Тату на моем сердце

      Чонгук не то чтобы удивился от слов, сказанных Кристиной: он уже понял, что девушка в него влюблена. Но услышать это своими ушами было так странно и удивительно! Он не привык это слышать в адрес «настоящего» себя. Многие люди говорили «Я люблю тебя» его образу, а не живому человеку. Не тому парню, которого знал лишь он один, а айдолу.       Почему-то Чонгук не мог проверить, что Крис видит его реальным. Возможно, она так же, как и другие, находится во власти заблуждений и иллюзий. Она любит классного парня, у которого всегда все получается, который со всем справляется, все может затащить. Сексуального, мужественно-брутального, бодрого, открыто улыбающегося, ни в чем не сомневающегося. Будет ли ей интересен тревожный человек, который очень боится облажаться и не понравиться? А ведь так оно и есть. Он боится быть некрасивым. Не лучшим. Страшится оказаться не первым, а вторым, а то и третьим в каком-то деле.       Он просто парень, который всегда сомневается, перепроверяет, анализирует, взвешивает, рефлексирует как дышит. Не такой уж веселый, скорее, скучный, прагматичный и не привыкший выражать истинные чувства. Это ему с Кристиной весело и интересно, она вся состоит из эмоций, писков, визгов и бесконечных нарушений правил. А он гораздо более скованный и закрытый. Разве с ним может быть так же интересно?       Да, он твердо стоит на земле. Но и в небо улететь ему значительно сложнее. Крис как гелиевый шарик, который только лови, а то его точно унесет за облака. А он, Чонгук, этакий стоунхендж, который вкопан в землю на века, как скала. Ходи вокруг, изучай, исследуй, зачем он тут стоит, ломай голову, строй гипотезы. Он и сам не знает, почему так, но он стоит здесь. Ему самому не объяснили. И Крис ведь ходит, изучает, хочет узнать его получше. И это льстит, очень льстит, магически подкупает. Всегда он чувствовал этот ее интерес к себе. Но все равно... Она его пока не знает.       JK вдруг очень захотел, чтобы она его любила вот таким. Просто как человека. Он скользнул под одеяло и прижался к ней всем телом сзади, обняв. Уткнулся куда-то в ее плечо, в волосы с ароматом ветра и соленых морских брызг. Хотелось длить этот момент особенно — больше, чем все другие.       Сейчас она спит и никуда от него не денется, не убежит, не ускользнет. И не будет ввязываться во всякие дурацкие шалости , не будет собирать на свою красивую жопку приключений, не будет рисковать собой. Сейчас она под контролем, под защитой, под его присмотром. И так, конечно, намного спокойнее жить — зная, что она под боком, рядом. Просто спит в его кровати, и ее всегда можно обнять.       Чонгук не смог удержаться и начал осторожно гладить Кристину, словно пытаясь доказать себе, что она не призрак, что она живая и настоящая. Ему надо было чувствовать ее кожу под своими ладонями, ощущать нежные мягкие изгибы и округлости. Она действительно здесь, в его руках, и это все еще шок.       Он осторожно убрал пряди ее волос с затылка, чтобы посмотреть, остался ли шрам там, где она сводила тату. Да, небольшой шрамик выделялся на коже более светлым оттенком и чувствовался на ощупь. Ничего, со временем должен пройти. Чонгук подумал, что если бы ему предложили найти на теле Кристины лучшее место для татуировки «Kiss here», то ее можно было бы набить везде. Абсолютно везде.       Он легонько коснулся губами шрама, снова втянул носом аромат и в который раз удивился тому, как она ухитряется так приятно пахнуть. Потерся лицом о ее волосы, зарылся в длинные шелковистые пряди. Крис, растревоженная его руками и губами, снова начала ворочаться и выбираться из плена его рук. В итоге развернулась и уткнулась лицом в его грудь, тихо дыша куда-то в область сердца и обхватив рукой его талию. Это было трогательно и волнительно. JK почувствовал, как у него внутри что-то размягчается, плавится и утопает в нежности.       Возможно, она и не вспомнит наутро, что пробормотала ему спросонья. Ему подумалось, что она ни за что не скажет подобных слов, когда проснется. Максимум — скажет, что он ей «нравится». Это универсальное слово, которым все отделываются друг от друга, почти формула речевого этикета. Оно такое же плоское, как лист кима. А «люблю» — объемное, выпуклое, как тиснение на кожаных наручах воина. А еще оно напоминает роскошное многокомпонентное блюдо, от каждого кусочка которого хочется говорить: «Вкусно!»       Утро покажет, что Крис об этом думает.       А мог бы он сам сказать ей, что любит? Ведь он уже чувствовал, что его переживания никак не укладываются в формат обычных фраз «ты мне нравишься» или «я хочу тебя». Наверное, мог бы. Но JK не хотел показаться наивным дурачком, не знал, КАК сказать, чтобы это прозвучало вовремя и было правильно понято. Чтобы это не выглядело как прием, чтобы уложить девушку в постель или услышать ее признание в ответ.       Может, надо отпустить себя, и просто дать этому вырваться наружу? Перестать контролировать себя, как параноик, и тогда оно само прозвучит, когда он будет на пике эмоций? Почему он вообще усложняет такую простую вещь? Удалось ведь ему потерять голову, пока они неистово предавались страсти. Он когда-то думал, что ни с кем не сможет такого испытать, и все же это с ним случилось. Крис сделала его на какое-то время диким зверем. И JK не мог сказать, что это было плохо или стыдно. Ему понравилось. И это тоже было про любовь — земную, телесную, физически выраженную.       Мысли Чонгука снова свернули не туда, и он начал в красках представлять то, что с ними уже было, и то, что еще можно было сделать с Кристиной. Пришлось остановить поглаживания и чуть отстраниться, а то получилось бы, что он пристает к своей спящей девушке.       Ничего не изменилось. Она снова, как когда-то, мешала ему спать, только теперь еще более бессовестно. Надо хотя бы заставить ее надевать пижаму, потому что когда она голышом, очень велик риск спонтанного возбуждения. Однако Кристина, почувствовав, что стало прохладнее и тепло куда-то делось, снова прижалась к нему. Чонгук мысленно чертыхнулся. И вот как ему спать, когда такой беспредел творится?

