Тату на моем сердце

      После душа, смыв с себя поцелуи, Кристина надела пижаму, потому что она все равно была без понятия, где валяется вся ее одежда. Они начали где-то в гостиной, потом продолжили в спальне, наверняка растеряв что-то и по пути.       Она вообще плохо помнила хроники их близости, много чего сохранилось просто в виде ощущений от прикосновений Чонгука, от ощущения его плоти — снаружи и внутри. Но в целом чувства были фееричные, тело испытало настоящий шок и животное чувство полноты существования. Экзистенция в чистом виде.       Кристина подозревала, что Чонгук предложит ей переночевать у нее. Совсем нетрудно догадаться, на что намекает парень, который купил тебе одежду, в которой спят! Только... зачем он так таинственно обставляет такой простой жест? Или он думает, что она прямо сейчас готова слинять?       «‎Вот дурашка, я еще как минимум твой ужин съем... Ибо плохо ты меня кормил пока что»‎       Кристина вспомнила его смущенную моську при виде того, как она слизала со своих пальцев его сперму. Он что, такой невинный? Девушка задумалась: не задела ли она его своими разнузданными действиями? Не решил ли JK, что она развязно-грубая и вульгарная? Да нет, ну не может такого быть! Он делал с ней такие вещи, что трудно в нем заподозрить невинного малыша. Это был мужчина — сильный, крепкий, испепеляющий и разящий. Он знал, что делал. И это был уверенный мужской трах, а не пробы или попытки. Черт, даже страшновато снова выходить к нему, зная, на что он способен! Но выйти придется. Как и снова смотреть ему в глаза. После этой ужасающе голой откровенности.       Кристине вдруг стало неуютно и неловко. Она ведь тоже вытворяла черт знает что! Господи, ну почему? Что за чушь она несла там про перегрузки? Неужели нельзя было просто сосать? Открывай рот и давись членом в свое удовольствие. Нет ведь, надо было спошлить что-нибудь. Удивить, блин, хотела!       «‎Пожалуйста, боженька, если ты есть, дай мне знак, что я не конченная идиотка, у нас все нормально, он не думает обо мне плохо, и мы снова займемся чем-нибудь приятным»‎       Кристина вздохнула, ощущая, как краска залила все ее лицо, поспешила умыться холодной водой. Нет уж, она не будет смущаться. Сейчас просто напустит на себя строгий вид и выйдет из ванной, как настоящая леди. Во всяком случае, постарается прикинуться таковой.       Пижама ей понравилась: она села просто идеально, нигде не топорщилась, не слишком облегала, не висела мешком. Чонгук угадал с размером, просто глаз-алмаз! Вероятно, боженька заранее предусмотрел запрос Кристины, потому что дал ей знак в виде самой пижамы. Это был милый классический комплект насыщенного синего цвета с белой окантовкой по швам, воротнику и карманам. Такой строгий и приличный, совсем не под стать тому, чем они тут занимались. Ну надо же! Как противоречиво и своевременно! Девушки именно в таких пижамках и прикидываются настоящими леди.       Кристина усмехнулась: вероятно, спать все-таки не получится. Если она останется у Чонгука на ночь, скорее всего, они снова будут делать это. И она была не прочь повторить... Так она хотя бы сможет понять, что все идет нормально и ее сексуальность приняли.

* * *

      К удивлению Крис, Чонгук и не собирался клеймить ее позором. Он встретил ее прямо у входа, едва она открыла дверь ванной комнаты — улыбающийся и довольный. Он тоже был в пижаме, а одну руку держал за спиной, будто что-то пряча.       — Фух, я заждался тебя! Ты так долго была в душе, — сказал он, разглядывая на ней от души выбранный наряд. — Любишь мыться?       — Д-да, — неловко улыбнулась Крис от странности вопроса. — Зато я сейчас самая чистая девушка в Сеуле.       Вот опять! Ну что она несет? Боже, ну почему на ум приходит исключительно чушь? Крис слегка стукнула себя ладонью по лбу.       — Это точно, самая чистая, — проговорил JK, как-то хитро глянув на нее. — Пижама тебе идет. Я рад, что подошло.       Он вытащил руку, которую прятал за спиной, наклонился и поставил ей под ноги тапки. Явно женские, очень миленькие и беленькие, с пушистой отделкой. Крис не успела что-либо спросить и опомниться, как JK снова оказался у ее ног и стал надевать ей тапочки.       — Это я тоже тебе купил, чтобы не пришлось ходить босиком, — пояснил он, вставая. — Попробуй, удобно ли.       — О, спасибо большое, — Кристина снова оглядела себя со всех сторон, попробовала сделать несколько шагов и улыбнулась. — Да, удобно... Извини, ты, наверное, тоже хотел принять душ?       — Я уже помылся, не переживай, — весело сообщил JK, снова взял ее за плечи и повел куда-то. — У меня две ванные в квартире. Одна моя, другая — для гостей.       — А я была... в какой?       — В моей... Я был в гостевой. Хотя они почти не отличаются, обе хорошо обставлены. С комфортом и удобством.       — Да, ванная хороша, это правда, — согласилась Кристина. — Слушай, а вот говорят, романтично душ вместе принимать... Почему ты со мной не пошел?       — Потому что, — Чонгук остановил девушку, развернул к себе лицом и серьезно произнес, — я бы не смог удержаться и снова трахнул бы тебя там.       — А, да? — облегченно выдохнула Кристина, увидев в этом знак от боженьки. — Ах ты! Звучит так соблазнительно... Я бы попробовала такое!       Она легонько треснула его кулачком в пресс, ведь, кажется, теперь снова можно было общаться, как раньше. Это ее Чонгук, тот же самый, понимающий и заботливый.       — Лучше не говори об этом, а то мы вообще не доберемся до еды, — смеясь, сказал Чонгук.       — Подожди... ты что... уже сейчас смог бы повторить? — Кристина изумленно уставилась на него.       — Почему-то... да, — серьезно проговорил он, взял ее руку и положил поверх своих брюк, а сам потянулся к ее губам и поцеловал.       Кристина огладила его член через ткань и поняла, что JK не шутит. Он действительно мог хоть сейчас продолжить свидание самым энергичным образом.       — Наверное, это потому, что ты почти не давал мне к себе прикасаться, — тихо проговорила Крис в его губы. — Не получил достаточно ласки.       — Возможно, — он притянул ее за талию к себе поближе и снова поцеловал.— Я больше хотел, чтобы ты получила много-много удовольствия.       — Эй, я тоже хочу доставить тебе удовольствие, — она обвила его шею руками, наклонила к себе и стала нежно целовать его лицо. — Я могу сделать тебе очень приятно.       — Полегче, Крис, — Чонгук немного отстранился, чтобы не драконить свое тело об нее. — Давай все же поедим, а то у нас пока только секс в рационе.       — Хорошо, давай, — Кристина вспомнила, что он еще планировал удивить ее какими-то кулинарными изысками. — Очень хочу попробовать, что ты приготовил.       Так-то она и сама уже «‎перестроила маршрут»‎, потому что ей легко передавалось возбуждение Чонгука. Сейчас она без раздумий снова ввязалась бы в любую секс-авантюру, потому что очень уж хотелось показать, что она тоже может довести парня до незабываемого оргазма. Но еда — хорошая подзарядка, им точно не помешает поддержать силы для дальнейших развлечений. Поэтому он снова привел ее к тому столику, который уже показывал раньше. Теперь на нем была еда и даже бутылка вина.       — О, вино? — удивилась Крис. — Ты хочешь выпить?       — Вообще-то... оно тут с самого начала стояло, — пояснил JK. — Наверное, ты не заметила.       — Я ничего не помню, все как в тумане, — рассмеявшись, закивала Кристина. — Да, вина я не заметила.       — Я сначала думал предложить тебе глоток-другой, чтоб ты могла расслабиться,— пояснил Чонгук. — Ты очень нервничала... Да что там говорить, я тоже нервничал. Садись давай... Но ты и так смогла... раскрыться.       JK отодвинул стул, чтобы поухаживать за Кристиной. Девушка села. Чонгук сел напротив нее, сразу стал накладывать в обе тарелки овощные закуски и есть.       — Ты нервничал? — девушке стало интересно узнать про его ощущения. — Да брось, ты очень уверенно держался.       — Это не так! Я нервничал... И вообще, я не очень собой доволен, — на лице Чонгука мелькнуло странное выражение, словно он хотел сморщиться, но остановился. — Я мог бы быть более... аккуратным, наверное.       — Эй, ты что, JK, все же... было хорошо! — Кристине очень хотелось его переубедить. — У меня ничего не болит. Ты очень бережно все делал, я совсем не напрягалась. Мне... было хорошо.       — Я был груб... в словах, — нахмурился Чонгук, продолжая есть. — Прости меня, пожалуйста... Не знаю, что на меня нашло.       — Ну нет, так не пойдет, — запротестовала Крис. — За что ты извиняешься? Ну да, мы поговорили друг с другом немного... пошловато, но... Разве это так плохо? Людей иногда заводят такие разговоры.       Чонгук взял палочками мясо с тарелки Кристины и поднес к ее губам, показывая, чтоб она открыла рот.       — Буду тебя кормить, раз ты не ешь сама, — вздохнул он. — Ладно, ты не считаешь меня мудаком?       У Кристины рот был набит мясом и овощами, поэтому она только и могла, что отрицательно помотать головой. Несколько минут они энергично жевали сочную мраморную говядину и обжаренную кимчи. Когда девушка смогла наконец говорить, она призналась Чонгуку:       — Я тоже испугалась, что ты обо мне что-то не то подумаешь, — улыбнувшись, сказала она. —JK, все в порядке, давай... будем говорить такие вещи... без стеснения?       