Воспоминания в зеркале

- Нет, нет, нет! Что ты, блять, несешь? Чонгук будто бы горел изнутри. Сидел, слушал, как Тэхёна поливал грязью этот малый, и успокоиться у него никак не получалось. А Цзыю действовал на нервы как мог, искушающе, медленно заставлял прорастать зерна ненависти к нему. - Что я несу? - слишком спокойно спросил азиат. - Чистую правду, что, не улавливаешь? Этот Ким уже успел промыть тебе мозги? - Прочисти себе башку сначала, а потом уже мели всякую хрень. Бывай, - саданул по гладкой поверхности стола Чонгук и вышел из столовой. В голове не укладывалось. Минуту назад он услышал рекордное количество оскорблений в адрес такого хорошего человека, как Тэхён. Парня, который катал его на своей машине, показал красивейшее озеро в свете луны, а потом ещё и накормил напоследок. Как можно про него такое говорить? Тэхён освещал все вокруг, и, кажется, жизнь Чонгука тоже. Он физически не мог слушать все это дерьмо из уст Цзыю. И подсел же к нему на обеде, чтоб его.  Хотелось найти Тэхёна прямо сейчас и обнять. Чтобы не слушал всяких идиотов и просто шел по зову сердца. Так, как он всегда, похоже, и делал. Чонгук заулыбался при мысли о парне, и даже не заметил, как дошел до этажа художников. Ему на урок подниматься выше, но плевать. Он лишь глазком глянет… По коридору сновали ученики с теми же тубусами, которым прославился Тэхён на их улице. Даже если и люди задевали друг друга, все понимали, что тут это неизбежно, и расходились восвояси, да и улыбались напоследок. Чонгук сам разулыбался как ребёнок, глядя на то, как на этом клочке здания отличается буквально всё. Атмосфера искусства витала вокруг, словно подпитывала энергией, и парень прошел дальше, с упоением разглядывая мини-выставки, организованные преподавателями. Наверняка для того, чтобы у остальных появился стимул делать все лучше, а авторам добавить чуточку уверенности. Чонгук потуже придержал рюкзак, заметив вдали Тэхёна.  Тот спокойно себе сидел на мягком кресле, на коленях лежала толстая тетрадь, а за ухом удачно был прикреплен карандаш, который прекрасно дополнял образ парня. Чонгук сглотнул, намереваясь подойти, поздороваться, может быть даже пригласить на ещё одну прогулку… ему ведь понравилось в тот раз? Чон надеется, что да. Волнение колебалось в груди, не давало нормально дышать, и поборов это предвкушение, парень всё-таки подошел к креслу, на котором сидел Тэхён. - Привет, Тэхён. Неловко? Да. Страшно? Ещё бы. Тэхён сразу поднял голову, пытаясь поймать фокус, и судя по его сузившимся глазам, получилось это не сразу. Чонгук улыбнулся этому милому жесту, и даже не подумав заранее, сел на корточки прямо на уровне бедер парня. Странным это почему-то не казалось, а наоборот, как-будто так и было нужно. Тэхён моргал, хлопал ресницами и не мог ничего ответить, а Чонгук вдруг задумался, как близко подсел к нему. - Привет, - спустя секунду ответил Ким, неловко сводя ноги вместе. До этого момента они были широко расставлены, так, как обычно бывает удобно парням. И выглядело это по мнению Чонгука очень даже… мужественно. - Как дела? - Хорошо, как у тебя? Решил заглянуть сюда, здесь у вас очень уютно. - Есть такое, да… мог бы - учился бы только в этом корпусе, - невесело ухмыльнулся Тэхён, закрывая тетрадь от чужих глаз. Наброски так и не успели запечатлеться в памяти Чонгука. Он успел заметить только дерево, и красиво свисающие кроны от верхушки. Этот парень для него все ещё загадка, ведь как можно преуспевать буквально во всех сферах жизни? - Мы можем пойти сейчас перекусить, как тебе такой вариант? - Чонгук встал, поправляя выступившие коленки на штанах, и не смея раньше времени поднимать взгляд на Тэхёна, который сейчас, похоже, сверлил его взглядом.  Лонгслив, в который он был одет, красиво свис в сторону, и открыл маленький кусочек медовой кожи, что сверкала в лучах солнца. Чонгук оторвал взгляд от сей картины лишь после согласного хмыка своего нового друга. Тэхён, мило пожав плечами встал с кресла и пошел за Чоном. По пути здоровался со знакомыми, кому-то махал рукой. Отчетливо виделось, что Тэхён здесь как рыба в воде - совсем не то, каким он его видел, например, в столовой. Парень сиял, видя работы своих друзей на выставках, и смущался, когда Чонгук указал на одну из них, признавшись позже, что эту картину рисовал он сам. - Серьёзно? - вытаращил глаза Чонгук, пальцем указывая на красивый пейзаж. - Да ты талантище! - Всего лишь пейзаж. Не удивляйся. - Не льщу. Действительно красиво рисуешь, Тэ. - да, Чонгук уже давно в мыслях назвал его так, сейчас просто вырвалось. И не жалеет. Парень покраснел после явной похвалы и милого обращения, и, поспешив скрыться на лестничном пролете, убежал от Чонгука. Тот догнал его уже внизу, потому что неожиданно этот щупленький и основательно милый парень оказался очень даже быстрым. Чон успел выдохнуться, даже если и бежал вниз по ступенькам. Да, вопросы?

