Охота

Объединенная группа из десяти человек двигалась теперь с удвоенной осторожностью. Шедшие впереди Олег и Клаудия буквально прощупывали каждый метр пути стволами своих автоматов. Найденная четверка – Лобман, Девон и корейцы – шли в центре, их нервы были натянуты до предела после трех суток выживания в этом аду. Замыкали группу Ройс, Далтон и Хироши, постоянно оборачивающиеся и смотрящие наверх, на причудливо переплетенные ветви деревьев. Тишина давила. Та самая, что наступает после выстрела, но до того, как понимаешь, куда попало пуля. Они ждали атаки. Любого движения, любого звука. Но ничего не происходило. Только лес жил своей незнакомой, пугающей жизнью. — Мерцание, — внезапно, сквозь стиснутые зубы, прошипел Девон. — Слева! Десять стволов резко повернулись в указанном направлении. Сердцебиение участилось. Но там ничего не было. Лишь колышущиеся листья. — Воображение, — буркнул Брайан, но сам не опускал оружия. — Нет, — тихо, но твердо сказал Чжи-Хо, старший из корейцев. Его темные глаза были широко раскрыты. — Я тоже видел. Как волна горячего воздуха над асфальтом. И... пропало. Это было худшее. Невидимая угроза. Они знали, что за ними следят. Чувствовали это на уровне животных инстинктов – мурашки по коже, сжимающиеся желудки. Но не могли ничего сделать. Именно Клаудия, с ее зорким взглядом, первой заметила неладное впереди. Не движение, а его полное отсутствие. У подножия массивного дерева с черной, словно обугленной корой, лежала неподвижная фигура. — Стой! — скомандовала она, опускаясь на одно колено. — Впереди. На одиннадцать часов. Не двигается. Группа залегла, образовав perimeter. Олег и Ройс синхронно подняли бинокли. — Человек? — спросил Далтон. — Не знаю, — медленно ответил Олег, всматриваясь. — Одет во что-то... облегающее. Серое. Шлем рядом валяется. И... раны. Три длинных разреза на груди. — Еще один из ваших? — обернулся он к Лобману. Канадец отрицательно покачал головой. —Нет. Не наш. И не ученый. Таких мы не видели. С крайней осторожностью, под прикрытием остальных, они приблизились. Тело лежало в неестественной позе, забросанное полураспустившимися спорами гигантских грибов. Телосложение было худощавым, но с длинными конечностями. Шлем, валявшийся рядом, был сложной формы, с одним большим круглым визором. Ройс, подойдя ближе, замер. Его лицо вытянулось. —Невозможно... — Вы знаете, что это? — спросила Клаудия, не отводя ствола от окружающего леса. — По слухам... по самым секретным брифингам... — капитан сглотнул. — Их называют Вильтрумиты. Внеземная раса. Невероятно продвинутая. Агрессивная. Ни одного официального контакта. Только... рассказы. И вот один из них лежит здесь мертвый. Анджей Бортвик, забыв на мгновение о страхе, сделал шаг вперед. —Его костюм... это же нанопанцирь! Смотрите, повреждения вокруг ран... они... затягиваются. И браслет! — Он указал на устройство на запястье мертвого существа, с которого медленно угасал слабый свет. В этот момент на группу обрушилось невыносимое давление. Тяжелое, осязаемое чувство наблюдения, умноженное на три. Оно шло с разных сторон. С Запада пришло чувство холодной, безжалостной оценки. Взгляд скользил по ним, изучая, взвешивая, как мастер проверяет остроту клинка перед работой. В этом взгляде была не злоба, а чистая, незамутненная расчетливость. Новичок. Молодой охотник, для которого эта охота — экзамен. Он благороден, ибо чтит Кодекс, и смертельно опасен, ибо точен. С Востока накатила волна немотивированной, животной ненависти. Желание не просто убить, а растерзать, надругаться, насладиться болью и страхом. Этот взгляд скользил по ним, как нож мясника, выбирая, где сделать первый надрез. В этом не было чести, только жажда насилия. Маньяк. Охотник, для которого эта охота — последний шанс искупить позор через жестокость, или же окончательно пасть. А с Юга на них смотрело нечто абсолютно нейтральное. Холодное и безразличное, как пустота космоса. Это был просто факт. Присутствие. Неподвижное и неумолимое, как закон природы. Он не выбирал жертву. Он просто выполнял свою функцию. Ветеран. Тот, кто просто делал то, что должен. Три невидимых хищника. Три разных типа смерти. — Их трое, — сдавленно выдохнул Хироши. Его рука белым костяшком сжала рукоять катаны. Он, как никто другой, чувствовал иерархию хищников. — И они... разные. — Отходим от тела! Немедленно! — скомандовал Олег, почуявший ловушку. — Это было предупреждение. Или приглашение. Группа, сплоченная общим ужасом, пятясь и не спуская глаз с леса, начала отступать назад, к более открытой местности. Они теперь понимали. Охотники показали им свою силу, убив могущественное существо. А теперь показывали им себя. Давая понять, что игра началась. Тело вильтрумита осталось лежать под черным деревом. Оно было