Два пути одной дороги 2

— Лена? — удивлённо и с ноткой радости спросил Пик. Но она и не думала отвечать. Она зла на всех, кто связан со смертью Яна, и на себя в том числе. Но она этого вслух никогда, казалось бы, и не признает. — Ты? Спустя столько лет ты появляешься на моих глазах и радуешься? Ты знаешь, что случилось с Яном? — Я узнал это первым, поверь. Не думай, что я какая-то дрянь. Да, это я соединил связь. Восьмой и не подумал, что Лена могла не знать об этом. Она ещё больше возмутилась после слов парня: — Так ты... Это ты убил его? Шокированная Татьяна обернулась на девушку. Пик явно заволновался. — Я не хотел... Гера подошёл к восьмому: — Вы с Еленой знакомы? — Вот только ты не лезь сюда! И так всё попортил! — накричала Лена. — Я попортил? Помнишь, что я тебя всегда поддерживал? — Да что ты говоришь! — девушка бросила недовольный взгляд на Геру. — В тот день ты мной воспользовался. — Лена, ты слепая... Ты помнишь только плохие вещи. Старайся смотреть на мир с иного угла, наконец. Гера отвернулся и направился к Татьяне. Вдвоём они закончили с уборкой и, помянув парня, стали собираться обратно, пока Лена всё бесилась. — Лена, ты стала всплывчивей. Прошу, не надо поддаваться эмоциям, нам всем трудно от смерти Хелен и Яна, я тебя понимаю. Я знаю, что совершил ошибку, и я о ней жалею. Не представляешь, насколько сильно. Но нельзя стоять на месте, поэтому предложу тебе встретиться когда-нибудь и разобраться в их смертях окончательно. — Мы слишком много времени потеряли! Поздно уже! И никуда я с тобой не пойду! Лена полезла к Гере в сумочку и достала оттуда ручку с листком, написала записку и передала Пику, подойдя к могиле Яна. — До сих пор не верю, — эти слова сорвались, как с обрыва; так тоскливо и резко... Девушка пошла за Герой и Татьяной. — Ты такая же циничная, как и была, — обиженно сказал Гера. Пик раскрыл записку, проведя взглядом уходящих людей. В ней был знакомый адрес — кофейня. Снизу дата и время — одиннадцатое июля, шесть вечера. А у Пика в это время выступление. "Но разгадки будут куда полезнее концерта", — подумал Пик, как услышал шаги сзади. — И что эта истеричка хотела? Это Лена? — подошёл Вару. — Да так... Накричала и ушла, — ответил Пик, задумавшись, как бы ему ускользнуть от выступления. ...Парни помянули Хелен. Собрав вещи, они поехали в отель. За столько лет это стало совсем обычной жизнью, а отель стал домом, концерты стали привычными и любимыми, как ранний завтрак в родном доме. Жизнь перестала быть такой динамичной, как раньше: Пик уже не бегает туда-сюда в поисках ответов на свои вопросы, не гневается на себя и окружающих, не ищет в жизни смысл и не ищет смысл в смерти. Ведь смысл жизни он уже познал. В этом он может копаться очень долго, правда, уже только в мыслях. Но что-то внутри, какая-то частичка в сердце рвётся наружу, пробуждает силы, заставляет ноги бежать, а надежду возрастать. Эта частичка будто принадлежит Яну: такая же неспокойная и энергичная, которая так и не вернулась к хозяину, оставив следы на душе восьмого. Может, её Яну и не хватило, может, именно поэтому он решился на самоубийство? Кажется, Пик понял, что с ней нужно сделать. На лице короля растянулась хитрая улыбка, и Вару, открыв дверь в номер, спросил: — Репетиции радуешься? — Вару снял пиджак, а Пик подошёл сзади. — А давай отменим концерт? — игриво спросил восьмой, обхватив руками живот Вару. — С ума сошёл? Ты ж сам хотел его устроить, а потом говоришь, что хочешь отменить. Пик не ответил. Он лишь провёл рукой по шее зелёного, заставив его вздрогнуть. — Не сейчас, Пик, нам готовиться надо... Но он просто-напросто игнорировал слова Вару. Парень упал вместе с ним на кровать и молниеносно справился со свитером Вару. Джинсы зелёного уже заняли место на полу, а