Не для меня

Демон Достоевский продолжал молча наблюдать за Катериной с легкой загадочной ухмылкой. Он улавливал каждый вздох, каждое движение, которые казались ему очень непринужденными и легкими, словно воздушными. Парень неустанно вглядывался в лицо, обрамленное длинными тонкими волосами, которое излучало детскую простоту и наивность. Девушка просто пила приторно-сладкий чай, и, казалось бы, ничто ее не тревожило. Периодически он замечал, что она, переставая глядеть на темную жидкость в чашке, поднимала взгляд на него самого, и тогда ее выражение лица становилось весьма забавным. Она даже немного смущалась, когда ее янтарные глаза встречались с фиолетовыми. Интересно, о чем она думает в этот момент? Пока они разговаривали, Федор внимательно следил за тем, как меняется ее лицо. Очень живо и красочно она переживала каждую секунду, он читал ее, как открытую книгу. И если поначалу она боялась его, то потом стало заметно, что она прониклась доверием к нему, что не могло не радовать. Когда в очередной раз она подняла свои большие янтарные глаза на Федора, он не выдержал и решил ее немножко подтрунить, дав понять, что замечает ее кроткие мимолетные взгляды. - Что? – спросил Федор, склонив голову на бок в притворном удивлении, - Что-то не так? Девушка тут же стушевалась и отвела взгляд, после чего устремив тот в пол. На ее бледно-разовом личике выступил едва заметный румянец. «Невинная душа» - невольно подумал Достоевский и снова загадочно улыбнулся. Эта мысль, однако, показалась ему крайне странной. Она ведь эспер, а все эсперы грешники, как он считал до этого момента. Но он не хотел верить, что в этом хрупком теле, за этим прекрасным бледно-розовым личиком, за этими двумя наичистейшими янтарями скрывается настоящий грех. Девушка допила чай и привстала, чтобы поставить чашку на стол. Босыми ногами она ступала по холодным деревянным половицам, и те едва заметно скрипели под ее маленьким весом. Но было заметно, что она старается идти как можно более аккуратно, словно нехотя привлекать к себе излишнее внимания, хотя и все равно видела, что Федор неотрывно изучает ее взглядом. Это смущало Катерину и даже немного беспокоило. Было заметно, что та боится лишний раз повернуться, лишь бы не сделать ничего лишнего, чего-то, что могло бы не понравиться господину. Это только забавляло Достоевского: такая маленькая, такая беззащитная телом и такая наивная душой. Думает, одно неловкое движение, и мир рухнет. «Где ты свои крылья потеряла?» - подумал демон, тихо рассмеявшись себе под нос. Федор любил красивых людей, а когда красота сочетается с такой кротостью, вообще загляденье. - Господин Федор… - вдруг нарушила тишину его собеседница, присаживаясь обратно на диван. - Просто Федор, - поправил Достоевский, сверкнув глазами: что же отважилось сказать это Божье чудо? - Федор, - повторила девушка немного смущенно и с долей грусти опустила глаза, - Я ведь ничего не знаю об этом мире. Вернее, конечно, что-то мне известно, но этого не достаточно, чтобы выжить… - Об этом не беспокойся, - поспешил развеять ее страхи Достоевский, - Как я говорил ранее, ты под нашей защитой. А пока это так, тебе ничто не угрожает. Я отвезу тебя в Санкт-Петербург, в штаб «Крыс мертвого дома», и там ты будешь как за каменной стеной. Я обещаю. Никто тебя и пальцем не тронет. - А как же… Доктора из лаборатории, - с сомнением во взгляде проговорила Катерина, - Они, скорее всего, настоят на том, чтобы я вернулась обратно… - Они тебя не найдут, - отрезал Федор, - А если и найдут, то мы с ними разберемся. Мы разберемся с ними в любом случае, - его глаза сверкнули малость недобрым огоньком. Повисла пауза. Катерина снова уставилась в пол, а ее губы слегка дрожали, словно она мысленно подбирала нужные слова. - Я тебе очень благодарна, Федор, - вдруг девушка расслабилась и даже перестала нервно сжимать ткань подола сорочки. Она подняла взгляд на Достоевского, - Если бы я могла тебя как-то отблагодарить… - Я еще ничего для тебя не сделал, - отмахнулся тот, немного стушевавшись. Он продолжал наблюдать за переменой в ее лице и, увидев на нем наидобрейшую улыбку и полный нежности взгляд, обращенный на него, впервые сам отвел глаза. Что-то оттаяло в ледяном сердце демона. Когда в последний раз на него так смотрели? - Ты сделал больше, чем тебе кажется, - сказала Катерина, продолжая улыбаться. - Невинная душа, - вдруг вырвалось у Достоевского, когда он снова заглянул в эти наичистейшие, полные благодарности, глаза. - А?.. – тут же отозвалась Катерина, склонив голову на бок. - Да это я так, - вновь отмахнулся Федор, и слабо улыбнулся, - Не обращай внимания. Федор понял, что не в силах больше выдерживать ее взгляд, что в этой компании он ощущает себя как-то… необычно. Он вдруг почувствовал себя таким уязвимым, словно в руках этой девочки было что-то такое, что может его убить. И демон, тяжело вздохнув, встал с кресла и, взяв с полки первую попавшуюся книгу, напоследок сказал. - Если что, я буду у себя. Иван в твоем распоряжении. Отдыхай, - с этими словами он направился прочь в другую комнату. Когда дверь комнаты за ним закрылась, Достоевский улегся на мягкую кровать и, взяв книгу в руки, открыл на первой странице. Он начал читать, но со временем понял, что не может сконцентрироваться на тексте. Перед его взором, казалось бы, по-прежнему стоял этот полный нескончаемой благодарности взгляд. Федор искренне не понимал, что на данный момент он такого сделал, чтоб заслужить его.