* * *

      Выспаться все же удалось, но встали ребята поздно, уже днем, даже с намеком на вечер.       Кристина вспомнила, что много часов не проверяла телефон и не смотрела, что происходит во внешней среде. Ведь здесь, в их мире, наконец-то была жизнь, насыщенная и яркая. Не хотелось выныривать из этого пространства в большой мир, к другим людям. Поэтому Крис так и не взяла телефон. У нее есть девчонки, они все разрулят, в конце-то концов.       Завтрак в 16:00. Вот это они силачи, конечно. Хорошо, что у Чонгука запасов провизии на неделю, да и вчера он приготовил так много, что теперь можно было пару дней просто ползать за едой на кухню.       Что касается одежды, Кристина и не пыталась одеваться в тот наряд, в котором пришла — это было бы слишком неудобно, если она собралась тут пожить. Пока что пижама на голое тело ее вполне устраивала.       Чонгук предложил Крис выбрать что-то из его гардероба, если ей захочется одеться как-то иначе, но девушка отказалась. Ходить в его oversize-футболке или рубашке — что может быть лучше? Ей безумно хотелось отжать у него какой-нибудь шмот, но почему-то казалось, что это слишком банально и ванильно. Или хотелось, чтоб JK настоял, надел на нее это сам, своими руками. Они все еще проверяли друг друга «достаточность заинтересованности».       Собственную одежду Кристины Чонгук собрал и аккуратно сложил на стул, что несколько удивило девушку. Даже белье он сложил в два разных пакетика: лиф — в один, трусики — в другой. Гольфы упаковал в третий. Все это было относительно чистым, потому что продержалось на ней не дольше пары-тройки часов, но JK все равно предложил услуги стирки. При условии, если даме этого захочется, конечно же.       Ах да, он же чистюля и педант! Крис не возражала. Если Чонгуку нравится быть таким, пусть будет. Любящий чистоту парень гораздо приятнее в быту, чем грязнуля, которого еще надо обучать не быть свинотой. Кристина вспомнила опыт предыдущих отношений и поморщилась. Хвала небесам, теперь ей досталась совершенная конфетка, а не парень, буквально чупа-чупс.       Девушка подумала, что уровень мужчин, которые оказывались теперь в ее поле, значительно возрос. Это и ее заслуга, она ведь тоже выросла и стала круче. Никогда она больше не согласится на меньшее или худшее! Нет, она не собиралась менять Чонгука на кого-то другого, но если бы между ними что-то пошло не так, она бы никогда больше не спустилась на уровень ниже. Только выше. Хотя... Возможно ли, чтоб было еще лучше? Думать об этом не хотелось. Она хотела быть с этим человеком, если уж не врать себе. Долго. Так долго, сколько получится.       Завтракая друг против друга, они мило улыбались и молча переглядывались. Кристина вдруг почувствовала смущение, когда заметила на себе пристальный взгляд Чонгука. Что он там о ней думает, что за мысли гоняет? И Чонгук сказал в ответ на ее раздумья как раз то, что она побоялась бы спросить.       — Кристина, знаешь, — он очень серьезно посмотрел в ее глаза. — Я не только об этом думал, когда смотрел на тебя... Не только... о сексе.       — Да... я знаю, — она уставилась так, словно хотела вложить в свой взгляд доказательство того, что доверяет ему.       Крис поняла, что JK говорит правду. Она поверила ему сразу, нипочему. Точнее, срастив все факты, которые были в ее распоряжении. Чонгук не раз показал, что его отношение к ней стало более серьезным, чем желание исключительно трахнуть. Чтобы разрядить обстановку, Крис сказала, усмехнувшись:       — Что ж, Чонгук-щи, я тоже... думала не только о сексе, глядя на тебя.       — А ты думала о сексе? — вдруг радостно удивился он.       — Конечно, — улыбнулась она. — А ты считаешь, я святая, что ли?       — Ты ни разу себя не выдала, если честно, — Чонгук довольно хихикал. — Я долгое время думал, что вообще не в твоем вкусе.       — Ты в моем вкусе, JK, — проговорила Крис таким тоном, словно собиралась его съесть. — И да, я думала о сексе с тобой.       — Ох, это мне нравится, — JK улыбался все шире и начал невольно «флиртовать» бровями. — А... О чем именно ты думала? Что представляла?       — Не буду рассказывать, — Крис нахмурилась, а потом снова посветлела. — Лучше покажу на деле.       — Мы что-то уже делали из этого? — выпытывал Чонгук, улыбаясь.— Ну, из того, что ты представляла?       — Конечно, но... самую малость из этого, — хитро сощурившись, сказала Крис. — У меня богатое воображение!       — Ооо... хорошо, я понял, — JK нетерпеливо потер руки. — Учти, я все запомнил. Ты обещала показать, и теперь не отвертишься.       — Хотя, может, это...банально и скучно? — Крис включила «режим дразнилки». — Может, это ерунда, не стоящая твоего внимания?       — Эй, не начинай увиливать, ты обещала! — возмутился JK, посмеиваясь. — У меня и свои фантазии есть, я их тоже собирался воплотить.       — JK, ты и так меня очень удивил, серьезно, — Кристина даже покраснела, вспоминая, с чего все началось. — Ты уже перевыполнил план.       — Ты так мило смущаешься, Кристина, — усмехнулся JK, делая акценты на определенных словах. — Словно и не делала ночью всего того, что было. Ты тоже меня очень, очень удивила.       От последних слов Кристина вскочила из-за стола, чтобы удрать от него подальше и не выдать свое смущение еще больше. Ну вот, что на нее опять нашло? Как это возможно: говорить пошлости, сосать, стонать под мужиком, а потом разом провалить операцию и краснеть, как идиотка? Почему она не может выдержать этого всего, почему ей становится неловко и стыдно?       Чонгук перехватил ее где-то на полпути в ванную, куда она помчалась, толкнул к стене.       — Эй, не убегай... ты чего? — мягко спросил он, нависая над ней. — Я же не сказал, что это плохо. Наоборот, все было прекрасно.       — Я... слушай... я просто, — Крис не могла собраться с мыслями, потому что JK обнял ее, наклонился и начал целовать ее в шею. — Я не такая уж развязная... как... могло показаться.       Он все целовал ее, скользя губами по шее, проходясь с обеих сторон, потом ниже, по ключицам и мягким очертаниям начала груди. Стянул вырез пижамы в сторону, поцеловал родинку на левом плече, заставляя Крис вздрагивать и зажмуриваться от этих ощущений. Его руки скользили по ее голой спине, с силой оглаживая и напоминая, как крепко они могут держать. Ох, что же он с ней опять делает? Она обвила его шею руками, поддалась, зарылась руками в его волосы.       — Я не думаю о тебе ничего плохого, и ты не думай о себе так, — полушепотом сказал Чонгук ей на ухо, опаляя дыханием и желанием. — Хочу сделать это с тобой много раз... Сотни, нет, тысячи раз.       Он думал ее этим успокоить? Точно не распалить? Точно не довести до помешательства? Кристина чувствовала, что у нее снова начинают подкашиваться ноги, хотя до этого ей казалось, что после такой ночи их телесные потребности закрыты на пару дней. Но нет. Она ошиблась.       — Тысячи раз? — переспросила Крис, пытаясь понять, много им отведено времени или мало. — Я... тоже хочу этого... Звучит очень круто.       — Значит, так и сделаем, — убежденно проговорил JK, прерывая ее дыхание своими губами.

