Любовь от ненависти

      Дамблдор, конечно, пытался повлиять на профессоров, но, увы, не успел повлиять на учеников, которые, мгновенно сплотившись, возненавидели тебя. Гриффиндор и Слизерин из-за травм игроков своих команд, а Когтевран и Пуффендуй из-за влияния своих деканов. Первые три дня с момента трагичного матча все ученики, объединившись, устроили тебе бойкот. Ввиду того, что практически всё твоё время занимали частные уроки с зельеваром, ты отнеслась к этому довольно спокойно. Твоя безмятежность вывела гнев студентов на совершенно иной уровень. Адам сначала пытался тебя поддерживать, разумеется не на людях, но всё же он предупреждал тебя о ловушках, которые планировали его сокурсники, однако, как только в его верности «делу» кто-то усомнился, он сразу же прекратил общение с тобой. Юноша оправдывался повышенной занятостью, но вы оба понимали, что он врёт и постепенно сокращает общение с тобой в целях спасения своей шкуры.

***

      [Спустя 12 дней после матча]       Впервые за последнее время ты смогла уснуть на всю ночь: без кошмаров, криков и садистских розыгрышей своих однокурсников. Всё ещё лёжа в кровати и сладко потягиваясь, ты медленно открыла глаза, после чего резко замерла, вцепившись руками в матрас.       Твоя кровать находилась в воздухе над каким-то деревом, и с каждой секундой после твоего пробуждения она (кровать) по воздуху опускалась всё ниже и ниже.       «Ну-у-у… Кровать не улетела в небо и не упала… Значит, всё не так плохо… Судя по всему через 5 метров я окажусь на дереве, а там спокойно спущусь вниз», — стараясь сдерживать панику, рассуждала ты.       Деревом, над которым ты левитировала, была Гремучая Ива и как только, кровать оказалась в «зоне поражения», ветви ивы ожили, с целью лишить жизни тебя. Ива схватила твою кровать вместе с тобой и резко опрокинула Вас на землю, желая втоптать в грязь тебя и разнести в щепки твоё спальное место. От резкого столкновения кровати с землёй ты не удержалась и слетела с неё весьма вовремя, учитывая тот факт, что ваша борьба набирала новые обороты. Гремучая Ива, собрав ветви в «кулак», обрушилась на кровать, полностью разрушив её. Понимая, что если бы дерево целилось чуть левее, то точно также могло сломить и тебя. Ты решила долго не заглядываться на картину этой битвы и, стараясь изо всех сил, поднялась и, слегка прихрамывая, направилась прочь от разгневанного дитя матушки-природы. Отбежав на несколько метров, в ходе которых ты осознала, что во время падения подвернула ногу, ты позволила себе остановиться и передохнуть. Фатальная ошибка, которая привела к тому, что Гремучая Ива, протянув к тебе ветви, схватила тебя за ногу и потянула к себе.       Ни адская боль в ноге, ни сломанные ногти, не могли остановить тебя в этой борьбе за жизнь. Ты цеплялась за сырую землю, полностью извалявшись в грязи. Ты пыталась сопротивляться всеми возможными способами и в результате своих усердий сломала указательный палец правой руки. Ива садистски тащила тебя, намеренно извиваясь ветвями по земле, чтобы лишний раз стукнуть тебя о камень и причинить всё новые и новые страдания. Она изогнула ветвь так, чтобы искупать тебя в одной из луж, намокнув, в которой ты поняла, что с тебя спадают пижамные штаны.       «Это мой шанс!» — подумала ты и изобразив потерю сознания, для правдоподобности позволила дереву протащить тебя ещё несколько метров. Сначала не доверяя тебе, дерево пару раз тряхнуло тебя из стороны в сторону, как это делают собаки с игрушками, которыми они не желают делиться и убедившись в правдоподобности твоего состояния, несколько успокоилось и, слегка ослабив хватку, начало оттаскивать тебя в сторону кровати, чтобы добить окончательно.       Прочувствовав более расслабленный нрав ивы, ты резко выскочила из штанов, за которые она тебя волокла, и схватив с кровати белую простыню, мигом бросилась прочь от неё. В этот раз ты бежала без остановок: не оглядываясь и совсем не жалея повреждённую ногу, полностью наступала на неё, понимая, что хромота не такое уж и печальное последствие битвы в отличии от смерти.       Вся в грязи с окровавленными ссадинами на лице и теле, отвратительно вывернутым в неестественном направлении указательным пальцем, укутанная в изорванную простынь, ты, подбегая к дверям в Хогвартс, наткнулась на директора.       Дамблдор: О Мерлинова борода, что с Вами произошло?       Ты (дрожащим голосом): Мне очень больно. Помогите…       Директор достал палочку и, произнеся непонятные слова в твой адрес, погрузил тебя в сон.

