела на снег, падающий сверху.       Она еще немного пособирала снежинки руками, половила их ртом, и пошла вслед за остальной компанией. Когда она подошла к ребятам, они смотрели на нее так, словно видели впервые. Кристина всегда была странной, да, но сейчас было заметно, насколько она другая. Непонятная. Ее волосы покрылись снегом, распахнутый белый пуховик и темно-синее длинное платье, подаренное после съемок, напоминали сказочный, фантазийный наряд. Она поднялась по ступенькам к ребятам, стала еще ближе. Теперь было видно, что у нее даже на бровях и ресницах осели снежные крупинки, из-за чего они стали белыми.       — Ты выглядишь как Снежная Королева, — не удержался Джин. — Наверное, это ты наколдовала снег?       — Я подарила его тебе, балда! — улыбнулась Крис. — Специально пригнала из холодных краев снежные тучи и высыпала снег прямо здесь, пока ты гулял... Чтоб ты мог насладиться.       — Вааау, спасибо тебе большое! Ты меня прямо балуешь сегодня, — подыграл Джин.       — Не благодари, — по-королевски высокомерно бросила Кристина и прошествовала к входу.       — Я очень люблю снег, — озадаченно пробормотал Чимин. — А ведь действительно, как только мы вышли, пошел снег.       — Это и для тебя, Чимин, — улыбаясь через плечо, сказала Крис.       Парни почему-то продолжали стоять и таращиться, хотя Кристине уже очень хотелось попасть в тепло. Она открыла дверь, почти вошла, обернулась на них, склонив голову на бок. Стоят как истуканы! Да что не так-то? Они что, не поняли, что это шутка?       — Эй, вы тут в снежные статуи решили превратиться? — нахмурилась Крис. — 가자, а ну, пошли! Я есть хочу!       — Вот это я понимаю, вот это разговор! — Джин ломанулся вслед за ней.

* * *

      Оказалось, что часть роскошного здания цилиндрической формы, в которое сейчас вошла Кристина, отводилась под какой-то новомодный звездный ресторан. Туда-то их и пригласил Джин. Он хотел было организовать что-то более интересное — выбраться в кемпинг, на природу, в необычные места — но погода в последние дни обещала быть нестабильной, ветреной и снежной. Да и выступление на MAMA ожидалось со дня на день, было не до поездок.       Поэтому самый старший в группе решил ограничиться хорошим проверенным заведением, отличной кухней и добротным алкоголем. Ведь все будет только для своих. Они поймут. Их не надо впечатлять чем-то вычурным. К тому же, посорить деньгами ради лучшего в мире угощения можно было и здесь.       Итак, это было необычное круглое помещение, и все в нем располагалось так, чтобы нарушать геометрию и бить по восприятию, что люди воспринимали как новизну. Это было популярное место для знаменитостей, они с радостью выкидывали здесь кругленькие суммы за сервис, медийность и восхитительные деликатесы. Удивительно, что Джин в принципе выбрал это заведение, оно же прямо противоречило его панковскому характеру. Так-то мог и пиццы на всех заказать, было бы прямо в его духе.       Когда наконец вся заснеженная братия дошла до праздничного стола, хён-лайн поздоровался с Кристиной и Со Джуном. Гостей усадили за стол рядом, начали расспрашивать.       — Где вы так долго пропадали? — недоуменно вскинул бровь Юнги.       А потом увидел, что они мокрые, с подтаявшим снегом на волосах и влажными пятнами на одежде, и все понял без слов.       — А, понятно... Игрушки завезли? — усмехнулся он.       — Какие игрушки? Это мне Крис снег подарила, из самой России пригнала, — шутливо похвастался Джин.       — Ах, вот как! Кристина, а не халтуришь ли ты, когда даришь такие... ммм... самоисчезающие подарки? — улыбнулся Шуга.       — Юнги, я оценила твою ответную шутку, — Кристина молитвенно сложила ручки и улыбнулась тоже. — У меня есть и другие подарки для Джина... А снег просто случайно выпал. У вас вообще-то и без меня снег бывал в Корее.       — Это верно, снег для нас не редкость, — подтвердил Хосок, — но как же вы синхронно сработались сегодня!       — На самом деле, снег не при чем,— извинилась Кристина за долгое ожидание. — Простите, меня просто долго будили, я не могла проснуться... Спала... в машине.       — Надеюсь, ты выспалась? — заботливо спросил Намджун. — Выглядишь просто отлично!       — О, спасибо, Намджун! Да, мне сейчас намного лучше, — Крис мило улыбнулась. — Настолько хорошо, что я готова съесть слона.       — Это вы ее не видели до сна, — вмешался Со Джун. — Крис очень устала в целом от съемок и графика... Но давайте сначала поедим. Несите и накладывайте нам слона... или что у вас там?