* * *

      И они снова сделали это. Поцелуи, объятия, нежности — а дальше все было, как в тумане... Очнулись, валяясь на кровати в полном изнеможении, мокрые и довольные.       — Получается, все эти дни у нас будет рамен-фест? — спросила Кристина, пытаясь понять, как они опять оказались в постели голыми друг на друге.       — Давай называть вещи своими именами? — смеясь, предложил Чонгук. — Это, скорее, fuck-fest.       — Ммм, как по-чемпионски это звучит! — облизнувшись, сказала Крис. — Но, знаешь, чтобы фестиваль прошел «на ура», вообще-то... надо больше постараться.       — Разве мы мало стараемся? — JK сделал нарочито тревожное лицо и нахмурил брови. — Разве мы не молодцы?       — Я читала мифы о твоих матрасах, — Кристина улеглась на него сверху. — Но до сих пор я не была ни на одном. Мы делали это или на постели или... вообще в каких-то непонятных местах. Ты... покажешь мне эти чертовы мифические матрасы?       Чонгук рассмеялся. Уж очень таинственно Крис спросила его об этом, будто просила показать сокровища или раскрыть сакральные знания.       — Ох, Крис, я тогда так влип из-за этой темы, — смеялся он. — Хёны зачем-то сказали, что у меня в каждой комнате есть матрас, и army потом подкалывали меня: зачем мне столько?       — Все правильно, army знают в этом толк, — сказала Крис, обводя пальчиком узоры татуировок на руке Чонгука. — Сразу же мысленно уложили тебя на эти матрасы, спели колыбельную и почесали за ушком.       — Думаешь, все так невинно? — удивился JK. — Лично я читал комментарии и похлеще.       — Ну да, все верно... Кто-то, конечно, уложил тебя на эти же матрасы и трахнул, уж прости, — задумчиво пробормотала Крис. — Такое тоже есть.       — Да я привык уже, ничего особенного, — Чонгук погладил Крис по голове. — Но ты первым делом сказала про колыбельную и почесывание за ушком. Спасибо...       На последней фразе голос Чонгука дрогнул, и Кристина вдруг только по одному его «спасибо» поняла, как он нуждается в нежности. Просто в добром отношении, ласке, понимании, мягкости, заботе. Без попытки всегда делать из него брутала-нагибатора, который обязан всех удивлять своей мощью. Она подняла голову, оперлась подбородком на мускулистую грудь и стала внимательно всматриваться в его глаза.       — Что? — встревожился Чонгук, чувствуя себя все более странно под этим испытующим взглядом.       Крис грустно улыбнулась и помотала головой: ничего.       — Нет, правда, что? — нервно рассмеялся JK. — Со мной что-то не так?       — Все хорошо... Просто смотрю на тебя, — Кристина почувствовала, что ей начинает щипать глаза и хочется плакать от умиления и нежности, поэтому она снова легла головой ему на грудь, спрятав взгляд. — Прости этих army... они же все равно тебя любят.       — Да, понятное дело, я не в обиде, — немного удивленно пробормотал Чонгук. — Я могу понять... Просто этого... очень много... в моей жизни.       — Они тебя любят, но у них ничего нет, только... фантазии с тобой, — заступалась Крис за army и за себя, потому что хорошо помнила, как сама была влюблена в образ JK. — Поверь, в них много, очень много настоящей любви и восхищения.       — Я знаю... Я... буду помнить твои слова, — серьезно проговорил Чонгук. — Не буду переживать, что во мне видят только сексуальный объект.       — Конечно, не только объект, — подхватила Кристина. — Просто ты их восхищаешь и как артист, и как парень... Сложно не заметить в тебе мужчину, знаешь ли... Ты для многих идеал.       — Идеал — это хорошо. Это меня устраивает... Но знаешь, сейчас меня гораздо больше задевает не то, что фантазируют army, а то, что про тебя пишут твои парни-поклонники на Reddit*, — Чонгук покусал губы.       — А что они пишут? — Крис вскинула голову и уставилась на него. — Что-то плохое?       — Нууу... Я не буду тебе рассказывать. Не то чтобы плохое, но мне неприятно, — проворчал JK. — Извращенцы, вот они кто.       — Ну какой же ты балда, JK, это ведь то же самое, — засмеялась Крис. — Пусть себе фантазируют.       — Я ревную почему-то, — усмехнулся парень.— Пусть про других фантазируют... Не знаю, мне пока тяжело про тебя такое читать.       — Вот и не читай, — попросила Крис и начала осыпать его поцелуями, едва касаясь губами кожи груди. — Это не стоит твоей ревности, поверь.       — Слушай, черт с ними, у меня есть другой вопрос, — Чонгук вдруг ловко перевернул ее и уложил под себя. — Мне это покоя не дает.       — Спрашивай, — кивнула Крис. — Давай вернем тебе покой.       — Ты сказала мне тогда, что поехала ко мне, а не к Со Джуну, — начал JK, но не стал говорить дальше, изучая реакцию Кристины.       — Ну да, — растерянно поговорила девушка. — Тут же все и так ясно.       — А что, был вариант поехать к нему?       — Не понимаю, к чему ты ведешь.       — Он что, предлагал тебе это? — начал допытываться Чонгук, нависая над ней. — Намекал? Приглашал?       — А, ты об этом? Ну... Он намекал, видимо, — Крис решила рассказать все о знаках внимания со стороны своего напарника. — Тогда на вечеринке он сказал, что я ему нравлюсь... А потом... Пригласил в гости. Но не сказал это, просто написал сообщение.       — Так. В каких же выражениях? — лицо Чонгука стало жестким.       — Написал, что хочет показать мне своего питомца, песика Симбу, — пробормотала Крис, пугаясь выражения на лице JK.       — Вот чертов ублюдок! — Чонгук вскочил на ноги и как-то зло рассмеялся, упирая руки в бока. — Заторопился, урод... И что ты ему ответила?       Кристина села, натянула на себя одеяло и с интересом поглядывала на приятный глазу зад, который Чонгук спешно прятал в шорты. Так же быстро он надел и футболку.       — Я сказала, что у меня аллергия на домашних животных, — неловко улыбнулась Крис, не понимая, что так разозлило Чонгука, который и так уже примерно все знал.       — А у тебя аллергия? — с ноткой тревоги спросил он.       — Да нет же! Это я просто так сказала... чтоб он отстал от меня, — пояснила Кристина. — Я уже знаю, что это слэнг такой. «Пойдем посмотрим моего питомца» — это то же самое, что «давай займемся сексом».       — Умница, — похвалил JK и сел рядом. — Нет, этот парень все же нарывается... Я же прямо сказал ему, что мы с тобой встречаемся!       Кристина смотрела на Чонгука и никак не могла сообразить, когда они с Со Джуном успели обсудить это? И при каких обстоятельствах JK мог озвучить такое?       Они же начали встречаться официально всего несколько дней назад. И если верить хронологии, приглашение от Со Джуна поступило почти одновременно с почти таким же приглашением от Чонгука.       — Ты сказал ему, что мы встречаемся? Когда ты успел? — удивленно спросила Крис. — И почему он тогда все равно оказывал мне знаки внимания?       Чонгук тоже задумался. Потом вынырнул из своих мыслей и машинально сказал:       — Скорее всего, он не поверил, что мы встречаемся, поэтому и продолжил к тебе подкатывать.       — Да, видимо... Но... когда ты ему сказал?       — Еще 4 декабря, на вечеринке Джина, — сказал Чонгук задумчиво, не осознавая, что беспечно спалил факт, который был неизвестен Кристине.       — Чтоооо? — почти завопила она. — JK, ты в своем уме? Мы еще не встречались 4 декабря! Мы все это решили 29 числа, вспомни... Ты что-то путаешь.       — Нет, не путаю, — парень вздохнул, поняв, что сейчас придется объяснять этот сдвиг временного континуума. — Я действительно сказал ему это 4 декабря.       — Чонгук, посмотри на меня, — потребовала Крис, и он моментально ее послушался, взглянул ей в глаза. — А ты не мог и мне тогда же сказать об этом? Ты бы мне столько нервов сохранил!       — С тобой мы тогда еще не решили этот вопрос, поэтому я не мог этого сказать, — виновато объяснял JK. — Прости, я идиот.       — Господи, это выше моих сил! — расхохоталась Крис и повалилась на кровать. — Я все равно ничего не понимаю!       — Да, тупо получилось. Но я объясню тебе. Я ревновал, он бесил меня. Я был чертовски зол и хотел, чтоб он отстал от тебя, — в голосе Чонгука звучали нотки ожесточения. — Поэтому я так сказал ему, понимаешь?       Пока он говорил, Кристина тоже вскочила, не желая больше валяться голой во время такого серьезного разговора. Не прячась и не стесняясь, надела уже привычную пижаму. И замерла, скрестив руки на груди и кусая губы.       — Но ты же не знал, что мы будем встречаться... Как тебе такое в голову пришло? — спросила она, пожимая плечами.       — Нет. Я знал, что мы будем встречаться, — твердо ответил JK, повернув Крис к себе и серьезно взглянув в ее глаза. — Я именно тогда понял, что так и будет.       — Ох, жаль я в этих играх разума не участвовала, — буквально простонала Кристина. — Вы там что-то для себя решали, ребята, «делили» меня, а я... я вообще ничего не знала!       — Крис, ну прости, я осел, принимаю этот факт, — Чонгук приобнял ее за плечи. — Конечно, надо было сначала с тобой это все решить. Но я не со зла... Я не знал, как ты отреагируешь. Может, ты вообще отказала бы мне? Но тогда я смог бы отогнать этого типа от тебя... Хотя бы.       — А зачем тебе надо было отгонять его? — запальчиво спросила девушка. — Может, я его бы выбрала?       — Нет, пожалуйста, только не его, — попросил Чонгук каким-то странным голосом. — Только не его... У него... не лучшие намерения насчет тебя.       — Почему это?       — Не знаю, я так чувствую. Он смотрит на тебя... так плотоядно, — Чонгук поморщился. — Ничего хорошего у него на уме нет. Я не верю ему... И тебе бы не советовал.       — Наверное, ты прав, — задумалась Кристина и потерла пальцами лоб. — Он иногда странно себя вел.       — В смысле — странно себя вел? — насторожился JK. — Крис?       Девушка вспомнила этот странный «срыв» Со Джуна, когда он начал ее целовать во время их импровизированной «репетиции». От Чонгука не ускользнуло выражение ее лица, тень промелькнувших эмоций и то, как она передернула плечами. За этим явно скрывалось что-то большее, чем безликое нейтральное «странно». От каких-то мыслей или воспоминаний ей стало неприятно. Он мог поклясться, что увидел даже отвращение на ее лице.       — Крис? — позвал он ее. — Что он сделал?       — Да ничего... такого, — выдавила девушка, не поднимая глаз. — Ничего, просто... странный он тип.       — Кристина, он что... приставал к тебе? — сурово спросил Чонгук, начиная догадываться о каком-то происшествии.       — JK, я хочу сходить в душ, — Крис попыталась проскользнуть мимо JK, но он не пустил ее, остановил и попытался обнять. — Давай не будем больше это обсуждать?       — Кристина, ответь мне на вопрос, пожалуйста, — попросил парень, теряя терпение и воображая что-то совсем уж нехорошее. — Он приставал к тебе?       — Нет, наверное, — пожала плечами Крис.       — Почему «наверное»? Ты не уверена? — удивился Чонгук, понемногу раздражаясь. — Как можно не знать, пристают к тебе или нет?       — Иногда можно не понять, потому что ситуация двусмысленная, — сказала Кристина, глядя куда-то в пол. — Иногда есть ощущение, что я сама такое допустила... Своими бестолковыми действиями.       — Ты озвучила ему согласие? — сурово спросил Чонгук.       — Не совсем... Не на это.       — Черт, да что он сделал-то? — JK выглядел очень расстроенным. — Значит... Все же приставал. Ты бы легко сказала «нет» на мой вопрос, если бы он НЕ лез к тебе. Люди всегда такое чувствуют.       — Он... как-то раз... было такое, — нехотя стала рассказывать Крис. — Мы репетировали, и... как он объяснил потом, он сорвался.       — Больной ублюдок! — выругался в сторону Чонгук. — Что именно он сделал?       — Ну, он... стал делать это... по-настоящему. Зажал в углу... Трогал... Начал придушивать.       — Вот тварь! Теперь я хочу его убить еще больше, — вконец разозлился JK. — Почему ты не пожаловалась?       — Чтобы что? — нахмурилась Крис. — Чтобы его обвинили в харассменте? Чтоб был грязный скандал вокруг этого? Чтобы мою дораму закрыли?       — А разве не важнее то, что он вел себя непрофессионально, делал что-то против твоей воли? — спросил JK, но вдруг осекся.       — Может, и важнее, я не знаю, — растерянно возразила девушка. — Но он извинился... Сразу... Кажется, он даже испугался того, что сделал.       — 쉬발! Этого же не было в сценарии, и он не должен был, — Чонгук задумался и стал ходить по комнате взад-вперед, чтобы куда-то девать напряжение.       Кристина вдруг ощутила странное раздвоение, расщепление ощущений. Картинки воспоминаний накладывались у нее одна на другую, порождая парадоксальные образы. Со Джун, который прижал ее к стене, вдруг стал Чонгуком, который похожим образом удерживал ее, чтобы она не упала, когда она напилась на его дне рождения.       Кристина словно нашла себя внутри этих воспоминаний, схватилась крест-накрест за свои плечи, пытаясь вытащить правду о том, что же с ней происходило. Хотела вспомнить физические ощущения. Картинка безбожно двоилась, и девушка чувствовала, как ее целуют оба — и Чонгук, который сейчас кипятился по поводу ее партнера, и сам Со Джун.       Ей это кажется? Почему эти сцены так странно перекликаются? Это сплошной обман чувств? Может, ей этого очень хотелось, и мозг сгненерировал желанное «воспоминание», которого на самом деле не было?       Нет.       Нет.       Слишком реальное ощущение его губ.       Такое знакомое теперь.       О господи, неужели все так и случилось, а она попросту... забыла? Но как это возможно? Вот настолько она тогда была в отключке?       Внезапно она вспомнила и то, как он ее нес на руках, и то, как она ревела, и то, как спотыкалась в коридоре, стараясь успеть за ним, и жадные касания его губ.       — Чонгук, скажи, ты поцеловал меня тогда, на своем дне рождения? — вдруг в лоб спросила Кристина.       Парень опешил.       Его лицо вмиг помрачнело.       — О боже... Я боялся, что когда-то ты вспомнишь об этом, — он остановился и замер, не смея приблизиться к Крис. — Это то, за что я себя ненавижу.       — Значит, мне не привиделось? Это было?       — Да, — глухо ответил Чонгук, опустив голову. — Я сделал это. Как видишь, я ничем не лучше этого... Со Джуна. Такой же ублюдок.       Кристине стало больно и грустно. И оттого, что JK так себя называл. И оттого, что с ней не первый раз случалось что-то подобное. Наверное, это в ней какой-то изъян, раз с ней так поступают.       — Видишь, как на меня реагируют? — грустно проговорила Кристина и присела на краешек кровати. — Это я́ вызываю у людей такие реакции.       — Черт, Крис, нет, — запротестовал Чонгук. — Пожалуйста, не начинай винить себя, прошу!       — Видимо, меня так воспринимают... Как девушку, с которой так можно, — она почувствовала, что еще немного — и сдержать слезы уже не получится.       — Крис, это не твоя вина и не твоя ответственность, ты что? — JK все же решил, что лучше попробовать ее успокоить и получить нахлобучку, чем просто стоять в стороне.       Он сел рядом, осторожно взял ее за руку.       — Прости меня, пожалуйста, — сказал тихо и осторожно. — Я могу рассказать, почему все так вышло, и ты поймешь, что ни в чем не виновата.       — Вряд ли это что-то изменит, но... попробуй, — усмехнулась Крис, не поднимая глаз.       И Чонгук рассказал ей, как он тогда себя чувствовал: она была такой милой со всеми, такой соблазнительной и притягивающей взгляды. А он злился и не хотел, чтобы парни смотрели на нее с вполне конкретным мужским интересом.       Когда Крис опьянела, стала вести себя вообще по-панибратски, очень свободно и раскованно. И да, это казалось чересчур фривольным для корейцев. Провоцировала ли она парней на пошлые мысли? Скорее всего, да. Но это не значит, что он, Чонгук, не должен был держать себя в руках. Он должен был прекратить это безобразие и отправить ее в отель. Но он почему-то поступил по-другому. Хотелось сделать это первым, словно поставить метку на ней. Поэтому он поцеловал ее — из-за ревности, злости и желания сделать ее своей.       — Знаешь, я тогда думал, что ты никогда не захочешь больше меня видеть... ужасно переживал из-за этого, — признался JK. — И как же я обрадовался тому, что ты ничего не помнила! Это был шанс для меня...       — Мне приходили туманные видения несколько раз, — пояснила Крис. — Но я подумала, что все это мне приснилось... Или что мой мозг это придумал, потому что... ты мне нравился.       — Прости меня, пожалуйста, Кристина. Я поступил очень гадко! Я... отвратительный тип, — Чонгук отпустил ее руку, думая, что больше не прикоснется к Крис, пока она не попросит. — Мне нет оправданий.       — По сути, вы сделали примерно одно и то же, — грустно размышляла девушка. — Разница лишь в том, что Со Джун не нравился мне, а ты...       — Крис, если ты захочешь уйти сейчас и никогда со мной больше не общаться, я пойму тебя, — глухо сказал JK. — Я не смею тебя удерживать... Не знаю, сможешь ли ты меня простить.       Кристина помолчала какое-то время, переваривая обрушившиеся на нее воспоминания. И все же смогла выдавить из себя ответ, нашла для него слова.       — Очевидно, смогу... Я даже Со Джуна простила... А тебя, думаешь, не смогу? — голос Кристины зазвучал теплее и мягче. — Когда человек просит прощения и искренне раскаивается...       — Прости, я тогда еще не любил тебя... Наверное, только влюблялся, — быстро проговорил Чонгук, не веря, что буря миновала. — И еще... я очень хотел тебя. Практически с первой минуты, как увидел.       — Что? — девушка изумилась, услышав это полупризнание. — Еще не любил?       — Да, Кристина, все верно, — повисла небольшая пауза. — Я люблю тебя.       Оно все-таки вырвалось само.