***

Академический рисунок требовал много знаний. Той же самой геометрии, алгебры, нужно было много времени, чтобы рассчитать пропорции, и тут обычные расчёты «на глаз» совершенно не подойдут. Тэхён сидел с карандашом за ухом и отчаянно пытался вспомнить мелочные черты лица Чонгука, ведь его вдохновение подсунуло ему идею нарисовать именно его, черт побери. И сейчас парень совершенно не знал, что делать. Фотографий никаких нет, они же не так много гуляли вместе, чтобы заскочить в фотостудию и сделать пару кадров… Тэхён подумал, что им бы нужно это сделать. Как раз в этот момент зажужжал пейджер, и увидев в нём до дрожи знакомые цифры, Ким хихикнул, как настоящая девчонка. Тэхён выглянул в окно, и в доме напротив увидел Чонгука, который сидел на своем подоконнике и дрыгал ногами под такт музыке, звучащей из его комнаты. В его руках тлела сигарета, а пепел он бесстыдно стряхивал в мамины клумбы, и при этом пристыженно смеялся. - Бессовестный! - шикнул Тэхён, глядя на друга. - Пожалей эти бедные астры. - Я их поливаю каждый грёбаный день, пусть меня тоже пожалеют. Удобрение! - Чон показательно глубоко затянулся и стряхнул большой кусок пепла вниз. Тэхён глянул на это непотребство, и к своему (не)удивлению, тоже захотел прикурить. Этот парень заставляет его делать много плохих вещей, и одно из них - курение.  Ну и поделом. Живут один раз. - Дело есть. Газуй сюда, - свистнул Тэхён, подзывая пальцем юношу сюда. Пальцем вверх. - Я тебе что, пёс?! Позови правильно! - Заебал, по человечески зову, Чонгук-а… - заныл Тэхён, уже почти закрывая тюль. Не хочет - и не надо. - Ладно-ладно! Спускаюсь. Спустя две минуты парень поднимался к нему в комнату, и осторожно постучавшись, зашел в комнату. Удивление, что плескалось у Чонгука на лице можно было собирать ложечкой: сначала поднялись брови разом, потом губы свернулись в трубочку, а глаза все время были вытаращены и истинном удивлении. - Ты в доме решил устроить мастерскую, Тэ? - со смешком выдал парень, садясь на пуфик около кровати.  Тэхён, похоже, даже не обратил внимание на приход своего друга по разуму, все ходил по комнате туда-сюда и что-то искал. За уже вторым ухом висел карандаш, и теперь парень очень уж был похож на заёбанного искусствоведа.  - Блять, где эта точилка?! - заорал он, пугая Чонгука. - Здесь же была… Ёнсу! Тэхён вылетел из комнаты, успев при этом потрепать идеально уложенные волосы Чонгука, и даже улыбнуться ему. Вот что значит быть сосредоточенным на деле. Чонгук не спешил рассматривать комнату слишком открыто, всё-таки ждал, пока Тэхён сам ему что-нибудь расскажет и покажет. А совать нос в мольберт, повернутый лицом в окно даже не смел - слишком личное дело. Захочет - покажет.  - Быстро дай мне эту хрень, иначе улетишь из этого окна прямо сейчас. Я знаю, что ты её у меня спиздил.  Тэхён, как истинный старший брат, притащил мелкого к себе в комнату почти что за уши, и Ёнсу был до того красным от оров, которые он издавал, и говорил, что никакую точилку он не видел. - Не пизди! Я помню, что ты у меня её спрашивал неделю назад. Ты что, просрал её? - рычал Тэхён. - Тэ, это же просто точилка, что ты так взъелся… - хотел было вмешаться Чонгук, но, увидев убийственное выражение лица Кима, решил заткнуться в тряпочку. - Это не обычная точилка, а специально для моих карандашей. Если мелкий её проебал, он сейчас же идёт на подработку в сраный 7/11 и покупает мне такую же! Ищи! Ёнсу послушно замолчал и стал копаться в мелочевке на своем рабочем столе, и спустя даже десять минут не смог найти. Лицо его стало мрачным, грустным, и ожидающим настоящего пиздеца, поэтому он вышел из комнаты, и спустя минуту вернулся с кошельком. - Здесь всё что у меня есть, брат. Прости меня. Тэхён тяжело выдохнул, глядя на то, что он здесь устроил. Нервы ни к черту, он всю неделю на взводе, не знает, что