Не для меня

Лежа на кровати и обнимая подушку, Катерина размышляла о том, что говорил ей Гоголь. Их странный и местами пугающий диалог никак не выходил у девушки из головы. Так же на ум приходили мимолетные воспоминания о том, как она уснула в объятиях обаятельного Достоевского. Воспоминания о черноволосом молодом человеке так и заставляли ее щеки наливаться предательским румянцем. Наконец, выпустив из рук подушку, она решила осмотреть комнату, чтобы отвлечься. В углу стоял столик с большим зеркалом, и Катерина не могла удержаться, чтоб в него не заглянуть. Встав с кровати, она подошла к нему и посмотрела в отражение. Из отражения на нее глядела худая, даже угловатая, как ей самой показалось, девушка с острыми локтями и ключицами. Больше всего внимания привлекли волосы. Длинные и тонкие, они безжизненно свисали вниз, на концах делаясь почти прозрачными, словно паутинки. - Надо срочно с этим что-то делать… - сказала она себе под нос, недовольно нахмурившись. Отойдя от зеркала, девушка сразу отправилась в гостиную, искать Николая. - Коля! – позвала она немного даже требовательно. - Да, птенчик? – выглядывая из-за спинки дивана, на котором он лежал, откликнулся Гоголь. - Мои волосы, - сказала Катерина, собирая немногочисленные тонкие прядки у себя на плече,- они слишком длинные. Заплети мне косу, как у тебя. - Без вопросов, - поднял ладони вверх Николай, улыбнувшись, - Садись. Катерина подошла, села на диван и повернулась к клоуну спиной. Парень начал руками перебирать длинные пряди. Разделив волосы на три равные части, он стал не спеша, аккуратно заплетать косичку. Через пару минут он завязал маленькую ленточку на конце и довольно произнес. - Готово, воробушек! - Спасибо… - неуверенно поблагодарила Катерина и, взяв получившуюся косу в руки, недовольно произнесла себе под нос, - Какая тонкая… - Да, никогда не видел таких тонких волос, - задумчиво произнес Николай, - Но знаешь что? – он наклонился к ее плечу, начав говорить прямо на ухо, - Я слышал историю, в которой принцу в руки прилетел волос. Волос этот был настолько тонкий, что он сразу влюбился в ту, кому он принадлежал. - Не слышала такой сказки, - качнула головой Катерина и, встав с дивана и не произнеся больше ни слова, под вопросительный взгляд Николая, решительным шагом направилась на кухню. - Эй, птенчик, ты куда? – Гоголь увязался за ней и, придя на кухню, увидел, что та что-то ищет. - Они должны быть где-то здесь… - приговаривала девушка, разгребая различные приборы, - А, вот, нашла! – в ее руках показались крупные ножницы. - Ты что задумала, воробушек? – склонил голову на бок парень, но девушка, увлеченная своим намерением, прошмыгнула мимо него обратно в гостиную, а после нее и в комнату Достоевского, где стояло зеркало. Стоя перед зеркалом, девушка долго решалась и, наконец, положила тонкую косичку между двумя лезвиями и решительно сомкнула ножницы. Коса тут же безжизненно упала на пол. Катерина расплела оставшиеся волосы, которые теперь доходили ей до уровня чуть выше груди. В комнату пришел Николай и уставился на девушку. - Понимаю, коса не понравилась, но обрезать-то ее зачем? – спросил он, уперев руки в бока. - Так удобнее, - ответила Катерина, крутясь перед зеркалом, и смотря на свою новую стрижку, которая получилась слегка неровной, однако смотрелась куда аккуратней длинных полупрозрачных прядей, - Всегда хотела отстричь эти патлы… - Ну… - Гоголь аж замялся, - Чем бы дитя не тешилось, лишь бы не плакало. - Как думаешь, Федору понравится? – спросила Катерина, все так же любуясь своим отражением, и укладывая руками локоны по бокам. - А это ты у него сама и спросишь, - ответил Гоголь, качая головой, - и пришло же птенцу в голову волосы обрезать… - А мне так больше нравится! – уперто ответила Катерина, надув щеки. - Как скажешь, воробушек, как скажешь! – замахал руками клоун, признавая свое бессилие в данной ситуации. - А теперь прочь из комнаты! – внезапно заявила девушка, выталкивая Гоголя через дверной проем обратно в гостиную, - Я на тебя все еще сержусь! – с этими словами она захлопнула дверь прямо перед его носом.