Фантасмагория

🎼 Adam Lambert- Underneath

Найти Чимина удалось только спустя полчаса. Взмыленный и напуганный Чонгук влетел в комнату, озираясь по сторонам. — Он здесь! — крикнул парень, садясь на корточки рядом с Паком, — боги, котенок, что произошло? Чимин не отвечал и, обхватив себя руками, медленно покачивался из стороны в сторону. По лицу бледнее мела было видно, что парень долго плакал, но слез уже не было. Только болезненные подсыхающие дорожки, теряющиеся в промокшей горловине футболки. — Чимин? — Намджун осторожно обхватил за талию и, прижав к себе, мягко поставил на ноги. Пак безвольной куклой подчинился, не отзываясь. — Ты узнал что-то? — беспокойно спросил Тэхён, приподнимая голову друга на подбородок, — кто твой соулмейт? — Юнги, — без намёка на эмоции произнёс Чимин. — Юнги? — Намджун выглядел поражённым до глубины души, — с чего ты взял? Он что-то сказал тебе? — Он видит его сон, — пояснил Чонгук, — всегда один и тот же. Уже где-то пол года. Намджун присел на стул, нервно взлохматив волосы. — Ты ведь что-то знаешь об этом, да? — скрипуче прошептал Чимин. Ким лишь сухо кивнул. — Я не уверен, что могу просить тебя об этом. Но, пожалуйста, я должен знать, — с надеждой попросил парень, заглядывая в темные глаза Намджуна. Тот скривился, словно воспоминания причиняли ему физическую боль. — Не уверен, что именно я должен тебе об этом рассказать, Чимин. — Юнги точно не расскажет, — парень сжался, ощущая на кончике языка горечь от чужого имени, — он сказал, чтобы я больше не искал с ним встреч. Он сказал, что я ему не нужен. — Котенок, — с сожалением протянул Тэхён, растягивая гласные, — иди сюда. Он заключил друга в объятия, позволяя уткнуться холодным носом в ямку между ключицами. — Я так долго ждал его, Тэ — просипел Чимин, судорожно выдыхая, — он такой красивый, представляешь? Наверное, самый красивый. И ему так тяжело, я все это чувствую. Словно бы каждая его эмоция проходит через меня. И я так хочу ему помочь, понимаешь? А он… — Поехали, — прервал поток слов Намджун, поднимаясь, — наверное, ты все-таки заслуживаешь знать.  