делать с рисунком, он не закончен, даже не на половину. Все его контрольные работы стали идти ему в руки с мерзотной буквой «B», которая ему уже снилась в кошмарах. Чувства к Чонгуку росли, они выливались через край, и все вышеперечисленное вылилось в вот это. Ёнсу не должен был стать козлом отпущения. Никто не должен. Тараканы в его голове должны грызть только его самого, но никак его родных и близких. Ему было стыдно. Так стыдно, что ему ничего не оставалось, как отойти к окну и спрятаться за плотными шторами, разглядывая улицу. Глаза увлажнились, руки начали дрожать. Он слышал, что Чонгук что-то сказал Ёнсу, и тот тихо ушел из комнаты, даже не хлопнул дверью. В помещении мигом стало тихо и напряжённо. Тэхён ушёл в свои мысли, не переставал думать, куда катится его жизнь и что с ним сейчас происходит. Явно ничего хорошего. - Тэхён, что с тобой? – Чонгук раскрыл шторы наполовину, и яркий свет озарил комнату таким ненужным сейчас уютом. Ким не хотел навязывать новоиспеченному другу свои проблемы, но, очевидно, у него совсем не получалось. - Извини, ты не должен был этого увидеть. – сменить тему не получится – Чонгук смотрел на него слишком внимательно и пронзал шипами, чтобы образумить. И, возможно, вернуть в реальность. - Ты теперь мой приятель, и естественно, что меня это касается. Расскажи, что тебя тревожит. Явно тебя взбесило отсутствие какой-то там точилки. – парировал Чон, складывая руки в замок. Тэхён глубоко выдохнул. Не станет ведь он ему рассказывать о том, что почти влюбился в него, о том, что возможно не поступит в желаемый университет со своими отвратительными оценками и больше во всем не видит смысла? Чонгук – долбаный оптимист, и он скорее отмудохает его, чем позволит дальше пиздострадать. Признаться ему сейчас - значит точно обозначить между ними окончательные границы, Чон секунду назад сказал ему, что теперь они приятели… - Не бери в голову, я бываю таким нервным к концу семестра, - махнул рукой Тэхён, грузно падая на свой стул. Лицо Чонгука из-под вуали презрительно глянуло на него. Он предусмотрительно накрыл рисунок тканью, чтобы никакие лишние глаза его не увидели. - Ладно, не буду нагнетать. Так почему ты меня позвал? Чонгук мило улыбнулся, правильно сделал, что сменил тему, потому что настроение Тэхёна было окончательно испорчено, и это нужно было как-то исправлять. Возможно, он сумеет это сделать и выполнит его просьбу. Хотелось, чтобы этот парень всегда улыбался, не хотел видеть на его лице вселенскую грусть и кучу проблем, которые он, похоже, пытается решить в одиночку. - У меня есть предмет по академическому рисунку, и нам дали задание… - говорить ли о том, что им нужно нарисовать их «музу»? Он же сгорит от стыда! - Да-а… - заговорщически подводит к смыслу диалога парень. - Нарисовать друга. По всем правилам академического рисунка. Ну, я и решил нарисовать тебя. Ты ведь не против?... – под конец Тэхён совсем завял, опустил взгляд, и совсем не смотрел куда-либо, кроме своих дрожащих рук. Таким зашуганным Чонгук не видел его даже рядом с Цзыю. - Тэхён, почему я должен быть против? – рассмеялся Чонгук, с испугом глядя на Кима, которого скоро, по его мнению, схватит настоящий инфаркт. Осознанно взяв его за руку, погладил по изящным костяшкам и совершенно по-дружески посмотрел в глаза. Серые глаза парня отливали золотым из-за заката за окном, и Чонгук бесстыдно загляделся. Почему он так боялся ему сказать? Неужели он думал, что Чонгук будет против и не разрешит ему нарисовать его? - Многие не разрешают, потому что потом Мистер О чаще всего отбирает мои работы на общешкольные выставки. Не знаю, может стесняются, что их увидят из-под карандаша начинающего художника. У каждого свои загоны, - закончил Ким, перестав ковырять заусенец на пальце. - Ну давай, начинающий художник, посмотрим, как ты сможешь