Не для меня

Когда Федор подходил к окну, чтобы закрыть его, боковым зрением он уловил голубоватое свечение, которое прозрачным силуэтом стояло и, как ему даже показалось, глядело на него. По крайней мере, у него прошлись мурашки по коже, точно кто-то в спину смотрит. Достоевский замер. Резко захлопнув окно, тот все же развернулся всем телом, но когда он это сделал, призрак уже растворился в воздухе. Парень проморгался: а не привиделось ли ему все это? Но нет, своим глазам он полностью доверял. Немного потупив взгляд, да подумав, Федор перевел взгляд на спящую девчонку. Он подошел к ней, пододвинул стул спинкой вперед и сел на него, обхватив спинку руками, задумчиво продолжая вглядываться в кукольное лицо, ожидая, что ресницы вот-вот дрогнут. У него было лишь одно умозаключение. - Либо в нашем скромном жилище завелся маленький разбойник-полтергейст, - усмехнулся Федор, - Либо это ты проказничаешь. Я прав? Ответом ему послужила тишина. Девушка все так же мирно спала, не слыша его. Достоевский предположил, что это может быть проявление ее способности, и это довольно любопытно. - Значит, твоя способность – призывать духа, вызывающего всякие беды? А на что еще способен маленький проказник, ты мне расскажешь? – с улыбкой на губах говорил с особой Федор, хотя и знал, что та его не слышит, - Молчишь? Ну, молчи, твое право… Федору было приятно с ней разговаривать, даже если она ему не отвечала. Словно что-то теплое и мягкое зашевелилось в его заледеневшем сердце, заставляя молодого человека невольно снять прилипшую к его лицу маску почти полного хладнокровия. - Знаешь, когда у меня в руках будет Книга, я очищу этот мир от грешников, заполонивших его, - продолжил он свой монолог, - но, по правде сказать, мысль о том, что придется вместе с тем уничтожить и такое прекрасное создание, как ты, заставляет мое сердце непривычно для себя сжаться. Не думал, что могу испытывать подобное по отношению к эсперу… Понимаю, ты не виновата, что родилась такой и, может, если есть в этом мире то, что не даст завянуть прекрасному, я придумаю еще, что с тобой делать… Тут скрипнула входная дверь, ведущая на кухню, и в гостиную зашел Иван. - Господин? – немного взволнованно позвал он, - Я слышал какой-то шум, с вами все в порядке? - Да, просто окно резко открылось, - отмахнулся Федор с некоторым раздражением, так как ему не очень понравилось то, что его отвлекли от их одностороннего разговора. - О, огонь в камине потух, - наконец Гончаров обратил внимание на то, что в комнате стало слишком уж темно, - Надо его разжечь, а то вы тут совсем окоченеете, - сказал подчиненный и подошел к камину, чтобы вновь оживить его. Федор смотрел на своего слугу не мигая. - Где Гоголь? – спросил Достоевский наконец, вернувшись в привычное для себя состояние. - Ему стало скучно и он уснул прямо за столом, - ответил Иван. Дрова в камине вспыхнули, и теплый оранжевый свет вновь заполонил пространство. - Как проснется, скажи ему, чтобы готовился. Завтра утром мы наведаемся в лабораторию. У нас осталось мало времени. - Понял, господин, - с этими словами Гончаров удалился обратно на кухню, а Федор остался вновь наедине с маленьким чудом, которое в первый раз завило о себе таким необычным способом.