***

  Тэхён все так же обнимал Чимина на заднем сидении, пока Намджун уверенно вёл автомобиль, тихо переговариваясь с Чонгуком. Ким всегда был превосходным другом и особенно четко это ощущалось в последнее время. — Сокджин точно не будет против? — Конечно нет, Чонгук-и. Ты и сам прекрасно знаешь, как сильно он по тебе скучает. — Мне правда стыдно, хён, — пробормотал Чон, извиняясь за свое длительное дезертирство, — в последнее время я бесконтрольно много работаю, даже Тэхён обижается. — Мало того, что он практически спит в своей студии, так ещё и Чимина туда утащил, — подал голос Ким, недовольно сверля взглядом своего парня. — Ты тоже танцуешь, Чимин? — заинтересованно спросил Намджун, сворачивая на узкую улочку, освещенную небольшими высокими светильниками в стиле «ретро». — Преподаю контемп. Машина остановилась возле небольшого коттеджа с вымощенной тёмным кирпичом дорожкой перед центральным входом. Заглушив двигатель, Намджун вышел из машины, нажав кнопку блокировки на ключах. — Перекочевал во дворец? — присвистнул Чонгук, восторженно оглядывая фасад коттеджа. — Тут очень спокойно и красиво, — пояснил Ким, открывая входную дверь, кивнул головой в приглашающем жесте. Чимин с открытым ртом проследовал за друзьями внутрь, осматривая атмосферный и явно дорогой интерьер холла. Прижимаясь к боку Тэхена в машине, он немного успокоился, отвлекаясь от колючих мыслей. И сейчас чувствовал неимоверную усталость и апатию. Скинув обувь и верхнюю одежду, небольшая компания гуськом проследовала за хозяином дома, любуясь необычными, явно авторскими картинами на стенах, написанными акрилом. — Джин-и? — ласково позвал Намджун, пытаясь отыскать свою вторую половинку. Чимина лавиной накрыло чувство стыда. Часы показывали далеко за полночь, но это не помешало ему явиться в чужой дом, вывалив на посторонних свои проблемы. Почувствовав метания друга, Тэхён крепче сжал его предплечье, шепнув: — Всё хорошо, не накручивай себя. Пак хмуро кивнул, следуя в просторную гостиную, утопающую в мягком свете от плазменного телевизора. На большом диване, укутавшись в белый плюшевый плед, сидел парень, который, заметив гостей, нежно улыбнулся. — Ну неужели Чон Чонгук собственной персоной снизошел до общения с простыми смертными? — с усмешкой протянул парень, потягиваясь. — Камон, я уже тысячу раз извинился, — простонал Чонгук, пряча лицо в ладонях. — Сокджин, — владелец дома встал, отбрасывая плед, и протянул руку. — Тэхён, — Ким улыбнулся, сжимая тонкие длинные пальцы в ответ. Чимин шмыгнул носом, теряя смущенный взгляд в изобилии людей. — Ты такой красивый! Теперь я понимаю, почему наш Гук потерялся во времени и пространстве. Тэхён громко рассмеялся, запрокинув голову, а Чонгук недовольно нахмурился, заворчав: — Такое чувство, что я привел своего парня не к друзьям, а к родителям. — Какой грозный малыш, — Сокджин мягко склонил голову, сделав шаг навстречу, — а ты Чимин, да? Пак кивнул, заливаясь румянцем. -Спасибо за гостеприимство, Сокджин — щи… — забормотал парень, потупив взгляд, — я в-вовсе не хотел вас смущать и мешать. Простите, что вот так вломился посреди ночи… И поражённо замер, когда на его беспокойную тираду Джин лишь притянул к себе, обнимая. Пожалуй, за последние дни Чимин получил свою максимальную дозу объятий. И тактильности Тэхена он уже не удивлялся, даже наслаждаясь дружескими утешениями. Но сейчас совершенно незнакомый человек прикасался к его спине, осторожно поглаживая. На удивление, ему было комфортно. Сокджин, резко контрастируя с серьёзным и собранным Намджуном, был похож на мягкого плюшевого медвежонка. Уютного, атмосферного и безумно красивого медвежонка. У него были пухлые, чётко очерченные губы, тёплые карие глаза и приятный запах кокоса. Из рассказов Чонгука Чимин знал, что Джин старше. И сейчас он буквально себя чувствовал маленьким ребёнком, спрятанным за широкими плечами. — Если ты ещё раз назовёшь меня так официально — я тебя покусаю, — шепнул на ухо Ким, — и прекрати заниматься самокопанием, я уверен, что тебе и так сейчас нелегко. Сокджин потянул парня на диван, усадив рядом с собой  и укутав в плед мягким коконом. — Хочешь вина? — заботливо поинтересовался старший. — Хотим! — подал голос Чонгук, развалившись на большом кресле, обнимая притихшего Тэхёна, который удобно уместился на его коленях, за талию. — Мы плохо его воспитали, Джин-и, — грустно вздохнул Намджун, опуская на круглый стеклянный столик красивую бутылку и стойку с висящими бокалами, — Чимин? Пак отрешенно кивнул, принимая алкоголь, непривычно зажимая между пальцами хрупкую ножку. Темный бордовый напиток красиво переливался внутри бокала, оставляя едва заметные винные ножки на стенках. Чимин не был любителем алкоголя, но сейчас ему отчаянно хотелось заменить грусть, струящуюся по венам, на что-то более легкое, вязкое и высокоградусное. Затаив дыхание, Чимин сделал осторожный глоток, смакуя на языке терпкий и чуть горьковатый вкус. — Ты сказал, что видишь сны Юнги уже шесть месяцев, — нарушил тишину Намджун, расположившийся прямо на полу, прижавшись спиной к массивному шкафу, — что именно? Четыре пары глаз выжидающе уставились на чего, отчего Чимин сжался в маленький комочек. — Всегда одно и то же. Юнги все время снится авария. Я до конца даже не был уверен, что это не просто видения, а сны. Сомневался, жив ли он вообще. В машине ещё был парень, кажется, Хо… — Хосок, — тихо начал Намджун, — его зовут Чон Хосок. Юнги потерял родителей, когда был совсем маленьким, и Хоби всегда был самым близким человеком для него. Мы тоже часто общались, потому что у нас были общие увлечения. Но Чон заменял ему семью. Черт, это звучит странно, но они всегда мне казались сиамскими близнецами, которых просто разлучили в детстве. Они думали одинаково, шутили одинаково, разделяли вкусы, желания и интересы друг друга. Как будто они были… — Соулмейтами, — шепотом закончил Чимин. — Именно. Но у них не было связи на таком уровне. Однако их привязанность была сродни крепким семейным узам. — Что случилось? — осторожно поинтересовался Чонгук. — Юнги всегда любил скорость. Они с Хосоком часто выбирались за город, чтобы погонять. Парни никогда не участвовали в уличных соревнованиях, но у Мина были довольно хорошо развиты навыки вождения. Мы знакомы довольно долгое время. У Юнги три увлечения: сон, быстрая езда и музыка. Собственно, мы так и познакомились. В одном андеграундном пабе, где собрались на тот момент незнакомые между собой и неизвестные для публики музыканты. Помню, что из всей толпы выделил именно Юнги и Хосока. Они отличались подачей, стилем. Очень атмосферно читали, знаешь… Как будто бы были единым целым с музыкой. После той ночи мы довольно много выступали вместе, записали в студии пару треков. Насколько раз я даже катался с ними. — Ты никогда не рассказывал мне о них, — обиженно протянул Чонгук. — Насколько ты помнишь, ребёнок, в ночные пабы тебя стали пускать только недавно, — поддел Намджун, — пригласить тебя на живые выступления я не мог. Познакомить лично как-то не было возможности. Юнги намного старше, Гук-а. Ему двадцать восемь. Напомни-ка, а тебе сколько? — Двадцать один, — проворчал Чон, получая в ответ тихий смешок Тэхена. Чимин частенько раньше поддевал Кима касаемо возраста его соулмейта. Тэхен был ровесником Чимина. Им обоим в этом году исполнилось двадцать четыре. Получается, разница в возрасте между Паком и Мином была в целых четыре года. — Вот именно, — улыбнулся старший, подливая в опустевшие бокалы ещё вина. Чимин чувствовал некую лёгкость в голове, отчего становилось чуточку лучше. Однако, какая-то часть сознания трепыхалась в предвкушении дальнейшего рассказа. Он словно бы чувствовал, что это лишь предисловие к самому страшному. — Мы никогда не узнаем точно что произошло, потому что единственный раз, когда Юнги рассказывал об этом, он был настолько сломлен и напуган, что еле связывал слова. Я точно знаю, что эту историю замяли. Юнги и Хосок тогда поехали прокатиться по трассе за Сеулом. Обычно эта дорога днем пустовала, а Мин тогда только купил машину. На повороте на их полосу вылетела машина и Юнги слишком сильно вывернул руль, чтобы избежать столкновения. Из-за большой скорости он потерял управление и машину несколько раз перевернуло. Водитель, который нарушил правила, тогда просто скрылся с места. Юнги и Хосока нашёл случайный проезжий, который и вызвал скорую помощь. Просто чудо, что машина не взорвалась… — Намджун! — прервал его Сокджин, с беспокойством глядя на Чимина, который потерянным взглядом сверлил свои руки. Закушенная до боли губа сочилась кровью, а на бледном лице читался безумный страх.  