* * *

      «‎Это что, каждый раз ее будет так трудно узнавать? Она все время будет казаться другой, незнакомой?»‎       Чонгук не понимал, почему возникал такой странный спецэффект: в переписке с ним представлялась одна Кристина, а живьем он сейчас ее словно не узнавал. Конечно, сказывалось то, что они долго не виделись. Люди могут отвыкнуть друг от друга. Но не настолько же!       Может, дело было в том, что в переписке она была только с ним и для него, это была связь между ними двумя. А вот когда Крис взаимодействовала с разными людьми, она раскрывалась с других сторон. Наблюдать за этим было иногда болезненно, но всегда очень интересно. То, как реагировали на нее, как реагировала она — это было любопытно.       Чонгук сегодня не боролся со своими ощущениями, просто констатировал факты: ему снова было тяжело, ревниво и гадко. Было неприятно видеть, что Со Джун привез Кристину на день рождения, что она спала в его машине, что он так активно проявлял заботу о ней. Да черт возьми, они вели себя так, словно стали близкими друзьями!       И, к сожалению, Чонгук помнил, что все сцены уже отсняты, а значит — он ее уже трижды поцеловал. Как в гребаной сказке, где все делается по три раза. Хотя какие три раза? Там же еще наверняка были дубли. А может, и репетиции. Тогда сколько раз это произошло? Триста? Твою ж мать!       Публика это увидит не скоро, до окончания показа дорамы еще оставалось больше трех недель. Но ревнивое воображение Чонгука никогда не подводило, поэтому он хорошо представил себе эти сцены в самом ужасном, ранящем его сердце виде. Сейчас, когда эти двое были перед ним не на экране, а живьем, ему стало совсем тяжело. JK не мог отделаться от ощущения потери, собственной брошенности, даже какого-то предательства со стороны Крис, хотя это было абсурдно.       И никакие разумные доводы из серии «‎это же просто работа»‎ не действовали, ничего не работало. Потому что без живого контакта с Кристиной он вообще переставал понимать, что их связывает. Да и связывает ли? Он чувствовал только острую колючую боль, которая сводила его с ума. Как будто он выпил какой-то адский мутаген, прожигающий его изнутри.       Хотелось уйти куда-нибудь подальше. Напиться. Или набить морду Со Джуну. Без причины, просто так. За первоклассную работу в дораме, во! За то, что оттачивал свои долбаные навыки на Кристине. За то, что слишком, падла, старался — а он точно старался! Хотел понравиться, проявить себя как лучший, блядь, kiss hunter. Какая-то темная, мрачная злость поднималась из глубины его души, и он не знал, что с этим делать.       Со Джун еще и вел себя так, словно Кристина пришла с ним, и она практически его девушка. Он положил руку на спинку полукруглого дивана так, что она была прямо за спиной Крис. Да и сидел непозволительно близко, повернувшись, даже устремившись к девушке всем телом. Еще немного — и будет ощущение, что он вот-вот обнимет ее за плечи. Вообще это был очень хозяйский, присваивающий жест. И очень говорящая поза. Она показывала его почти неприличную заинтересованность в Крис.       И Чонгук буквально кипел изнутри, но не мог этого показать. Замечал лишь, что Крис периодически отодвигалась от Со Джуна подальше, а тот снова и снова подсаживался ближе.       Когда дело дошло до вручения подарков, Кристина вырвалась из этой западни и решила какое время провести на ногах, даже не присаживаясь к столу. Это был даже не выход, а побег от слишком тесного внимания Со Джуна, от ощущения, что он нависает над ней. Девушка не понимала, что это на него нашло. Все же было нормально до того, как они пришли сюда. Зачем ее партнеру по съемкам понадобилось демонстрировать повадки самца? Делать вид, что они ближе, чем есть на самом деле? Что это сейчас происходило?       Кристина с радостью переключилась на милягу Джина. Поскольку она сломала мозг, придумывая, что же могло порадовать человека, который хочет собственное огромное здание, пришлось отталкиваться от его увлечений. Небоскреб она пока была не в состоянии подарить даже самой себе, поэтому девушка вспомнила все, что Джин любил делать: заниматься рыболовством, играть в игры, музицировать на гитаре, иногда читать.       