Не для меня

Сибирь встретила непрошеных гостей морозами и обильным снегопадом. Небольшую деревушку на краю леса так замело, что без лопаты в такую пору уж точно не обойдется ни один житель, а метель стояла такая, что, как говорится, не видно ни зги. Достоевский, Гончаров и Гоголь остановились в небольшом, но уютном домике, стоящем ближе всего к лесу. Из окна можно было видеть могучие сосны и зеленые ели, ветви которых уже давно покрылись толстыми слоями снега. Электричество в этом месте работало через раз, а связь и выход в интернет вообще отсутствовали. Единственный способ связаться с кем-либо по телефону, это добраться до ближайшего более населенного пункта, чем эта деревня, состоящая из нескольких домиков и пары «продуктовых». Вечера приходилось коротать при свете восковых свечей. Фёдор сидел в кресле у камина и потягивал ароматный чай, флегматично наблюдая за язычками пламени, устремляющимися ввысь от раскаленных дров. Он уже вдоль и поперек обдумал план проникновения в лабораторию (она находилась как раз неподалеку), до корочки вызубрил его и объяснил на пальцах своим подопечным. Осталось только сидеть и ждать, когда эта снежная вьюга хоть немножечко, да поутихнет. Николай тем временем доставал Ивана своими картами, показывая различные фокусы и прося «выбрать и запомнить одну». Иван лишь смотрел на того снисходительно и терпел, лишь бы этот клоун не додумался начать докучать его и без того серьезному и хмурому господину. - Ну и погодка тут! – изумился Николай, оторвавшись от своих карт. Небрежно шлепнув разлетевшейся колодой по столу, он отошел от Ивана (к облегчению последнего) и прильнул к окну, за которым бушевал буран, - Дос-кун, а ты уверен, что мы не проторчим тут до самого конца зимы? – в его всегда задорном голосе даже послышались нотки сомнения. - Снег прекратится через несколько дней, - ответил Гончаров, собирая карты со стола, - Господин все рассчитал. Федор, решив, что Иван за него уже все сказал, решил лишний раз отмолчаться. Оторвав от костра в камине немного усталый взгляд, он перевел его на небольшие настенные часы. Уже почти половина девятого. Достоевский поднялся с кресла и направился к себе в комнату. - Что-то я устал, - бросил он своим подопечным, обернувшись через плечо, - Я спать. За окном уже темным-темно. - Что, так рано? – удивился Гоголь, - Что-то ты рано стареешь, друг мой, - пошутил он, - еще даже девяти нет! Федор бросил на него недовольный взгляд. - Ладно-ладно, - замахал руками клоун, - молчу! Удовлетворенный этим ответом глава Крыс ушел к себе в комнату, негромко прикрыв за собой тихо скрипнувшую дверь. Комната ему показалась гораздо холоднее чем гостиная, а потому, переодевшись в ночное одеяние, Федор поспешил лечь в кровать и завернуться в толстый шерстяной плед. Из гостиной где-то еще час времени доносился задорный смех Николая и тяжелые вздохи Ивана, а Достоевский, чем дольше лежал, смотря на деревянные доски потолка, тем больше понимал, что сегодня уснуть вряд ли получится и мешки под его фиолетовыми глазами грозятся стать еще немного больше.