* * *

      Они смотрели друг на друга во все глаза и не могли поверить в то, что говорили такое. Как будто они преодолели какой-то барьер, взяли новую высоту откровенности и открытости. Кристина чувствовала, что готова разрыдаться от переизбытка чувств, да и у Чонгука, как ей показалось, глаза были на мокром месте.       — Крис, я сказал это не потому, что ты простила меня. И не для того, чтобы ты простила, — Чонгук обезоруживающе смотрел ей прямо в глаза. — Я так чувствую.       — Я знаю, знаю, JK, — Крис замахала на него руками, чтоб он даже не думал, что она сомневается, а потом смогла и сама сказать о своем сокровенном. — Я... тоже... тебя люблю... Очень люблю.       Девушка хотела увидеть реакцию Чонгука на эти слова. И увидела. Как он смутился и растерялся. Но в то же время — как он ожил, заулыбался, засветился изнутри. Наверное, не ожидал, что в ответ на его признание ему прилетит столь бескомпромиссное заявление от Кристины. Но он точно был рад, она уже узнавала эту мимику удовольствия на его лице.       Крис подумала, что надо будет говорить ему это почаще. Чтобы привыкал. А то ведь сам себе он такого сроду не скажет. А ей совсем не трудно напоминать ему, какой он замечательный.       Чонгук и правда был страшно рад. Если бы мог, носился бы как Бам по всей квартире, нарезая круги. Но вместо этого он лишь сгреб Кристину в охапку и усадил ее к себе на колени, желая как-то закрепить их перемирие и решенный конфликт. Он чувствовал блаженство: она тоже его любит! Крис сказала это не спросонья, а в здравом уме и твердой памяти, зная про его косяк и простив его.       Они еще долго говорили потом, припоминая и обсуждая какие-то детали, прикидывая, как давно они покушались друг на друга, как долго присматривались и влюблялись. Вопреки опасениям, Чонгук не чувствовал себя скованным какими-то зверскими обязательствами. Наоборот, ему нравилось, что он смог сказать своей девушке о любви без всяких ссыкливых «а если». Ему казалось, что он поднял новый, более тяжелый вес в тренажерке, и поэтому чувствовал себя очень сильным. Он не какой-то там придурок, боящийся ответственности и последствий.       Он выбрал Кристину, а она выбрала его, и теперь они вместе. По любви, а не просто так. От этой мысли по телу разливалось теплая уверенность, что у них все будет хорошо. А Кристина могла бы поклясться, что JK никогда раньше не обнимал ее так крепко, да и весь вечер почти не выпускал ее из своих рук.       Неудивительно, что от такого сверхтесного контакта они снова оказались в постели. И даже добрались до пресловутых матрасов. Они оказались не мифическими, а настоящими и очень удобными. Кристина после всех страстей впервые спала на матрасе на полу, как типичные жители Кореи.

* * *

      Когда Кристина добралась до телефона, оказалось, что он напрочь разрядился. Еще бы, она уже больше суток не прикасалась к нему! Что особенно радовало — Чонгук тоже не залипал в телефоне, уделяя все время своей гостье. Может, были редкие моменты, когда он что-то проверял в нем, но в целом девушка этого даже не заметила.       Чонгук охотно проводил время с Крис, и пока они были друг для друга лучшей забавой. Вместо всех соцсетей и развлечений, вместе взятых. Опять же, они выяснили, что секс затягивает еще похлеще соцсетей, а лайки и охваты рядом не стояли с оргазмами. Это было приятным открытием.       Зато когда телефон зарядился, и Крис решила проверить его, на нее обрушился шквал пропущенных звонков и сообщений в разных мессенджерах: там было более 300 посланий и около сотни вызовов. И казалось, что минимум половину из них отправила обеспокоенная Джулия, которая с ума сходила от неизвестности.       Она вообразила себе ужасы в духе самых чернушных фильмов, уже практически «похоронила» Кристину и готова была обращаться в полицию. Видимо, Джулия подняла на уши всех, кого смогла, поэтому вместе с ней панике поддались Полина, брат Алекс, еще несколько ребят из команды Крис и даже мама, с которой девушка списывалась или созванивалась раз в неделю.       «Крисси, как ты там? Все ли в порядке?»       «Крис, ты так долго не отвечаешь... Я переживаю. Ты доехала до места назначения?»       «Неужели все так хорошо, что вы не можете друг от друга отлепиться? Я завидую!»       «Крис, это уже не смешно. Ответь мне пожалуйста, как только сможешь»       «Я очень волнуюсь. Может, этот парень маньяк? Он что, забрал телефон и держит тебя взаперти?»       «Ладно, трахайтесь до посинения, удачи»       «Крис, детка, я с ума схожу от беспокойства. А вдруг ты вообще не доехала до него?»       «Я уже не знаю, что думать. Написала всем. Обзвонила всех. Ты НИКОМУ не отвечаешь ТТ_ТТ»       «Что же мне делать? Что с твоим телефоном? Что с тобой?»       «Я думаю, ты села не в ту машину, тебя увезли в другое место, посадили на корабль, продали в рабство и сейчас ты обслуживаешь вьетконговцев. Иначе я не могу объяснить твоего молчания»       «Или тебя захватили террористы»       «Крис, ответь мне, пожалуйста. Я уже совсем не сержусь на тебя, просто найдись, пожалуйста»       «Я, между прочим, ни спать, ни есть не могу из-за тебя. Крисси, детка, пожалуйста, сжалься надо мной. Ты хочешь моей смерти?»       «В следующий раз я поеду с тобой. Мне пофиг. Буду у вас под кроватью лежать, следить, чтоб ты не пропала»       «Сколько можно заниматься сексом? Вы что, ненормальные? А, нет, вы просто кролики!»       «Наверное, ты просто на планете Миллер*. Тут прошло 12 часов, а у тебя всего минутка»       «Крис, я люблю тебя даже такой, когда ты мне не отвечаешь. Только будь жива, пожалуйста»       «Я готова обращаться в полицию, ты слишком долго молчишь. Это реально страшно. Господи, помоги мне!»       «Может, попробовать написать Чонгуку? А что, если он вообще без понятия, где ты? Так начинаются истории убийств. Ой, страшно-то как...»       «Теперь я знаю, кто в вашей паре отвечает за адекватность — JK. А ты отвечаешь за хаос и доведение всех своих близких до сердечного приступа»       «Он хотя бы ответил! Как же я сразу не догадалась ему написать?!»       «Но я все равно жду, что ты мне напишешь и все объяснишь»       «Посмотрим, что ты скажешь в свое оправдание! И не вздумай присылать фотки своего парня в качестве аргумента!»       «Чонгук — мой спаситель. Благодаря ему я могу есть и спать. Но мои поседевшие волосы уже не сделать черными, детка»       «‎Я обиделась на тебя. Какая же ты подруга, спрашивается, если так меня мучаешь? Если ты вообще забыла обо мне?»‎       «‎Я требую премию и возмещение морального ущерба. Я буду обращаться в суд! Я не потерплю такого обращения!»‎       «Крис, ты что, издеваешься? Ты же по жизни с телефоном в руках. Как ты вообще без него живешь?»       «Я поняла, он вытрахал из тебя весь мозг! И ты больше не в состоянии думать и разговаривать»       «Может, он прикидывается лапочкой, а сам эксплуатирует тебя? Неловко мне ему написывать как-то»       «Ладно, попробую отнестись ко всему философски. Когда-нибудь в иных мирах мы все же пересечемся. И знаешь что? Я не отвечу тебе, повернусь жопой и уйду»       «Крис, пожалуйста, ну не настолько же у тебя заняты руки и рот, что ты не можешь писать и говорить?»       «Еще немного — и я буду писать Чонгуку снова. Как знать, может, он уже отправил тебя домой, а ты снова уехала не туда?»       «Крис, жду еще пару часов. А после пишу этому твоему маньяку, который не подпускает тебя к телефону. На него я тоже зла!»       Хорошо, что на этом этапе Кристина сама ответила Джулии и смогла худо-бедно объяснить свое долгое молчание. Крис стало стыдно, ведь она и правда потеряла счет времени и вообще позабыла про всех, кроме JK. Джулия была взвинчена, обижена и раздражена, и вполне законно. У нее были на то все основания. Поэтому Кристине пришлось использовать все свои навыки красноречия и долго извиняться, чтобы хоть как-то успокоить подругу. А потом и всех остальных. Крис надо было обзвонить всех, кого растревожила ее гиперответственная помощница, и каждому дать порцию утешения.       Надо ли говорить, что почти все это время она просидела на коленях у Чонгука, который баловался тем, что мешал ей соображать. Он то начинал исследовать ее руками под одеждой, то целовал и ласкал ее грудь, то начинал так ее наглаживать, что Крис дико извивалась, ерзала и чуть ли не стонала прямо в трубку. Периодически она шлепала парня по рукам или отпихивала его от себя, но это мало помогало. Выбраться из клетки его рук было решительно невозможно.       Отомстить JK удалось только спустя сто тысяч разговоров и пару часов времени. Крис высосала из него все соки и была очень довольна собой. И, черт побери, как же классно Чонгук стонал, пока она это делала!