Ей снова пришлось открыть рот — подъехала новая порция еды, зажатая палочками Чонгука. И она послушно согласилась сидеть на свидании, как хомяк. С щеками, набитыми едой. Ей показалось, что это весьма романтично — то, что JK кормит ее своими руками. Но Кристина не очень разбиралась в романтических жестах. Может, это просто... жизненно?       — Я думаю, мы скоро привыкнем друг к другу и к таким разговорам, — убежденно сказал Чонгук. — Собственно, я об этом и хотел поговорить... У меня есть предложение, Крис.       — Я слушаю, — Кристина уже взяла было свои палочки, но снова забыла ими что-нибудь подцепить и замерла, поэтому парень опять сделал это за нее — сунул ей в рот кусочек мяса с салатом.       — Я... хотел попросить тебя, — Чонгук явно волновался, поэтому немного прятал глаза в тарелке. — Пожить у меня дня три... Или пять... Не знаю, получится ли у тебя, захочешь ли ты... Пожалуйста.       На последних словах он взглянул в глаза Кристины, ища там согласия. На его лице была неловкая улыбка смущения. Крис, увидев ее, чуть не поперхнулась едой от нахлынувшей нежности. Такой JK был сейчас милый и даже... робкий? Так ее растрогал. Он что, морально готовился к ее отказу?       Чонгук специально назвал Крис два разных срока — три и пять дней. Возможно, она испугается остаться у него на пять дней. Но вдруг три дня на контрасте покажутся ей мелочью, и она согласится? Так-то собак он отправил в отпуск от хозяина на целых семь дней. Да, была в его душе столь дерзкая надежда, что Кристина останется у него на всю неделю. Господи, да пусть она сначала просто даст согласие на три дня, а там уж он придумает, как оставить ее на подольше.       Кристина, признаться, не ожидала именно такого поворота. Пожить с парнем несколько дней — это тебе не просто задорно потрахаться и уйти в закат. Это серьезно и ответственно.       — А почему... ты решил меня пригласить на несколько дней? — полюбопытствовала она.       — Знаешь, я подумал, что нам сложновато планировать что-то... ведь мы довольно известны и почти никуда не можем пойти, — стал объяснять Чонгук, кусая губы. — И мы... точнее, я... я так скучал, так долго ждал этого... я просто не могу представить, что ты сейчас уйдешь, и мы увидимся... через несколько... через много дней.       — Я тоже... не хотела бы сейчас уходить, — мягко улыбнувшись, сказала Крис. — Я согласна. Вроде бы мое расписание позволяет так сделать... А твое?       — Я от расписания и отталкивался, ближайшую неделю у меня ничего не будет, только свободное время, — JK нечаянно сдал все свои планы. — Сейчас же новый год... О черт... прямо сегодня же Новый год! Сколько времени, Крис?       Девушка вообще не могла припомнить, где ее телефон, а часов на ней сегодня не было, поэтому она стала оглядываться, ища какие-нибудь настенные часы. И они у JK были! Кристина и Чонгук увидели время оба одновременно: они все пропустили, было уже...       1 января, 0:56.       Нет, они никак не отметили Новый год. Но встретили его вместе. Вероятно, в момент наступления этого года они все же отмечали его, только нетипично, не как все — сексом. И это было весьма символично. Что может быть лучше для людей, которые давно хотели именно так выразить друг другу свои чувства?       — Ох, он уже наступил! — рассмеялся JK. — Я пропустил этот момент. Ну, ничего, меня и так все устраивает.       — Хочешь выпить за Новый год? — спросила Крис, решив, что JK хочет каноничной встречи праздника.       — Нет, пожалуй, не хочу сегодня пить, — неожиданно отказался Чонгук. — Я хочу... все помнить и все... контролировать.       — Что... контролировать? — хитро сощурившись, спросила Кристина.       — Все, что мы будем с тобой делать, — улыбнулся парень и снова принялся поглощать овощные закуски. — Не хочу алкоголя сейчас, я и так как пьяный.       — Я тоже будто пьяная из-за тебя, — смущенно пробормотала Крис. — Кстати, ты обещал мне рамен.       — Я весь твой, — посерьезнев, объявил JK, приложив руку к сердцу. — Делай со мной, что хочешь.       — Но я правда хочу рамен, эй! — в шутку возмутилась девушка. — Может, сварим? Мне очень нравится твоя еда, но...       — Давай шлифанем раменом, точно! — согласился JK. — Пойдем, выберешь сама, какой тебе больше понравится.       И они снова в пижамах ломанулись на кухню — готовить рамен, как герои какой-нибудь дорамы. К чему прикидываться людьми голубой крови и чинно сидеть за столом, как заскучавшие, уставшие друг от друга супруги, если можно веселиться и делать всякие глупости?       