нарисовать моё идеальное по всем анатомическим параметрам личико-о-о-о! Что?! Тэхён, считайте, не дал ему закончить свое идеализирование, потому что убрал вуаль с мольберта. Из холста на самого Чонгука смотрела его копия, в чёрно-белом варианте. Даже шрам на охренеть каком правильном месте нарисован. Про остальное и не стоит говорить. Родинка на подбородке! Как он всё это запомнил? - Кстати, да, твоё лицо действительно легко рисуется по пропорциям. Чонгук, эй? – застенчивый тон абсолютно не сочетался сейчас с тем, что видит Чонгук перед собой. Тот, кто так рисует, не должен ютиться в Шарлотт, а подаваться как минимум в Сиэтл. - Ты еще говоришь, что недостаточно хорошо рисуешь? – хриплым голосом спросил Чонгук. В горле неожиданно пересохло. - Это не лучшая моя работа, Гук-и, я стараюсь. Чонгук окончательно замер, услышав, как сейчас его назвал Тэхён. Мурашки прошли по линии позвоночника, кажется, что по всем нервным окончаниям, потому что… слишком мило. Его так называет только мама, и то не всегда, что говорить о Тэхёне, к которому он чувствует непреодолимую симпатию? Он сражён. - Мх, Тэ, давай, куда мне садиться? Я ведь ничего в этом не понимаю, хотя и очень интересно… И дело пошло. Тэхён усадил его на стул Ёнсу, перетащив его на середину комнаты. Смахнув ненужное наваждение, парень взял в руки карандаш, и как истинный художник, начал делать замеры. Между глаз, бровями, снова проверил правильное расположение его маленького, но заметного шрама, и даже спросил, как он его получил. - Мой двоюродный брат слишком любил мой нинтендо, - говорить без мимики было тяжело, потому что вспоминая эту историю, непременно хотелось смеяться. Тэхён строго-настрого запретил ему двигаться, и приходилось выкручиваться. – а я не хотел делиться. Даже не понял, как это случилось, если честно. Но он отобрал у меня джойстик, и больно кинул в лицо. Не спрашивай, мы до сих пор хорошо общаемся, Минхёк до сих пор извиняется за тот случай. - Дети жестокие, - хихикнул Тэхён, делая штриховку. Работа шла прекрасно, настроение улучшалось, и всему поспособствовало присутствие Чона, и его напускное, ничем не оправданное спокойствие. Казалось, что проблемы кругом обходят его на расстоянии, как грозовые тучи, кружащие над городом, не желая уплывать дальше. А в мире Тэхёна постоянно грозы с молниями. - Что тут поделаешь. Наложили два шва скобами, зажило быстро, и мне остался вот такой вот подарок. Думаю, мне даже идет, - рассмеялся парень, всё-таки ослушавшись Тэхёна. - Чонгук! - Всё, молчу. Рисуй дальше. - Так, здесь вот так, а там надо будет подправить… Тихий бубнёж Кима расслаблял, за окном пели птички, а на первом этаже стали слышны голоса мистера и миссис Ким, а к Чонгуку пришло стойкое ощущение уюта. Это нужно определенно сохранить в своей памяти.

***

Тэхён вчера сдал свою работу, и сейчас со спокойной душой выполнял остальные домашние задания, и готовился отработать одну позорную «F» по биологии, и думал, как ему заучить тему так, чтобы отлетало от зубов. Ёнсу тихо сидел за своим столом в наушниках и черкал что-то в своей тетради. Ему было до сих пор стыдно перед братом, в тот раз он действительно перегнул палку. Младший извинился перед ним ещё раз тогда вечером, и Тэхён не выдержал, расплакался прямо перед братом, чего доселе себе не позволял. Проявлять эмоции, да ещё и таким образом – табу, но тогда это стало последней каплей. Он в мелких деталях рассказал Ёнсу о своих переживаниях, умолчал о чувствах к Чонгуку, конечно же. Пока он сам полностью не разобрался с этим, рассказывать другим было бы ошибкой. Пока он думал о том о сём, Тэхён услышал, как в окно что-то прилетело. Монетка, камушек, или на крайняк, пейджер – не важно. Парень подбежал к окну под удивленный взгляд младшего, раскрыл тюль, и привычно услышал возглас Чонгука. - Хён, научи меня водить машину!