* * *

      Итак, первоначальный договор полетел в окно. Они передоговорились. Кристина жила у Чонгука уже пятый день, она совсем освоилась и привыкла к быту в доме своего парня.       Переоделась. Как она и хотела, JK сам сделал из нее модель и решил перемерить на нее всю свою одежду. Условно, подошло все. Был только один неприятный нюанс: Крис из всего выпадала и все на ней превращалось в оверсайз. Несколько футболок, лонгсливов и рубашек болталось не так безразмерно, поэтому их можно было использовать. Со штанами было сложнее: они все были длиннее, объемнее, их надо было сильно затягивать на поясе. Но зато Крис подошли шорты, которые Чонгуку были по колено, а на Крис превратились в модные кюлоты на три четверти длины.       Чонгук предложил заказать Крис какой-нибудь одежды с доставкой на дом, но потом передумал: вдруг как-то вскроется факт, что ему доставляли женскую одежду? Палить то, что у него есть девушка, он не хотел, не был готов. Проще было бы, если б Крис сама съездила за какой-нибудь своей одеждой, но ей было жалко тратить на это время. Поэтому она так и ходила по дому, как уменьшенная копия Чонгука. Его футболки были для нее как платья, и ему это ужасно нравилось. Он хотел, чтоб на его одежде остался ее запах, ее энергия. Было в этом что-то чертовски милое и трогающее за душу.       А еще JK нравилось, что Кристина становится с ним все свободнее, что она раскрывается и дурачится. То признание как будто сблизило их еще больше. И вроде бы это должно было связать их узами еще крепче, но они чувствовали себя все более окрыленными. В их отношениях было много чистого кислорода, воздуха и неба, в них можно было дышать, летать и стремиться все выше.