Чонгук принялся варить рамен, посадив Кристину прямо на кухонную тумбу. Три порции — две себе и одну ей. Сделал мимоходом новое открытие: когда она сидит вот так на тумбе, не надо наклоняться, чтобы целоваться, можно просто подойти к ней, развести колени в стороны, прижать ее к себе и просто впиться в ее губы. Так они практически на одном уровне, очень удобно. А рукой можно скользнуть под тонкую ткань пижамы и добраться до ее голого тела.       Какая же она соблазнительная сейчас, хоть и в пижаме. Особенно в пижаме! В чем тут прикол? Пока они целовались, руки Чонгука сами забрались под резинку брюк к ее попке, сжали нежную кожу, потом смяли ягодицы снова, уже более интенсивно, чуть массируя и разводя их в стороны. Крис пискнула в его губы что-то нежное и кошачье, тоже потянулась ручками к его заду.       Захотелось более ощутимого контакта — и он прижал ее плотнее к своему члену, подтолкнув ее ближе к краю, почти насаживая на себя. Ох, он и насадил бы, но они сейчас пришли сюда за другим. И вообще, они в штанах. Надо будет опробовать потом... Кажется, это идеальная высота тумбы, чтобы войти в нее...       Кристина тоже добралась до ягодиц JK и вцепилась в его зад своими ноготками. Ему понравились эти ощущения — очень бодрящие, освежающие, ставящие член колом. А потом она еще и подтолкнула его ближе к себе ладонями, потерлась о его пах, чувствуя там полную готовность... И свою, и его.       И раз желанию было абсолютно начхать на их планы, и у него свое, совершенно сумасшедшее, кроличье расписание, они снова захотели друг друга. Им все еще было мало, им не хватило друг друга, нужна была добавка, бóльшая порция, более крупная доза. Похоже, все, что было до этого, только раззадорило их, подстегнуло аппетит, но нисколько не насытило...       Старик рамен сварливо зашипел на распоясавшуюся парочку, выливая бульон на плиту. Чонгук рассмеялся, выругался в сторону кастрюльки и снова вернулся к поцелуям... Но тот бессовестно бурлил и плевался. Черт, кажется, все же придется прерваться, рамен все брызгал пеной на плиту, ругаясь на них.       Кристина оторвалась от губ Чонгука и тоже рассмеялась от нелепости ситуации. Рамен их еще не обламывал, это что-то новое. И как они за три минуты смогли погрузиться в полное безумие, забыв, зачем сюда пришли? Вот же дураки. Чонгук подошел к плите, снял кастрюльку и отставил ее в сторону. Кристина нехотя слезла со столешницы и поискала у раковины какую-нибудь тряпку, чтобы вытереть вылившуюся жидкость. Нашла новую прорезиненную салфетку и пачку ароматных влажных салфеток, захватила и их тоже.       Крис и JK, не сговариваясь, дружно все распределили и устранили последствия. Она все вытерла, он разложил рамен по мискам, чтобы съесть его, пока тот не стал слишком мягким и раскисшим. Они глянули друг на друга, молча поулыбались, чтобы не разрушать что-то важное разговором, и решили все же съесть злосчастный рамен. Три минуты — и он больше никого не беспокоит. А вот возбуждения стало только больше...

* * *

      Как же Чонгук ждал этого в реальности!       Черт возьми, как же он хотел поставить ее на колени перед собой и увидеть, как она распахнет свой нежный болтливый ротик и возьмет его член на всю длину и глубину. Именно эта поза нравилась ему до одурения, именно такой он хотел увидеть Кристину, глядя на нее сверху вниз. В этой позе столько покорности, послушания и подчинения, столько готовности его порадовать... Словно он ее господин, а она — его рабыня или наложница. И это так возбуждает, что он еле терпит, чтобы не атаковать ее рот без всяких нежностей.       Или же она сладкоголосая кисэн*, которая могла бы и не делать этого, но очень хочет ублажить своего клиента, поэтому он никак не может ей отказать... Он хочет выполнить ее маленький каприз и дать ей так много, сколько она сможет выдержать... Сколько сможет выдержать ее прелестный поющий и декламирующий стихи рот.       Она смотрит на него снизу вверх, закусив губу, в ее глазах много интереса и вожделения с капелькой испуга. Вероятно, ее снова страшит размер, хотя она пока оценивает его через ткань. Потом она переводит взгляд ниже, и от того, как она смотрит на член, он сразу тянется к ней, выпирая через ткань брюк, чуть ли не прорывая их.       Она прижимается к нему губами, целуя и скользя пока только по ткани, но Чонгук уже испытывает запредельные ощущения. Она проходится по всей длине, чуть обхватив его член губами, дразнит его горячим дыханием, хочет довести парня до исступления. Пока она и сама еще одета, но скоро он захочет ее раздеть и упиваться ее беззащитным видом.       