Cry, baby, cry

Он снова сидел в тёмном грязном переулке, медленно мокнув под проливным дождем. Молча смотрел на серое небо, затянутое грозовыми тяжелыми тучами, подставляя лицо холодным каплям. Каждая клеточка в его теле болела и изнывала, напоминая о старых незатянувшихся ранах. Пепел от затушенной сигареты осел на тёмную водолазку, оставив после себя бледные разводы. Задание было выполнено. Все члены злодейской группировки уничтожены, но его серьёзно ранили. Айзава бы никогда не сделал такую глупую ошибку, слишком расчётлив, опытен и хладнокровен, чтобы совершить столь опрометчивую оплошность. Это было намеренно? Он сам не знал. Но работа в комиссии общественной безопасности — в край заебала, как и начальство. Ни уйти, ни сдохнуть. Уволиться можно было только одним путем — «героически» умереть на задании. У него даже не было желания сдохнуть, настолько было плевать на всё. Внутри слишком холодно и пусто. Шота безучастно слушал, как кто-то направлялся к нему, радостно шлёпая по лужам и напевая причудливую мелодию. Открыв уставшие глаза, посмотрел на человека, который забрёл в безлюдный переулок. Никто в здравом уме не пошёл бы сюда, тем более в дождь. Здесь слишком темно, сыро и опасно. Напротив него остановился вымокший до нитки подросток, пряча под школьным пиджаком маленький комочек шерсти. Он смотрел ему прямо в глаза немного испуганно и растерянно. — Дядь, давайте помогу, — подошёл ближе, подхватив за руку без лишних вопросов, — вам срочно нужно в больницу! Давайте, обопритесь об меня. — потянул на себя, но неловко поскользнулся, ведь Айзава не сдвинулся с места. — К чёрту больницу, — прохрипел мужчина, посмотрев в причудливые аметистовые глаза. Он никому не доверял, такова уж натура, но почему-то решил положиться на подростка, который совершенно случайно забрел сюда. — Отведёшь меня по адресу? «Он слишком слаб, — ворох мыслей неприятно копошился, оценивая подростка, изучая его движения, походку, телосложение и мимику. Старая чёртова привычка, которая уже изрядно подзадолбала Шоту. Видел во всех потенциальную опасность. — Не опасен». Встал, слегка прихрамывая, опёрся об подростка и повёл к выходу. Сипло выговорил свой адрес, подсказывая раз через раз дорогу до дома. Мальчишка был слишком наивен, раз так легко согласился помочь незнакомцу и даже пойти в чужой район, где с ним могли сделать всё, что угодно.