Думала подарить гитару, но для этого надо было получше узнать, какую ему хочется. К тому же гитара — это про труд, а не про веселье. С рыболовством просто не хотелось связываться, потому что это было слишком далеко от нее, да и чересчур просто. А вот сфера игр ее тоже интересовала и показалась перспективной.       Подарить игрушки 30-летнему парню оказалось отличной идеей. Это был способ напомнить ему о том, что он совсем не стар, что время не утекает сквозь пальцы, а он не обязан чувствовать себя динозавром. Кристина помнила, что всех корейцев клинит на возрасте, и часто из уст даже молодых людей звучит что-то вроде «‎когда-то я был молод, а теперь стал старше, и у меня все болит, помогите бедному деду»‎. Абсурд, но она такое слышала даже от людей, которые выглядели как ее младшие братья и сестры.       Джину было просто необходимо сделать прививку от этой дури, поэтому Крис подарила ему несколько игровых приставок: самую новейшую и самую дорогую Xbox с большим комплектом свежих игр, а вдобавок к ней — первые Nintendo и Sega. Эти ретро-приставки очень ценились в среде гиков, поэтому Крис не прогадала, а Джин оценил подарок.       Он был очень доволен и растроган еще и потому, что Крис сказала ему много приятных слов. Она похвалила парня за то, что он продолжал хранить в себе детскость — того самого мальчика, с которым стоит советоваться всю свою жизнь и о котором никогда нельзя забывать. Даже тогда, когда ты становишься владельцем небоскребов и обладателем кучи рекордов и наград. Кажется, речь Кристины подействовала на Джина сильнее подарков и всего контекста. Он так расчувствовался, что преодолел свое стеснение и заобнимал Крис до такой степени, что теперь впору было стесняться ей самой.       Чонгук почему-то совсем не ревновал Кристину к Джину, зато решил понаблюдать за тем, как на обнимашки отреагирует главный мачо этого вечера. И Со Джун явно был не в восторге от происходящего. Мысленно JK повеселился, глядя на его недоумение и растерянность.       Хах, этот красавчик знаком с Крис всего-то месяц с небольшим. И он пока не понял, что эта девушка умела сбить спесь с кого угодно. Поди разберись, кому она нравится! Но очевидно, что не тебе одному. А уж если попытаешься понять, кто нравится ей... Чувак, это бесполезно, ты все равно не узнаешь. Она не покажет.       «Оставь надежду всяк, сюда входящий»‎

* * *

      Но Со Джун, похоже, не оставлял надежды показать, как он стал близок с Кристиной. К тому же, разговор опять свернул в обсуждение дорамы и всяких тонкостей актерской игры.       — Ну и как вы в итоге оцениваете совместную работу? — игриво спросил подвыпивший Тэхён. — Получилось? Понравилось?       — Я думаю, что все сложилось, — сдержанно начал Со Джун. — Лично я доволен тем, что получилось, сюжет очень драматичный, и скоро вы это прочувствуете.       Кристине не хотелось обсуждать дорамные дела. Ну почему, как только корейцы выпивают, становятся такими болтливыми? Как же их заткнуть? Как переключить на что-то другое?       — Многие СМИ пишут, что между вами возникла настоящая химия, — закивал головой Намджун. — И кажется, я это вижу.       — Да между ними вообще искры летали, — не унимался Тэхён. — А сначала Кристина очень боялась играть в дораме, помните? Ее пугали сцены с поцелуями.       — Да ну? — самодовольно заулыбался Со Джун. — Она отлично справлялась... С первой же серии.       — Спасибо твоему профессионализму, — скромно сказала Крис, пытаясь оградить себя от дальнейших расспросов. — Это всецело заслуга Со Джуна, ребята.       — Единственная проблема, — продолжил свое «‎разоблачение»‎ актер, — Кристина не очень-то умеет играть... не умеет отстраняться от работы.       — Не понимаю, о чем ты, — вмешался Юнги. — По-моему, Крис отлично играет.       — Да, отлично. Только она не играет, — Со Джун выдержал паузу. — Она все это проживает по-настоящему. И поэтому очень сильно себя тратит. Для нее это очень выматывающе, ведь она буквально живет в кадре.       Со Джун говорил о партнерше очень поэтично, с восхищением, и только ревнивый мозг Чонгука сразу считал, что именно он хотел сказать: у Кристины на съемочной площадке был настоящий роман, а не сыгранный, она все делала от души.       — Наверное, это было очень трудно? — заботливо спросил Хосок Кристину. — Получается, ты все проживала, как в жизни?       — Систему Станиславского никто не отменял, — Крис начинала выходить из терпения. — Все актеры пропускают через себя роль, добиваясь достоверности. Абсолютно все.       — Это правда, — согласился Со Джун. — Но новичкам сложнее всего. И Крис большая молодец, хорошо справлялась... Знаете, когда она плакала оттого, что «‎меня»‎ убили, вместе с ней рыдала вся съемочная команда...       — Ого, правда? — удивился Юнги.       — Реально! — горячо заверил Со Джун. — Плакали даже операторы... И режиссер утер слезу, хотя он чего только ни видал за свою карьеру! Я и сам... всплакнул, честно говоря... Еще подумал тогда: если по мне так убивается девушка... значит, точно меня любит.       — Спасибо нашему таланту и профессионализму! — подытожила Кристина, пытаясь улыбаться, а не скалиться.       Она сейчас была очень зла на Со Джуна за его длинный, развязавшийся от соджу язык. Но не могла же она раздувать из-за всего сказанного скандал: это ни разу не по-корейски, да и не хотелось выглядеть невоспитанной особой. Собственно, и злиться-то было не на что, ведь Со Джун ее, по сути, хвалил. Но это на первый, поверхностный взгляд. А из подтекста разговора следовало, что милая девочка-новичок слегка влюбилась в главного актера. Или не слегка? Вон, рыдала так, что все вокруг плакали. И это очень скоро покажут на телеэкранах, все сами смогут убедиться.       Кристина чувствовала себя как злая паинька: снаружи улыбалась, а внутри хотела убивать. Ей-богу, Со Джун нарывался изо всех сил! Какого черта он несет? Она играла с ним с удовольствием, но приписывать ей какие-то неземные чувства — это лишнее. С чего он это взял? Может, он думает, что нравится ей, вот и тешит свое самолюбие? Или, наоборот, хочет показать, что сам на нее претендует, что у него есть на это основания?       Кристина очень распереживалась, но так и осталась сердитой, злобной, злющей... улыбающейся паинькой и лапочкой. Сидела и молчала. Не могла же она встать и сказать: «‎Знаете, я вообще-то люблю Чонгука, и ни одна сцена с Со Джуном не заставила меня об этом забыть. А теперь живите с этим»‎.       Такое можно говорить только безбашенным героиням дорам. А ей нельзя, нет. Это попросту никому не нужно, Чонгуку в том числе. Зачем ей выставлять напоказ свою уязвимость и ставить его в неловкое положение? Оставалось только терпеть. И все же... вот бы сказать им такое! Хотя бы их челюсти на полу увидеть. Было бы круто!       — Слушай, Со Джун, а как вы в итоге целовались? Смущались? — вдруг насмешливо-ехидно спросил Тэхён. — Не верю, что у вас могли возникнуть с этим проблемы... Хотя обычно актеры говорят, что это самые сложные сцены.       — Эй, да все было прекрасно! Кристина отлично целуется, — Со Джун улыбался, как победитель. — Было очень приятно.       Крис чуть не упала. Чуть не провалилась сквозь землю. Чуть не сгорела со стыда. Почему ей так безбожно стыдно? Если бы она могла сейчас умереть, непременно бы это сделала, потому что ее партнер по фильму зашел уже слишком далеко.       — А ты, Кристина, что скажешь? — хитро спросил Чимин. — Как это было?       — Да, сложно... Вол-нительно, — еле-еле выдавила Крис, чувствуя, что JK сверлит ее взглядом. — Но мы справились, как настоящие профессионалы... Давайте больше не будем об этом говорить, пожалуйста?       Девушка цеплялась за «‎профессионализм»‎, потому что он позволял ей отстроиться от всех этих фантазий о химии между ней и Со Джуном. Она старалась подчеркнуть: это была только работа, еще раз работа и ничего, кроме работы. Ей не нужны были буйные фантазии, которые легко могли родиться из слов Со Джуна. Во всяком случае, Крис казалось, что надо было сделать на этом акцент.       Однако Чонгуку это не приносило никакого облегчения. Какая разница, умело или неумело твоя любимая девушка целуется с другим парнем, если тот заявляет, что ему было приятно? Увы и ах, тут никакие объяснения не лечат.       — Я жалею, что было мало таких сцен. Мы могли бы еще лучше прочувствовать друг друга, — зачем-то снова брякнул Со Джун. — Как думаешь, Крис?       — Со Джун-щи, пожалуйста... — Крис умоляюще посмотрела на него и отрицательно замотала головой.       — Да что такого? Я же просто размышляю, — актер, видимо, не собирался оставлять эту тему. — Думаю, можно было доснять романтических сцен, да погорячее...       — Со Джун... — голос девушки звучал почти обреченно. Она начала и бросила фразу, видимо, не надеясь, что ее слова услышат.       — Кристина же сказала, что не хочет это обсуждать, — суровым тоном произнес JK. — Что из ее просьбы тебе не понятно?       Актер озадаченно посмотрел на макнэ, словно не понимая, как он вообще посмел что-то сказать.       — Эй, Чонгук, а ты чего вмешиваешься? — слегка завелся парень.— Мы с Крис вообще-то обсуждаем творческий процесс.       — Вы ничего не обсуждаете, если она попросила не делать этого, — жестко сказал JK. — Хватит, угомонись.       Над столом повисла тишина. Кажется, атмосфера становилась изрядно пьяной, нестабильной, недружественной.       — Чонгук, ты ничего не перепутал? — слегка офигел от наглости макнэ Со Джун. — Не хочешь поговорить об уважении к старшим, например?       — Это ты перепутал, хён, — спокойно ответил Чонгук. — Если это разговор об уважении, тогда прояви его к своей коллеге... Или что, на нее уважение не распространяется?       — Да что ты... такое несешь? — возмутился Со Джун. — Может, выйдем и наедине поговорим?       — Давай выйдем, я не против, — не смутился Чонгук.       Парни встали и пошли на выход. Все присутствующие провожали их недоуменными взглядами и начинали волноваться.       — Только этого сейчас не хватало, — пробормотал Намджун с тревогой в голосе.       — Да все нормально, Со Джун не станет его бить, — заверил Тэхён. — Он же не любитель силовых методов.       — Что значит — не станет его бить? Чонгук и сам может навалять вообще-то, — напомнил Джин. — Он давно уже не малыш.       — Никто никого не станет бить, я думаю, — глубокомысленно произнес Юнги. — Не из-за чего. Они просто поговорят.       — Все равно это лишнее, не люблю конфликты, — пояснил Намджун. — Ни участвовать, ни наблюдать за ними мне не нравится.

* * *

      Чонгук совершенно не переживал из-за того, что Со Джун старше него на девять лет, не испытывал перед ним робости. Более того, он все же уважительно к нему относился, поэтому не стал бы его бить. Это настроение прошло. Он просто хотел как-то обозначить границы дозволенного. И, вероятно, дать понять, что Кристина находится здесь не просто так.       Старший начал.       — Ну, так чего ты на самом деле хочешь, Чонгук? — спросил его Со Джун. — Выставить меня дураком?       — Дураком, если надо, ты и сам себя отлично выставишь, — усмехнулся JK. — Нет, я только хотел, чтобы ты отстал от Крис с этими разговорами.       — Какая забота! А тебе-то что с того? Какая польза? — Со Джун хотел вывести Чонгука на настоящий разговор.       Однако JK и сам не стал скрываться и прятаться за мифическими причинами, придумывая отговорки.       — Мне нравится эта девушка, — прямо сказал он. — Я хочу, чтобы ей было хорошо и комфортно.       Со Джун порядком обалдел от такой прямолинейности. Эти мелкие — прямо как герои фильмов. Вечно говорят то, что думают, но о чем их не просят. Ибо это не укладывается в иерархичный этикет. Совсем страх потеряли! Он решил морально притоптать Чонгука, показать младшему его место. Не сильно притоптать, а так, в воспитательных целях.       — Хм, что ж... раз уж мы так откровенны... Мне тоже нравится эта девушка, — ухмыляясь, сказал он. — И поверь, ей было хорошо, пока мы снимались... Если не будешь мешать, то дальше ей будет еще лучше... я уж позабочусь об этом.       Со Джун специально говорил эти двусмысленные фразы, они должны были сбить спесь с пацана.       — Съемки закончились, дело сделано, — не пасовал Чонгук. — А дальше вас ничего не связывает. Подумаешь, сниматься в романтичных сценах... Это же просто работа, она весь вечер об этом твердит, услышь ее.       — Она просто стесняется, — убежденно ответил Со Джун. — Ты не знаешь, какая она была со мной... Представляешь, так приятно было целоваться с ней... У меня на нее серьезные планы, честно скажу.       И снова Со Джун намерено подлил яду в свои слова. Чонгук ведь уже показал свое слабое место, можно слегка ударить, уколоть прямо в него. Но JK устоял на ногах.       — Я знаю, какая она, уймись, — твердо сказал Чонгук. — Мы целовались... гораздо раньше, чем ты дошел до этого по сценарию... И со мной она это делала не из-за работы... а потому, что... мы оба этого хотели.