Чудо, что машина не взорвалась. Чудо, что мой Юнги остался жив.

 

Чудо.

  Чимину хотелось расхохотаться в голос и без конца благодарить судьбу за то, что не забрала у него самое ценное, что даровано человеку в этой беспощадной жизни. — Прости, — немного виновато протянул Намджун. — Почему полиция не возбудила уголовное дело после произошедшего? Почему вообще нет никакой информации об этом? — Таковы современные реалии. Водитель, вылетевший на встречку, оказался известным бизнесменом. Он довольно быстро откупился от полиции. Спустя пару дней, когда Юнги очнулся, он вообще не смог ничего доказать. В больнице несли какой-то бред. Ни машины, ни виновных, ни нашедшего их водителя. Словно бы все это было просто сном. Испарилось, стоило лишь тому бизнесмену щёлкнуть пальцем. — Вот ублюдок, — прорычал Тэхён, сжимая кулаки, — блядский мир и блядские деньги, которыми можно решить любую проблему. Чонгук любовно прижал его к себе, успокаивая. Но Чимин был согласен с Тэхёном. С каждым грубым словом. — Насколько сильно пострадал Юнги? — Основной удар пришёлся на Хосока. Мин получил сотрясение мозга, множественные переломы, крупные рваные раны по всему телу. Но есть вещи гораздо существеннее, чем физические повреждения. И я говорю не просто о посттравматическом расстройстве. После той аварии Юнги буквально перестал быть самим собой. Свел общение к минимуму, перестал писать музыку и выступать, вообще не садится за руль. Ты, наверное, заметил, что у него очень необычные глаза? — спросил Намджун Чимина, получая в ответ слабый кивок, — я часто раньше сравнивал его с хитрым лисом, который смотрит на этот мир через лёгкий прищур и лукавую улыбку. У него очень живые глаза, будто бы подсвеченные азартом и светом изнутри. Он горел тем, что происходило вокруг него. А после аварии потух, перестал вообще улыбаться. Я боюсь смотреть ему в глаза, потому что вместо прежних искр вижу там лишь пустоту и боль. Чимин судорожно выдохнул, сдерживая слезы. Алкоголь распалил и без того яркие чувства, вывернув наизнанку всю боль. Ему до скрежета в груди хотелось к Юнги. Обнять, коснуться бледного лица, согреть. Почему он так замкнулся после аварии? — Намджун, — испуганно потянул Чимин, не желая слышать ответ на свой вопрос, — что с Хосоком? Ким опустошил бокал, с горечью собирая усилия в кулак. — Он так и не очнулся, Чимин. Хо полгода уже в коме.