Охота

Сознание вернулось к Брайану Далтону волной тошнотворной боли в висках. Он лежал на спине, уставившись в странное небо, где сквозь разрывы в густой листве проглядывали два солнца — одно крупное и желтое, другое поменьше, с красноватым оттенком. — Где черт возьми... — он попытался приподняться, и мир поплыл перед глазами. Воздух был густым, влажным и пах гниющими растениями и чем-то металлическим. Рядом кто-то застонал. Брайан инстинктивно рванулся к бедру, где обычно носил кобуру. Пистолет был на месте. Это было единственное, что хоть как-то успокаивало. Он осмотрелся. Он лежал на мягком ковре из мха и перепревших листьев в небольшой прогалине. Неподалеку, также приходя в себя, поднимались еще пятеро человек. Крупный мужчина с суровым лицом и военной выправкой в камуфляже без опознавательных знаков уже был на ногах, сжимая в руках автомат АК-12. Его глаза холодно и быстро оценивали обстановку, сканируя каждого из них как потенциальную угрозу. — Эй, ты! — его голос был низким, с явным русским акцентом. — Кто ты? Как здесь оказался? — Брайан Далтон, — хрипло ответил американец, медленно поднимаясь. — И я бы с удовольствием узнал это сам. Последнее, что помню... вспышка света. И все. — Согласен, — произнес другой мужчина, одетый в форменные штаны и темную рубашку, потертую, но качественную. Он говорил на идеальном английском с британскими нотками. Он не пытался встать, а сидел, опираясь на рюкзак, и внимательно осматривал ствол своего компактного карабина L85. — Генри Ройс. И мои воспоминания заканчиваются аналогично. Вспышка. Потеря ориентации. Пробуждение здесь. — Олег Пронин, — коротко представился русский, кивнув в сторону Ройса и Далтона. Его взгляд упал на следующую фигуру. Женщина, невысокая, но с атлетическим телосложением, уже стояла в боевой стойке, держа наготове пистолет-пулемет MP5. Ее темные волосы были туго стянуты. Ее глаза, умные и жесткие, метались между деревьями. — Клаудия Чинкветти, — отчеканила она без лишних эмоций. — Спецназ. Где мы? Это учения? — Не похоже, — пробормотал Пронин. — Никакого брифинга. Никакого периметра. Никакого понятия. Все взгляды перешли на пятого человека. Он был одет в прочные, но явно гражданские штаны и куртку, а в руках сжимал не автомат, а старый добрый пистолет Vis-100. Он выглядел растерянным и напуганным. — Анджей... Анджей Бортвик, — представился он, поправляя очки. — Я... я полицейский из Вроцлава. Я шел домой с дежурства... и тут эта вспышка. Я не понимаю... Шестой участник пробуждения до сих пор молчал. Он сидел под большим листом, похожим на опахало, и с невозмутимым видом проверял обойму своего пистолета — массивного Desert Eagle. Он был одет в дорогой, но темный костюм, который теперь был в пятнах и помят. Его азиатская внешность и спокойная, почти отстраненная уверенность выдавали в нем человека из другого мира. — А ты? — обратился к нему Олег. — Тоже по дороге с дежурства? Мужчина медленно поднял на него взгляд. Его глаза были темными и непроницаемыми. —Хироши Окадзака. Якудза. И нет, — он вставил обойму обратно в пистолет с тихим щелчком, — мои дела не включали в себя путешествий в джунгли с двумя солнцами. Повисло тяжелое молчание. Солдат, наемник, офицер, спецназовец, полицейский и гангстер. У них не было ничего общего. Никакой связи. Никаких воспоминаний о том, как они сюда попали. — Значит, мы все здесь по одной причине, — резюмировал Ройс, наконец вставая. — Кто-то или что-то собрало нас здесь. Выбрало нас. Доставило. Вопрос — зачем? — Вопрос второй, — добавила Клаудия, все еще не опуская оружия. — Где «здесь»? Это не Земля. Все снова посмотрели на двойное солнце в небе. Ужас от осознания этого факта, до этого приглушенный адреналином и путаницей, начал медленно и неизбежно заполнять их. — Лагерь, — скомандовал Олег, ломая нарастающую панику. — Разбираться будем потом. Сейчас главное — выжить. Объединяем снаряжение, выставляем посты. Бортвик, с тобой есть аптечка? Польский полицейский кивнул, все еще не в силах вымолвить слово. — Хорошо. Значит, не все потеряно. Двигаемся к той скале, — Пронин указал на каменный выступ неподалеку. — Оттуда лучше обзор. Идем. Шестеро совершенно разных людей, объединенных лишь шоком и инстинктом самосохранения, начали двигаться сквозь незнакомый, враждебный лес. Они не знали друг друга. Не знали, где находятся. Не знали, что их ждет. Они не подозревали, что за каждым их шагом, с верхушек невиданных деревьев, уже следят три пары желтых глаз, полных холодного, хищного интереса. Оценка уже началась. *** Они шли уже больше часа, и странность этого места проявлялась все сильнее. Растения, которые на первый взгляд казались знакомыми папоротниками и лианами, при ближайшем рассмотрении оказывались чем-то иным: стебли пульсации едва заметно, а соки некоторых цветов светились в тени слабым фосфоресцирующим светом. Воздух гудел от насекомых, но это были не комары и не мухи, а существа с слишком большим количеством лапок и