и трофеем, и посланием, и приманкой. И где-то в листве, три невидимых тенди ждали, наблюдая, как добыча пытается осмыслить масштаб своего ужаса. Самый сладкий момент охоты. Момент перед началом преследования. *** Отступление было хаотичным. Десять человек, спрессованные страхом, двигались спиной вперед, стволы их оружия метались из стороны в сторону, пытаясь уловить невидимую угрозу. Давление трех хищников витало в воздухе, густом и тяжелом, как сироп. — К скалам! — крикнул Ройс, указывая на каменистый выступ метрах в ста. — Там сможем занять оборону! Именно в этот момент из зарослей фиолетового папоротника, справа от них, раздался низкий, скрежещущий вой. Не похожий на рев хищника, который они слышали раньше. Это был голодный, яростный, множественный звук. И на них вывалилось что-то. Существа размером с крупную собаку, но на шести тонких, костлявых лапах. Их кожистые тела были лишены шерсти, покрыты буграми и наростами, а пасти, усеянные рядами игловидных зубов, разевались до невероятных размеров. Их было с полдюжины. Они не мерцали и не были невидимы. Они были грубой, примитивной силой, ведомой лишь голодом. — Кто это?! — завопил Анджей, отскакивая назад. — Местная фауна! — рявкнул Олег, снимая с плеча пулемет. — К бою! Ад начался в одно мгновение. Автоматные очереди прострочили воздух, смешавшись с сухими щелчками пистолетов-пулеметов корейцев и грохотом дробовика Девона. Пули срывали с тварей куски плоти, но те, истекая липкой черной кровью, продолжали бросаться вперед с зияющими пастями. Одного из зверей, прыгнувшего на Клаудию, снесла точная очередь из карабина Ройса. Существо рухнуло к ее ногам, дергаясь в предсмертных конвульсиях. Другого, вцепившегося зубами в ствол автомата одного из корейцев, Мин-Хо, добил выстрелом в голову Хироши со своего «Дезерт Игла». Бой был яростным, коротким и безобразным. Когда последнее существо, пронзенное штык-ножом Олега, затихло, воцарилась тяжелая, прерывистая тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием людей и предсмертным хрипом одного из монстров. Все были живы. Ранен был только Девон — когти одной из тварей рассекли ему предплечье, но рана была неглубока. — Черт... что это было? — выдохнул Брайан, перезаряжая пистолет. — Обычные падальщики, — мрачно констатировал Олег, вытирая клинок о мох. — Почуяли мертвечину от того вильтрумита и решили, что и мы легкая добыча. — Где Лобман? — вдруг резко спросила Клаудия. Все замерли, оглядываясь. Канадца не было среди них. Его не было среди трупов зверей. — Лобман! — крикнул Девон. — Дэнни! Отзовись! В ответ — лишь гулкое эхо и шелест листьев. — Он только что был здесь! — сказал Чжи-Хо, его обычно невозмутимое лицо было искажено тревогой. — Я видел, как он стрелял. Прямо рядом со мной. Сердце сжалось от нового, леденящего страха. Он исчез. Бесшумно. В разгар боя. Пока все отвлекались на этих тварей. — Ищем! — приказал Ройс, голос срывался. — Двумя группами! Не расходиться! Именно Пронин, двигаясь по краю небольшой ложбины, первым его увидел. —Здесь! — крикнул он, но в его голосе не было облегчения. Была тревога. Лобман стоял спиной к ним, неподвижно, метрах в двадцати, в центре небольшой поляны. Он опирался на дробовик, как на трость, словно переводил дух. — Дэнни! — позвал его Девон, делая шаг вперед. — Черт возьми, ты нас напугал! Олег резко схватил ирландца за плечо, не давая сделать следующий шаг. —Стой. — Что такое? — обернулся к нему Брайан. — Он не двигается, — тихо, сквозь зубы, сказал Олег. Его глаза сузились. — И не дышит. К ним присоединился Чжи-Хо. Кореец внимательно, не мигая, смотрел на неподвижную фигуру. —Спина... слишком прямо. Как столб. И голова... неестественно запрокинута. Трое мужчин — русский, американец и кореец — замерли, и до них одновременно дошла одна и та же ужасная мысль. Это была не передышка. Это была установка. — Он мертв, — без эмоций констатировал Олег. — Его убили и поставили тут. Специально. — Приманка, — прошептал Чжи-Хо, медленно отводя взгляд от тела и начиная сканировать окружающие деревья, кусты, камни. — Ловушка. Они ждут, когда мы подойдем проверить. — Боже правый... — выдохнул Далтон, похолодев изнутри. Он представил, что должно было случиться: они бегут к товарищу, наклоняются над ним, и в этот момент из неоткуда сшибает плазменный заряд или с неба обрушивается невидимая смерть. Олег медленно, очень медленно поднял руку, давая знак остальным держаться подальше. Его лицо было каменным. Охота вступила в новую фазу. Хищники перестали просто наблюдать. Они начали активно манипулировать ими. Расставлять силки. И первая жертва уже была принесена. Тело Дэнни Лобмана стояло как немой укор и как страшное предупреждение. Они играют не по своим правилам. И цена проигрыша — мучительная смерть.