***

      Очнувшись в больничном крыле, ты увидела мадам Помфри, колдующую над твоим пальцем.       — О! Вы уже очнулись!       — Да… — хриплым голосом ответила ты.       — Держи, моя дорогая, попей, — заботливо протягивая тебе стакан воды, медиковедьма вновь вернулась к твоему пальцу.       — Спасибо… — поблагодарила ты женщину и, залпом осушив стакан, поставила его на тумбочку возле больничной койки, после чего, облокотившись на локоть, приняла более удобную позицию, сидя на кровати.       — Смотри, теперь не всё так плохо, — оживлённо сказала медиковедьма, демонстрируя тебе плоды своих трудов.       Опробовав палец на деле: несколько раз подряд согнув и разогнув его, — ты поняла, что чувствуешь себя намного лучше. Желая убедиться в целости остальных частей тела, ты немного «подрыгала» ногами.       — О Боже! Это волшебство! Я думала, что буду всю жизнь хромать, но теперь! Вы просто чудо какое-то, Мадам Помфри! — от восторга рассыпалась в благодарностях ты.       — Это действительно чудо, даже по меркам магии. Других бы волшебников с твоими травмами мне бы пришлось лечить несколько дней, но не тебя. Ты смогла оправиться за час! Надо сказать Дамблдору!       Тут за её спиной появился директор.       Д (Дамблдор): И что же ему надо сказать?       П (Помфри): О, здравствуйте, директор. Вы просто не представляете, как быстро эта ученица исцелилась, за всё время моей практики такого никогда не было.       Д: Она у нас и не такое может!       П: Что Вы имеете ввиду?       Д: Мы выяснили, почему она к Вам попала, мадам Помфри, Вы можете себе представить, чтобы ученик без палочки мог самостоятельно одолеть Гремучую Иву?       П: О, Мерлин!       Ты: Но, директор, Вы случайно не выяснили, как я оказалась над Гремучей Ивой?       Д: Выяснили. Если мадам Помфри готова тебя выписать, я могу тебе всё рассказать по пути в твою новую спальню.       П: Мисс Ласт, Вы можете быть свободны, но на всякий случай, зайдите ко мне завтра на осмотр.       Ты: Хорошо, зайду. До свидания, мадам Помфри, и ещё раз огромное спасибо Вам.       Дамблдор предложил тебе руку, чтобы помочь встать с кровати, которую ты благодарно приняла и, набросив сверху больничной пижамы, учебную мантию, лежавшую на спинке кровати, отправилась с директором по длинным коридорам Хогвартс в поисках новой спальни, попутно слушая его философские разглагольствования. Спускаясь всё ниже и ниже по лестницам школы, ты поняла, что новая комната будет находиться всё также в подземельях.       Д: Понимаете, многие люди склонны накапливать свои претензии этому миру. И когда происходит что-то плохое, они могут весь свой гнев от этих обид обрушить на одно событие или человека, которого они в этом событии винят.       Ты: Но это не честно! Что значит могут?! Нельзя так поступать!       Д: Я абсолютно с Вами согласен, моя дорогая, и, конечно, все зачинщики данного действия понесут строгое наказание, но всё же… Вы должны понимать причину их поведения…       Ты: Я поняла Вас, Сэр.       Вы углубились в лабиринт подземелья и в твоей голове начали оживать воспоминания о профессоре, просившем не запоминать дорогу до его комнат.       Д: Вот, дверь в Вашу комнату, кстати, эта дверь [он указал на дверь что находилась напротив], дверь Вашего соседа, профессора Снейпа. Я решил, что для Вашей безопасности так будет лучше. А за этими дверьми [он указал на оставшиеся 2 двери] никто не живёт, но и входить в них не стоит. Это секретные лаборатории Вашего декана, о которых, разумеется, все знают.       Директор отошёл от тебя и, взмахнув палочкой, провёл нехитрый ритуал, после чего пояснил, что наложил защитные чары на весь холл, благодаря которым в него могут войти только преподавательский состав и ты.       Ты: Спасибо, директор. Но…       Д: Вас что-то смущает?       Ты: Да… Я хотела спросить… Мой сосед… он в курсе того, что теперь живёт не так уединённо, как ему бы того хотелось?       Д: Ещё нет, он сейчас на собрании факультета, наверняка устраивает разнос студентов, мы с ним ещё не пересеклись… Но уверяю Вас, тут не о чем беспокоиться.       Ты: Конечно, директор.