хитиновых крыльев. — Никаких следов, — пробормотал Олег, в очередной раз останавливаясь, чтобы осмотреть мягкую почву. — Ни звериных троп, ни человеческих. Как будто нас сбросили в первозданный мир. — Или в чей-то сад, — мрачно добавил Хироши, бесшумно шагая позади всех. Его взгляд постоянно скользил по верхнему ярусу леса. — И мы — декорации. Анджей Бортвик, тяжело дыша, пытался идти в ногу с остальными. Его городская физическая форма давала о себе знать. —Может быть, нам стоит остановиться и попытаться... я не знаю... подать сигнал? Разжечь костер? — Сигнал кому? — резко спросил Брайан Далтон. — Тем, кто нас сюда бросил? Чтобы они знали, где нас добить? Нет уж. Пока мы двигаемся, мы живы. — Далтон прав, — поддержал его Ройс. — Наша задача — найти укрытие, источник воды и оценить угрозы. Затем можно будет... Он не договорил. Хироши, шедший впереди, резко поднял руку, сжимая ее в кулак — универсальный знак «стоп». Все замерли, затаив дыхание. Японец медленно указал пальцем вперед, в сторону зарослей гигантских грибов, похожих на бледные зонтики. Оттуда доносились приглушенные голоса. Неясные, прерывивые, но это точно была человеческая речь. Смешанная с матерной руганью. Олег и Клаудия мгновенно обменялись взглядами и беззвучно рассредоточились, занимая позиции для флангового обстрела. Ройс и Далтон прикрыли центр. Хироши растворился в зелени слева. Анджей замер позади них, сжимая свой пистолет так, что костяшки пальцев побелели. — ...говорил же, идти налево! Теперь черт знает где мы! — раздался хриплый, сорванный голос с отчетливым ирландским акцентом. — Заткнись, Девон. Ты сам ничего не понял по этому гребню, — ответил другой, более молодой и жесткий голос. — Ребята, — вмешался третий, настойчивый голос. — Прекратите это. Мы должны найти воду. Или кого-то. Лобман, ты уверен, что видел дым? — Уверен, — прозвучал четвертый, низкий и усталый голос. — Сейчас его нет. Но он был. Олег сделал знак Ройсу. Британец кивнул и, сделав глубокий вдох, крикнул в сторону грибной рощи: —Эй, там! Выходите с поднятыми руками! Мы вооружены и не настроены шутить! В роще наступила мертвая тишина. Слышно было, как по листу ползет многоножка. Затем послышалось осторожное шарканье, и из-за бледных шляпок гримов появились четверо людей. Они выглядели ужасно. Их одежда была порвана и покрыта темными пятнами — грязи, крови и чего-то еще. Лица были осунувшиеся, испуганные и злые одновременно. В руках они сжимали оружие: дробовик, револьвер, два пистолета-пулемета. Но держали они его неуверенно, как люди, на краю своих сил. Впереди стоял худощавый мужчина в косухе, его глаза бегали от одного ствола к другому. —Кто вы? — выдохнул он. — Спасатели? — Сначала вы, — холодно парировал Ройс. — Имена. И как вы здесь оказались. — Лобман. Дэнни Лобман, — ответил тот же усталый голос, и из-за спины гангстера вышел еще один человек, более крупный, с лицом, испещренным шрамами. — Мы... с корабля «Кербер». Грузовое судно. Попали в какой-то шторм... аномалию. Корабль разломило. Мы одни из тех, кто выжил в спасательной капсуле. — Капсула? — переспросила Клаудия. — Где она? — В десяти километрах отсюда, — ответил ирландец, которого, видимо, звали Девон. — Разбилась вдребезги. Рация мертвая. — А вы кто? — вмешался гангстер. — Военные? Копы? — Мы те, кто задает вопросы, — вышел из укрытия Олег, его пулемет был неприятно направлен в их сторону. — Вы сказали «не одни». Сколько вас было? Лобман мрачно покачал головой. —Шестеро. Двое погибли при падении. Еще одного... утащило что-то в первую ночь. Не видели, что. Только слышали крики. Мы трое суток пытались выжить. — Трое суток? — удивился Брайан. — Мы здесь всего несколько часов. На лицах вновь прибывших отразилось недоумение и страх. — Ребята, — тихо сказал один из корейцев, тот, что помоложе, Мин-Хо. Он указал пальцем на небо. — Вы видели? Два солнца. Это... это не Земля. Все замолчали, в очередной раз осознав весь ужас своего положения. Шестеро тех, кого привезли неизвестно как, и четверо тех, кто разбился здесь. Десять человек, заброшенных на незнакомую планету. — Ладно, — вздохнул Ройс, опуская ствол. — Похоже, мы в одной лодке. Объединяемся. У вас есть припасы? Вода? Лобман показал на свой тощий рюкзак. —На два дня, если экономить. И патронов мало. В этот момент с верхних ветвей ближайшего дерева, похожего на гигантский бамбук, сорвалась небольшая ветка. Но она не просто упала. Она с такой силой вонзилась в землю между двумя группами, что вошла в почву по самую середину. Щелк! Все вздрогнули и вскинули оружие, поводя стволами по пустым кронам. — Что это было? — прошептал Анджей. — Не знаю, — бледнея, ответил Девон. — Но в первую ночь... перед тем как утащили Сэма... мы слышали такой же звук. Хироши вышел из укрытия, его лицо было напряжено. Он посмотрел на идеально воткнувшуюся в землю ветку, затем на верхушки деревьев, и медленно провел пальцем по клинку своей катаны. Наблюдение прекратилось. Началось что-то другое.