* * *

      Чонгук приподнялся на локтях и жадно смотрел, как Кристина сосет его член. Постанывая и издавая звуки удовольствия. Он был уверен, что это самое прекрасное и возбуждающее зрелище в его жизни. Иногда он поправлял рукой пряди волос, упавшие на ее лицо и закрывшие обзор. Ему нравилось, что сейчас он не направлял ее голову руками, не принуждал заглатывать глубже, никак не подталкивал. Она и сама так старалась сделать ему приятно, так трудилась над его членом своими нежными губами. И, черт побери, как же аккуратно и прилежно она отсасывала.       Он никогда бы не подумал, что можно делать подобные вещи мило и даже невинно. Сексуальность Крис была такой естественной и глубоко природной, что девушка явилась в его постель без всякой пошлости и вульгарщины. Она победила финальных боссов, не сражаясь. Она ничего не играла, не изображала дикую страсть, не заплевывала его член, как порноактриса, ничего не делала натужно и вычурно, но... он получал от ее действий дикое удовольствие!       Он к этому и стремился. Он это и хотел испытать — чистое наслаждение без грязи и пошлости. И Кристина умела это удовольствие создавать. Просто хотела его и отдавалась ему без остатка каждый раз. Искренне. Откровенно. И ее желание действовало на него как бустер, как катализатор всех химических реакций в его теле, как усилитель вкуса, как яркая приправа, возбуждающая аппетит еще больше, как афродизиак, от которого он становился как будто пьяным, но очень выносливым.       Невозможно было устоять, если она вдруг придумала тебя хотеть и оттрахать до полусмерти. Если она затеяла эту игру, в которой ты каждый раз оказывался побежденным и с пустыми яйцами. Он и сейчас уже сдался на ее милость, разрешая делать с ним все, что ей захочется. До того, как ему сорвет крышу, еще оставалось немного времени, поэтому пусть играет, резвится и пищит от эмоций, как она это любит.       Иногда у Чонгука и правда было ощущение, что Крис воспринимала его член как забавную игрушку, которую можно применить и так, и так, и еще вот так. Сюда повернуть, туда вставить, вот так спружинить.       Сделать «‎ыть»‎, «‎ВАУ!»‎, «‎оп»‎, «‎oops»‎ и «‎oops, I did it again!»‎       Сделать «‎ой, смотри, как интересно получается»‎ и при этом восторженно таращить свои огромные глаза, как будто речь шла не о его члене, а о научном открытии.       Сделать «‎ой, прости, пожалуйста, не так надо было, давай по-другому...»‎       А еще схватиться, облапать, облизать, сделать нежный кусь, попытаться проглотить целиком, конечно же, не справиться с этой задачей, вытащить его назад и пытаться отдышаться. И обязательно в шутку возмущаться, зачем он себе отрастил такой шланг, у нее же маленький ротик, и вообще маленькое-узенькое все, куда это вставляется... И смеяться до упаду, когда от всех этих сосательных процедур получаются смешные звуки.       Или вдруг становиться серьезной, замирать и смотреть ему прямо в глаза, не вынимая член изо рта и доводя его этим до исступления. Какая же она все-таки бессовестная! Она быстро сообразила, какие вещи делают его слабым и податливым, готовым почти на все. Она смекнула, как делать так, чтобы у него шарики заехали за ролики. Вот и сейчас она прилежно сосала, периодически давая себе подышать и мило улыбаясь. Устала, запыхалась, но старалась опять его победить.       Ее рот двинулся вверх по члену, она почти что выпустила его изо рта, но вдруг задержала головку внутри и уставилась на него своими огромными глазами. Как же трудно это терпеть, черт возьми!       — Крис, ты моей смерти хочешь? — выдохнул Чонгук, держась из последних сил.       Она отрицательно помотала головой, не выпуская член изо рта и языком обводя головку.       «‎Ууух, девочка, не надо так, а то я сейчас кончу и следующего сеанса придется ждать целый час. Или полчаса...»‎       Чонгук хотел, чтобы сейчас он кончил не один, а вместе с Кристиной. Поэтому ему надо было придумать, как сбить ее с толку и отвлечь. Придется сделать ставку на ее смешливость.       — Крис, ты что... кадри́шь меня? — спросил JK, улыбаясь.       Она тут же закивала головой, но все так же не вынимала его член изо рта, даже решила ввести его чуть поглубже. И все же ей стало смешно, он видел, что глазами она уже смеется, осталось дождаться... Три... два... один. Готово! Крис наконец выпустила свою игрушку изо рта и звонко расхохоталась.       — Чонгук, как ты догадался, что я тебя хочу закадрить? — от смеха она повалилась на пол. — Да я буквально клею тебя, парень... По-русски это называется клеить, помнишь?... Флиртую просто.       — Нет, клею тебя я, если ты забыла, — рассмеялся он. — У меня больше похоже на клей.       Ему тоже стало смешно, и теперь они оба валялись и хохотали. Абсолютно голые. Он — на матрасе, она — прямо на полу рядом. Но нельзя было рассчитывать на то, что противник повержен истерическим смехом и не начнет в ближайшие секунды захватническую операцию «‎Соси и кадри́»‎, поэтому JK решил тоже поиграть.       — Крис, а покажи себя... там, — попросил он серьезно, даже перестал улыбаться.       Она села на колени и посмотрела ему в глаза.       — Как ты хочешь, чтоб я это сделала? — спросила игриво и дерзко.       — Ты сама реши, как, просто покажи... Я... очень хочу... на тебя посмотреть, — он дал понять, что настроен крайне серьезно.       Крис, все так же стоя на коленях, приподнялась, потянулась руками вверх, давая ему заметить свою возбужденную грудь. JK порывисто сел, притянул девушку за талию и легонько куснул ее за сосок, потом за второй. Но она высвободилась из его рук и вскочила на ноги, придумывая, как же ей показать то, о чем просил Чонгук.       — Ляг на спину, пожалуйста, — попросила она, хитро улыбаясь.       JK откинулся назад и приготовился к шалостям Крис. Сейчас она возвышалась над ним и была просто великолепна с этого ракурса. В итоге она встала прямо над его лицом. JK потянулся рукой вверх, чтоб потрогать ее там, но Кристина почему-то почти сразу передумала и отстранилась.       — Ай, нет... Я, конечно, пафосно стою, но так почти ничего не видно, — хохотнула она.       — Да, я бы хотел... увидеть больше, — парень облизнул губы и ухмыльнулся.       Крис отошла подальше, оставив Чонгука лежать на матрасе. Решила показать себя по-другому, чуть издалека, чтоб подразнить парня. Ему снова пришлось привстать, опираясь на локти, чтобы наблюдать.       Девушка медленно и красиво встала на колени, задом к нему, обернулась через плечо, улыбнулась. А затем так же медленно-тягуче опустилась в позу кошки, которой позарез нужен кот. Выгнула спину, легла головой и плечами прямо на пол и издала неимоверно зовущий блядский звук, полустон-полувздох. Чонгук сел, вцепился взгядом в ее задранную вверх попку и набухшие половые губы. Крис так ярко показала, что возбуждена, так покорно и одновременно властно приглашала ее отыметь. Как же она была хороша и до безумия развратна. Реально похотливая кошка.       Это уже было выше его сил — просто сидеть, смотреть и ничего с ней не делать. Она и так чуть не довела его до оргазма, он чудом сдержался.       — Тащи свою задницу ко мне, — нетерпеливо сказал Чонгук.       — Я думала, ты́ придешь ко мне, — нежно промурлыкала она, даже не меняя позы.       — Конечно, приду, Крис, куда я денусь! Но сейчас двигай сюда, — почти что приказал он.       Не то чтобы он любил покомандовать, просто хотел, чтобы им было удобно. Пол скользкий и жесткий, и вдавить в него такую кошечку было бы слишком. Да, Крис точно будет неудобно, пусть лучше лежит на мягком матрасе.       — Я жду тебя, — мягко позвал Чонгук еще раз, потому что только так можно было убедить эту упрямую девчонку.       Кристина привстала с пола, теперь она просто стояла на четвереньках.       — Хорошо, уже иду, — томно бросила она, глядя на него через плечо и улыбаясь.       Крис решила на него наехать. В прямом смысле. Отталкиваясь руками, она заскользила по полу прямо к нему, приближая к нему свой восхитительный задранный зад. Пока не наткнулась на его руки, сжавшие ее попку. Парень начал поглаживать сливочно-белую нежную кожу, массируя, стискивая, чуть разводя ягодицы. Потом проделал то же самое, но уже слегка разводя руками ее половые губы — она сказала, что это увеличивает желание, поэтому он стал это использовать.       Ему безумно нравилось возбуждать, драконить, дразнить и доводить Кристину до состояния, когда она начинала просить. Когда торопила. Когда было видно, как сильно она хочет быть оттраханной. Зачем ему это нужно было? Чтобы выполнять ее просьбы. Давать ей то, что она хочет. Это была часть их игры. Еще JK дико нравился контраст цветов их кожи, он кайфовал от того, какая Крис беленькая. Его руки казались совсем смуглыми на фоне ее светлой кожи. Мороженое и карамель, вот уж точно.       Кристина от его ласк уже начала тихонько постанывать, просяще скулить, и эти звуки пробуждали в Чонгуке зверя, который неизменно приходил, когда она его звала. Почему ей так легко это удавалось?       JK решил, что пора все же немного отомстить Крис за такую соблазнительность и власть над ним. Большим пальцем он легко, почти невесомо коснулся ее клитора, растирая и поглаживая его, дразня ее. Громкий протяжный стон дал ему понять, что ей надо еще. Больше, жарче, сильнее. Его пальцы ласкали, поглаживали, вминались в кожу, выводили какие-то узоры до тех пор, пока она не стала совсем мокрой и готовой принять его. Он любовался на это, не в силах оторвать глаз. Это было так завораживающе — то, как его девушка открывалась перед ним, как близко разрешала смотреть, как бесстыдно текла от его ласк у него на глазах.       — Крис, ты такая красивая, — сказал он хриплым низким голосом, от которого у девушки побежали мурашки.       — Гуки... ты же сказал... что придешь, — она жалобно намекнула, что внутри у нее было пусто и она хотела бы, чтоб он ее наполнил.       В ответ парень коснулся языком ее клитора, который так призывно торчал, что выдавал запредельную степень ее возбуждения. Крис нетерпеливо заныла, захныкала, понимая, что он собрался ее помучить. Она часто-часто сбивчиво задышала, даже попыталась удрать от него, вырываясь из его рук и от этих ласк. Но он крепко держал ее за бедра, не отпускал и не давал передышки. Настоящая пыточная — все, как он любит.       Он обвел языком всю ее горящую от желания промежность, не оставляя ни единой точки без внимания. Мучить так мучить. Затем несколко раз мазнул языком уже более интенсивно, а после откровенно присосался, шумно втягивая клитор ртом. А руками добрался до ее сосков и слегка сжал их пальцами, покручивая и оттягивая.       — Гуки... пожалуйста, — ее голос сорвался.       Девушка вздрагивала всем телом, ее потряхивало, как под действием тока.       — Крис, скажи, чего ты хочешь? — он оторвался от нее губами, но не взглядом. Чонгуку нравилось видеть ее такой — дрожащей, покорной, забывшей, как стонать и говорить. Пока она отвечала, он быстро надел презерватив.       — Хочу... тебя... ужасно... очень сильно, — ее голос звучал так умоляюще.       — Но...чего именно ты хочешь? — парень потянул ее за бедра вниз, чтобы девушка практически села на него.       — Хочу твой член... в себе, — тихо попросила она, — это срочно.       В этот момент она уже ощутила, как головка члена коснулась ее там, у самого входа. Крис закрыла глаза и застонала, предвкушая это чувство наполненности. JK и сам уже устал ждать, поэтому плавно усадил ее на свой член, введя его до самого основания. И зажмурился он наслаждения: какая же она узкая и сладкая, как же приятно ее растягивать. Этот момент, когда он входил в нее, был просто прекрасен.       Он обнял ее обеими руками за талию, грудью плотно прижался к ее спине, а носом уткнулся в шею, втягивая в себя аромат ее кожи.       — Я пришел, — сдавленно сказал он, — как ты и просила.       — Вовремя, — тихо рассмеялась Крис и стала нетерепеливо ерзать, пытаясь, видимо, начать действовать самостоятельно.       Целуя ее шею и плечо, JK развернулся, на себе переместил девушку на матрас, где наконец поставил раком. Замер на какое-то время, скользя взглядом по ее красивой спине. Опустил глаза вниз и увидел свой член в ней... медленно вынул его и снова ввел, видя и чувствуя, как девушка принимает его.       Это заводило. JK любил смотреть на процесс соития. Пока у него хватало терпения. Потом ему, конечно, безбожно рвало крышу, и позже он вообще не мог вспомнить, как и что происходило. Но пока что он жадно смотрел и впитывал каждую деталь, каждый стон и движение Кристины. JK огладил ее спину, а потом резко потянул ее за бедра на себя и начал двигаться, набирая темп. Стоны Крис приближали момент, когда он впадет в эйфорию, погрузится в нее полностью, как в омут, потеряет контроль, забудет обо всем.       Захотелось прижаться к ней кожа к коже, и JK лег на ее спину грудью, не переставая двигаться внутри. Видимо, Крис было тяжеловато, поэтому она с каждым толчком оседала все ниже, пока постепенно не легла на живот. Чонгук просунул одну руку под нее — так, чтоб чуть приподнять бедра Крис под нужным углом и иметь доступ к нужным точкам. Он всегда помнил о ее удовольствии.       Но именно поэтому он собирался сейчас причинить ей немного боли. Самую малость. Он слегка сжал пальцами ее клитор, чтобы сразу обезболить его нежностью и лаской. Она вскрикнула от болезненного ощущения, вздрогнула всем телом, напряглась и даже как будто попыталась скинуть JK с себя, но ей было не справиться с его силой.       Он тут же начал растирать это место, отчего Крис почувствовала, как волны эндорфиновых мурашек расходятся по всему ее телу. JK проделал это еще раз, чуть сильнее, и теперь Крис почти заскулила от смешанного аномального ощущения наслаждения и боли. И снова — ласка, мягкие прикосновения подушечками пальцев, почти невесомые нежные поглаживания, чтобы искупить эти неприятные ощущения. И непрекращающиеся толчки сзади, которые все ускоряются. Крис легонько шлепнула его по руке:       — JK, хватит, достаточно... Я почти, — прошептала она, задыхаясь.       Чонгук видел, что она близка к тому, чтобы кончить, ему тоже хотелось потерять контроль и отпустить себя. Самое время. Он вытащил из-под нее руку. Навалился на Крис всем телом, победно вжимая ее в постель. Двигался все жестче, вбивался все сильнее, теснее — до громких стонов, до пронзающих его вскриков, до содроганий ее тела... До ощущения полного, безраздельного обладания ею.       Ему нравилось в такие моменты собирать стоны с ее губ, поэтому он повернул ее лицо к себе и жадно целовал — впитывая, смакуя эти звуки, пробуя их пряный вкус. Еще приятнее было слышать, как их стоны сливались в один. Возникало чувство единения, принадлежности друг другу. Он делал это до самого конца, пока они не кончили. И даже после продолжал благодарно целовать — в ухо, шею, вздрагивающее плечо, затылок.       Kiss here.       Целовать здесь.       И здесь.       Везде.       Потому что совершенно непонятно, как остановиться и прекратить ее целовать.       Он долго лежал на ней, содрогаясь всем телом, пытаясь выравнять дыхание и бешеное сердцебиение. Ну вот, опять он ее раздавил, а ведь не хотел... Но он скоро это отрегулирует, надо просто еще потренироваться.       — Прости, малыш, я тебя придавил, — сказал он, поднимаясь с ее тела, вынимаясь из него и ложась рядом. — Я ничего не соображаю в этот момент... В отместку можешь лежать на мне, сколько хочешь и когда хочешь.       — Обязательно отомщу, — пробормотала Крис, поворачиваясь к нему и улыбаясь. — Я люблю тебя, JK.       — Я люблю тебя, Крис, — вполголоса откликнулся он, поднося к губам ее руку и целуя кончики ее пальцев.