***

      Осмотревшись в своей комнате, ты поняла, что сражение с Гремучей Ивой прошло не зря и теперь ты стала обладательницей королевской спальни: собственного огромного шкафа, двух диванов, огромного стола и — О, чудо! — собственной ванной комнаты.       «Кажется, мечты сбываются!» — подумала ты, запрыгивая на кровать и прикрыв от счастья глаза, позволила себе уснуть.       Проснувшись от резкого шума бьющейся посуды, ты обнаружила на столе поднос с едой и упавшую чашку на полу.       — Какая же я дура, глупая, несносная дура! Дура! Дура! — кричала домовой эльф, попутно давая себе пощёчины.       — Что! Что происходит? — в панике спросила ты.       — Глупая дура! Дура! Дура! Разбудила хозяйку! — продолжая хлестать себя, ответила эльф.       — Не могу на это смотреть! Прекрати! Прекрати, пожалуйста! — прокричала ты, с отвращением глядя на картину самоистязания.       — Ладно, госпожа Ласт.       — Кто ты такое, и что ты тут делаешь?       — Я Ваш личный эльф, и я принесла Вам ужин.       — О да, точно, домовые эльфы, я помню, я читала… Но… но ведь раньше у меня не было эльфа, почему ты появилась сейчас?       — У всех, у кого, есть личные комнаты есть эльф. Я эльф этого холла, эльф на 2 спальни, так сказать.       — Понятно, то есть ты ещё и эльф зельевара?       — Да, госпожа.       — Интересно… А зовут-то тебя как?       — Дура! Дура, вот глупая Дура! Говорю с госпожой, не сказав своего имени! Вот же Дура! — начала биться головой о стену эльф.       — Да не дура ты!       — Конечно же Дура, а если бы я ушла, госпожа бы не знала, как меня позвать! Вот же я дура!       — Ну так скажи, как тебя зовут! — устав от эльфийских стенаний, перешла на крик ты.       — Лили.       — Отлично, Лили престань себя бить, это приказ!       — Но профессор сказал, что иначе я не запоминаю… — в слезах продолжила биться головой о стену эльф.       — Снейп?       — О нет, вот же дура! Я не должна была говорить! Дура! Дура!       — Ладно… Лили, уходи и не возвращайся, пока я тебя не позову! — прокричала ты, от отвращения закрыв глаза руками.       Эльф в мгновении исчезла, и ты, наслаждаясь тишиной, принялась за поглощение ужина. Расправившись с курицей и салатом, ты переоделась и решила сходить в библиотеку за книгами, указанными в перечне обязательной литературы, который тебе накануне отдал Северус.       Накинув мантию, ты вышла из комнаты и впечаталась в спину профессора, стоявшего напротив входа в свою спальню.       С: Кажется, я говорил, чтобы Вы не запоминали дорогу сюда.       Ты: Вам не кажется, Сэр, Вы и вправду это говорили [в неожиданно приподнятом настроении пыталась язвить ты].       С: Судя по всему, Вы уже оправились от случившегося…       Ты: Абсолютно верно, Сэр.       С: В таком случае, сегодня в восемь Запретный лес ждёт Вас.       Ты: Что-то мне подсказывает, что это не предложение и отказаться я не могу…       С: Удары головой о камень, полученные от Ивы, пошли Вам на пользу.       Ты: Спасибо за сочувствие, Сэр.       С: В восемь у выхода из замка. До встречи, мисс Ласт.