Пусть JK думает, что он тут господин, она не против. На самом деле, это он в ее власти, Крис точно знает. Это он будет изливаться в нее, громко стонать и хотеть повторить подобное снова и снова. Это он будет дрожащими руками хвататься за ее голову и еле стоять на шатающихся ногах. Это он будет с ума сходить, только глядя на ее губы, вспоминая, как он раздвигал их своим членом, как они любовно его обхватывали.       Но пока она перед ним изображает воплощение кротости и повиновения. И ей нравится эта игра, в ней много чего-то изысканно-порочного, что заставляет ее тоже истекать от желания.       Кристина уже выяснила про себя, что ей по кайфу такие роли, ей нравится подчиняться и строить из себя паиньку, нежную нимфу, прекрасную деву, которую вроде бы имеют в рот, но при этом его ничем невозможно запачкать и опорочить. Он еще будет умиляться от этого контраста, заливая ее рот бело-молочной спермой. Она много раз представляла такое. И, что уж греха таить, с Чонгуком она готова была играть в такое всегда.       — Попробуешь без рук? — хрипло спросил он, легко касаясь рукой ее волос и гладя девушку по голове.       Она отрывается от своего занятия, молча кивает головой, преданно смотрит ему в глаза. Теперь девушка готова приступить к более изысканным ласкам. Она выпрямляется, стоя на коленях, чтобы достать до резинки пижамных брюк. Хорошо, что перед ней не обычные брюки на молнии, хотя она, скорее всего, и их бы смогла расстегнуть и стащить без рук, только зубами. Но сейчас все намного проще, эти брюки гораздо легче снять ртом.       Чонгук нетерпеливо снимает пижамный верх, чтобы Кристина была ему полностью видна, и ничто не укрылось за складками ткани. Он ждет и наблюдает, изнемогая. И в то же время — желая увидеть что-то необузданно прекрасное, ради чего можно и потерпеть.       Кристина проводит горячим языком по голой коже живота справа налево, вдоль верхней кромки брюк. JK вздрагивает всем корпусом, а его член уже настолько готов, что сам разворачивается в сторону Крис и упирается ей в шею, хоть и стеснен тканью брюк.       Девушка, для удобства прижавшись лицом к его торсу, осторожно прихватывает зубами резинку брюк и начинает ее оттягивать, чуть подавшись головой назад. В этот момент она смотрит вверх, в глаза Чонгука, и это бешено заводит его. Не отводя взгляда, она стягивает с него брюки, член наконец вырывается и буквально падает ей на лицо всей своей длиной и тяжестью.       Она тихо стонет, вздыхает и улыбается. Похоже, ей это нравится. Снова эта ее причуда — улыбаться в такой момент. Он уже видел такое недавно, но это снова заводит до безумия. Трахать девушку прямо в нежно улыбающийся рот — это красиво и грязно, сладко и пошло, дьявольски развратно и божественно прекрасно. Сводит с ума.       Ее личико такое беленькое, что член на его фоне выглядит смуглым, совсем темным, и только головка покраснела от прилившей крови. Она такого же цвета, как и ее возбужденные жадные губы, которыми она целует головку. Член дергается от поцелуя. Но Крис не спешит и снова это делает: просто целует головку, раз за разом наблюдая, как член вздрагивает и ждет, когда сможет окунуться в ее рот.       Наконец ей и самой надоедает баловаться. И она начинает вылизывать его член с нижней стороны, проводя языком от самых яиц к головке. Вылизывает аккуратно, широко и мокро скользя языком, постанывая и издавая сладкие звуки.       Внезапно Чонгук понимает, что на Крис слишком много одежды, а он хочет видеть ее обнаженной. Он наклоняется к ней, мягко обхватывает обеими ладонями за шею и поднимает на ноги. Тут же впивается в ее рот своими губами, страстно целует, а сам быстро расстегивает на ней пижамную рубашку и бесцеремонно скидывает на пол. Затем так же стягивает с нее брюки, и они падают к ее ногам.       Он отрывается от нежных губ, смотрит на ее оголенное тело, вздрагивающее от прохладного воздуха, и грубовато хватает за грудь, вминая пальцами вершинки сосков в податливую мягкость. А затем снова опускает девушку на колени, слегка надавив на плечи. И вот она стоит перед ним абсолютно голая, трепещущая, беспомощная, дрожащая, нежная, хрупкая, открытая, озябшая, уязвимая, покорная, молчаливая, хватающаяся за его бедра. И, черт возьми, как же ему нравится видеть ее такой! Интересно, сколько раз с ней можно свихнуться?       И пока он об этом думает, Кристина снова начинает вылизывать его член, теперь уже со всех сторон, проходясь языком по выступающим жилам и касаясь всех чувствительных мест. Ей приходится взяться за него руками, чтобы удобнее было его направлять, поворачивать разными сторонами, добираться до потаенных уголков.       