* * *

      Неожиданно телефон Крис, лежавший на невысоком столике, завибрировал, подавая сигнал о новом сообщении.       — Знаешь, я бы посоветовал тебе больше не пугать так своих близких, — смеясь, сказал Чонгук. — Ответь прямо сейчас, а то они опять тебя потеряют и разведут панику.       — Хорошо-хорошо, отвечу, — шуточно проворчала Крис. — С тебя еще история, как вы спелись с Джулс, учти!       — Да без проблем, я все объясню.       Она погрозила ему пальчиком, пошла к столу и открыла сообщения.       «Крис, ты мне по-прежнему очень нравишься. Готов исцелить тебя от любой аллергии. Давай сходим куда-нибудь на свидание? Что думаешь? Обещаю, это будет весело и приятно»       Крис замерла, увидев это нахальное послание от Со Джуна. Она не могла себе объяснить, почему этот человек все еще считает, что ей можно написывать. Она ведь сказала, что ее сердце занято. Не сказала, кто в ее сердце, но все же дала понять, что там другой человек. Чонгук подошел к Кристине сзади, обнял ее за талию и заглянул в экран, положив подбородок на плечо девушки. Глаза сами невольно отсканировали sms, хотя он вроде и не собирался подглядывать. Это вышло как-то само собой. Машинально и молниеносно.       — Какого черта он творит? — Чонгук снова почувствовал, как у него внутри растет раздражение. — Крис, он, похоже, не верит, что ты не свободна.       — Я ему сообщила, что мне нравится другой человек, — сказала она растерянно.       — Он не считает это препятствием, ему плевать, — рыкнул JK. — Вот почему я сказал, что тебе и не надо было его выбирать.       — И все же... что именно ты видишь в нем? — Крис хотела лучше понять, что имел ввиду Чонгук.       — Он тебя не слышит даже в самом начале, даже сейчас, — назидательным тоном пояснил JK. — Думаешь, он услышит тебя потом, позже? Знаешь... Я научу этого подонка замечать людей и понимать слово «нет» от моей девушки.