***

Подросток завёл Шоту в квартиру, помог сесть на стул и даже снять водолазку. Он всё время суетился, бегал, искал, чем можно перевязать и обработать рану. Мог уже давно свалить, но почему-то всё ещё оставался рядом. Айзава чувствовал себя как тот маленький чёрный комочек, который тихо сидел около него. Он словно бездомный кот, которого подобрал мальчишка. — Как тебя зовут? — спросил охрипшим голосом Шота, смотря на худую фигуру напротив себя. Айзава впервые так нагло пожирал взглядом чужое тело. Этот подросток дал ему свежий глоток воздуха и хотелось ещё. Притянуть к себе, сжать, почувствовать тепло и мерный стук сердца под ладонями. Ему это было неведомо до этого дня. Пока он не посмотрел в его глубокие сиреневые глаза, не услышал бархатный голос, который приятно обволакивал и успокаивал, пока не почувствовал его прикосновения на своей коже. — Хитоши Шинсо. А вас? — он поднял глаза на мужчину, молча изучая его. — Шота Айзава, — негромко ответил Айзава, позволяя парню сесть напротив него. Хитоши аккуратно начал очищать рану, осторожно скользя смоченным тампоном. Его пальцы были длинными и изящными, все движения чёткие и плавные, как будто это для него не в новинку. «Он совсем юн, — Шота не мог не залюбоваться им. Парень прекрасен и молод. Тем более заставил сердце Айзавы биться на пару ударов чаще. — Я ещё не выжил из ума, чтобы совращать малолеток». Подросток промокнул и начал обработку, смачивая края раны антисептиком. Быстро закончив, ловко подхватил стерильный бинт и начал перебинтовывать правый бок Шоты. Немного наклонившись, оставил между ними пару жалких сантиметров. Запах Шинсо был еле уловимым, но Айзава отчетливо его почувствовал: ментоловый, словно лекарственные карамельки для горла, пахло скошенной травой и чёрным чаем с молоком. Домашний и уютный запах, от которого приятно кружилась голова. Ещё чуть-чуть, и Айзава бы схватил его, прижал бы к себе, лишь ещё на немного почувствовать чужое тепло, запах и горячее дыхание на собственной коже. Он словно голодный одичалый зверь, который впервые узнал, что такое забота. — Кто вы по профессии? — неловко поинтересовался подросток, когда закончил и завязал концы разорванного бинта. — Видели лицо нападавшего? — Преподаватель, — взгляд упал на домашнюю библиотеку. Он обожал литературу. Особенно связанную с психологией и психиатрией. — Не видел, — нагло соврал, глядя прямо в глаза Хитоши. Его профессия сама по себе большая тайна. Даже его род занятия не должен быть известен общественности. Но Шоте было безумно интересно, как бы отреагировал мальчишка, если бы он рассказал, что безжалостно убивал людей? Не испытывая ничего: ни жалости, ни вины, ни горечи. Имел значение лишь приказ свыше, который надо выполнить беспрекословно. На подростке форма ЮЭЙ, где он когда-то тоже учился. Айзава такой же был: наивен, глуп и мечтателен. А что сейчас? Он — идеальная машина для убийств, руки по локоть в крови, а внутри чёрная дыра. — Плохо, — произнес парень на выдохе, опуская взгляд вниз. — Ты ученик из ЮЭЙ? Хочешь стать героем? — пустой взгляд мужчины упёрся в подростка. По его меркам Шинсо слабый, даже если бы имел мощную причуду, ему не выжить в реальной стычке с сильными и опасными злодеями. «Не хотелось бы, чтобы ещё один недогерой умер за какую-то недомечту».

***

— Из факультета общего образования. Да. — Хитоши почему-то стало не по себе от взгляда мужчины. Он прекрасно понимал, в какой сейчас ситуации. В чужой квартире с незнакомым мужчиной, который был хорошо сложенным, а в углу стояла винтовка. — Так уверен в своих силах? — тёмные глаза смотрели в упор, заставляя парня медленно отодвигаться к выходу. — Герои — это смертники, которые умирают ни за что. Ты тоже хочешь умереть ни за что? — Кто вы такой?.. — вопрос застрял комом в горле. Надежда Хитоши была лишь на то, чтобы он ответил и попался под контроль, потому что не всегда за хороший поступок получаешь благодарность, а жить ещё хотелось. Тем более мужчина отреагировал агрессивно, узнав, кто он такой. Ему скорее надо уносить ноги. — Представим, что сейчас я опасен для тебя, Хитоши Шинсо, — Айзава поднял алые глаза вверх, стирая причуду парня. — Убеги, если сможешь. Мальчишка побежал, сделав хороший старт, сверкая пятками. Его причуда впервые не сработала. Всё остальное не имело значение. Сейчас главное — убежать, спрятаться и выжить. Хитоши почувствовал крепкую хватку на собственных руках, сумев только беспомощно вскрикнуть перед тем, как упасть на пол. Мужчина придавил его с двух сторон, не давая выбраться из-под него. Шинсо тяжело дышал, смотря на мужчину. Слишком страшно от незнания причуды нападавшего, который во много раз сильнее физически. Сделал рывок, поднимая кулак вверх, чтобы ударить по больному боку, но Шота поймал руку в свою ладонь. — Считай, что ты уже мёртв, — апатично произнес Айзава. — Я проверил, насколько ты сообразителен и быстр. Тебе не хватает физической силы и опыта. Нельзя полагаться только на свою причуду. — опустил руку и, поднявшись, оставил подростка молча лежать на пыльном полу. — Вы странный, дядь. Напряжение всё ещё витало в воздухе. Хитоши боялся подняться на ноги. Мало ли, опять уронил, придавил бы собой. Сама ситуация странная: полуголый мужик, симпатичный и мускулистый, которого он не так давно подобрал чёрти где, напал на него… Или не напал? — Ты спас меня. Я хочу помочь тебе. Позанимайся со мной, — звучало странно, как и сама ситуация, но Шоту это особо не беспокоило. — Можно я пойду домой? — тихо произнёс парень, вставая с пола и подзывая чёрный комочек к себе.