В какой-то момент она почти прижимает член к его животу, не прекращая надрачивать его рукой, а сама опускается ниже и начинает сводить его с ума, облизывая область мошонки, увлажняя ее слюной. Ее язык дерзкий и ласковый одновременно, а дыхание так сладко обжигает тонкую кожу, что Чонгук стонет, закусив губу.       Ощущения непередаваемые, потому что она еще и смотрит на него. Каждый раз, как у нее получается бросить на него взгляд, она делает это. И его поражает выражение удовольствия на ее красивом лице. А еще контраст того, что глаза смотрят прямо в душу, а язык дьявольски искушает и обещает неистовый разврат.       Наконец она приступает к главному — обведя головку языком, она со стоном погружает его член в свой рот. Сразу довольно глубоко. Замирает ненадолго, привыкая к размеру, снова ищет зрительный контакт. Сосет, насколько хватает дыхания. Пока неторопливо, размеренно, помогая внутри языком, стараясь дать JK прочувствовать весь спектр ощущений. Когда дыхания не хватает, она звонко, с причмокиванием выпускает член изо рта и старается отдышаться. Эти звуки такие сочные и возбуждающие, что JK тоже стонет, не пряча своей слабости. Ему нравится все в ее исполнении. Она усиливает его ощущения, максимально глубоко вбирая член ртом и замирая в таком положении.       — 씨발, — со стоном выдыхает JK, видя, как ее носик уткнулся в его пах. — Oh, fuck...       Не в силах сдерживаться, он руками прижимает ее голову еще сильнее, не желая отпускать. Его заводит, несет, поэтому он держит и держит... Но она слегка ударяет его по бедрам, давая сигнал, что ей надо отдышаться, и он отпускает. И этот стон-вздох ему тоже приятен, и то, как она тяжело дышит.       — Поласкай свою грудь, — просит Чонгук сбивающимся голосом. — Пожалуйста... Хочу... это увидеть.       Крис послушно подхватывает обеими ладонями свою грудь снизу, чуть приподнимая ее и массируя. Смотрит вверх, чувствуя, что JK дико нравится видеть ее глаза в эти моменты. Затем пальчиками хватается за свои соски и снова тянется к его члену губами.       Сосет и ласкает себя.       Сосет и постанывает.       Сосет и смотрит в глаза.       Сосет и обещает рай.       Чонгук больше не хочет беспечных воздушных ласк. Он хочет ебать. Жаждет ощутить, как расширяется ее горло от глубокого проникновения. Хочет, чтобы она проглотила его член до самого основания, чтобы давилась его длиной. Он хватает руками ее голову и начинает с силой насаживать на свой член. Теперь это не нежные вдумчивые посасывания, а довольно жесткий трах в голову. Он проталкивается в горло на всю длину, а она пропускает, что ей еще остается? Только успевать вздохнуть, когда он выдергивает из нее член, и воздух с шумом врывается в ее легкие.       Одной рукой он подхватывает ее за подбородок, а другой давит на затылок, чтобы контролировать и направлять член в ее горячее горло, как ему надо. JK не верит, что делает это, все получается само собой, его что-то ведет, он на грани исступления... Еще несколько мощных толчков — и он с громким стоном бурно кончает в ее рот, замирая и оставаясь в нем.       Крис чувствует, что его руки наконец отпустили ее голову, теперь он просто ласково гладит ее по волосам, словно желая извиниться за то, что был груб... Она ощущает, как его член сокращается, выпуская из себя струи жидкости, но она пока не глотает ее, а собирает во рту.       Он вынимает член и видит, как тонкая длинная белая нить повисает между головкой и ее покрасневшими припухшими губами. И это бьет его по глазам. Сегодня он увидел много такого, чего не видел никогда в реальности, поэтому пока слегка в шоке. И он хочет увидеть финальную картину, которая поразит его...       — Покажи мне, Крис, — просит он, тяжело дыша.       И когда она открывает рот, JK видит, что он весь заполнен им. Она слегка высовывает язык, чтоб показать, как много она может в себя принять. Действительно много. Небольшая тягучая белая капля сползает с ее губ на подбородок, а потом капает на грудь. И все это время Крис смотрит на JK своими огромными глазами, доводя его до смущения и ужасающей, голой откровенности.       А потом она глотает все это и снова показывает — во рту больше ничего нет. Она снова сидит перед ним на коленях, все такая же прелестная, с покрасневшими опухшими губами, наглотавшаяся спермы и довольная этим. И улыбается, прикрыв глаза.       Блестящее выступление, кисэн!       Чонгук скорее подхватывает ее, ставит на ноги, целует в губы, показывая, как ценит удовольствие, доставленное ими. Сейчас его буквально затопило от чувств, и он не знает, как все их распознать, потому что там и благодарность, и нежность, и восхищение, и любовь, и желание быть с ней... примерно всегда.       Она все же переиграла и уничтожила его, как всегда.