худи Пика осталось лежать рядом с парнями. — Ты думаешь, что если оттрахаешь меня, то я сделаю всё, что ты захочешь? — заехидничал валет. — Нет, я так не думаю. Я это знаю, — после этих слов Пик жадно впился в губы Вару, не дав ему и слова сказать. Зелёный прижал руками голову восьмого к себе, прогибаясь под ним. Торс Пика коснулся торса Вару, от чего по телу прошли мурашки. Валет остановил поцелуй, опустившись к ключице парня. По пути он поцеловал горящую то ли от стыда, то ли от похоти шею, но всё-таки спустился к желанному месту. Тёплыми губами он почти незаметно коснулся кожи Пика, после нежно, будто облаком, поцеловал, потом, прикусывая зубами, он стал интенсивно оставлять на ней красный след. За ним пошёл второй, третий... Пик в наслаждении опустился и что-то прошептал, а Вару продолжал жадно присасывать кровь Пика ближе к коже. Плечи и шея Пика были покрыты этими "пятнами", а Вару осматривал свою работу, прикусив губу. — Я тебе отомщу за это, — ухмыльнулся Пик и перевернул партнёра на живот, сжимая его руки. Вару позволил восьмому распорядиться его телом, так что Пик и не думал останавливаться. Тело зелёного, почти забывшее ласку, вновь пробудилось в ненасытном возбуждении. Восьмой стал аккуратно подталкивать Вару вперёд, сначала пальцами, а потом уже более верным путём, уверенно ускоряя темп и подливая смазки, на что валет мог ответить лишь сиплыми стонами. С каждым рывком дышать становится тяжелее, разум туманится от мокрых хлопков, жаждя продолжения. Пик сам еле держался, чтобы не издать томное мычание, делая движения ещё более быстрыми. Пик опустился, укусив Вару за плечо, что приблизило пик наслаждения, но теперь Вару пытается сдерживаться, чтоб растянуть этот момент надольше. Восьмой стал сбавлять темп, чем дал немного отдышаться. Вару жадно глотал воздух, переводя дух, но внизу живота всё ещё ныло. Хотелось довести дело до конца. А Пик специально не начинал, ожидая услышать мольбу от партнёра. Он получил, что хотел. — Продолжай! Не тяни! — кое-как выдал Вару, вдавившись в кровать, и сглотнул всё, что накопилось посреди горла. Пик пощадил парня и вновь погрузил его в наслаждение, снова пустив в ход пальцы, поочерёдно, будто считая, добавляя до трёх. Свободной рукой он гладил зелёного по боку, изредка специально щекотя его. — Обо мне не волнуйся. А Вару и не думал, что бы и Пик насладился этим днём. Сейчас его голова заполнена лишь желанием получить как можно больше удовольствия. Под ними сминалось одеяло, а зелёный сжимал ткань свободной рукой, пытаясь ещё хоть как-то сдерживаться. Пик дразнил Вару грязными словами, но сейчас это доводило парня до того самого момента, и валет, издавши громкий надрывистый стон, за которым последовали более тихие и нежные, забился в оргазме. Руки сжимали бедное одеяло ещё сильнее, глаза невольно сомкнулись, а губы расплылись в довольной улыбке. Тело Вару давно жаждило этого удовлетворения, поэтому зелёный и вправду теперь может отдать королю всё, что тот потребует. За пару минут он уже полностью обмяк, всё ещё громко дыша. — Понравилось? Пик нежно обнял Вару, который еле прошевелил губами: — Ещё как... Такой недолгий секс выбил из Вару какие-либо силы на репетицию, и уж тем более на концерт. И завтра ему уже точно не захочется выступать на публике. Этого Пик и добивался. — Ты забрызгал всё одеяло, как шлюшка на подворотне. Давно я тебя не видел таким, — усмехнулся восьмой, оглянув кровать. — Сегодня поедем в прачечную. Наконец Вару пришёл в себя и собрал вещи в душ. Прежде чем он покинул номер, в шутку обиженно сказал: — Да, шлюшка, но клиент-то ты. Пик издал короткий смешок, после чего заприметил, что самому не мешало бы помыться. Накинув футболку и шорты, он выглянул в окно. — Жди меня, Лена. И восьмой направился в душ.