* * *

      Кажется, этой ночью Крис и Чонгук не будут спать. Хорошо, что январь темный, и утро наступает поздно. И раз ночь почти бесконечная, а впереди много выходных, можно предаваться утехам долго, очень долго. Они еще успеют отдохнуть и выспаться.       А пока они пытаются набраться сил и восстановиться, но в этих промежутках все равно невольно начинают друг друга возбуждать. Снова. Так сказывается долгий голод. Так проявляется то, что они неистово нравятся друг другу — они чувствуют упоение, ненасытную тягу, желание продолжать. И кажется, они подходят друг другу по темпераменту, по запаху, по пластике, по всем размерам и параметрам.       Можно ли назвать это идеальным свиданием, одному богу известно, но им обоим хорошо, поэтому они перестали задаваться вопросами, правильно они делают или нет. Какая разница?       Можно ли заниматься сексом на первом свидании? Да.       Можно ли неистово трахаться, превращая свидание в дикую секс-вечеринку? Да.       Можно ли делать все, что хочется? Да.       Главное — чтобы никто не остался неудовлетворенным. Поэтому Чонгук придумал себе, что ему надо срочно отблагодарить Кристину за императорский минет, и он снова начал ее раздевать, хотя совсем недавно собственноручно надел на нее пижаму.       Собственно, можно уже и не одеваться. Все равно одежды будут скинуты, а мораль и нормы посланы к чертям. Все равно они радостно закончат грехопадением.

* * *

      Он напирает сзади, толкая девушку к широкому узкому столику, расположенному у большого зеркала. JK хотел бы попробовать Крис во всех локация, на всех поверхностях — и это место кажется ему подходящим.       Они отражаются в зеркале, такие разгоряченные, такие ошалевшие от возбуждения, такие красивые и готовые продолжать. JK прижимается к ней сзади, руками довольно сильно сжимает ее грудь, приподнимая ее, массируя, пальцами лаская соски. Она смотрит на это, откинув голову назад и оперев ее на его плечо... Как же это возбуждающе, боже... И эти лапищи на ее груди, и сами ощущения...       Она обхватывает его руками, заведя их назад, прогибается в талии, нетерпеливо трется попкой о его член и довольно сдержанно стонет. Приглашает войти, не церемониться и больше не останавливаться. Чонгук поворачивает ее голову к себе, целует в губы, а сам толкает ее еще ближе к столику, пока она не упирается в него бедрами. Тогда он приподнимает ее левую ногу и укладывает бедром на столик, что дает ему доступ к ней под новым углом.       Немного отстранившись назад, он смотрит на ее припухшие половые губы, возбужденный клитор и манящую влажную розовую щель. Почему-то эта поза кажется ему особенно развратной и сладкой. Он мягко оглаживает ее промежность рукой, чувствуя, что там достаточно мокро. Крис нетерпеливо мычит, и он понимает: его девочка хочет быть оттраханной, очень хочет. Как хорошо, что она быстро реагирует на него возбуждением, какая же она шустрая. Она фантастически ему подходит!       Он хочет ее не меньше, поэтому сразу входит. Буквально вонзается — без церемоний, глубоко, чувствуя, как расширяет ее, как она отзывается вздохом-стоном. Момент вхождения — самый чувственный, самый приятный. Почти такой же, как момент оргазма. Каждый раз так приятно чувствовать ее узость, эти тесные стенки, этот внутренний жар.       Он начинает двигаться в ней, ускоряясь, бросая взгляды в зеркало и заводясь от того, что видит их по-новому. Это вроде и чуть отвлекает, но и подстегивает, заставляет возбуждение нарастать скачками.       Надо и Крис дать посмотреть, ей понравится... Пока она опирается лбом прямо на зеркало, просто сосредоточилась на внутренних ощущениях, но когда она увидит, какая она сумасшедше прекрасная в этот момент... Надо ей показать... Чонгук наматывает ее длинные волосы на руку и чуть тянет голову Крис на себя... Она поднимает голову и теперь видит их секс, а не только чувствует. Закрыть глаза просто нереально, ЭТО хочется смотреть...       Кристина затуманенными глазами смотрит на свое изображение в зеркале и с ума сходит от увиденного... Ей нравится эта затраханная растрепанная девушка с приоткрытым ртом, которая беспрерывно стонет и содрогается от толчков... Нравится этот нереально красивый парень, который имеет ее... Нравится чувствовать себя просто игрушкой в его руках.       JK трахает ее сзади жестко, страстно, мощными рывками, и это заставляет ее лечь грудью на столик. Он тоже смотрит на них в отражении. Его дико заводит то, что он видит, потому что на его лице выражение животного вожделения, даже ожесточения, а движения становятся грубее... Ей кажется, что его член с каждым толчком входит в нее все глубже, он будто стал длиннее и больше.       Кристина поднимает голову и встречается с ним взглядом в отражении. Он улыбается ей... И это почти оскал победителя. Эта улыбка обещает ей только «‎я выебу тебя до потери пульса»‎... это оскал самца, удовлетворяющего свою похоть. И это ей нравится тоже — JK отпустил себя и не сдерживается... Таким его никто не знает, только она.       — Поцелуй ее, — тяжело дыша и не переставая двигаться в ней, требует он, кивая на зеркало. — Давай же, детка, поцелуй ее...       Крис быстро поняла и прильнула губами к своему отражению, громко застонав от возбуждения... Да, она ее поцелует, эту сладкую похотливую девчонку... которой нравится, когда ее трахают пожестче... которая обожает быть сучкой, все время желающей его члена... которая готова подставляться этому парню под каждый стояк. И она целует ее, хоть это и не очень удобно, целует жарко, страстно, чувствуя, как сильно JK в этот момент сжимает руками ее бедра.       Он стонет, ему нравится то, что он видит... Тогда надо усилить... И Кристина широким движением языка облизывает ее рот, бросая взгляд ему в глаза через их отражение. И чуть задерживается, чтоб он успел рассмотреть... Пусть Чонгук видит, как две эти девушки лижутся друг с другом, как два горячих языка бесстыдно соприкасаются, ласкают, смакуют друг друга, пока тела вздрагивают от толчков сзади.       Увиденное просто сносит ему крышу, и он, запрокинув голову, издает громкий стон, не в силах выносить это молча. Зажмуривается на пару секунд, чтоб развидеть и не сдуреть окончательно. Да он же сейчас разорвет ее на части, она этого добивается? Открывает глаза и видит это снова: все так же жарко, все так же блядски прекрасно.       — Ты такая горячая, милая, — со стоном выдыхает он и начинает такую тряску, что Крис уже не может играть в игры и просто падает лицом на свое отражение, прикрыв глаза.       Он сдавливает ее бедра руками, жестко насаживает на себя и трахает сильно, мощно, быстро, выбивая из нее стоны и вскрики. Нет, не так, не здесь... Они закончат не здесь. Он выдергивает член, слегка шлепает девушку по попке, снимает ее ногу со столика, ставит на шатающиеся ноги, разворачивает к себе.       Сначала пусть отдаст ему то, что забрала эта девчонка из отражения. Одной рукой он притягивает Крис за талию к себе, зажимая между ними свой член, другая ложится на ее шею, одновременно приподнимая подбородок. И теперь он сам облизывает ее рот, целует мокро, пошло, сладко, больно впиваясь в губы, покусывая их и добиваясь новых стонов. Да, без стонов это не так интересно... Стони, милая... Стоны только украшают девушку.       Он обеими руками обнимает ее за талию, затем оглаживает ладонями попку, а потом скользит ими дальше, к нижней части бедер.       — Запрыгивай, — говорит он и подставляет руки так, чтобы ей было удобно было сидеть на них.       Кристина обвивает его шею руками и запрыгивает на JK, обхватывая ногами его торс. Он поддерживает ее и несет к постели, чувствуя животом ее влажную растраханную промежность.       Мягко опускает ее на простыни, хотя очень хотелось бы швырнуть, наброситься, буквально растерзать ее. Но не сейчас, нет, он же не изверг. Он помнит, каким-то чудом помнит, что ей еще надо восстановиться после травмы, а ему надо быть осторожным. Поэтому его грубость и жесткость целиком в допустимых пределах... Но как же хочется ее не щадить, если честно. Просто отодрать, не заботясь ни о чем. Потому что он от нее и правда поехал рассудком. В который раз... Он когда-то насытится ею или нет?       Чонгук входит в нее и продолжает, снова поджидая ее оргазма. Интуитивно, конечно. Но, кажется, он начал немного лучше понимать Кристину и реакции ее тела. Ему хочется, чтоб они кончили вместе. Это не утопия, это возможно, если ты терпеливый и упорный.       — Скажи мне, как будешь почти готова, — шепчет он, все же решаясь попросить ее дать сигнал.       — Хорошо, — задыхается она от того, что JK с ней делает. — Не останавливайся...       Сейчас ей надо только не мешать — и все. Просто трахай. Двигайся. Усиляй. Замедляйся, чтобы снова ускориться. Удивительно, как он хорошо чувствует, что надо делать! Она ведь ничего ему не говорит, а он чувствует и делает все правильно. Такой зайчик...       — Ох... Чонгук, сейчас, — еле выжимает из себя она.       И он добивается этого. Да, они могут это делать и вместе... Кончать вместе. Оргазм пронзает их тела насквозь огромным острым клинком, пригвоздив друг к другу.       Сразу обоих.       Для верности.       Чтоб знали, каково это.       Чтоб успокоились.       Они стонут, содрогаются и постепенно затихают. Чонгук упал на нее всем телом, потому что у него больше нет сил. Придавил ее. Ему кажется, что он почти умер на ней. Что ж, этого стоило ждать так долго.

* * *

      JK понял, что немного измучил Кристину, потому что она после этого раза уже никак не хотела очнуться, наоборот, стала проваливаться в сон. Она действительно устала, ее тело переживало глубокое потрясение и все еще не отошло от него. Чонгук беззвучно рассмеялся. Вот это да! Девушка, а условно готова отвернуться к стенке и захрапеть? Он не ожидал от нее такого, но подозревал, что она его еще чем-то удивит.       Он улегся рядом с ней и стал смотреть, как Крис спит. Господи, как можно так спать, это ж адски неудобно. Вот это он ее ушатал, бедняжку. Чонгук подложил подушку ей под голову, вообще уложил ее поудобнее, укрыл обнаженное тело одеялом. Она завозилась в постели и вдруг сквозь сон пробормотала на чистом корейском:       — Чонгук-щи, я люблю тебя...       Чонгук замер от неожиданности.